О том, как быстро залечивать раны

      Се Лянь никогда не просит о помощи. Сколько бы Хуа Чэн ни говорил, что ему только в радость помогать гэгэ, это на него не действовало. Принц всегда всю работу в храме делал сам. Демону только оставалось просыпаться раньше Се Ляня, чтобы подметать во дворе опавшие листья и чинить поломанные вещи. Бог только обречённо вздыхал и говорил, что не стоило, но всё равно благодарил Сань Лана и обещал отблагодарить ужином. Но Хуа Чэн не будет Хуа Чэном, если не выпросит небольшой поцелуйчик в щёчку в качестве награды. И конечно же Се Лянь благодарит демона. Приподнимается на цыпочках, хватается за плечи демона и, заливаясь румянцем, быстро чмокает в подставленное местечко. Отстраняется так же быстро, бормоча что-то про «в полях много работы, надо помочь» и убегает прочь. Сань Лан только улыбается и идёт в храм, чтобы навести там порядок, пока принц не сделал это сам. Се Лянь возвращается к вечеру, когда закатное солнце раскрасило небеса в кроваво-красные и розовые оттенки. Сань Лан ставит последнюю тарелку на стол, наполненный едой, и радостно подбегает и обнимает принца, вдыхая аромат масел со слегка влажных после купания волос. Тот только слегка болезненно вздыхает: — Гэгэ, что-то болит? — взволнованно произносит демон, чуть отстранившись. — Всё в порядке Сань Лан, не стоит беспокоиться, — принц улыбается и смотрит на полный стол еды — Сань Лан, это всё ты приготовил? Я ведь обещал угостить тебя ужином, не стоило утруждаться. — Гэгэ очень устал после тяжёлой работы, этот верующий просто хотел порадовать его и немного помочь. — Ох, не стоило, Сань Лан, но спасибо, — принц улыбнулся и подошёл к столу.       Стол ломился от разнообразных блюд. Хуа Чэн присел и приглашающе похлопал по месту рядом с собой. Се Лянь медленно опустился рядом, лицо на мгновение исказило болезненное выражение, но тут же быстро исчезло.       Поужинав и убрав посуду, Его Высочество снял верхние одеяния готовясь ко сну. Стоило только принцу сесть на циновку, как Хуа Чэн подвинулся ближе и осторожно взял бога за ногу. — Ваше Высочество, позвольте… — он аккуратно взялся за краешек носка, потянув его на себя, но не стягивая, ожидая реакции принца. — Сань Лан, что ты делаешь? — Позвольте помочь вам расслабиться и сделать массаж, — Хуа Чэн посмотрел на принца с надеждой, что тот даст своё разрешение. — Не надо, не стоит, — смутившись положения, в котором они застыли, Се Лянь снова зарделся и отвёл взгляд в сторону. — Но гэгэ, ты сегодня устал, наверняка твои мышцы болят, завтра будет хуже, позволь мне помочь, — Хуа Чэн не выпускал ногу принца, ожидая позволения. — Ладно, хорошо, — согласился принц и посмотрел на демона в обличье молодого парня.       Сань Лан аккуратно стянул носок с прекрасной ноги Его Высочества и вылил себе немного ароматного масла на ладонь, растирая его между ладоней в попытках согреть. Осторожно обхватив крепкую ступню руками, начал растирать масло по мягкой бледноватой коже, придавая ей мягкость и лёгкий розовый оттенок. Судя по сладким вздохам со стороны божества, ему было приятно, и лицо демона тронула лёгкая улыбка.

***

Когда Се Лянь уходит на очередную миссию, что случается довольно редко, так как в основном он раздаёт поручения своим подчинённым, Хуа Чэн конечно же предлагает свою помощь, но принц снова отказывается, заверяя мужа, что дело не сложное и он справится сам. Демон не навязывается, полностью доверяя мужу, зная, что его бог самый сильный и сможет за себя постоять. Но что-то ему подсказывает, что если бы дело было лёгким, то принц не стал бы идти разбираться с ним сам. Всё, что теперь оставалось, это надеяться, что Его Высочество не попадёт снова в неприятности.       Конечно же Се Лянь попал в неприятности. Вернувшись с миссии, принц направился в дом Блаженств. Когда он зашёл в резиденцию, сразу направился на поиски демона. Тот нашёлся в главном зале, полулежащий на широкой мягкой лежанке, на которой они часто лежали вдвоём и наслаждались разными вкусностями и обществом друг друга. Сейчас князь демонов лежал, откинувшись на спинку кресла и прикрыв глаза. В центре зала танцевали демоницы, но увидев Его Высочество, сразу прекратили, расходясь в стороны и уступая дорогу. Хуа Чэн уловил звуки небольшой суеты и открыл глаза, которые засветились счастьем, радуясь возвращению мужа, но потом радость на лице сменилась непониманием. Се Лянь только подошел к ступенькам, ведущим к лежанке, где находился Сань Лан, но не поднялся выше, смотря как-то скованно на мужа. Демон спустился к принцу, подходя ближе для объятия, но тот сделал аккуратный шаг назад, ставя Хуа Чэна в ступор. — Сань Лан, позволь я сначала схожу в купель и омоюсь от дорожной пыли. Потом я обязательно вернусь к тебе, хорошо? — Гэгэ не стоит волноваться, просто дай мне тебя обнять, мы не виделись несколько дней, этот демон очень скучал, — Хуа Чэн снова подался вперёд в попытке обнять принца, но тот снова не дал ему это сделать, сделав шаг назад. — Сань Лан, постой, я запачкаю тебя. Я скоро вернусь, подожди чуть-чуть, — развернувшись, принц быстро покинул зал, направляясь в купальню.       Хуа Чэн всё ещё смотрел ему в след, пытаясь понять, что же он сделал не так? Обычно, несмотря на все мелочи, принц никогда не отказывал ему в объятиях. Даже в Призрачном городе он больше не смущался прогуливаться в открытую с Хуа Чэном держась за руки или слегка обнимая друг друга. Вероятнее всего Его Высочество был на него обижен. Но из-за чего? Может, потому, что он не встретил его? Или может стоило предложить пойти в купель вместе и помочь принцу помыть волосы? Но он так часто отказывался от помощи… Лучше пойти и дождаться Его Высочество в их личных покоях и попытаться загладить вину, не важно в чём он виноват. Он не смеет расстраивать своего бога.       Через некоторое время, дверь в спальню открылась и в комнату зашёл принц. Волосы были ещё влажные, кожа розоватой от горячей воды, а глаза застелила пелена усталости и влаги. На теле были только ночные одежды и лёгкий шёлковый верхний халат. — Сань Лан, я думал ты подождёшь меня в зале. Я только быстро переоденусь, дай мне немного вре… — речь была прервана крепким объятием, которое так же быстро оборвалось оттолкнувшим демона принцем. Хуа Чэн виновато опустил глаза и сказал: — Ваше Высочество, простите этого недостойного демона. — Сань Лан, за что ты извиняешься? Я тебя оттолкнул, это мне стоит просить прощения, - Се Лянь быстро сократил расстояние между ними и взял мужа за руки — Я не хотел, прости. Что ты себе опять напридумывал? Ты ни в чём не виноват. — Просто гэгэ избегает прикосновений этого недостойного и я подумал, что чем-то обидел тебя. — Сань Лан, прекрати себя так называть! И ты не делал ничего плохого, я просто… Я чуть-чуть поранился вот и всё, не переживай, ты здесь ни при чём.       Стоило только Се Ляню произнести последнее предложение, демон тут же засуетился. — Ты поранился? Больно? Где, гэгэ, покажи? — взволнованный Хуа Чэн приобнял принца за плечи спешно осматривая на предмет ранений, но тут же почувствовал, как правое плечо вздрогнуло от прикосновения. Убрав руку с плеча мужа, виновато произнёс: — Прости, — аккуратно взяв за левую руку, демон потянул Его Высочество к их ложу, усаживая мужа и вытаскивая целебные мази из сундука на полке. Осторожно стянув с принца верхний халат, а потом и ночную рубашку, увидел неаккуратно замотанные бинты вокруг плеча и груди, слегка начавшие пропитываться алой кровью. — Гэгэ… Успокоившись, Хуа Чэн начал разматывать окровавленные бинты, явно замотанные в спешке самостоятельно, оттого и криво. Закончив, демон увидел крепкий торс, который пересекала от плеча до правой стороны рёбер огромная кровоточащая рана. — Если это было опасно, почему не позвал меня? Почему не согласился, чтобы я тебе помог? И это ты называешь «чуть-чуть поранился»?! — Сань Лан, успокойся, потому и не позвал, чтобы ты не поранился. И это всего лишь царапина. Через пару дней заживёт. — «Всего лишь царапина»? Тебе буквально вспороли грудь и ты это называешь «царапиной»? Смысл вообще в моём существовании, если я не могу даже о таком позаботиться?! — глаза демона увлажнились, но он продолжал свою гневную тираду, закипая всё больше и больше — почему не позволяешь мне помогать тебе? Сам ты тоже никогда не просишь о помощи, так скажи, какой во мне вообще смысл?!       Сдерживаться уже было невозможно, эмоции взяли верх и слёзы потекли тонкими струйками по бледным холодным щекам, падая прозрачными хрусталиками на пол и оставляя мокрые блестящие дорожки на красивом лице. Се Лянь был шокирован подобным поведением своего мужа. Хуа Чэн никогда не злился на него и тем более не плакал, по крайней мере при нём. От вида расстроенного мужа в груди что-то неприятно виновато тянуло вниз.       Принц встал с кровати и подошёл к мужу аккуратно обхватывая его за талию и прижимая к себе. — Прости меня, пожалуйста, не плачь.       Подняв одну руку, Се Лянь зарылся ей в волосы мужа и сильнее прижал к себе. Кровь с раны начала пропитывать красные одежды князя демонов и оставлять темные мокрые следы. Быстро взяв себя в руки и отстранившись, Хуа Чэн вновь усадил мужа на кровать и принялся искать заживляющую мазь среди множества склянок. Найдя нужную, он открыл её и начал осторожно наносить на рану, начиная с плеча. Со стороны принца послышалось болезненное шипение и демон на минуту отпрянул. — Прости, я буду нежнее, — тихо сказал Хуа Чэн и, стараясь не причинить снова боли, продолжил наносить мазь, не поднимая взгляда на принца. — Сань Лан… не злись, прости меня, пожалуйста. Я привык всегда всё делать сам и мне пока тяжело принимать чью-то помощь, но… Я обещаю, что постараюсь принимать твою помощь чаще. И не говори, что ты бесполезный и твоё существование не имеет смысла. Ты очень важен мне. Я… я… люблю тебя, очень люблю. Поэтому твоё существование для меня имеет самый большой смысл. Сань Лан… Ты смысл моей жизни.       На этих словах рука Хуа Чэна застыла и он невольно вздрогнул. Се Лянь протянул руку к лицу демона и аккуратно приподнял за подбородок, заставляя посмотреть на себя. Взгляд Хуа Чэна был потерянный и не верящий. Так и застыв в изумлении, он не успел понять, когда так быстро всё случилось. Принц уже сминал его губы своими. Углубив поцелуй, он потянул Хуа Чэна на себя, но тот резко отстранился, вырывая бога из нарастающей неги. — С...сань Лан, что такое? Я сделал что-то не так? — А? Н…нет, что ты гэгэ… Прости, мне надо перевязать твою рану, подожди чуть-чуть.       Схватив чистые мягкие полосы ткани, князь демонов начал осторожно оборачивать их вокруг плеча и груди принца, постоянно то роняя бинты, то путаясь в них. Если бы у него билось сердце, оно уже давно проломило бы грудную клетку. Кажется, теперь он понял, почему гэгэ вёл себя так странно, когда смущался.       Завязав узел, демон поспешил подняться с колен и убрать склянки, лишь бы не смотреть на полуобнажённого бога, но не успел он ступить и шагу, как его притянули за руку и повалили на кровать. Его Высочество нависал над ним, покрасневший и… возбуждённый. Дыхание участилось, а взгляд горел нежностью и страстью. Ноги невольно раздвинулись, приглашая устроиться между ними и прижаться ближе. Се Лянь потянулся к бледным холодным губам, приникая в сладком поцелуе.       Раздвинув припухшие лепестки, принц углубил поцелуй, который перерастал в страстный и жаркий. Он обжигал своим пламенем, распаляя возбуждение ещё сильней. Се Лянь приник ещё ближе к демону и потёрся своим возбуждением, о его бёдра. От Хуа Чэна послышался всхлип. Собственное возбуждение болезненно упиралось в мешающую намокшую ткань, что начинало доставлять дискомфорт. Се Лянь отстранился, потянувшись к завязкам чужих штанов. Стянув ненужную ткань, принц распахнул верхнее и нижнее ханьфу и приник к оголённой шее, оставляя алые отметины, которые распускались яркими бутонами на бледной коже. — Гэ… ааах Се Лянь спустился поцелуями к груди и обхватил губами алый сосок, проводя по нему языком, посасывая, слегка кусая, затем зализывая укус, играясь пальцами с другим, потом наоборот. Медленно двинулся ниже, проводя языком мокрую дорожку до пупка, зацеловывая местечко чуть ниже, опускаясь мокрыми поцелуями к возбуждению мужа. Прижавшись губами к горячему члену, Се Лянь лизнул и вобрал головку губами, аккуратно посасывая и не двигаясь дальше. Хуа Чэн буквально плавился в руках своего божества, тихие вздохи и всхлипы срывались с покусанных губ, демон выгибался и извивался на шёлковых простынях пытаясь утихомирить бушующее пламя в груди, но любимый принц продолжал мучительную пытку вбирая лишь наполовину. Высвободив член из плена горячего рта, Се Лянь легонько подул на разгорячённую головку. Демон выгнулся до хруста в позвоночнике и треска нежного красного шёлка под ними, послышался протяжный глубокий стон. — В…ваше Выс…сочество, я не могу, вы же в самом деле… погубите меня… — Сань Лан, — тихо произнёс принц прямо в губы демону и впился новым мокрым поцелуем в истерзанную клыками мягкую плоть.       Потянув Сань Лана на себя, не отрываясь от своей сладости, принц потянулся к коробке со склянками, которую демон оставил на тумбочке у кровати и нашарил рукой баночку с ароматным маслом. Вылив часть себе на руку, Его Высочество опрокинул мужа обратно на частично разорванные простыни, прерывая поцелуй и раздвигая пошире стройные ноги мужа, одну опустив себе на здоровое плечо, а другую обхватывая рукой и отводя в сторону, раскрывая демона сильнее. Свободной рукой принц снова взял склянку и вылил содержимое на член мужа. Он с голодным взглядом наблюдал как капельки золотистой жидкости опускались вниз по стволу, щекоча нежную кожу яичек, спускались к промежности. Хуа Чэн завозился в смущении от такого пристального внимания божества к своему сокровенному месту и невольно сжался. — Расслабься, милый, — тихо проговорил принц, прикусывая нежную мочку уха супруга.       От такого обращения, что-то мёртвое в груди демона забилось в бешеном темпе.       О, мой бог, что же ты со мной делаешь?»— подумал на короткое мгновение Хуа Чэн, пока разум снова не покинул его, когда почувствовал, как длинный палец проник на одну фалангу, медленно растягивая тугие стенки. Сань Лан так хотел, так сильно хотел, чтобы его бог взял его. Чтобы брал его снова и снова до самого утра, пока небо не тронет пылающее огнём рассветное солнце.        Указательный палец уже полностью погрузился в горячее нутро, мучительно медленно разминая тугие стенки. — Ещ…щё гэгэ, ещё…       К указательному добавился средний, аккуратно раздвигая мягкую плоть. Демон, не обращая внимание на появившийся дискомфорт, потянулся к принцу, обхватывая руками его шею, потянулся за новым поцелуем. Сквозь сомкнутые губы проскальзывали тихие всхлипы и просьбы: — Ваше Высочество… пожалуйста… возьмите, я готов       Се Лянь оторвался от сладких губ и прикоснувшись лбом ко лбу мужа спросил:  — Ты уверен? — Да! Да, мой принц!       Высунув из Хуа Чэна пальцы, Се Лянь провёл рукой по стволу, размазывая остатки масла и прижался к нежному отверстию членом, изнывающим от возбуждения, но не проникая, только потираясь о вход. Погладив округлые бёдра и взявшись за упругие ягодицы, принц осторожно толкнулся, растягивая тугие стенки. Послышался оборванный вздох. — Больно? Прости. Прости, мой милый, потерпи немножко, сейчас будет хорошо, расслабься.       Хуа Чэну было правда больно. Больно и одновременно приятно от осознания, что его любимое божество овладело им. Он хотел отдать своему богу всего себя без остатка, но принц слишком любил его, слишком заботился о чувствах своего мужа и от этого по всему телу разливалось тепло.       Может он и не такой ничтожный? Может правда достоин любви своего бога? Он так ласково зовёт, так крепко прижимает к себе, шепчет что-то успокаивающее на ушко и тело расслабляется в его объятиях, пуская любимого глубже.       Член входит до конца. Се Лянь замирает и ждёт, пока Хуа Чэну станет легче. И только после короткого кивка начинает аккуратно двигаться. Первые толчки неспешные, немного болезненные, но приносящие приятное чувство заполненности. Ноги дрожат, не удерживаясь на плечах, сползают на сгиб локтя принца, безвольно повиснув. Боль ушла, уступая приятному чувству заполняющему тело. Руки отпускают покрасневшие от крепкого хвата ягодицы и переворачивают Сань Лана на живот. Демон приподнимает задницу, широко раздвинув ноги, открывая вид на покрасневшее, растянутое колечко мышц. Се Лянь короткое мгновение любуется, ласково проводит по промежности и, не выдержав, со стоном входит сразу полностью, на всю длину. Хуа Чэн задыхается от того, насколько Его Высочество восхитительно глубоко, несмотря на то, что ему совершенно не нужно дышать и прижимается к принцу ближе. Се Лянь начинает двигаться быстрее, выбивая больше сладких стонов из любимого демона. Проезжается головкой о чувствительное местечко внутри, и Хуа Чэн сильнее прогибается в пояснице, вскрикивая. — С…сань Лан, всё хорош…шо? — интересуется принц, продолжая вбиваться в податливое тело.       В ответ прилетает особенно громкий стон, который побуждает Се Ляня начать двигаться ещё быстрее, выбивая уже всхлипы и вскрики. — Гэгэ, можно… Я хочу смотреть на тебя, пожалуйста… Се Лянь резко вышел из тела, рывком перевернул на спину и тут же поменял их положения, усаживая сверху Хуа Чэна. Поняв, чего хочет Его Высочество, демон взял в руку горячий скользкий член и направил в себя, торопливо насаживаясь на твёрдую плоть. Принц крепким хватом взялся за бёдра мужа, не давая ему сесть до конца. Сверху донёсся жалобный стон. — Гэгэ, пожалуйста… Гэгэ, позволь мне… — Что ты хочешь? — Хочу весь член гэгэ, пожа… Аааааа… Слова прервались громким вскриком. Се Лянь резко опустил бедра Хуа Чэна вниз. Ягодицы демона с звонким шлепком опустились на бёдра принца, которыми он тут же начал вбиваться в растраханное отверстие. Он был так восхитительно глубоко, как никогда. Почувствовав, что больше не может держаться, потянулся к бьющемуся о живот члену. Се Лянь опередил его, взяв в руку чужую плоть, начал двигать рукой в такт толчкам. Спустя пару минут Сань Лан излился на живот принца, пропитывая бинты, забрызгивая его лицо и волосы. Внутри разливалась теплая вязкая жидкость. — Гэгэ, прости! Прости, я… — не успев до конца стереть белёсые капли с лица и торса, демона утянули в ленивый мокрый поцелуй, укладывая себе на грудь. — Успокойся, полежи чуть-чуть. — Но…но рана… — Уже не болит, Сань Лан лучше любого лекарства, — принц улыбнулся и оставил короткий поцелуй на губах мужа.       Член выскользнул из отверстия и сперма тонкой струйкой начала вытекать, капая на бёдра Се Ляня, стекая на изорванные простыни. Засмущавшись, насколько это вообще было возможно для Хуа Чэна, он уткнулся лицом в шею принца, прижимаясь как можно ближе. Се Лянь тихо рассмеялся, обхватывая демона крепче.       Спустя некоторое время Сань Лан заелозил, устраиваясь поудобнее, но из-за трения тел, плоть Се Ляня снова начала твердеть, упираясь в ягодицу демона. Тот с недоумением и предвкушением взглянул на принца. — Гэгэ хочет ещё? — Как можно не хотеть Сань Лана? Я готов делить постель с тобой до самого утра, если ты не будешь против, — закусив губу, Се Лянь выжидающе посмотрел в блестящий красивый глаз, в котором разгорался новый огонь желания. Принц готов был поклясться, если бы Сань Лан мог, он бы покраснел сейчас от смущения. — Тогда я буду лечить своего мужа до утра, — Хуа Чэн прильнул к Се Ляню с новым поцелуем, отдаваясь во власть своего божества.