Внутри

Полицейский, размяв затёкшие колени, поднялся и отошёл от робота-курицы, валявшейся без части лица к своему напарнику, разговаривающему по рации. — Где вы находитесь?! — донесся резковатый выкрик до его ушей. — Около мусорного пресса, исследуем сломанного аниматроника... — На последнем этаже, — ответила другая пара. — Прекрасно, блять! — выдохнул в аппарат первый говорящий. — Значит так: Я сейчас на предпоследнем, если считать сверху, этаже, где-то в складских помещениях, рядом со мной функционирующий робот, и кажется, не до конца разложившийся труп. Не отказался бы от помощи! — ... — ...

* * *

Едва убрав рацию, Хэнк снова услышал жуткий скрежет. Смесь не самых приятных запахов усилилилась. Он инстинктивно сжал оружие так, что костяшки побелели и отступил ближе к пролому, ведущему назад. «Как бы не свалиться туда», подумалось ему. Эта навязчивая мысль ещё сильнее ухудшила положение. И так, пытаясь успокоить дрожащие руки, он до боли вглядывался в темный проход, откуда по его мнению доносились звуки. А потом он увидел ЭТО. Из коридора медленно, словно в фильмах ужасов, надвигался огромный, под шесть с половиной футов робо-кроль с горящими фиолетовыми глазами. Шёл, припадая на одну лапу и источая вонь горелого пластика, почти разложившегося трупа, машинного масла и ещё бог знает чего. На пальцах, которых, кстати говоря, было по пять, в отличии от остальных роботов, находились длинные стальные когти. Оправившись от первого потрясения, Хэнк выстрелил. К огромному своему удивлению, попал. Пуля застряла в одном из шарниров целой ноги кролика, из-за чего та перестала сгибаться в колене. Эхо прокатилось по коридору. Огромный робот замер, напружинившись, а затем напрыгнул на лейтенанта. Тот едва увернулся, а кролик напоролся грудной клеткой на арматуру, торчащую из пола-потолка. Послышался неприятный хруст, как при раздавливании сухарика. Хэнк быстро отступил как можно дальше от дыры. Тем временем аниматроник выдернул из себя стальной прут и снова бросился на человека, блеснув опасными когтями. В этот раз увернуться получилось не так хорошо. Когти оставили глубокие борозды на стене, ухватив кусок куртки Андерсона. Тот опять отскочил к противоположной стене, тяжело дыша и прекрасно понимая, что долго так с его-то здоровьем продолжаться не сможет. Гигантский кролик снова замер посреди комнаты, издавая смесь скрипа, стона, лязга пружинных механизмов и хрипов. Вдруг из пролома в полу как нельзя кстати вылез Коннор, собственной персоной. Он хотел было что-то сказать Хэнку, но аниматроник тотчас переключился на него, не давая вставить ни слова. Надо признать, реакции андроида были несравненно стремительнее и быстрее, чем Хэнка, даже в такой стесняющей движения одежде. Два робота закружились по комнате. — Беги, Коннор, мать твою! Беги отсюда, иначе погибнешь! — Выкрикнул Хэнк, пытаясь наброситься на аниматроника. — Не лезьте на рожон, лейтенант! УБЕГАЙТЕ ОТСЮДА! ВАША ЖИЗНЬ НАМНОГО ЦЕННЕЕ МОЕЙ! — проокричал в ответ андроид. Маленькая заминка чуть не позволила кролику цапануть Коннора. Тот едва увернулся. Вопреки совету Коннора, Хэнк Андерсон вновь кинулся на аниматроника. Это стало переломным моментом. Кролик неожиданно ловко махнул своей когтистой рукой, и человек отлетел на другой конец комнаты, с характерным звуком ударившись об стену. Удар вышиб весь воздух из легких, и Хэнк с хрипом сполз на пол. Это позволило Коннору выиграть время для манёвра. Он поднырнул под другую лапу аниматроника и выстрелил ему прямо в шарнир, на который крепилась нога, полностью выводя ее из строя. Но стоило ему увидеть Хэнка, как всю его собранность словно рукой сняло. Диод, который тот так и не снял полыхнул красным цветом и андроид издал протяжный вскрик: — ХЭНК! Коннор сломя голову рванул к своему напарнику, но пружинный кролик снова оказался поразительно быстрым для своего состояния. Он схватил андроида за ворот рубашки и по инерции припечатал к стене. Не теряя времени, другой лапой он перерезал тело андроида вертикально, от горла до паховой зоны. Из раны фонтаном брызнул тириум. Издав звук зажёванной кассеты, RK800 безвольной куклой шлепнулся на пол. Аниматроник смотрел на него казалось бы с недоумением. — Что эт-то за (неразборчиво)…ая хрень?! — Впервые за все это время кроль заговорил. Часть слов прерывалось лязгом пружин, а остальную было сложно разобрать из-за хрипов и скрежета механизмов. Шестифутовый робот с таким же лязгом опустился рядом с бившимся в агонии телом Коннора. Он засунул лапы в огромный порез, и как будто ему было мало, разорвал рану в ширину. Увидев синтетические внутренности, робот словно обезумел. Он вырвал лёгкие, тириумный насос-сердце и регулятор тириумного насоса. Синяя кровь буквально окрасила все вокруг. Все ещё не насытившись, аниматроник запустил сразу обе конечности в провода и вырвал их клоками. Раз, два, три раза… Хэнк потерял счёт времени. Он видел все словно в замедленной съемке, словно в другой реальности. Он не помнил, как долго наблюдал за этим. Не помнил он и в какой момент его губы сами сложились, образовывая долгий, яростный и протяжный крик боли. В нем была чистая ярость, злость на кролика, на Коннора, на того, кто поручил им это расследование, обвинение самого себя за то, что не смог уберечь андроида, агония и душевная боль. Медленно поднявшись от расчлененного тела, робот повернулся к человеку. Хоть последний был и не в состоянии замечать детали, он понял, что нижняя части лица аниматроника отсутствует. Вместо неё была человеческая челюсть, ну может «слегка» подгнившая. Но самое страшное было то, что эта часть лица расплылась в маниакальной улыбке. Гигантский аниматроник что-то прохрипел-проскрежетал — Хэнк не разобрал практически ни одного слова — и все это время с его лица не сходил оскал. Хэнк, хоть ничего и не понял, выпустил из рук пистолет, откидывая его — он улетел куда-то в сторону пролома. — Ну давай. Убей меня. Позволь мне выиграть в русскую рулетку! — На глазах человека выступили слезы, пока он как мог щерился улыбкой. А действительно. Пусть лучше от лап безумного аниматроника—кролика, которые все еще не высохли от синей крови, чем с бутылкой алкоголя и дулом во рту. Какая разница? Ну, по крайней мере, ему не придётся снова и снова вспоминать это. Смотреть уже на две фотографии. А была ли у него вообще фотография Коннора? Хотя, зачем об этом волноваться, есть же этот робот, и он будет вполне не против убить ещё одного… Но тут, прямо как в фильмах, в последний момент ворвались полицейские. Загремели выстрелы. Часть оставила выбоины в стенах, но какая-то доля все же попала туда, куда нужно. Аниматронику прострелили оставшуюся ногу и обе руки. Он застыл на пару секунд, а потом, после очередного выстрела, грохнулся плашмя. «Лучше бы не вмешивались», подумалось Хэнку. Какой смысл спасать меня, если вы не сумели спасти его жизнь? Самый молодой полицейский случайно задержался взглядом на теле андроида. Хэнк был уверен, что его точно стошнило. Остальные, поглядывая на него, занялись огромным роботом. Тот полицейский, со слегка растерянным видом подошёл к Хэнку, помогая тому подняться и параллельно что-то говоря ему. Сколько это длилось? Он не помнит. Помнит, что когда его вывели на свежий воздух, звуки монотонного голоса наконец-то сложились в одну фразу: — Я понимаю, это трудно… — Не понимаешь, — устало вздохнул Андерсон. Ему уже не хотелось браниться и доказывать. — Когда-нибудь поймёшь. Через год, через тридцать… Может и завтра, может через месяц, а может через неделю. Без разницы. Меня-то к тому времени не будет в живых. — Хэнк издал хриплый смешок. Ему не ответили.