Одинокие качели

Прохладный ветерок медленно разгуливал по улицам в этот особенно светлый вечер. Казалось, что сегодня солнце не захотело в очередной раз закатываться за горизонт, и оно осталось править ночью вместо всем привычной луны. Конечно, это звучит абсурдно. Не может яркое светило заменить ночную темень, освещаемую природными источниками света, созданными специально для нее. Так что это яркое, в виде не спешащего уходить солнца, явление очевидно, ведь сейчас времена теплого лета, вот и темнеет поздно. Ночь ещё успеет окутать город темной простыней, погружая ее в прекрасные часы отдыха, называемого сном. Но все ли в положенное для сна время ложатся по теплым кроваткам, ожидая побывать в море ярких сновидений? Очевидно, нет. Перечислять то, чем ночью ещё можно заниматься заместо отдыха, будет долгим и не особо интересным занятием. Но все же к одному из людей, который тратит время для сна на кое-что другое, мы обратимся. Его зовут Мун, или, как некоторым привычней, – Луна. Он работает ночным воспитателем и его главная обязанность, как вы давно знаете, это укладывать детей во время сон-часа и следить за их сном. Прекрасная работа, с которой Мун отлично справлялся. Но сейчас, пока солнце с огромной неохотой заходит за горизонт, окрашивая все вокруг в приятные оранжево-розовые цвета, Луна неспеша направляется к богом забытой детской площадке, на которой никого не было лет пять, если не больше. Да и сам парень никогда бы туда не сунулся, но благодаря его коллеге по работе, и по совместительству лучшему другу, эта площадка стала для него чуть ли не местом проживания. Целый день можно было потратить, находясь на ней. Если бы не работа и личные потребности. Но самое главное, что, посещая ее, у Муна мгновенно поднималось настроение, и он, забыв про то, что является взрослым парнем, отрывался по полной, не боясь казаться в глазах других чудиком. Как его лучший друг, который и научил Луну этому. Придя на место назначения, Мун обвел столь родную площадку печальным взглядом. Раньше, уходя с нее, он ещё пару часов не мог отойти от переизбытка хорошего настроения, из-за веселого времяпрепровождения. Но теперь вместо него оставался лишь неприятный осадок от воспоминаний об этой площадке, что больно кололи сердце. И вновь горький ком подкатил к горлу, как обычно это теперь бывает при посещении данного места. Луна мотнул головой. Ещё не время плакать. Это надо сделать после посещения площадки. Поэтому, тяжело выдохнув, парень направился в сторону качель, что особенно привлекали внимание, и которые он так любил со своим другом.

* * *

— Давай, скорей! – весело кричал светло-рыжий паренёк, быстро преодолевая путь до качели. — Санни, ну погоди немного! Я не такой энергичный... – за ним еле успевал другой паренёк с черными, как ночь, волосами. И только одна белая прядка выделялась среди тёмных локонов. — А ты газу поддай, Мун! Не старик же! – отшутился его друг, уже усаживаясь на одну из качель. Он задорно посмотрел на своего коллегу, что даже и не думал ускоряться, все также медленно приближаясь ко второй качельке. Хорошо, что их было две, как будто специально для них. — Ещё чуть-чуть! – подбадривающе крикнул Сан, одновременно, как по привычке, подзывая к себе рукой. Наконец, парень смог дойти до места, куда его так активно звал друг, и уселся на качелю рядом. — Здесь классно, – выкинул Мун абсолютно неподходящую в это время фразу. Произнес бы он её чуть попозже, тогда бы она идеально подошла. — Я же говорил, что тебе понравится! – самодовольно произнес рыжий парень, гордо выпятив грудь вперёд. — Тогда давай сюда каждый день ходить? – был задан вопрос темноволосым. — Так мы сможем видеться вне работы, и наша только что зародившаяся дружба станет крепче, – подытожил он. — Хах, я как будто бы тебя сюда не за этим звал! – Сан разразился звонким смехом, что наполнил пустую площадку. После он, важно прокашляв, уверенно и твердо произнёс: — Обещаю, что буду сюда приходить каждый день и никогда тебя не покину! — Слишком ответственная клятва, – парень хмыкнул. — Это ведь значит, что ты, пока дружишь со мной, не должен умереть, – серьезно выдал тот. — Пф, без проблем! – рыжий махнул рукой. — Я ж пока не собираюсь отъезжать на тот свет, так что на мою клятву не наезжай! И лучше тоже поклянись. — Ох, хорошо... – Мун томно выдохнул. — Но это только для того, чтоб ты отстал, – дополнительно добавил он. — Давай уже! – нетерпеливо прикрикнул Сан. — Обещаю, что каждый божий день буду ходить сюда и даже дня не пропущу. — Вот и отлично! – рыжеволосый лучезарно улыбнулся, отчего заставил собеседника тоже выдавить, пусть и слабую, но улыбку. — Теперь мы должны выполнять данные нами клятвы, понятно? — Так точно, сэр! – после сказанной Муном фразой, пустая площадка вновь наполнилась громким смехом, который звучал не так долго, как хотелось бы...

* * *

Горькие слезы все же не удержались в глазах и покатились по холодным бледным щекам, обжигая их. Воспоминание, которое дало начало отличной дружбе и раньше вызывало только положительные эмоции, теперь могло порадовать только нескончаемым потоком прозрачных капель, что текли рекой, без желания остановиться. — Ты ведь поклялся... Так почему ты погас... – судорожно шептал Мун, чуть раскачиваясь на качели. Тело пробирала мелкая дрожь, но далеко не от почти ночной прохлады. Место рядом также тихо покачивалось, и причиной его движения служил слабый ветер. Но Луне казалось, что это его лучший друг, Сан, сейчас сидит рядом, также светло улыбаясь и смотря на очередные страдания коллеги. По совместительству его личного убийцы. Кто же знал, что резкий, но нечаянный взмах ножницами способен потушить даже самое яркое Солнце...

* * *

В тот день у Муна совершенно не было настроения. Утро не задалось из-за надоедливых соседей, что решили устроить скандал в шесть, тем самым разбудив Луну, который решил немного отдохнуть. После чего, во время завтрака, он пролил на себя горячий кофе, так как совсем не ожидал того, что эти же соседи решат от злости повалить шкаф, или кого-то на пол. Но на этом невезения не закончились. Шагая на работу, на Муна просто так накричал какой-то прохожий из-за того, что того нечаянно толкнули. Естественно, Луна накричал в ответ. Так ещё и дети во время сон-часа совершенно не слушались, и только сильней вывели Муна из себя. Хотя бы ночной обход был более менее спокойным. И парень, после своей смены, думал, что вот он зайдет в их совместную с Саном комнату, и наконец сможет отдохнуть. Но и тут его настиг облом в виде чуть злого Солнца. Он просто ворвался в комнату, начиная громко возмущаться. — Ты зачем сегодня детей до истерики довел?! Нельзя было более спокойно успокоить их?! Ведь твоя обязанность следить за ними, а не пугать! – примерно что-то такое тогда кричал Сан, из-за чего настроение Луны спустилось ещё ниже нуля. Он, от накатывающей злости, сжал в руке то, что первое ему попалось. Этой вещью являлись детские ножницы. — Ты хоть понимаешь, что тебя за такое в следующий раз уволят?! А если бы ты навредил кому-то из детей? Что тогда бы было, ты подумал?! – продолжал надрываться Солнце, а нервы Муна уже не выдерживали. — Да ты можешь замолчать! – громко кричит Луна, оборачиваясь и взмахивая ножницами, что находились у него в руке, так сильно, что те оставляют глубокий порез в области груди Сана, из-за чего он сразу замолкает. Парень облегчено выдыхает от столь желанной тишины, но мгновенно возвращает внимание на друга, который стоял, чуть булькая кровью во рту. Вся жизнь пронеслась у Муна перед глазами, когда он осознал, что только что натворил. Ножницы выпали из рук, упав на пол с неприятным металлическим стуком. Руки задрожали, а перед лицом медленно стал опускаться силуэт Солнца, свет которого постепенно гас. Только когда тело друга, убитого самим Луной, окончательно свалилось на пол, парень понял, что должен бежать с места преступления. К его счастью, камер в их комнате не было и имелся выход, через который можно спокойно выйти, и остаться незамеченным, но орудие убийства все же прихватить надо.

* * *

В тот день Мун не понес наказания, что неудивительно. В том месте всем было абсолютно наплевать на смерти как работников, так и посетителей. Пусть и вызывали полицейских, они не помогли. Не нашли улики. Хотя Луну волновал вовсе не срок, который бы ему дали за убийство. Он убил своего лучшего друга собственными руками... Посмел убить его собственными руками... Он сделал то, чего не сделал бы никогда... Чего бы сделать не осмелился... Но с ним осталось одно – клятва, которую он обещался выполнять, даже после смерти его единственного Солнца. И одинокая качель, что, слабо раскачиваясь, будет ждать его каждый вечер... А дух Санни с соседней, пустой качели обязательно проследит за приходами друга, когда-нибудь готовясь забрать его с собой...