Контракт вечности

Девушки расслабленно окунулись в горячую воду. Добравшись до дворца, Сяо, Чжун Ли и Гань Юй тут же ушли к Нин Гуан. Для остальных же была готова горячая баня и комнаты для отдыха. После боев и долгой дороги так приятно было опуститься в чистую горячую воду и расслабить напряженные и затекшие мышцы. Раны неприятно щипало, но эта боль быстро отступила. Люмин откинулась на бортик бассейна с горячей водой. Вода приятно обволакивала тело путешественницы. Блондинка легонько прикрыла глаза. — Я устала, — тихо сказала Люмин. Паймон, кружившая рядом, всполошилась. — Люмин, что такое? Слишком серьезная битва? — Нет, я устала искать. Надеяться, что кто-то поможет мне. Устала помогать другим и ни на миллиметр не приблизиться к своей цели. Я просто… Люмин замолчала, не договорив свою мысль. Её взгляд был направлен в одну точку. Эти мысли о тщетности попыток, о постоянных неудачах часто стали посещать ее. Во сне она больше не гналась за братом. Она вязла и тонула в своей тьме. — Нет, что ты! Тебе просто нужно поесть и все пройдет, — Паймон не на шутку обеспокоилась. — Не думаю, маленькая фея, что это пройдет, — ответила Райден, которая внимательно слушала, тоже нежась в горячей воде у противоположной стороны бассейна. Баал прекрасно понимала это состояние. Когда ты отчаянно пытаешься зацепиться за тающую надежду. Когда не хочешь больше решать чужие проблемы, ведь с твоими проблемами тебе никто не помогает. — Устала быть сильной, — девушка погрузилась в воду, оставив на поверхности лишь глаза. — Люмин, — в голосе Ху Тао звучала обеспокоенность. Брюнетка подплыла поближе к путешественнице. — Не стоит опускать руки, только потому, что что-то идет не так, как ты хочешь. Ты сильная. Сильнее, даже чем каждый из нас. Неужели ты позволишь этим чувствам одержать верх над тобой. Ты так долго шла к этому. — Всего лишь бег на месте, — ответила Люмин. Повисла пауза. — Паймон не нравится твое настроение, — девочка уперла кулачки в бока и сердилась. Люмин продолжила пребывать в своих мыслях. — Настаиваю на скорейшем ужине и крепком сне. — Поддерживаю! — поняла руку вверх брюнетка. — Хочешь, кое-что прочту, — Ху Тао понизила голос до шёпота. Потом театрально состроила серьезную скорбную мину и продекларировала: — И смерть не станет для нее покоем, И боль с собой она не заберет. Не только взглядом проводит в дорогу, Но душу с собой уведёт. — Как-то мрачновато, — констатировала Паймон. Люмин смотрела на Ху Тао, которая вдруг состроила смешную гримасу и рассмеялась. — Почему вы такие хмурые? Мы же спасли Гань Юй. Все добрались живыми. Конечно, моему бизнесу это не поможет, но грех жаловаться. Давайте наслаждаться тем, что есть. Люмин по-прежнему молчала. Райден же сама по себе была немногословна. Девушка предпочла отправиться отдыхать в гостевую комнату. Путешественница пожала плечами и выбралась из бассейна. Хандра постепенно окутывала в плотный кокон душу Люмин. И ей даже не хотелось сейчас бороться с ней. Тоска и одиночество накатили удушливой волной. Она понимала, что наверняка это все пройдет со временем. Но сейчас хотелось отдать себя всю этому состоянию. Паймон мирно спала. Компаньонка так наелась вечером, что ее желудок еще долго будут переваривать щедрый пир, устроенный Нин Гуан. Люмин оделась и вышла утром на террасу. Впереди тонкой полосой алел рассвет. Прохладный ночной ветер трепал локоны девушки. Она думала о том, что ей делать дальше. Стоит ли пытаться продолжить свой путь и бороться или же бросить все. — Прекрасный рассвет знаменует прекрасное начало чего-то нового, — Нин Гуан подошла вплотную к девушке и стала рядом. — Это всего лишь рассвет, — безразлично ответила Люмин. — Для небес — рассвет, для цветов — жизнь, для времени — бесконечность, — ответила женщина. Люмин молчала. — Ты хотела узнать, что тебе делать дальше, — так просто констатировала глава Ли Юэ. — Сейчас тебе кажется, что ты не достигнешь своей цели. Топчешься на месте. Стараешься угодить всем. Но слушать стоит лишь себя. Сколько бы советов и просьб ты не выслушала, никто не вправе управлять тобой. Решение должно исходить от тебя. — Спасибо, — вздохнула Люмин. В словах этой мудрой женщины скрывалась та правда, которую Люмин уже знала, но боялась озвучить сама себе. Спасать других день за днем. А кто спасет её? — Люмин? Могу поговорить с тобой? — голос Моракса вывел из задумчивости девушку, которая уже неизвестно, сколько стояла и наблюдала рассвет одна. Чжун Ли как всегда выглядел безупречно. — Да, конечно, — девушка продолжила наблюдать рассвет, осматривая красоту Ли Юэ. — Я не буду лгать тебе, путешественница. Я заключил контракт, согласно которому должен доставить тебя в определенное место. — Люмин была несколько удивлена. Моракс не любил врать. Но такой контракт показался ей странным. — И я не хочу применять силу по отношению к тебе. Поэтому прошу тебя сегодня пойти со мной. Девушка задумалась. Она может отказать Мораксу, потому что устала выполнять чужие поручения, и, возможно, все выльется в драку или побег. А может согласиться из чистого любопытства и узнать что-то новое. — Куда мы должны пойти? — уточнила Люмин. — Я не могу сказать по условиям контракта, но никакая опасность тебе не грозит. — Хорошо. Давай отправимся прямо сейчас. Я не хочу, чтобы кто-то ушел с нами, — она словно боялась что сама сейчас передумает. Идти пришлось не так долго, как думала Люмин. Каково же было ее удивление, когда они ступили на мост, ведущий в Золотую палату. — Золотая палата? Чжун Ли, тебе нужна мора? Ты мог бы… — Моракс сделал девушке знак молчать. Люмин перестала понимать что-либо. В здании никого не было. Словно все вымерло. — Но Моракс, последний раз мы были здесь, когда Чайлд обманул нас и, честно говоря, у меня остались не лучшие воспоминания об этом. Настроение девушки испортилось окончательно. Она все еще помнила, как Чайлд обманул всех в погоне за своими целями. Но хуже всего, что он обманул её, сразу после того как… Люмин помнила, как её кожа покрылась мурашками, когда губы предвестника накрыли ее, увлекая в поцелуй, переходящий в страстное сражение. Ох, какие искры тогда летали по этому залу. Тогда она впервые узнала, что такое предательство. Предательство того, кто тебе дорог. А ведь она почти отдала ему свое сердце. Тарталья был настолько харизматичен, обходителен и располагал к себе любого, что Люмин не стала исключением и повелась на это обаяние. А ведь он украл ее первый поцелуй. За это она отдельно хотела врезать сбежавшему тогда от правосудия предвестнику. Но ей так нравилось их маленькое приключение. Его забота казалась ей искренней. Да и когда объявился младший братик Чайлда, девушка рассмотрела его с другой стороны. И эта сторона в нем ей нравилась. Она сама находила оправдания его действиям. После победы над Осиалом Тарталья пропал. Люмин грустила. Сожалела, что не успела поговорить с ним и все выяснить до конца, ведь сражение было не окончено, но со временем все забылось. Почти все. Его губы, его тепло и его запах. Запах дождя, спелого закатника и мяты. Он так врезался в память, что Люмин показалась, будто он и сейчас витает в воздухе. Впрочем, девушка была недалека от истины. Свет в зале погас. Люмин тут же насторожилась. — Чжун Ли? — позвала девушка. Отсутствие света напрягало. — Почти… — этот голос у самого уха. Глаза девушки широко распахнулись. Реакция тела была мгновенной. Короткий и резкий рывок меча и удар с пол-оборота. меч рассек воздух. — Что такое, Люмин? — его смех эхом отражался от стен. — Хватит, Чайлд, — осадил его Моракс. Свет снова вспыхнул. В центре на расстоянии вытянутой руки стоял тот, кого Люмин предпочла бы не видеть. — Если бы я знала к кому ты меня ведешь, — тихо, но твердо произнесла путешественница. — То не согласилась бы прийти сюда, — закончил за нее Чайлд. — Но ты же не просил! — возмутилась Люмин, не опуская меч, принимая защитную стойку. — А если бы попросил, ты пришла бы? — парировал Тарталья. — Конечно, нет! — на это Чайлд только рассмеялся. — Вот именно! — Вот именно! Использовать других ради своих целей, это так похоже на тебя Чайлд! — гнев внутри блондинки медленно начал закипать. Она злилась на него. Не за предательство. А за то, что сбежал и оставил одну. — Увы, других способов я не увидел. — Прекрасно, и что ты хотел? — Люмин уже устала стоять в защитной стойке. И совершенно недоумевала, почему Моракс его не опасается. Доверяет ему или уверен в себе? — Всего лишь поговорить с тобой. Наедине, — уточнил предвестник. Люмин фыркнула. Моракс вздохнул и направился к выходу, здраво рассудив, что они не дети. Разберутся. Чжун Ли предстояло самому решить свои проблемы. К тому же, если бы Тарталья хотел причинить им вред, то у него уже была для этого тысяча и одна возможность. Однако, архонт предоставил Чайлду право реабилитироваться. В конце концов, второй шанс дается не каждому, а этот молодой человек не так плох и безнадежен. Тысячелетний опыт не мог обмануть старейшего архонта. — О чем? Мне кажется, что ты все сказал, когда ушел. — Я не уходил. Все это время я был в Ли Юэ, — парень виновато развел руками. — Ты… — злость завладела девушкой, и она взмахнула мечом. Тарталья блокировал атаку своими гидро клинками. — О, если это будет нашей прелюдией, я даже готов тебе поддаться, — усмехнулся агент Фатуи. — Тарталья! — Люмин показалось, что она слишком громко выкрикнула его имя. — Если ты будешь так произносить моё имя, то мы уйдем отсюда не скоро, милая Люмин, — предвестник, кажется, не воспринимал девушку всерьез. Люмин снова атаковала. Тарталья только улыбался и отбивался от ее атак, пока девушка не выдохлась. — Может, теперь поговорим? — парень не рискнул приблизиться к тяжело дышащей девушке. Но девушка вместо ответа одарила его лишь презрительным взглядом. — Разве ты не все мне сказал? — она присела на каменный выступ. — О, далеко не все, — предвестник бесцеремонно сдвинул Люмин и сел рядом. От близости парня девушка смутилась. Тем более Чайлд ни на секунду не переставал флиртовать с ней. — Зачем ты снова играешь со мной? — Если бы это была игра, мне было бы куда проще. Я пытался забыть тебя, Люмин. Ушел с головой в свою работу. Отказывался от всех заданий связанных с тобой. — В это тяжело поверить, — Люмин отвернулась. — Тогда поверь в это, — парень взял ее за подбородок, развернул лицо к себе и поцеловал. Снова дрожь захватила тело. Разум словно отключился, сердце било чечетку, пока его губы напористо сминали её, требуя разрешения углубить поцелуй. И Люмин сдалась. Она обхватила его руками за шею, на что рыжеволосый юноша придвинул ее к себе ближе. Она ведь была такой хрупкой. Этот водоворот затянул обоих в омут с головой. Снова запах мяты и сладкого закатника щекотал нос. И не хотелось прекращать это безумство, которому оба поддались, но воздуха стало не хватать, и Люмин отстранилась. Парень не спешил выпускать ее из объятий. Она спрятала лицо на его груди, а он ласково гладил ее по волосам. Щеки девушки налились румянцем, она не хотела поднимать глаза, словно ей стало стыдно за то, что она поддалась врагу. Но был ли Тарталья ей врагом? Определенно, нет. Но кто они тогда друг другу?