Lee Know don't know

- Значит встречаемся, - только для убедительности произносит Минхо. - Да. – Кивает Джисон. – Честно, когда мы утром…обнимались, после того как ты сказал, что тоже чувствуешь связь, я думал ты решишь, что это просто дружеская связь, и буду я всю оставшуюся жизнь волочить во френдзоне. Но ты меня приятно удивил. - Я не позволил бы тебе остаться во френдзоне, малыш, - Ли хищно улыбается, заваливаясь на кровать и утягивая Джисона за собой. - Оу, малыш? Даже так? – Шутливо удивляется младший, чем вызывает смех Минхо. – А как мне тебя называть? Зайчик? Котик? Чаги? – Ли смотрит на Хана, на то как он дурачится, как улыбается, как его глаза превращаются в полумесяцы, видит маленькую родинку на левой щеке, каждую его черную ресничку, каждую тонкую бровинку, видит их необъяснимо завораживающий изгиб, видит запутанные узоры его радужки, что в боковом свете выглядят, как нечто невероятно драгоценное. Он касается его щеки осторожно, нежно проводит по мягкой коже, ощущает легкую щетину, что щекочет ладони, до него словно сквозь слой воды доносится звонкий смеющийся голос, а Минхо как будто в другом измерении. В счастливом, абсолютно счастливом измерении. Ему большего не нужно. Прямо сейчас он счастлив. - Я люблю тебя, - шепчет в макушку Джисона Ли. – Я так тебя люблю, Хан-и, - утыкается носом и вдыхает родной запах, что оседает внутри пыльцой на крыльях мотыльков. - И я тебя люблю, - голос звучит приглушённо, вибрирует по грудной клетке старшего, и отдаётся внутри приятным щекочущим трепетом. Джисон прижимается сильнее, словно желая стать одним целым с хёном, хотя их сердца уже и бьются в унисон, причём задолго до их рождения.

***

      «Ли Минджу. Прорицательница, гадалка, целитель. Иногда, особенно злые и завистливые языки называли её ведьмой. Имя, этой женщины было известно во всей Южной Корее. Она жила в небольшой провинции на юге страны, она не была богата, не была бедна, время от времени помогала, нуждающимся в ней, приезжим. Местные жители её недолюбливали, считая её зазнавшейся старушенцией, что уже сходит с ума, от своего «дара».       Женщина искала, искала среди своих посетителей человека, в чьём будущем увидит кое-что страшное, увидит то, что увидела в своём. У неё было пророческое сновидение, в нём необычайной красоты юноша, истощённый до глубины души, падает с высоты. Его никто не толкает, он шагает в пропасть сам. В его стеклянных, помутневших глазах она не видит ничего кроме тоски, кроме снедающего одиночества. Он совсем осиротелый. Она знает, что это её будущий правнук, единственный кто может продолжить их род, она чувствует эту связь, словно толстую золотую нить, что тянет её вниз за собой в темноту. Она просыпается в ужасе. После той ночи она не может спать спокойно, пока не найдёт способ спасти свой род.»

***

      Была пятница. Какой-то удивительно короткий учебный день, одна пара и полная свобода на ближайшие два дня. Для Чонина это идеальные выходные, если бы не омрачавшее всё одно «но». Бан уехал с отцом в какую-то командировку, оставив своего парня тухнуть в одиночестве. Поэтому, прямо сейчас Ян сидел на диване, лениво листая нетфликс на ноуте, в поисках чего-нибудь что, хотя бы заставить затлеть интерес парня. - Нет, так не пойдет, я Ян Чонин, в конце концов, - синеволосый подорвался с дивана, постучавшись, он сразу залетает в свою бывшую комнату. – Ребята, составьте мне компанию, я тут компульсивно решил перекраситься, а потом может погуляем, - младший сел на стул Минхо, и с надеждой взирал на Феликса и Ли, которые что-то с интересом обсуждали. – И да, меня не беспокоит, что вы заняты, и нет, у меня нет совести. – Сразу ответил на все не озвученные вопросы Ян. – Мы давно не тусили все вместе, ну, пожалуйста, - каким-то образом превратив свой дьявольский разрез глаз, в нечто милое и просящее, он смотрел то на одного, то на другого, гадая, кто же сдастся первым. - Чан-хён уехал, и теперь не знаешь кого терроризировать, - заулыбался Феликс. – Ладно, пошли, я кажется тоже хочу что-нибудь сделать со своими волосами. – Хён, думаю тебе тоже нужно подстричься. - Не хочешь мучиться один? – Усмехнулся Ли. – Хорошо, пошлите, только не смотри на меня так, Нини. – С этими словами он уткнулся в телефон, залипнув на долгих три минуты. - Хён, чего копошишься, пошли давай. Ты там опять Джи отчитываешься? – Заглядывая в экран чужого телефона, не столько рассмотреть, а скорее сколько позлить. - Смотри в свой телефон, Ликс-а, и не отчитываюсь я. Пишу Чанбину, чтобы тоже поднял свою задницу и пошёл с нами гулять. - Правда? Тогда я позову Джисона и Сынмина тоже, а то чувствую такими темпами Нини, снова один останется, - Феликс начал рыться в своём шкафу в поисках чего-нибудь приличного, ведь они идут почти что на групповое свидание, прикрытое приличным «потусим с друзьями».

***

- Как Вам? – Раздался сзади голос парикмахера, девушка кажется была сама в восторге от того, что у неё получилось, да ещё на таком красивом парне. Ян рассматривал своё отражение, и оно ему очень нравилось. Чонину слегка постригли кончики, перекрасили в естественный чёрный и сделали крупную биозавивку. Теперь уж точно дьявол во полти, думалось Минхо, которого на соседнем сиденье мучили уже который час, пытаясь из его черных волос сделать светлый пшеничный. С Феликсом отдельная история, ему полностью отстригли его маллет, сделав пепельный андеркат, в общем за сердечко Чанбина Минхо переживал, как и за свои волосы, к слову. Посидев ещё с час в этом адском помещении, по-другому у Ли его назвать, язык не повернётся. Хоть и итог полностью удовлетворил его, но два часа терпеть прикосновения к своей голове, причем прикосновения не самые приятные. Туда Минхо больше не ногой.       Они договорились с остальными тремя встретиться в ближайшем кафе, перекусить, а потом решить куда пойдут гулять. Когда Ли зашёл в заведение, глаза сразу нашли знакомую иссини черную макушку, на лице невольно всплыла улыбка. Он не видел Джисона целый день.       «Однажды к ней в дом постучалась женщина. Та была одной из нуждающихся, тех у кого не осталось веры в людей, а только в высшие силы. Она не представилась, сказала лишь о том, что смертельно больна, врачи не в силах ей помочь, и единственная, и последняя надежда это Ли Минджу. Целительница взяла её руку, внимательно рассматривала сложное переплетение нитей судьбы на ладони, перебирала каждую своими сухими пальцами, и вот оно! Вот тут, у мизинца, нить тонкая, натянутая до предела, рвется, совсем ещё юная, чья-то жизнь обрывается. Она нашла подходящего человека! Она способна спасти не только свой род, но и жизнь другого человека. Она молчит с минуту, не подавая вида. - Я Вам помогу, Госпожа, но готовы ли Вы взамен, отдать мне немного своей крови?» - Пошлите в парк аттракционов, - предложил Сынмин, - в прошлый раз вы меня даже не позвали. - Меня тоже к слову, - поднял руку Минхо, – я «за». - Хён, ну тогда мы даже не дружили с тобой, - пробубнил Феликс, все ещё ощущая внутри вину перед страшим. - А теперь, я парень твоего брата, так что мы можем всё исправить, - он переплёл пальцы с рядом сидящим Джисоном, который кажется всё ещё не пришёл в себя после апгрейда Ли. Он не упускал возможности взглянуть на старшего, он бросал свой казалось незначительный взгляд в его сторону, стоило ему шевельнуть рукой или повернуть голову. Когда Минхо смеялся Джисон не мог пропустить это, его темные глаза блуждали по лицам друзей, и задерживались только на светловолосом парне, что сидел под боком. И дело было далеко не в новом цвете волос. Он так сильно влюблён. Он так сильно доверяет этому человеку. Он так в нем нуждается. Когда только успел, спрашивается. Его чувства к Сынмину были совершенно другими, тогда он видел в нём сильную личность, которая может стать опорой, которая будет вдохновлять, но и это было любовью, да, своеобразной, и самой первой. Он смотрит на Кима, тот улыбается чему-то по глупому смешному, что рассказывает им Чонин, кажется про свой выпускной, Джисон слабо улавливает, полностью погружённый в свои мысли. Он здесь только благодаря Сынмо, это он настоял на их переводе в Сеул, он помогал с бумагами, с переездом, он буквально вытащил их из того ада, что устроил им Ли Минхо. Как интересно получается, из лап одного Ли Минхо, он попал в лапы другого. Вот они уже идут под руку с этим другим Ли Минхо, пальцы переплетены, Хан смеётся с какой-то саркастичной шутки старшего. Вот парни берут по рожку мороженого, у Джисона какая-то смесь из пяти разноцветных шариков, у Минхо скромные два шарика, сливочный и банановый. Они не могли пройти мимо аттракциона «НЛО», раскачиваясь из стороны в сторону на большую высоту, они громко смеялись и кричали в особенно захватывающие моменты. Глаза слезились то ли от ветра, то ли от восторга. Вот Джисона вырывает в ближайшие кусты, а Ли, гладит его по спине, бурча, что не надо было есть столько мороженого. Вот они видят бордовый шатёр, что раскинулся в углу парка, с выцветавшей вывеской «Гадалка». У Хана загораются глаза, он тянет закатывающего глаза старшего за руку, внутрь. Помещение небольшое, тёмное, освещаемое только парочкой масляных ламп. На земле расстелен ковер, по середине низкий круглый столик. В шатре никого не было. - А, вы ко мне? – Раздалось за спиной парней. Их обошла женщина лет тридцати, явно не кореянка, может европейка, с короткой стрижкой, и кольцом в перегородке носа. Это первое что бросилось в глаза Минхо. – Чего молчите, если ещё не передумали, садитесь. - Не передумали, - отвечает за двоих слишком возбуждённый случаем Хан, и также резво усаживается на подушке, возле низкого столика. Он ещё никогда не ходил к гадалкам. Не то чтобы он верил, но его такое всегда интересовало. - Та-ак, ты мне нравишься, мальчик, - улыбнулась девушка, пальчиком указывая на младшего. - Он мой парень, вообще-то, - наконец заговорил Ли, примостившись около Джисона. - Так ты умеешь говорить? – Деланно-удивляется гадалка, громко смеясь. - Хан-и, пошли отсюда… - Сам иди, я хочу, чтобы мне погадали. Вам ладонь нужно показать, да? - Джисон уже и не обращает внимания на своего парня, вытягивая руки на столе. – Правая или левая? - Давай сначала левую, - гадалка приближает левую кисть парня ближе к себе и мягко водит по ней пальцами. С минуту она изучает множество линий, оставленных жизнью. Она смотрит прошлое парня. Когда она поднимает голову, и смотрит на Хана своими голубыми глазами, в них застыли слезы. - Боже, - еле слышно шепчет она, - я видела…через что ты прошёл, мальчик мой. Левая рука показывает прошлое. – Хан кажется застыл, что она могла видеть? Что именно? – Я вижу ещё кое-что, - она осторожно смотрит на своего клиента, и переводит взгляд на Минхо. - Что вы видите? – Слабым голосом спрашивает Джисон. - Тогда…тогда всё должно было закончиться, ты должен был спрыгнуть с крыши, - Ли судорожно вздохнул. Что?! Господи, это всё реально происходит со мной? - Тебя что-то остановило, я не понимаю, что именно, но могу спросить у кар… – Она запнулась, смотря на парня чья рука мелко подрагивала, он не плакал, но был болезненно бледен. – Если ты этого, конечно, хочешь… Хан вспоминал об этом. О том случае. Он помнил, что его остановило сделать шаг тогда. Но об этом он никому не рассказывал. - Хорошо, давайте, - кивнул парень. Ли сидел рядом, взяв его правую руку, он переплел пальцы. Какой бы безумной сейчас ни была ситуация, важнее состояние Хан-и, он нуждается в поддержке. Гадалка вытащила из шкатулки большую колоду карт Таро, она была потрёпанная, с очень необычным орнаментом на рубашке. Тонкие руки ловко перетасовали семьдесят восемь карт. В следующее мгновение одна карта вылетела из колоды прямо на стол, девушка медленно перевернула её. - Верховная жрица, - хмурясь прошептала гадалка.       «Сморщенное не по годам женское лицо, вытянулось в удивлении. - О какой крови идет речь? - Обычно, за помощь я принимаю благодарность, кто какую может дать. В Вашем же случае, я посмею попросить оплату вашей жизни ценой жизни вашего потомка, лишь одного человека. – Целительница сидела возле небольшой глиняной печи, покидывая сухие прутья в тлеющий костер. - Вы хотите убить моего потомка? - Не в коем случае, я её ему подарю. – Веером раздувая угольки, что загорались алым, и меркли в ту же секунду, она все же оживила огонь. - А зачем Вам это тогда нужно? Спасать и меня, и моего потомка? – Женщина зашлась тяжёлым кашлем. - А это уже не Ваше дело, Госпожа. Так Вы согласны? – Минджу повернулась лицом к посетительнице, что сгорбилась, упираясь руками об пол, в попытке облегчить дыхание. – Если собрались умирать, то пожалуйста, не в этом доме. Ко мне на выходных приедут дочка с внучкой. - Я согласна, целительница Ли, делайте что хотите, берите что хотите, но прошу избавьте меня от этого мучения! – скрипящим голосом умоляла бедная женщина. - Вот и чудно. – Облегчённо выдохнула целительница.» Ещё раз перемешав колоду, она вытащила ещё одну карту, положив на предыдущую. – Дьявол. То, что произошло с тобой, это судьба. Полагаю, твоя судьба была изменена. Ибо то, что написано на ладони дается от Высших сил при рождении, карты же показывают судьбу более гибко. Я права? Правильно ли я всё поняла? – Спросила она в воздух. И снова вытащила рандомную карту. – Да, я права, - Минхо чувствовал, как похолодели руки Хана. Он выглядел действительно неважно. Хотя огонек в глазах и нахмуренные брови очевидно говорили о том, что младший без ответов отсюда не выйдет. - А кто её изменил? Ну, мою судьбу, - Джисон посмотрел на карты, лежащие на столе, рисунок был завораживающим. - Сейчас, спрошу. Кто изменил жизнь этого парня? Пожалуйста, дайте мне ответ, - Она вновь повторила свои действия, втащив сразу две карты, - карта Мага и Луны. Было какое-то вмешательство, магическое. Поэтому то, что должно было произойти, не произошло. Это всё, что я могу сказать, тебе. – Завершила гадалка. – Раз, ты, молодой человек всё же остался, позволь и тебе погадать. – Ли глянул на загруженного Джисона и несмело протянул левую руку. Она также с минуту внимательно рассматривала линии, находя там только ей понятный смысл. - Мальчик мой, да ты целитель, – она подняла удивленные глаза на блондина, на лице которого была полная растерянность. – Твои руки, они ведь всегда горячие, верно? – Она снова взяла ту же колоду, ловко тасуя, пока на стол вновь не выпала карта Верховной Жрицы. Девушка замерла. - Это просто совпадение, - пыталась она себя успокоить, глубже вдыхая, - так, сейчас, - она вытянула ещё одну и поставила на другую, - Карта Дьявола. Это абсурд! – Гадалка надавила на виски указательными пальцами, переводя хмурый взгляд с одной карты на другую, то поднимая его на уже обоих бледных парней. – Вы с ним, как-то связаны, карты не могут лгать, - весомо заявила прорицательница. – Я правильно понимаю, карты, ну-ка, дайте мне ответ, - она раскрыла колоду на карте с изображением солнца, - да, я права, и к слову связаны в очень хорошем смысле. Вы словно друг для друга опора, спасение, понимаете? – Минхо лишь кивнул, с трудом переваривая информацию. Слишком много информации. - Хорошо, спасибо вам, тётенька, - Хан бегло улыбнулся, вытащив пару десятитысячных купюр, положил на стол, и потянув старшего за руку вышел из шатра. - Да не такая уж и тётенька, - хмыкнула девушка, пряча деньги под чехол телефона.       Они молча шли, Минхо всё ещё держал его руку в своей. Они остановились около парапета у озера. Горизонт горел алым в вечерних сумерках. Люди вокруг смеялись, развлекались на аттракционах, стреляли в тирах, ели сахарную вату и мороженое. Чайки скромно сидели на берегу, и на каменных плитах в воде, тёплый ветер разносил жухлые листья, словно кочующие барханы, кучка тут, кучка там. Всё вокруг жило, всему вокруг не было дела ни до кого, так было и будет всегда. - Я тебе потом всё объясню, - слышно только для Минхо прошептал Джисон. - Мне не нужно ничего объяснять, тем более если ты не готов, - Ли притянул его в свои объятия, втирая мягкие круги по спине, вселяя умиротворение. - Зря мы туда пошли, - Хан обнимает в ответ, утыкается в изгиб шеи, прикрывая глаза. - Не зря, Хан-и, - после недолгого молчания говорит, Ли, - случайности не случайны. Теперь я уверен, совпадений не существует, - Минхо прижимает Джисона крепче, и наблюдает, как к ним приближаются остальные ребята, шедшие со стороны чертового колеса, на которые Ли и Хан отказались пойти, так как оба до чёртиков боятся высоты. - Кажется ваш скромняшка Сынмин такими темпами отобьёт у Чана его Нини, - тихо смеётся Минхо. Двое парней под ручку, очень увлечённо о чём-то говорили, очевидно им было комфортно друг с другом. Джисон извернулся в объятиях чтобы посмотреть на приближающихся ребят. Действительно, со стороны они выглядели как парочка, так гармонично и мило. - Минхо, а часто то, что ты говоришь, сбывается? – Внезапно спросил Хан. – Вдруг ты ещё ведьмак какой-нибудь? – Посмеялся Хан, хотя по глазам видно, ему вовсе и не смешно. - Если ты хотел, чтобы я отрастил длинные волосы и перекрасился в пепельный, так бы сразу и сказал. – Отшутился Ли, на инстинктивном уровне избегая этой темы. - Вы там сериал обсуждаете что ли? – За разговором они и не заметили уже подошедших ребят. – Я думал, в такой романтичный момент, при свете закатного солнца вы будете клясться друг другу в любви, верности и… - Чанбин, заткнись, - цыкнул Минхо, ухмыляясь с выражения лица Со, когда подошедший Феликс по-свойски обвил его талию и прижал к себе. Кажется, Чанбин был готов упасть в обморок, и желательно в сильные руки своего бойфренда. Теперь и не понятно, кто из них доминирующий в их паре, кажется всё же младший. Несмотря на всю внешнюю брутальность Чанбина, его внутренняя натура как воздушное безе, очень нежное, хрупкое. В один из вечеров, когда они втроём с Хёнджином зависали в квартире братьев, Со-старший признался, что его самый большой страх это остаться одиноким, никому не нужным, никем не любимым. Он так боялся этого, что иногда встречался даже с теми, кто ему особо-то и не нравился, думая, что человек ещё не раскрылся. К Чанбину зачастую клеились девушки, видя его мужественность, харизму, и уходили в тот момент, когда узнавали настоящего Со, милого, который любит аниме, является фанатом Хинаты, потому что она действительно крутая, который читает мангу, смотрит дорамы, и у него есть плакат с Шугой, только тсс. - Бе-бе-бе, - дурачится Со, на что Минхо лишь закатывает глаза, но видя, как Феликс после таких кривляний друга лишь крепче прижимает к себе и целует в щечку, его сердце обретает долгожданный покой. Чанбин заслужил такого человека как Ёнбок, он заслужил как никто другой.

***

      Прошло уже две недели с тех пор, как гадалка в злосчастном шатре приоткрыла молодым людям завесу между настоящим и прошлым, пророча, что они связаны неразрывными алыми нитями Судьбы. Оставило ли это свой след на психике парней? Определенно. Не было и спокойного часа, чтобы Ли мысленно вновь не возвращался в то мрачное помещение пропахшее воском и жженным лавром. Он прокручивал раз за разом ее слова, никак не выходившие из ее головы – Минхо целитель? Их с Джисоном судьбы связаны? Может поэтому он написал этот рассказ? Может ответ кроется в их связи? Как же так вышло? И она сказала, что Хан-и тогда должен был прыгнуть, но почему он передумал? Что произошло в тот момент? Это Минхо сможет узнать только от самого Джисона. Однако, от Ли не укрылось и то каким порой задумчивым становился Хан, когда не смотрел на своего парня, или не болтал с Феликсом или Чонином, в те моменты, когда он был совсем один, в себе, его глаза словно волокло туманом, брови тяжелели, а дыхание замедлялось, кожа становилась необычайно серой и тусклой. Когда он видел, что это с ним происходит, старший осторожно подходил и брал за руку, или обнимал, целовал, утыкался в шею, касался волос, пытался хоть как-то забрать его из того мрачного мира, из темного прошлого.

***

      В один из дней, когда за окном лил дождь, словно, давно не проливавшее слез небо, сейчас в горе разверзлось и оплакивало дорого сердцу человека, они остались одни. Было начало праздников, когда все студенты разъезжались на два-три дня к своим семьям, или родственникам, Минхо и Джисон остались друг с другом. Собиравшийся в дорогу Чонин, все шутил и игриво смеялся, что завидует новой парочке, ведь самое сладкое время сейчас только начинается и не будет ни единой души, кто им помешает в этом. Феликс проводил время с Чанбином и его семьей. Ёнбок хотел, чтобы Хан и Минхо пошли вместе с ним, ведь ему будет ужасно некомфортно сидеть с родителями своего парня за одним столом, но после тихого разговора с Джисоном наедине, младший резко поменял свое мнение.       Как ни странно, никто из них не готовил ужин при свечах, или не наводил романтичной атмосферы, оба подсознательно, понимали к чему все идет. К долгому, честному, оттого сложному для обоих, разговору по душам. Поэтому они молчали. Они пялились в экран ноутбука, титры закончились десять минут назад, в комнате было темно, лишь звуки льющегося дождя заполняли гнетущую тишину. Никто не решался начать первым. - Хен… - Хан-и…- Одновременно прозвучало в этой напряженной атмосфере. Джисон слегка завозился, выпутываясь из горячих объятий старшего, и сел на кровати. Он хотел закрыть ноутбук и убрать его на пол, но Ли остановил его. - Позволь мне первым тебе кое-что показать, - Минхо выжидающе смотрел в удивленное лицо младшего, «неужели не мне одному есть, что рассказать» думалось Джисону. - Хорошо, - кивнул Хан, когда ноутбук приземлился к нему на колени, он пробежался взглядом по заголовку. – Хан? Это что про меня? – Он начал смеяться, от неловкости и милости его парня, «неужели он написал что-то про меня?», промелькнуло у него в мыслях, однако Ли кажется выглядел вовсе не смущенным, а напуганным и нервным. – Хэй, ты чего, не загрызу же я тебя, из меня критик такой себе, особенно когда дело касается тебя, - младший пытался хоть как-то разрядить обстановку, желая увидеть хотя бы тень улыбки на лице Минхо, но тот словно статуя замер, походя на нее даже серым каменным выражением глаз, лишь вздымающаяся грудная клетка, что учащенно поднималась, обличало истинное состояние человека, сидящего напротив Джисона. - Пожалуйста, прочти мою повесть. Прочти ее до конца. – Зашептал старший, внутренне содрогаясь, от каждой пугающей тревожной мысли, что словно стая пираний напали на него, кусали и сдирали его плоть. - Хорошо, - Хан даже не произнес это вслух, лишь губы пошевелил. Переводя взгляд обратно в экран, он начал читать. Минута за минутой выражение лица Джисона сменялось, в какой-то момент он засмеялся, кажется понимая, что происходит. - Это тебе все Феликс рассказал? Ты поэтому так испугался, что я могу обидеться? Но мне нравится! Подарок в виде рассказа о моем детстве, я думаю это очень мило, - Джисон все продолжал щебетать, Минхо не проронил и слова. Не добившись должной, точнее никакой реакции, младший вновь погрузился в чтение. Через некоторое время, он в неверии уставился на старшего. - Откуда…откуда ты узнал про мост? – Еле слышно шепчет Хан. – Об этом никто не знал, даже Феликс! – Глаза Джисона забегали, он прикладывал невероятные усилия, в попытке вспомнить рассказывал ли он хоть какой-нибудь живой душе о заброшенном мосту, но он был уверен на все сто процентов и более, что никто об это не знал. - Хан-и, - спокойным голосом зовет Ли. – Я знаю, я представляю, что сейчас происходит внутри тебя, но прошу, без паники, - Минхо протягивает руку и укладывает ее на колено младшего, словно удерживая его в шаге от истерики. Волны горячего тепла медленно распространяются по телу, вселяя некоторое успокоение, на секунду прикрыв глаза, он, набравшись духу, вновь опускает глаза на экран. «В один из знойных летних деньков, какие частенько ниспадали на поселок Сиволь, маленький непоседа Хан-и, решил в очередной раз проверить себя на прочность и испытать острых ощущений. Полазить по заброшенному мосту, идеальное приключение для резвого мальчишки. Стоя прямо перед мостом, он думает про себя, что, дойдя до другого конца, где начинался густой лес, он оставит метку «Хан» на столбе и сразу же пойдёт назад. Мальчик добирается-таки безопасно по старым мшелым доскам, что совсем недоверчиво скрипят, стоит лёгкому ветру качнуть их. Подобрав острый камень на земле, он минуты две тщательно выводит буквы, одну за другой, и остаётся полностью довольным только когда одним резким движением подчёркивает надпись, на, местами поржавевшем, металле. Когда он идёт обратно, уже остаётся около пяти метров, как под ногами с треском ломается одна из старых деревяшек, мальчик вскрикивает, правая нога проваливается в дыру по колено. Хан крепко держится за тросы, которые больно впиваются в кожу до крови, также он чувствует, что сильно поцарапал ногу о щепки, что торчат из дыры. Он медленно вытаскивает ногу, в страхе, как бы вторая нога, которая стоит на не менее хлипкой доске не провалилась, тогда он точно свалится в воду. К слову внизу, в метрах десяти протекала мелкая обмелевшая из-за засухи речушка, на дне которой виднелись острые валуны, и камни. В общем, падение будет не из приятных, а может и последних в жизни мальчика. Он медленно доходит до своего финиша, что изначально был стартом, облегчённо вздыхая. Уже идя обратно домой, он обещает себе, что никому не расскажет об этом, иначе его снова запрут в комнате еще на неделю.» Хан читает, периодически поглядывая на Ли, что молча ждал, почти не двигаясь. Казалось, что тело стало весить тонну, не меньше, он с трудом подавлял все растущую внутри панику. В какой-то момент Минхо заметил мерцающие крупные бусины, что ниспадали с ресниц младшего. Джисон отвернулся к окну, закусывая губу, словно пытаясь сдержать рвущийся вопль, полный боли и унижения. Откуда он, черт возьми, узнал об этом?! Хан падает лицом в свои ладони и дрожит, он не рыдает, нет, ему стыдно, ужасно стыдно. - Зачем, хен? Зачем ты все это написал? Откуда ты это знаешь? Ты специально заменил людей, да? Почему концовка другая? – Голова резко поднялась, Ли сталкивается с глазами Джисона, те полны недоверия, злости…разочарования? – Ты с ним знаком? Это...это он тебе все рассказал? - Хан-и, послушай меня, я сам не знаю, как все это разумно объяснить, но дай мне шанс, пожалуйста, я хочу попытаться, - младший сверлит глазами, пытаясь понять каждое слово, наполнить подлым смыслом каждую минуту проведенную с Ли, но не может найти подвох или злой умысел в лице напротив. Он видит лишь отчаяние и честность, что блестели во влажных глазах старшего. - Я тебя слушаю. – Джисон замолкает в ожидании, сложив руки перед собой, словно закрываясь, защищаясь. - Это произошло чуть больше месяца назад, наш преподаватель дал нам задание написать какой-нибудь текст в художественном стиле, главная тема была «человек». Я долго думал, о чем писать, не было ни единой идеи. И так вышло, что я выпил соджу, того самого с виноградным вкусом, - улыбка на секунду проскальзывает на его лице, и меркнет также быстро, лицо обрело прежний, туманный вид, - и меня понесло, одна мысль следовала за другой, голоса, картинки, чувства, эмоции, я до сих пор помню каждую из них. Я написал эту повесть за ночь в пьяном угаре, и перечитывал лишь дважды, но я помню каждое слово, я вижу и слышу голос каждого персонажа с этих страниц, и я клянусь богом, я не знаю почему! Я был в таком удивлении, когда увидел Феликса среди толпы, насколько я сейчас понимаю, вы там были втроем, Ликс, Сынмин и ты, новоприбывшие студенты. Я тогда словил паническую атаку, которой у меня не было уже как полтора года. И только после встречи с тобой, я поверил, в то, что вы живые, вы настоящие. Я думал, что сошел с ума. Но до сих пор мне кое-что не дает покоя. Почему в вашей настоящей жизни, злодеем был я? Это не укладывается в моей голове. – Вновь зашептал Минхо, пытаясь дышать глубоко, и успокоить сердце, он ощущал, биение даже в висках, от испытываемого напряжения. - Злодеем был вовсе не ты, - горло сжалось, словно он вот-вот разрыдается, - это был не ты, хён, - сипло шепчет Хан. - Откуда ты знаешь? После всего произошедшего, мне кажется в этой жизни возможно абсолютно все, - невесело усмехается Минхо. - Хен, - Хан аккуратно берет руку старшего в свои ладони, и смотрит на эту небольшую кисть как на что-то драгоценное в его жизни. – Твои руки, хен, они другие, это не та сентиментальная хрень, какую-бы я мог сказать, это правда. Когда ты прикасаешься ко мне, я ощущаю соприкосновение как электрический ток, который будто заряжает меня чем-то, чем-то добрым. Мне хочется жить, когда я тебя держу за руку. Тот Минхо, был и вправду, как две капли похож на тебя, но его глаза, то что было на их дне разительно отличается с твоим внутренним светом. Его глаза были серыми, мутными, он как призрак, мертвец, и его ладони, были такие же – ледяные, гасящие любую искру, любое желание, рвение. Стоять с ним рядом, дышать с ним одним воздухом было уже мучительно. Он словно забирал всю твою жизненную силу. – Минхо подсел ближе к Джисону, убирая ноутбук подальше. Ли взял руки Хана в свои, безмолвно поддерживая. – Я был обычным молодым парнем, только вырвавшимся в большой город, меня больше не сковывали заперты семьи, я был абсолютно свободен и самонадеян. А также доверчив и глуп. Так я и познакомился с Ли Минхо. Я до сих пор не понимаю почему так потерял голову увидев его, из-за его внешности, или нахальства, но он просто засел в моей голове. Я мог часами думать о нем, а когда мы с ним подружились, я вовсе утонул. Мы с ним тусили днями напролет, везде вместе, всегда легко и весело. Мне казалось…мне казалось, мои чувства взаимны, как он смотрел на меня, как брал меня за руку, я думал, что попал в сказку. Окрыленный взаимным вниманием, я признался ему, я его поцеловал, он меня не оттолкнул, он просто стоял. После я ощутил удар, потом снова удар, и еще раз. Я упал на пол, свернувшись, закрывая лицо и живот, он пинал меня тяжелыми ботинками, я слышал хруст своих ломающихся костей, я чувствовал невыносимую боль. Я просил его прекратить, умолял, но он не остановился ни на секунду, удары становились лишь сильнее, еще злее. Он шипел, кричал, проклинал меня, и мне подобных. И я вырубился. Очнувшись в больнице, возле меня сидел Феликс и моя мама, а за ними стоял Минхо, он выглядел также взволнованным, словно все еще мой друг, и я понял, что моя жизнь превратилась в ад. Я никому не рассказал правды, мне было так стыдно и горько, что не смог защититься, что так сильно поверил, что решил довериться, что влюбился. Самым пугающим для меня было не то, что после этого весь универ ополчился против меня, прознав что я гей, а то, что Ликс продолжил общение с Минхо, даже когда вернулся домой. И я честно говоря не был уверен, поверит ли мне мой младший брат, если я расскажу ему, кого он считает своим другом. В какой-то момент, я поверил, что виноват во всем сам, и видимо Минхо не такой уж и подонок, если Ёнбок так хорошо о нем отзывается. С этим шло время, а моя вера в свою неправоту усилилась, пока однажды Ли не прислал мне сообщение с извинениями и просьбой, может ли он заглянуть ко мне в гости. У него есть подарок для меня, так он сказал. Я был настолько сломлен морально, что согласился, ведь ничего страшного? Это же всего лишь Минхо, мой старый приятель, с которым мы как-то повздорили, да? Он постучался в десять вечера. Я открыл без задней мысли, он весь промокший до нитки. Тогда был дождь, вот как прямо сейчас, - Джисон посмотрел за окно, где полыхнула молния, и следом раскатисто прогремел гром. – Он прошел в дом, сел на диван, и попросил сесть рядом с ним. Я ждал, он ведь что-то хотел мне отдать. – Джисон замолк, брови напряженно сведены к переносице, взгляд устремлен вниз, куда-то в другое измерение, в ту страшную ночь. – Он набросился на меня, я и глазом моргнуть не успел, снова бил, удар за ударом, в лицо, в грудь, в живот, я пытался защищаться, но за все это время, я ослаб не только духом, но и телом, я упал после пары ударов. А после он…стянул с меня штаны…его холодные мокрые руки трогали меня...он вошел в меня не растянув. Было так больно. Так унизительно. Я кричал, пытался отбиваться хоть как-то, но он лишь усиливал хватку и свои удары. Мне казалось, что он словно питался моими криками, моим страданием, словно демон, сущий дьявол. – В стеклянных глазах Джисона застыли слезы, которые Ли заметил лишь когда искра молнии на миг осветила их. Минхо беззвучно заплакал. – Я не помню, как долго это продолжалось, мне казалось, это не закончится никогда. Я хорошо запомнил лишь запах крови, все остальное было будто в бреду. А очнулся я только ранним утром, солнце еще не встало. Я был один. Я еле смог сесть, я сидел в луже застывшей крови, я не сразу сообразил откуда она взялась, но потом, дотронувшись до…до своего а-ануса…он был разорван…туда свободно проходила вся...вся моя к-кисть…я…я был в ужасе. Я тогда действительно подумал, что лучше бы я вообще не свет не рождался, чем переживать такое. Я с трудом оделся, и пошел по аварийной лестнице на крышу. Я жил на седьмом этаже девятиэтажки. Я стоял там на крыше, прямо у края…и думал, что да, это лучшее, что я могу сделать. Нет. Это то, что я должен был сделать. Я закрыл глаза, я молился, как, наверное, делает каждый, кто оказывается на краю, я просил прощение. Я клянусь, я готов был сделать шаг вниз. – Джисон наконец взглянул на Минхо, который казалось перестал дышать. – Я услышал голос, мягкий шепот. Просьбу. Не делать этого. Не прыгать. Этот голос был таким реальным и призрачным одновременно, я думал, что сошел с ума. Я оглянулся, назад в поисках источника голоса, но сзади я увидел лишь Феликса, стоящего в самых дверях, со слезами на глазах, с мольбой не прыгать. Но я точно знаю, что тот первый голос, принадлежал не ему, и это был не плот моей фантазии или сбрендившего разума. Это был ты. Ты спас меня. – Ли казалось только сейчас вздохнул, задышал часто-часто, внутри будто лопнул огромный шар, и стало даже чуточку легче. Огромный ворох случайностей и событий из его жизни теперь обретал новые формы, показывался совсем с другой стороны. - Хан-и, - его хватило лишь прошептать имя, и заплакать. Джисон обхватил плечи Ли, тот в ответ уткнулся и обвил руками торс парня заходясь новыми всхлипами. Плакать в объятиях другого человека почему-то всегда легче, когда можешь спрятать слезы в чужой футболке, и ощущать крепко держащую тебя руку, жизнь становится таким местом, которое можно и перетерпеть.