Любовь, угасшая до рассвета.

Капли крови, словно специально выходили обильным потоком с губ юного, черноволосого парня. Клинок торчал из его тела насквозь, задевая жизненно важные органы. Учиха стоял, дрожь в коленях даже не думала утихать. Привкус железа заводил его, это было его любимая часть битв - жажда крови, его зависимость, как и человек, который держит рукоять клинка, проткнувший полумёртвого Учиху. Он был в восторге и дребезге от сильных рук Сенджу, зависим от его силы, от его крови. Кровь для него служила как отдельный культ, которому следовало поклоняться и возноситься. Хотя, клан Учиха не отличается особой добротой, они лишь жаждят слёз и кровопролитной битвы, всегда было так, и так оно и будет по сей день, если конечно, из-за своей самоуверенности и потому глупости, они не поумирают слишком рано. Сенджу, держит рукоять клинка только чтобы сделать вид, что он действительно намерен убить своего "врага". Обладатель шарингана давно заметил то, что Хаширама не собирается лишать того жизни. В воздухе стояло напряжение, энергия постепенно уходила из тел, которые стояли дрожа друг на против друга. Брюнет сбивчиво дышал, он старался выровнять дыхание, чтобы дышать в такт своим движениям, но у него совсем ничего не получалось, ведь перед ним стоит его главный враг всей жизни, а так же, самый близкий человек, которого он несомненно любит. Последнее, что хотел сделать Хаширама - это убить Мадару. Но приоритеты в защите близких сыграли свою роль. Сенджу вынул и вновь вонзил клинок в уже мягкое и будто бы облитое кипятком тело Учихи. Было такое чувство, что Хаширама просто разделал тушку животного, так по зверски и легко, словно его рассудок резко откинул всё живое и миролюбивое. Хаширама нежно провёл клинком по всему телу Учихи, который умер совершенно тихо и безрассудно, словно даже не задумался о том, что идёт на верную погибель. Бездвижно, тело лежало на прохладной земле, дождь моросил слегка нежными, незаметными, мокрыми каплями, которые заставили Сенджу выйти из состояния "хлоднокровного животного". Поняв, что сейчас, он погубил своими руками то, что любил, ценил и уважал, у главы клана Сенджу выступили лёгкие капли слёз, вскоре стекающие бурным потоком, словно водопад. На душу резко свалилась тяжёлая ноша, которая обрекла Сенджу на подпись грусти и разочарования в себе.Хаширама присел рядом с телом, которое похолодело ещё больше, чем когда оно было при жизни. Наконец то Хаширама решился на поступок, который он хотел бы сделать при жизни Мадары. Он прикоснулся своими губами к холодным, бездыханным контурам губ Учихи. Его тело обдало лёгкой дрожью, но Сенджу почувствовал какое-то невиданное ранее облегчение. Но их любовь ушла с закатом, при вальсе звёзд, в объятия сырой земли...