Допустим...

      Допустим, Тэхён изначально догадывался, что Чон так просто не откажется от идеи найти Намджуна, который слишком хорошо спрятался. Наверняка, сидит на самом видном месте, а они бегают вокруг него. Это ведь знаменитый в их кругах козёл, способный подставить любого.       Чон долго сидит в офисе, делая вид, что очень занят работой, а сам пытается отыскать хоть единую зацепку, чтобы найти того, кто всегда рядом, всегда близко, стоит лишь открыть глаза. Хосок трёт уставшие глаза, переводя взгляд на окно, за которым стало неожиданно темно.       Мужчина пару минут сидит и разглядывает свет фонарей за окном, чуть улыбаясь. В памяти всё ещё властные руки Тэхёна на шее, его хриплый голос. С чего бы ему так близко подходить к тому, кого Ким считает врагом? У каждого в этой игре свои причины, но…       Чон вздыхает, набирает нужный номер и слышит недовольный бас:       — Сам не трахаешься и мне решил помешать?       — С кем это ты там трахаешься? — Хо удивлённо приподнимает брови, хоть собеседник его не видит.       — Тебя забыл разрешения спросить, что хотел?       Хосок пару секунд раздумывает, но всё же с усмешкой решает, что устал ждать и искать:       — Приезжай.       Тэхён в этот момент сжимает в кулаке волосы совсем молодого мальчишки, который послушно сидит в его ногах, сосёт член и едва слышно скулит от удовольствия. Ким жестом отгоняет от себя несостоявшегося любовника, который до одури красив и наивен. Ким усмехается, замечая, как мальчишка в ногах недовольно дует губы, явно расстроенный исходом событий для него.       — Зачем?       Хосок снова усмехается. Иногда Тэхён его очень удивляет своей способностью задавать глупые и ненужные вопросы.       — Хочу тебя сейчас между моих ног, сосущего с улыбкой на губах. Как тебе такой повод?       Ким кашляет. Он просто не ожидал чего-то подобного. Правда. Ждал чего угодно, но это…       — Буду минут через пятнадцать и сосать будешь ты.       Хосок отключается, назвав адрес своей квартиры в городе. В голове проскальзывает мысль о том, что вечер обещает быть интересным. Очень интересным. Кто знает, чем закончатся их приключения сегодня…       Тэхён приезжает через минут тридцать. Стучит в дверь как-то слишком уверенно. Хосок не спешит открывать, медленно наливает себе в стакан ещё виски и лишь после этого направляется в сторону двери.       Стоит Чону только открыть дверь, как Ким хватает его за ворот рубашки и тянет на себя. Его губы целуют грубо, требовательно. И Хосоку это нравится. Тэхён не Намджун. В мужчине куда больше чувств, просто Чон ещё пока не понимает, что именно скрывается за этим звериным рыком, за этим пьяным взглядом.       Тэхён кусает сначала за подбородок, а после скользит губами по шее. Запах кожи Хосока сводит с ума. Ким теряется в ощущениях, но старательно не показывает, что его разрывает на части от долгожданных ощущений, которые переполняют.       Хосок явно не ожидал, что его врага так сорвёт. Ким просто сдирает с него одежду, рвёт её так, словно это не прочная ткань, а всего лишь бумага.       — Тише, малыш, — Хо задыхается, потому что меньше всего ожидает, что телу понравится. В голове становится пусто. Все мысли покидают его. Короткие фразы едва даются. Поэтому Хосок предпочитает просто прижимать мужчину ближе, дышать сбивчиво и требовать больше прикосновений рыком. Он хватается пальцами за плечи мужчины, сжимает их и шумно рычит, потому что сдерживаться нет сил.       — Заткнись, пожалуйста…       Ким не церемонится, он валит Хосока на диван, усмехается в его губы. Он так долго ждал этой гребенной возможности завалить нахала, трахнуть его назло всем, кто и подумать не мог о том, что Чон раздвинет ноги перед Тэхёном. Это было долгое ожидание, но оно того стоило.       Остатки самообладания исчезают так же просто, как Хосок всего одним звонком заставил Кима приехать с другого конца города. Между ними нет ничего, но при этом есть что-то, что пока обоим сложно объяснить.       Хосок податлив, он кусает своё запястье, сдерживая стоны. Ему не хочется показывать истинные чувства. Внутри всё сжимается от удовольствия. Секс совсем другой. Намджун спешил получить удовольствие сам. Но Тэхён целует, кусает, сжимает пальцами кожу, словно это его последний шанс удержаться на плаву. Впрочем, может быть, это так и есть?       Ким изнывает от сильного желания, которое проносится по венам вместе с кровью, окончательно отключая мозги. Его движения бёдрами резкие, глубокие, но Чону только это и нужно. Он сам подаётся задницей назад, хрипит и просит ещё.       Почему-то Ким полностью поддаётся Хосоку, позволяет тому нагло откидывать голову назад, издавая едва слышный хриплый стон, который тут же проходится по спине мурашками. Тэ с каждой чёртовой минутой понимает, что у него просто не было шанса с самого начала.       Ким сам не замечает, как всё тело сводит от надвигающегося оргазма, который накрывает с головой, заставляет задохнуться обжигающим лёгкие воздухом. Он лишь успевает нагнуться, чтобы несколько раз дрожащей рукой провести по члену Хосока, укусить его за плечо, чтобы не простонать слишком громко. Чон кончает следом, прикусив нижнюю губу. На его губах усмешка, потому что чужое тело мешком падает на спину. И этот момент даёт почувствовать себя как-то совсем иначе…       Хосок замирает от того, как внутри медленно разливается горячее удовольствие. От него кружит голову, наконец, приходит удовлетворение сексом. Чон тяжело дышит, сжимая пальцами накидку на диване. Ему жарко, безумно тесно, хочется перебраться в огромную прохладную кровать, но что-то останавливает и он наслаждается чужой тяжестью тела.       Тэхён приподнимается на локтях, с минуту наблюдает за слишком счастливым лицом Хосока, а после делает вид, что ничего не видел. Но эта улыбка на лице конкурента неожиданно приятно греет душу. Значит, понравилось?       — Ты жив? — Тэхён прячет улыбку, поднимаясь с Хо и усаживаясь рядом с его ногами.       — Не совсем, — Хосок оказывается совершенно расслаблен, ему неожиданно плевать, что о нём подумает Ким. Чон хотел секса и получил его. Остальные идут лесом. — Но на диване больше ни-ни, лучше спальни с огромной кроватью ничего нет.       Тэхён прикусывает нижнюю губу, чтобы не спросить о том, когда будет второй раунд. Он просто хмыкает, делая вид, что совсем не заинтересован в предложениях Хосока.       — Одна беда, — неожиданно замечает Тэ, — никто никому не сосал.       Хосок усмехается:       — Предоставлю тебе эту возможность, как схожу в душ.