Ты – мой покой.

— Подруга, перестань себя так мучить. В твоём интересном положении итак приходится несладко, а ты ещё и нервничаешь, — каждый день на протяжении двух недель выслушивала я от Лиды одни и те же слова. — Если твой ненаглядный муженёк узнает, что я позволила тебе так себя доводить, то голову мне снесёт! — Он мне ещё не муж. — сухо ответила я, поглядывая на колечко с россыпью маленьких камушков. /Три месяца назад/ Сегодня годовщина наших с Лёшей отношений, о которой я благополучно забыла! Корила я себя за это ого-го как. Уму непостижимо, как можно забыть о такой особенной дате? Тем более, что праздновать её будем уже второй год. Мой парень, кажется, всё хорошо помнил, так как постоянно отсутствовал дома и загадочно улыбался, дразня моё любопытство. За несколько часов я не придумала ничего лучше, как приготовить праздничный ужин. Мне было ужасно стыдно, но ситуацию не исправить, а Агапов всегда был рад вкусносям, которыми я часто его баловала. Как-то так я и пыталась загладить вину. До прихода парня мне удалось сделать довольно таки неплохой ужин – его любимый ягодный пирог, салат, мясо с гарниром, а маленькую пустоту на столе скрывали зажжённые свечи. — Я дома! — «дежурная» для нас фраза, звон ключей в прихожей, всё так, как должно быть. — Привет, любимый. — улыбнулась я, легко целуя его в губы. — Привет, моя девочка. Та-ак, а что за повод для столь утончённого ужина? — Агапов, ты совсем не умеешь обманывать. — наигранно обиделась я, ударяя его ладонью по груди. — Ты просто слишком хорошо меня знаешь. — усмехнулся русоволосый, приобнимая меня одной рукой. С ужином мы быстро расправились, поэтому перешли на диван смотреть фильм. Конечно, это нам не совсем удалось. Из-за постоянных подколов и приставаний Лёши я уже сама перестала обращать внимание на развернувшуюся перед нами драму, переключая все внимание только на него. — Ксюнь.. — пробормотал кареглазый, зарываясь носом в моих волосах. — М? — Ты никогда не задумывались, хочешь ли связать со мной свою жизнь? — вопрос застиг меня врасплох, но с ответом я не медлила, так как была уверена. — Я уже давно это сделала, когда влюбилась в тебя лет так пять назад. — улыбнулась я, не совсем понимая суть темы. — Я говорил тебе, что ты – лучшее, что со мной случалось? — Говорил. Но я не против услышать это ещё раз. — я повернулась к нему лицом, удобно усаживаясь на коленях. Руки уже в привычной манере обвили крепкую мужскую шею, чтобы было удобнее заглянуть в полные нежности глаза. Иногда он смотрел на меня с такой непередаваемой любовью, что тотчас хотелось захлебнуться в его чувствах без шанса на спасение. — Ты – лучший подарок судьбы, моя девочка.. даже не знаю, за что заслужил тебя. Ты заставляешь меня быть лучше. Помогаешь, никогда не даёшь усомниться в нас. — прошептал парень, склоняясь своим лбом к моему. Я даже не заметила, как между нами оказалась небольшая красная коробочка. Мозг упрямо отказывался работать, поэтому я и вправду была шокирована. — Эти два замечательных года вместе с тобой я надеялся, что однажды осмелюсь.. найду в себе силы и скажу «будь моей женой». — Агапов опустился предо мной на одно колено, а я и не почувствовала, как с глаз начали срываться соленые капли. — И в ответ услышишь «я согласна». — прошептала я, опускаясь на колени рядом с ним. — Да? — Да! — громче повторила я, позволяя ему натянуть на мой безымянный палец кольцо. Повернув украшение другой стороной я увидела гравировку– палочки разной длины. Похоже на звукозапись. — Это моё голосовое сообщение для тебя. Я хотел, чтобы ты сама его расшифровала, но, оказывается, это невозможно. Ты – мой покой. Я люблю тебя, Ксюш. Возможно, банально, но... — Искренне. Я тоже люблю тебя, Лёш. — сказала я, закрепляя это обещание поцелуем. — Эй, ты чего замечалась? Просыпаемся, Ксения! — крикнула брюнетка, хлопая в ладоши перед моим лицом. — Я здесь, успокойся. — нахмурилась я, чувствуя неожиданную пустоту внутри. Беременность отражалась на мне однозначно не в лучшую сторону. Даже Леша, будучи в тысячи километрах от меня, очень беспокоился моими перепадами настроения и плохим самочувствием. Дядя Миша отправил его на две недели в Лондон, чтобы решить какие-то дела фирмы, и как раз таки тогда я узнала о своем положении. Говорить по телефону о таком не хотелось. Но понимая, что буквально через час мой жених будет дома, во мне поднялась тревога. Я не знаю, как сообщить ему об этом. Не знаю, как он отреагирует. — Да не бойся так, он же у тебя не изверг! И подобного стоило ожидать, вы уже как никак помолвлены.. — вслух рассуждала подруга, пытаясь меня утихомирить. — Девочки, что за шум? — усмехнулся Валера, заглядывая к нам. — Эта беременная женщина уже и меня с ума сводит своими... — девушка остановилась на полу слове и мне стала интересна причина этого. Я поняла голову к двери и заметила удивленного Алексея. — Мы, пожалуй, пойдем.. — тихо сказал Моцарт, уводя и свою девушку следом. — Лёш, прости, ты должен был узнать это от меня и при совсем другой обстановке. — это было все, что я смогла сказать. Из груди вырвался тихий всхлип, а из глаз – невыплаканные слезы. Русоволосый бросил чемодан у двери и подбежал ко мне, захватывая в теплые объятия, подобно одеялу. — Ну, девочка моя, ты чего? Хватит плакать, мне больно смотреть на тебя расстроенную. — шептал он, гладя меня по волосам. — Ты не зол на меня? — прохрипела я, немного отстраняясь, чтобы видеть его лицо. — Нет конечно, за что мне на тебя злиться? — За то, что молчала. — неохотно призналась я. — Мне это, конечно, не понравилось, но злиться я на тебя точно не буду, — ободряюще улыбнулся Агапов. — Ох, глупенькая моя глупенькая... — Эй, почему это я глупая? — Потому что испугалась. Разве я когда-нибудь давал тебе повод сомневаться в своей любви? — спросил он, заглядывая мне в глаза. — Нет. — Вот видишь. Этот ребенок – частичка тебя и меня. Как я могу не любить его? — Ты говоришь такие милые вещи, что мне хочется плакать. — улыбнулась я, смахивая оставшиеся слезы. — Нет, этого душераздирающего зрелища я больше не потерплю, — улыбнулся в ответ кареглазый. — Я люблю тебя. Вас. — моментально исправился он. — И мы тебя любим.