fuck you, pen.

Ручка как обычно прихорашивался в пенале. Он был самым часто используемым предметом, так что нужно всегда быть в хорошем состоянии. Расписавшись на клочке бумаги, Ручка улыбнулся и прилёг. В пенале, как всегда, уютно. Рядом спят карандаш и ластик — лучшие друзья Ручки, а где-то в недрах пенала валяются фантики от чио рио. Ручка слегка приоткрыл пенал, чтобы определить сколько времени осталось до урока. 2:30 ночи, а значит, что до урока ещё 5 с половиной часов. Отлично, можно хорошенько выспаться. Закрыв пенал и собравшись уже сладенько заснуть, Ручка вдруг почувствовал на своей заднице руку. — Чего? — только и успел возмутиться Ручка, прежде чем ему заткнули рот. Это был Карандаш. Карандаш — весёлый парень, часто исправлявший ошибки Ручки и просто помогавший ему работать. Никуда не ходил без своего друга, Ластика, и Ручка уже давно начал подозревать, что между ними было что-то большее, нежели дружба. Вот и сейчас Ластик с Карандашом были вместе. Они стали раздевать Ручку, покрывая его тело засосами и поцелуями. — Что вы делаете, ребят? — глухо простонал Ручка, чувствуя, что у него вот-вот встанет. Карандаш злорадно рассмеялся. — Что, засмущался, сладенький? — ухмыльнулся он, оставив на шее Ручки крупный засос. Ручка постарался расслабиться и наслаждаться моментом. Честно признаться, он и сам давно хотел трахнуть Ластика. Такой милый, мягкий, нежный… любой бы захотел. Воспользовавшись моментом, Ручка вырвался из крепких рук Карандаша и набросился на Ластика. — Думаешь, это ты меня сегодня трахнешь? Э, нет. Это я тебя сегодня хорошенько так выебу, мой хороший. Ластик замешкался и попытался вырваться, но Ручка был настроен серьёзно. Карандаш подошёл к Ручке, с удовольствием посмотрев на покрасневшего Ластика. — Я так и думал, — произносит Карандаш, выдержав недолгую паузу — Что же, тогда сделаем это вместе. — Как лучшие друзья? — искренне улыбнулся Ручка. — Как самые-самые лучшие друзья. Они одновременно входят в Ластика, наслаждаясь его громкими стонами. Ручка старается быть нежнее, а Карандаш ускоряет темп, заставляя Ластика стонать всё громче. Последний всё шепчет «я люблю вас…мф… я люблю вас!», выгибаясь, будто кот и закатывая к верху глаза от удовольствия. От таких громких стонов и криков, в пенале просыпается Замазка. Лишь взглянув на на троицу «друзей» она всё понимает. На глазах замазки выступают белые слёзы, и она без промедления выбегает из пенала, не желая больше это лицезреть. Лишь выбежав из пенала, Замазка улеглась возле тетрадки и громко расплакалась. Она уже долго была влюблена в Ручку, но тот даже не замечал. Замазка надеялась признаться ему, признаться в своих чувствах, но этот тупой Ластик всё обломал! Ах, как бы она хотела сейчас оказаться на его месте… Замазка в голос зарыдала от бессилия и отчаяния. В это время проснулась лежащая рядом тетрадка. — Ну не расстраивался ты так из-за этого мудака ебучего, подруга! Зато... я всегда буду любить тебя, Замазка! За то, как ты исправляешь ошибки, написанные во мне, за твой нежный запах, за то, какая ты милая и добрая... — Голосом, полным отчаяния и любви крикнула Тетрадь подруге. Она уже почти год страдала от невзаимность любви к Замазке, и лишь сейчас нашла в себе смелость в этом признаться. Замазка раскраснелась, и вдруг поняла, что тоже любит Тетрадку. Сдался ей этот зазнайка Ручка! С Тетрадкой она будет счастлива. — Я тоже люблю тебя, — прошептала Замазка. — больше всего на свете. Только почему-то раньше не замечала... И две любящие души слились в полном счастья, взаимном поцелуе.