Лагерь

Ваня помнил все крайне расплывчато. События будто происходили в тумане. Но если сразу ничего не вспоминается, то тело все впитало в себя. Боль по всему телу раздавалась пульсацией. Сейчас перед собой парень видит макушку брюнета, крепко обнимающего его. И кажется, он всхлипывает. Наконец отпустив русого, вожатый показывает свое лицо. Его глаза были красноватыми и влажные следы от слез остались на щеках. Но его улыбка, она меняла все. Не было понятно, то ли он радуется, то ли грустит. Ваня был рад его видеть и не мог в ответ не улыбнуться. Повторяя за Колей, его уголки губ приподнялись, а позже и вовсе расплылись в мягкой улыбке. —Мне твои друзья рассказали что произошло, но я хочу послушать и тебя,–первый произнес вожатый. Он сел на свое место обратно, смотря прямо в глаза, заглядывая в душу. Будто ища истину. —Ну я... Э...,–замямлил русый. Старательно прокручивая в голове шестерёнки, он пытается вспомнить вчерашний вечер. Брюнет его не перебивал, он видел, как русый пытается что-нибудь вспомнить. —Я шел к озеру, как обычно, но из кустов вышла компания из...– начал свой рассказ Ваня, но остановился. Нервно перебирая в голове эти моменты, он их проясняет. —Четырех парней и девушка. С ней я был знаком, и ты, кстати, тоже. Ирой зовут. Шатенка, карие глаза, невысокая. Коля выжидающе ждал главного, основного. Он все ещё не перебивал младшего, давая ему возможность все вспомнить. —Она начала говорить что-то про тебя. Что делала все, дабы заполучить внимание, а мне для этого ничего не стоило и все в таком роде. Я тоже не был терпилой, так что отвечал ей так же, как и она мне. Вскоре, своими словами, я видимо задел ее эго и эти ее "дружки" набросились на меня с кулаками. Я отбивался, но когда земля уходила из-под ног, я услышал Антона. Они прибежали, а та компания убежала. И все, дальше как в тумане. Вот, я оказался тут,– заканчивая повествовать, русый глянул в окно. —Так вот как всё было,– задумчиво произнес Коля. —Ты запомнил их? —А?– отвлекшись, он вновь посмотрел на брюнета. —Нет, но насколько я помню, Арс говорил что запомнил их. —Он говорил об этом, но я подумал, может ты тоже что-то заметил. —Кстати, когда пришли ребята, Иры там уже не было. У меня есть подозрения, что она сбежала, когда начался ливень. Не дай Бог ведь ей намочить свои волосы или одежду,– последнее предложение он проговорил с ярко выраженным сарказмом, чуть ли не показывая это. —У тебя сейчас ничего не болит?– вдруг опомнился Коля. —Все тело ломит и голова болит немного,– протараторил русый. —А что ты молчишь? Сейчас медсестру позову, она даст тебе обезболивающее. —Стой. Подожди!– резко промолвил младший, хватая за руку вожатого и потянув на себя. —Что,– только и успевает сказать брюнет, как он стремительно развернулся и на месте. Губы Вани сразу же накрыли чужие губы. Брюнет сразу же ответил на поцелуй. Он был нежным, язык Коли медленно двигался во рту русого, он не хотел ещё больше вредить младшему. Поцелуй был коротким, больше похожим на чмок и все. Ваня улыбнулся вожатому, а глаза того заискрились. Он был на седьмом небе от счастья, ведь младший не так часто целовал его первым. Улыбнувшись в ответ, Коля покинул медкабинет. Он пошел искать медсестру. Ваня закинул голову вверх и рассматривал белоснежный потолок, на котором красовались лишь люминесцентные лампы. В кабинете была тишина, которую прервал звук открывающейся двери. В комнату зашла молодая девушка, на вид лет двадцати пяти. Ее шаги были настолько быстрыми, что ее белый халат красиво развивался, но не по ветру. Медсестра подошла ко столу и открыла ящик, где были все медикаменты. Оторвавшись от препаратов, она перевела взгляд на койку. —Что тебя беспокоит? —Головная боль и все тело ломит. Она вынудила какие-то баночки, вытащив по одной таблетке. Положив их на тумбу рядом с кроватью, девушка взяла стакан и вновь вышла. Не прошло и минуты, как она вернулась со стаканом, полным воды. —Держи,–протянув стакан, проговорила медсестра. —Спасибо,– принимая из ее рук посуду, парень взял таблетки с тумбы. Закинув их в рот, он запил несколькими глотками воды.

***

Медсестру, которая собиралась пойти по своим делам остановили двое парней. Они были друзьями Вани, как минимум ими представились. Парни спросили о состоянии русого и узнали, можно ли сейчас к нему. Девушка дала отрицательный ответ, сказав, что парню нужно время для восстановления и отдыха. Тревожить его сейчас не стоит. Антон с Арсением понимающе кивнули и ушли обратно в свою комнату. Дима даже из нее не выходил. Ему сейчас сложно, он не желает контактировать с социумом. Он предполагал, что так будет, готовился, но несмотря на это, не может. Просто не может принять этот факт. Да он думал об этом, но все равно, оказавшись в такой ситуации, он не знал что делать.

***

Пока Ваня отсыпался Дима уже планировал совершить то, что хотел. Он готовился к худшему, но все равно надеялся. Подойдя к главному вожатому, он попросил поговорить с ним тет-а-тет. –Так, о чем ты хотел поговорить?– первым начал Сергей. Он был взволнован, ведь на носу случилось непредвиденное событие. –С чего бы начать...,– задумчиво смотря, произнес парень. Поправив очки, он недолго думая, резко накрыл чужие губы своими. В надежде на ответную реакцию, он доверился чувствам. Сережа был в ахуе. Его глаза округлились, становясь огромными монетками. Оттолкнув парня, мужчина тяжело дышал. А юноша будто и вовсе не дышал. Боялся ответа. –Дима, послушай...,–Сережа пытался мягко ему ответить, подбирая слова. –Прости, но это невзаимно. Я – гетеросексуал. Я считаю, этот поцелуй был лишним, но все же. Мы можем быть друзьями. Просто пойми, у нас ведь даже разница в возрасте большая. –Да, я понимаю. Я... тогда пойду,– парень вышел из помещения, сразу же направляясь к своей комнате. Он был расстроен. Взгляд был пустым. Внутри все органы вдребезги разбились. Они словно стекло, по которому ударили чем-то тяжеленьким. Будто фикридер, только что прочитавший стекло в фанфике. Добравшись до комнаты, Дима не позволил себе даже плакать. Это не его принцип. Он будет думать, много думать. Он скорее загрызет себя изнутри мыслями, нежели позволит какой-либо эмоции выйти из-под контроля. Ведь такое всегда оказывается провалом. Чувства должны быть под контролем, иначе, это принесет необдуманные поступки, что впоследствии обернется болью. Дима всегда старался так делать, он считал, что это правильно. Но как только что-то выходило не так, это всегда оказывалось потерей контроля. И вновь, очередной провал, обернувшийся кучей новых мыслей и рассуждений. Парню нужно пару дней, дабы прийти к прошлой жизни. Эти дни ему нужны без контакта с другими. Без социума. Пожалуйста.

***

Месяц подходил к концу, скоро Ваня должен был поехать обратно домой. Сам об этом не догадываясь, лагерь стал для него родным местом. Там он нашел родного человека. Озеро, берег, природа там – все это ассоциируется с Колей. Всё произошедшее навсегда запомнится русым. Он не простит себя, если забудет эти фрагменты его жизни. Насколько помнит парень, у вожатого тоже смена только этот месяц. Значит, они смогут видеться вне лагеря? Будут ли они общаться дальше? Этого Ваня пока не знает, но надеется. Искренне желает видеть своего человека. А что будет сейчас? Отправят ли его раньше домой, ведь остались буквально один или два дня. Скорее всего родителям все уже сообщили, но кажется, они оставят меня тут на последние деньки. "Если это так, то нужно провести их с Колей",– думает русый и задумчиво смотрит в окно, рассматривая природу за ним.