Грешник

Я вскакиваю оглядывая тёмную комнату. Спина сразу же становится влажной от пота. Медленно поднявшись на ноги я достою из-под подушки пистолет. Не то что бы я не понял что это, но четкая потребность в самозащите заставила пальцы покрепче ухватится за прохладный ствол. В темноте не было нечего и никого, хоть тишина и давила на перепонки я вздохнул с облегчением. «Видимо мне просто показалось». Я опускаю ствол и слышу за спиной мерзкое хихиканье. Действую только на инстинктах, быстро поворачиваюсь и навожу ствол, видя перед собой что то состоящие из теней, сросшиеся человеческие силуэты с глазами и ртами, текучие какой то жижей на пол. Их руки тянутся ко мне, кажется что то щёлкает, что то вроде нитки связывающей их между собой. Сердце ускользает куда-то вниз когда это нечто накидывается на меня. Раздаётся выстрел, в ушах звенит, но только у меня. Патрон проходит куда то сквозь, и существо поваливает меня на землю. — И кто это перед нами?! Это же убийца. Убийца! — оно звучит разными голосами, изо рта течёт чёрная вода или кровь, капая мне на лицо. Оно наклоняется, выбивая из рук пистолет, дышит отвратительным трупным запахом в лицо. Ещё немного и меня вырвет и я не знаю от чего: от лютейшего страха который сковывает конечности или от запаха. Глаза этого нечто выкатываются и грозятся вот-вот выпасть из своих глазниц. — Это мне кажется — мой тихий шёпот настолько дрожит, что даже мне тяжело поверить что это говорю я, а существо это кажется напротив забавляет. Мне тошно от себя, от него, от всего что здесь происходит. — Кажется, кажется. — тихо отвечает оно доставая из своего ребра нож. — Сейчас посмотрим как тебе кажется! — мои глаза расширяются, когда нож вонзается мне в грудь и резко выходит и вонзается ещё и ещё. Нож застревает и вырывается из тела с брызгами красной жидкости и хлюпающим звуком. Кровь заполняет все, становится трудно дышать. Я вижу как за каплями крови это существо дырявит мне живот. Оно тыкает нож, разрезает кожу, мышцы, внутри что то ломается, я слышу хруст захлебываясь в собственных крови и слюнях. Существо просовывает свою мерзкую лапу в дыру на моём теле, в которой кажется нечего и не было, пусто, тёмная и непроглядная тьма, но когда показывается часть кишок, становится мерзко. Кровь по всюду, она попадает на это существо а его слизь стекает на меня, голова кружится от отвращения, пока к горлу подкатывается ком. И я уже мысленно представляю как я разрезанный лежу в своей же блевотине. Существо мерзко хихикает, оно будто скрипит как петли разрывая моё тело и кишки, начиная медленно жрать меня, почти что насильно заталкивая плоть множеством своих рук в свои глотки, которые растягиваются в улыбки. Я слышу это противное чавканье со смехом. Больно… страшно… «Я слышу как он жрёт меня, разрывая плоть на куски.» — Ты умрёшь так же, как и мы…

...

Я вздрагиваю, вскакивая с постели, лихорадочно осматривая свой живот и грудь. Нечего. Нечего там нет. Не было той пугающей пустоты и раны на животе, не было не капли крови. Волосы липнут ко лбу как и вся одежда. Руки мелко трясёт и я с испуга осматриваюсь, но в комнате светло от утреннего солнца и некого нет. Но это не значит что мои грехи отпустили меня, наоборот я чувствую как их грязные руки вяжут узел на моей шеи. Завтракал я на нервах, буквально сидел как на иголках вздрагивая от малейшего шороха. Нервы плели, тугой узел в моей голове связываясь с коконом из мыслей. Паранойя выходит на новый уровень. Зеркал я теперь и вовсе старался избегать, стоило увидеть в зеркале тёмный силуэт за спиной. Ловил я глюки и без того, не редко а сейчас даже страшно задуматься об этом. Стоит только вспомнить как их руки тянутся пощупать тело, и на рубашке мерещатся капли крови. Грешники сходят с ума, это аксиома. Нечего не сделаешь, но после этого уродства всё ускорилось настолько что я даже не могу понять где ложь моего мозга. Стоило связаться с мистером Поттером сегодня же. Письмо было написано на скорою руку, суть была лишь в том что я не могу ждать и нам нужно встретится у гоблинов для проведения ритуала вассалитета или иначе мысли о том что я могу сойти с ума уже начали бы пожирать меня изнутри. То как быстро я начал сборы это не передаваемо, и то как нервно дрожали мои пальцы было так же не передаваемо. Я сам себе становился противен от того что все больше напоминал шизика с манией преследования, но я клянусь я чётко знал, что кто то стоит за дверьми, в темных углах и на другой стороне зеркала.