MIST

-Эй! Выходи! Карета подана! - к временному месту заключения Сонхва подоспело трое пиратов низкого звания. -Эх не хочется с тобой прощаться, мальчишка, - старший из них полюбил мальца. -... -Весело тебя подкалывать было! Ха-ха -Давно так не смялся, чес слово. -Я, пожалуй, откажусь от продления срока дальнейшего пребывания здесь, - подал голос Сонхва. -Ну, ладно, вы вольны летать, господин павлин. Да, парни? - первый матрос просто обожал как Пак реагирует на его низкосортные шуточки. -Дурак, павлины не летают! -Нет, летают, недолго, правда. Они больше отталкиваются, а крылья позволяют увеличить продолжительность и безопасность полета. Ну, и их красота в другом, - второй решил блеснуть своими знаниями. -Ты с какого момента образованным стал? -С тех пор как матушка произвела на свет. Ладно, пошли.       Они вывели пленного парня на палубу. Пока тот шел, дабы спуститься на причал, его провожали все кому не лень: -Попрощайтесь! Наша скверна покидает корабль! - огласил главную новость дня Бон. -Прощай, Сонхва, не хворай, - так, по теплому звучало прощанье боцмана. -Ничего себе, я, что? Уже не "Похлебка из рыбы"? -Ха-ха-ха, ну да. Я бы пустил слезу по твоему уходу, вот только глаза на мокром месте у меня бывают только от удара барышень в причинное и очень важное место. -Ох уж старый негодник, - слегка посмеялся на слова мужчины. -Прощай крылатый! - подоспел Винэ. -Ага... -Уходишь..? - избегавший пленника, Мори тоже пришел попрощаться. -А я думал, ты умер. -Смешно. Не проси обнимашек, даже если это была твоя последняя воля... -Обнимешь? - перебил Пак. -Еще спрашиваешь! - ринулся и заключил в крепкие объятия паренька. -Какая же ты язва, - признался Док, на что Сонхва тихо посмелся. -Отпустите парня, - интендант должен был появиться.       Мори разомкнул руки с шеи и ушел в сторону. Все остальные отошли назад, предоставляя коридор для Рокки. -Вот и конец. А это попросил передать сам Капитан Ким. Возьми же.       Помощник протянул конверт, запечатанный сургутом. Пак, в свою очередь настороженно смотрел на послание и замер на мгновение. Очнулся, слегка встряв головой, и забрал его себе, бегло взглянув, убрал за пазуху. -Не откроешь? -Думаю, личное. -Тоже верно. Твоя воля. -Вы тоже сходите на сушу? -Нет, запланированный путь пока не пройден. Сюда вернемся только через полгода. -Ясно, - коротко бросил и покинул корабль.       Сонхва спустился и посмотрел вслед уплывающему судну. Эта глава его жизни закончена.       Его оставили в городке рядом со столицей, а сами дальше отправились на поиски вкусной выпивки и еще более красивых женщин.

***

      Все началось словно с чистого листа, да не с белого. Сперва был светло-серый, потом становился все темней. Чернила сгущались в чернильнице, тучи не мерещились, а грозно нависли. Зонта нет, спасение за близ стоящем кровом, но ноги, будто свинцом налились, и капают чернильно-черные капли-кляксы на красивые, выточенные, скулы, точно из мрамора. Аномалия? Нет, в жизни Сонхва теперь вечно обсидиановые дожди.       Он погряз в пучине. После того как Пак коснулся подошвами земли - он перестал быть собой. Все то время пребывания в заточении, голова его была пуста, гулял сквозняк, да окна стучали и противно скрипели. А первая мысль на суше, что воткнулась стрелой точно в мозг и задела что-то важное, стала какой-то навязчивой, как боль от мозолей в неудобных и единственных сапогах. Пак стал тратить слишком много жизни на время для этого ложного пути.       Первым делом Хва отправился обедать.       Его виду сторонились все посетители, кто-то у виска крутил, женщины глядели с презрением, а мужчины вскипали от гнева. Парень сидел абсолютно молча, тихо и осторожно ел, но мимическая морщинка меж насупленных бровей и свирепый взгляд, заставлял всех обращать на него ненужное внимание. Только вот, этого устрашающего юношу решила потревожить одна из работниц паба:       -Что с тобой? Барышня, какая отшила? - хамовато и громко с насмешкой произнесла официантка.       Глаза медленно, будто тонну весили, перевели на крупную женщину молчаливый взгляд: -Что? Угадала? ХА-ХА! Так и знала! Я в ударе!       Он даже и не думал отвечать ей. Разум все пуст, а эмоция заполнила все.       "Как удачно!": подумал Сонхва. Он уже доел, не придется выслушивать речь этой недалекой барышни. Он поднялся со скамьи, вытер платком рот, как тут: -Отвечать надо, когда баба с тобой говорит! - огромный мужчина с грохотом встал. Его глаза пылают, вся кровь в тех капиллярах кипит. Тот пыхтит как дикий зверь от ярости. -Я не слышу! Живо ей ответил, сопляк подброшенный! -Зачем мне отвечать? Разговор получится коротким и крайне неудачным, но ладно, так уж и быть, дабы удовлетворить вас, как никогда не сможет эта молодая дама, сидящая подле вас, господин, -нужно быть осторожнее и тактичнее, но Пак на все эти нравоучения всегда глаза закатывал и слал куда подальше. -О, недорогая мною, меня никто, как вы говорите, "не отшивал", и ни к кому я не подходил для признания. Просто я думаю, размышляю, воображаю, как мне, - обвел себя руками, - поквитаться с одним человеком. Я весь загружен, как вы слышите, ни минутки покоя. Так, что, s'il vous plait, я уйду. Надеюсь и молюсь, что больше вас никогда не встречу. -Да как ты разговариваешь! -Думаю, вы считаете - "пренебрежительно". Может хотя бы сейчас, единственный раз в своей никчемной жизни, вы хоть чуточку правы.       Тот мужчина перестал сдерживать себя и кинулся на парня. Но Сонхва очень ловок, ведь вся жизнь прожитая на пиратском судне, что-то и говорит.       Одна из работниц - худая, миниатюрная девушка, с рыжими как пылающее солнце кудрями, да повязанным повверх красным платком, и с фартуком на талии, встала в ступор и мелко дрожит. Она не знает, что делать. Двое мужчин, оба сильно выше ее ростом, дерутся, будто не на жизнь, а на смерть. Вот-вот слезы окажутся на свекольно-румяных щеках. И о, спасение. Замечают ее глаза мимо проходящих гвардейцев, а среди них - ее возлюбленный. Девушка срывается к нему, ищет спасение, она хочет их разнять и спасти, пока те не наделали дел. О, большое благородное сердце: -Ох, здавствуй Люси. Как всегда прекрасна и мила... - он явно не ожидал ее встретить средь бело дня, та так резко объявилась, как снег на голову. -Там..! Сейчас мальчишку...в землю закатают..! Разними их! Помоги ему!- прервала та комплименты. Речь выходила рваной, все не могла перевести дыхание. -Ну...мужчинам иногда необходимо и нужно выпускать пар... - мужчина в армейском мундире пытался скинуть с себя лишнее бремя, но девушка снова его заткнула. -..мне страшно... - Люси жалобно глядела в любимые серые и выжидала. Ее глаза - два блюдца, вот-вот треснут и попадают с грохотом к его ногам. -О, дорогая! Я все для тебя сделаю. Веди! - сдался и поспешил с сослуживцами внутрь паба.