Недописанные истории

Тик-так. Я гипнотизирую чертовы часы и не могу собрать мысли в кучу – передо мной высится стопка исписанных листов. Представляю, как они вспыхивают от одного взгляда, а мне больше не приходится думать, что с ними делать. Но, нет. Двадцать первый век и не-магический мир диктуют свои правила хриплым шепотом. - Ты опять, да? – в тихом голосе Мими слышится явная угроза. Тик-так. Когда недописанные истории пришли ко мне в первый раз - я ничего не запомнила. Навеянный дурман заставил меня вспомнить о них, но не притронуться. То времени не было, то желания, то настроение не соответствовало. Можете выбрать любую причину, и скорее всего найдете ее в огромном списке моих отмазок. Второе явление случилось во сне - теплая компания, состоящая из близнецов-вампиров, Бога Лжи, профессора зельеварения и малышки Мими со своим зверинцем, нагнала на меня такого ужаса, что мне несколько дней мерещились взлетающие ввысь костры и отчаянные крики. Я дергалась от громких звуков и замирала, стоило увидеть мигающий курсор. Третий раз меня навестил Вестник. Угольно-черный ворон приземлился ровнехонько на мое плечо, когда я наблюдала за закатом на берегу Дудергофского канала. Не знаю, кто в тот момент удивился больше – люди вокруг меня или я сама. Кастор ничего не говорил. Но его молчание было громче любого крика. В четвертый раз ко мне пришла Мими. Угрожала своими любимыми ножами, ругалась, как портовый грузчик, а потом вдруг замирала и в уголках ее синих, точно море после грозы, глазах отчетливо различалось разочарование. Это меня и добило. Я достала старые коробки с набросками, распределила по стопкам и начался мой персональный Ад. Потому что Мими никуда не делась. Она тоскливо слонялась по квартире, пугала моего кота и дьявольски хохотала, когда я начинала жаловаться, что ни черта не помню сюжеты «замороженных» историй. Мими кривила губы, запрыгивала на край моего стола и предлагала размышлять вместе. Очень демонстративно поигрывая смертельно острым ножом в непосредственной близости от моих рук. И все вроде бы шло неплохо, пока Мими вдруг не захотела, чтобы я вписала в ее рассказ бой. Да не какой-нибудь там, а обязательно с применением выбранного ей самой оружия. Чтобы вы понимали – Мими воспитывали Аддамсы. В ее тонких руках даже лист салата представлял опасность. Мы два вечера спорили до хрипоты – я убеждала Мими, что это будет лишнее, а она издевательски хихикала и перебирала вещи в моей комнате, оценивая их пригодность для нанесения тяжкого вреда врагам. И нашла же. Шнурки! Мне хотелось рычать и бить посуду. - Не опять, а снова. Не умею я описывать боевые действия. Особенно с использованием шнурков. Мими, правда – давай хотя бы выберем что-то другое? Малышка насупилась и весь ее вид кричал о том, что ни на какие уступки она не пойдет. - Энни, ты мне обещала попробовать. А обманывать детей не хорошо. - Угрожать взрослым тоже, но тебя это не останавливает. Мими вздохнула. - Давай позовем профессора или Локи? Они-то точно разбираются в драках. - Не уверена, что это хорошая идея, - мой голос был полон сомнений. И было от чего. Несколько дней назад, когда Мими стало скучно, она решила позвать ко мне всех остальных своих коллег «по несчастью». Ужасами «той стороны» меня больше не терзали, а вот мысли к размышлению подкидывали. Профессор вообще целый вечер смотрел на грозу за окном и в общей беседе не участвовал. А потом ни с того, ни с сего возьми и скажи, что «внутренняя сторона ветра та, которая остаётся сухой, когда ветер дует сквозь дождь». Мы с Локи тогда переглянулись, и он презрительно бросил, что одиночество плохо сказывается на некоторых отдельно взятых профессорах, раз они уже пускаются в философские измышления при виде жалкого мидгардского дождя. Словом, понятно, что ничего не понятно. - Энни, не зависай. Тебе еще бой писать, а мне шнурки гладить. Тик-так. Тяжело вздохнула и открыла ноутбук – чем быстрее я сделаю то, что хочет Мими, тем быстрее она даст мне отдохнуть. «….навязчивый запах гниения преследует Мими уже несколько дней. Сначала девочка подозревала, что старший братец добавил в ее чай яд, который разрушает тело изнутри. Пришлось утащить из кладовки бабушки Фрамп мерзкую настойку из сердец летучих мышей – не помогло. Мими злилась и строила коварные планы мести. Багз должен был вернуться домой на выходные, а значит дело за малым – найти особенное оружие и уговорить Уэнсдей. При чем, первое явно было куда сложнее, чем второе. Старшая сестра никогда не отказывалась поучаствовать в чем-то п о д о б н о м. *** Взрыв. Еще один. Комья земли разлетаются в разные стороны. Из дыма доносятся грязные ругательства и звуки драки. Визг, звук разбитого стекла. Снова взрыв. Мортиша Аддамс стоит в оранжерее и обрезает алые соцветия роз – она смертельно счастлива, что дом снова наполнен голосами детей. Последнее время они так редко собираются все вместе, что каждый семейный уикенд дарит ей ни с чем не сравнимое удовольствие. - Тиш, не стоит ли нам их разнять? - высокий мужчина в бархатном халате стоит у окна, покручивая в руках едва дымящуюся сигару. - mon cher, они ведь так соскучились, не будем отвлекать их. - Французский, Тиш? Мадам Аддамс знает, как пленить своего супруга. В разбитое окно залетает дымовая шашка, которая скрывает в клубах горькой отравы фигуры двоих – мужчина жадно целует прохладные руки жены и забывает о том, что еще пару минут назад собирался вмешаться в развлечения детей. Он….» - Фу, Энни, хватит писать о родителях, давай уже ближе к бою. Шнурки ждут. Я кошусь на Мими, которая все еще не убралась с края моего стола – от кровожадного блеска в ее глазах мне слегка не по себе. И как я только ее придумала? «….Ком сырой земли пачкает платье Мими и она рычит – братец за все заплатит. Девочка достает из кармана обычные шнурки. Раньше у них был уговор, что все игры только расстоянии взрыва или выстрела. Но Багз первым перешел границу – запах гниения перебивал даже вонь дымовых шашек, и если у Мими не получится стребовать с него противоядие, то вполне возможно она окажется проигравшей. Хотя, всегда можно было обратиться к матери – та в миг вернет все, как было. Но это был крайний шаг. Глухой взрыв за спиной оповестил, что братец подобрался ближе. Мими с треском сжала в руках пластиковый шарик – точно такой же сейчас сломался в руках Уэнсдей. Через мгновение девочка слышит свист – сестра активировала ловушки. Теперь Багз не проберется незамеченным в дыму между могил, а значит у нее есть шанс напасть на него. Шаг. Второй. Мими старается двигаться бесшумно и крепко сжимает в ладонях хвосты шнурка, перевитого стальной проволокой. Девочка решила, что так будет надежнее – все-таки простые, хоть и крепкие нити, вряд ли выдержат то, что она задумала...» - А что я задумала? – Мими заглядывает через мое плечо на экран и хмурится. – Как-то очень размыто выходит, тебе не кажется? Я снова рычу – эта девчонка сведет меня с ума. - Ну, ладно-ладно, я помню - ты тут автор, и все такое, но может быть постараешься хоть немного, а? На благое дело же. Мими предпочитает игнорировать мой злобный взгляд, поэтому я возвращаюсь к наброскам. «…. Крупный парень в полосатой, местами обугленной футболке, пригибается к земле – он насторожен. Сестры устроили ему жаркий прием, закидав гранатами прямо на пороге старого кладбища, куда он вышел полюбоваться луной. Пришлось скрываться между надгробий и швырять дымовые шашки почти что наугад. Когда Уэнсдей и Мими объединялись – это походило на тайфун. Багзли слизнул кровь с нижней губы и улыбнулся. Его валькирии. Интересно, Мими уже догадалась, что он вымочил всю ее одежду в трупном растворе? *** Мими заметила брата сразу же, как выбралась из могилы – она совсем забыла о том, что дядя Фестер собирался устроить церемониальное погребение и еще прошлой ночью приготовил яму. Ругательства слетели с языка полушепотом – Уэнсдей прирежет ее во сне, если Мими попадется Багзли так глупо. Девочке потребовалось совсем немного времени, чтобы влезть по склизкой земляной стенке на поверхность. И очень удачно – брат замер между двух могил предков Аддамсов, и настороженно прислушивался. Один четко спланированный прыжок – и Мими вцепляется в плечи брата….» - Фу, это я что со спины напала? Энни, а как же честь и все такое? Тик-так. Тик-так. Мысленно считаю про себя до десяти, мило улыбаюсь Мими и ничего не отвечаю. «….Багзли резко разворачивается и хватает младшую сестру за руку. Рывок и Мими уже распластана на земле. - Валькирия, ты топаешь, как тетушка Абигейл. Тебя бы и слепой поймал. Девочка хищно улыбается и выбрасывает вперед руку - в глаза брата летит жгучий песок. Мими быстро вскакивает на ноги и одним слитным движением оказывается за спиной Багзли. Тем временем из дыма показалась высокая фигура Уэнсдей. Она не вмешивается в месть Мими, а просто замирает у фигуры плачущего ангела и любуется картиной драки младших членов семьи. Какие же они еще несмышленыши. Мими шипит – Багзли укусил ее за руку, когда она пыталась слегка придушить его, запрыгнув на спину….» - Далась тебе эта спина! Я не выдерживаю. Закрываю ноутбук, встаю из-за стола и иду на балкон. Мими топчется на пороге и заискивающе поглядывает на меня из-за длинной рыжей челки. - Энни, прости. Мне просто хочется, чтобы у тебя получилось сделать красиво, а не предсказуемо. Понимаешь? Молчу и пристально вглядываюсь в дождь за окном. И что все-таки имел в виду Снейп, когда говорил о сухой стороне ветра? - Энни. - Мими, я попробую завтра еще раз, хорошо? Девочка вздыхает и пристраивается рядом со мной – почти что объятие с ее стороны дорогого стоит. - Учти, в следующий раз не отвертишься. А будешь ныть, я Локи пожалуюсь.