Давай будем вместе?

      Куриный суп был съеден до последней капли, в чашках пустота. В комнате повисла неловкая тишина. Тем для разговоров было сполна, но никто не хотел заводить разговор, было вдвойне неловко. Оба понимали что ни к какому перемирию, разговор на одну из тем, не приведёт. Антон решил не тянуть кота за яйца и начал разговор, если его можно таковым назвать.       – Ну и что? – начал Антон.       – В смысле «ну и что»? – Рома поднял взгляд на Антона из пустой тарелки.       – Что будем делать, с… этим. – Антон показал пальцем на свой живот.       – Для начала к гинекологу, а затем выясним на счёт аборта. –       – Ты ёбнутый? Накончал в меня, а теперь «Давай аборт» говорит. Ты вообще не соображаешь что говоришь и что делаешь? – руки Антона разбрасывались в разные стороны, увеличивая его эмоциональность.       – У меня был гон, у тебя течка, естественно что мне было поебать на всю эту хуйню. Да, каюсь, не соображал, но очень сильно сожалею об этом. –       – Блять, какой ты… – Антон редко позволял себе использовать мат в своей речи, но ситуация была критическая.       – Да, такой вот тебе долбоёб достался, благодари судьбу нахуй, вот такая вот судьба у тебя сука. Да, пидорас. Да, долбоеб. Да, ненадежный. Да, плохой. Да, да, да и ещё раз да. – Рома упёр руки об стол, но после сказанного убрал их к прошлому положению.       – Огромное спасибо, аж полегчало блять. – съязвил Антон       – Антон, – Рома взял руки Антона в свои – пойми, оно нам не надо. – Антон выдернул руки – Ладно. Пойми, нам по семнадцать. Ты, работаешь на десяти работах только чтобы Оле хавки и одежды купить. Я, ебланю, бухаю, веду распутный образ жизни, зарабатываю ноль рублей и ноль копеек, не считая деньги отца. Скажи, куда нам ребёнок? Он никак не вписывается в эту картину. –       – Я не на десяти работах работаю, а только на двух. –       – Антон, прошу, не цепляйся за слова, давай обсудим, я хочу пойти на компромисс с тобой. –       – У нас этого не получится. Ты хочешь одно, я другое. – Антон откинулся на спинку стула и скрестил руки на груди.       – Тош, если мы поговорим, то сможем, прошу, упокойся. –       – Я спокоен, я абсолютно спокоен. – Антон вскинул руки над головой       – Нет, Антош, прошу тебя, успокойся. – Рома снова попытался взять его руки в свои, но Антон их быстро отдёрнул.       – Не надо меня называть в уменьшительно ласкательной форме, на меня это не подействует. –       – Хорошо, буду называть тебя «Антон», так тебе будет лучше? –       – Нет, так не хочу. – (истеричная сука)       – А как ты хочешь? Скажи. –       – Я не знаю. –       – Тош, пожалуйста, вдох-выдох. –       – Не хочу я вдох-выдох, сам успокаивайся. –       – Антон, это ни к чему не приведёт. –       – Отлично. – Антон встал из за стола и пошёл в ванную комнату.       – Как с тобой сложно. – шепотом осадил Рома, поставив локти на стол и переплетя пальцы на затылке. – беременняшка. – хмыкнул Ромка.       Антон осел на пол, облокотившись спиной на дверь. Слезы подступали к глазам, казалось вот-вот польются ручьем, так и случилось. Антон вытирал слезы и сопли руками, мыл руки, снова плакал, снова мыл руки. Всхлипы были хорошо слышны за дверью, но Рома не хотел ещё больше ухудшать его состояние своими разговорами. Он понимал что Антону сейчас нужно выплеснуть эмоции и не желательно ему мешать в этом. Рома сначала сидел за столом, чесал затылок, затем наматывал круги по комнате, но когда всхлипы успокоились и были слышны только всплески воды, он решил подойти и спросить.       – Тош, ты как? –       – Отъебись от меня! – послышался крик по другую сторону двери.       – Ладно… – «Видимо ещё не успокоился, подожду ещё немного. Схожу покурю» мысленно построил план действий Рома.       Рома уже хотел выйти из квартиры и пойти покурить около подъезда, но понял что мало ли что произойдет, решил сделать это на балконе. Взял пачку сигарет из кармана куртки и уже собрался идти на балкон, как услышал что вода перестала литься. Только хотел подойти и снова спросить о состоянии Антона, как снова послышались всхлипы, но более тихие. Было глупо не спросить его снова, истерика продолжалась уже достаточное количество времени.       – Антон, всё хорошо? –       – Ром… почему ты такой какой есть? –       – И какой? Плохой?.. –       – Да… Плохой. Самое странное во всём этом, то что я всё ещё люблю тебя… – переодически, между слов слышались всхлипы.       – Я тоже тебя люблю… –       Повисла тишина.       – Тош, впустишь?.. – Рома таил надежду, чтобы Антон открыл, но более ожидаемое было что не откроет. Но дверной замок щёлкнул и дверь открылась. За ней открылась следующая картина: стоял Антон, с красными глазами и мокрыми щеками. – Боже… – Рома подорвался и нежно обнял Антона.       – Внезапно уверовал? – шмыгнул Антон.       – Божечки, тебе же нельзя нервничать… –       – Хп, ты всё равно не хочешь этого ребёнка. –       – Но всё же, это даже для тебя плохо. – Рома убрал голову с плеча Антона и посмотрел ему в лицо.       – Я не красивый? – вытирая остатки слез под глазами, сказал Антон.       – Очень красивый. – Рома поцеловал Антона в лоб.       – Да конечно. – усмехнулся Антон.       – Правда красивый. –       Рома поправил прядь волос Антона, убирая её за ухо. Они смотрели друг другу в глаза несколько секунд. Рома начала приближаться к лицу Антона и поцеловал того в губы. Поцеловал нежно, оторвался и снова поцеловал только уже более страстно. Углубляя поцелуй, Рома подхватил Антона за бёдра и переместил их обоих к стене. Облокотил Антона спиной на стену и продолжал страстно целовать. Рома решил не медлить и потащил Антона в свою комнату, находящуюся неподалёку от ванной.       Рома положил Антона спиной на кровать и продолжал целовать. Сместил поцелуи на шею, оставлял засосы. Спустился к груди где тоже оставил пару десятков засосов.       – Хватит меня помечать. –       – Хочу. – сказал Рома и продолжил оставлять следы.       – Мало ли чего ты там хочешь.. мх.. – на выдохе произнёс Антон, но Рома не обратил на это никакого внимания и продолжил задуманное.       Рома спускался всё ниже и ниже, дошёл до пояса шорт. Решил раздразнить Антона и начал стягивать с его бёдер резинку шорт зубами. Когда шорты были удачно сняты, Рома принялся за трусы. Тоже снял их с Антона зубами и вернулся к половому органу. Сначала взял в рот головку члена, а затем взял полностью. Рома отсасывал Антону, попутно растягивая ему анус. Попка Антона была уже достаточно растянута, по этому Рома начал входить в него. Естественной смазки хватало, чтобы войти до упора, так Рома и сделал.       – Нха.. зачем так резко?! –       – Прости… –       Рома начал двигаться, сначала медленно, но со временем ускоряя темп. Стоны и хлопки кожи о кожу, разносились по всей квартире, на время утихали и снова разносились по квартире, только уже более тихие. Рома расцеловывал кожу Антона, оставлял по телу засосы, игрался с сосками Антона. Они страстно целовались, прижимались друг к другу, снова целовались. Спина и торс Антона были покрыты розоватыми засосами. Рома не останавливался, продолжал двигаться, а Антон продолжал прогибаться под Ромой.       – Ах.. Ром, хватит~ –       – Я ещё не кончил.. нх.. – Через несколько секунд после сказанного Рома кончил, но успел вынуть и Антон кончил вместе с ним. – Успел. –       – Да, ППА и ребёнок не беда. –       – Не выёбывайся. –       – Ром, я уже заметил как ты „успел”, – на слове «успел» Антон показал кавычки пальцами в воздухе. – настолько, что у меня две полоски. –       – Так, давай без этого. –       – У меня нет сил чтобы спорить с тобой. Давай спать, но сначала в душ. –       – В душе и поговорим. –       – Нет, не хочу в душ, слишком лень. –       – Тогда поговорим сейчас. –       – Я спать. – сказал Антон, словно не замечая слов Ромы о разговоре, укутываясь в одеяло.       – Нет Антон, мы поговорим. –       – Ром, ну ты серьёзно? После секса это идея просто супер. –       – Да после секса, сейчас ты более спокоен. –       – Нгх.. Ладно. –       Антон повернулся к Роме не вылезая из под одеяла. Они смотрели друг на друга, а Рома не знал с чего лучше начать, чтобы разговор всё же пошёл им на пользу.       – Ну.. –       – Тош, ты вообще каким себя родителем представляешь? Пропадающем на работе и учёбе или проводившим всё время с ребёнком. –       – Я и не задумывался. –       – А я задумывался… –