sous des tonnes d'eau

Их любовь с самого начала была чем-то неземным. Чем-то, что другие люди не поймут и будут осуждать. Они познакомились пять лет назад, когда еще юный, восемнадцати летний бариста, случайно пролил кофе на постоянного клиента, и заручился оплатить ему хим чистку. Да, тогда этот паренёк не ел около недели, так как потратил последние сбережения на оплату своего косяка. Бледность кожи, а так-же исчезающие щёки, стали заметны всем. Начальник часто говорил Чимину, что он может питаться на работе, но Пак помнил, если ешь, то это вычетается из зарплаты, которая ой как нужна была юному омеге в большом городе. У него не было никого, ни родителей, те погибли за пару месяцев до семнадцатилетия юноши, ни близких родственников, которые смогли бы помочь. Он остался совершено один. В какой то из деней, тот самый постоянный клиент подозвал к себе парнишку, осматривая маленькое уютное кафе с разными вывисками минималистичных фотографий, бежевыми обоями и деревянными столами, окрашенные в тёмно-кофейный. Ещё присутствовали диваны, обитые приятной на ощупь тканью, создавая некое тепло, заставляя оставаться в этом небольшом уголке чуть подольше. — Можно пожалуйста один фисташковый чизкейк? - Его голос, заставлял встать в ступор, а ноги будто гвоздями прибивало к полу. Розововолосый лишь коротко кивнул, возвращаясь за стойку кассы. Нужно принять заказ, а не думать о лишнем. Открывая холодильник, он сразу же достает десерт, выкладывая его на тарелочку, аккуратно из гастро ёмкости посыпая кусочками фисташек. Чимин обожал этот десерт, но позволить себе не мог, даже не из-за того, что небыло денег, а из-за боязни набрать вес. Пак аккуратно переставляет его на поднос, принося клиенту. Кланяется и пожелав приятного аппетита, собирается уйти обратно на свое рабочее место, дальше решать домашнее задание для школы, которое он вот вот мог закончить. Но. Неожиданно кто-то заговорил прямо за спиной, заставляя своим басом чуть пошатнуться в сторону. — А теперь сядь. - Раздался голос того самого незнакомца. Чимин обернулся в неком удивлении и окинул удивлённым взглядом посетителя. Он кивает, присаживаясь напротив и удивляется, когда ему пододвигают сладость, именно ту, которую Чимин всегда мечтал попробовать на вкус. От десерта веел аромат белого шоколада, смешанный с фисташками. Лишь от одного вида, можно было пускать слюни. А ведь это всего лишь не слишком дорогой чизкейк. — Простите, я сделал что-то не так? Туда что-то попало? - Он осматривает лакомство с разных сторон, но не находит ничего сверхъестественного. Парень поднимает глаза на ухмыляющегося мужчину. — Я хотел поблагодарить тебя. - Всматривается в бейдж, пытаясь прочитать имя сотрудника. —Чимин.. За то, что ты тогда, со своей мизерной зарплатой, повёл себя как человек. В наше время только обматерили бы и сказали смотреть куда идёшь. Но ты.. Даже когда кто-то из клиентов тебя касается, ведёшь себя сдержанно. - Альфа давнешний гость в сей кафешке, приходил ещё до того, как юноша устроился, и он же подмечал каждую деталь в мягком характере омеги, но не мог не заметить одну вешь. Когда его в открытую лапали клиенты, в глазах Пака блестели слёзы обиды и отчаяния, а так же понимание, какой же всё таки этот мир гнилой. — А ещё я заметил, что кажется ты ничего не ешь, и наверное не спишь, так что прошу, поешь, я всё оплачу. - Кивает альфа на тарелку перед омегой, отпивая из своей кружки американо с ванильным сахаром. Так и началась их история. После которой Мин стал чаще заглядывать в кофейню. Она стала для него вторым домом. Видеть тёплую улыбку Пака до невозможности хотелось, поэтому Юн приходил к своему баристе, каждый раз не с пустыми руками. Через пару месяцев невесомых ухаживаний, Юнги решился пригласить омегу на свидание, так тот даже попросил у начальства выходной, дабы провести время с, как он думал, новым другом, но когда услышал слово свидание, уши вмиг заалели, а щёчки начали полыхать. Смущение Пак прятал за маленькими ладошками. Выглядело до ужаса мило. Через пол года, они начали встречаться. Альфа одаривал свою пару вниманием, даже попросил переехать к нему, ведь когда увидел квартиру в которой проживала его любовь, чуть не упал в обморок от увиденного ужаса. Стены ободраны, потолок с которого капала вода, а про жуткий холод в октябре он вообще молчит. Чимин пытался вести там чистоту и это трудно было не заметить, но всё таки, Юнги забрал его к себе. Спустя ещё два года они поженились. Тогда Паку, а точнее уже Мину, было 21. Он был на втором курсе в универе, в который ездил с диким удовольствием, впитывая в себя всю важную информацию как губка. За это его муж частенько хвалил, так и наровясь забрать работать к себе в компанию с нормальной зарплатой. Остальной год пролетел совсем не заметно. Чимин стоит с дрожащими руками у раковины, осматривая свое отражение в зеркале, которое ужасно сильно хотелось разбить. На плече красуется метка, поставленная в день свадьбы. Ноги подкашиваются, а на лице сияла глупая улыбка. В руках у него тест на беременность, который показывал две полоски. Где-то там, изнутри, бабочки от счастья и осознания, что вот вот, по дому будет бегать не только Чимин, но и их с Юнги малыш. Омега быстро берёт в руки телефон, нажимая на давно вбитый в голову номер, с полуулыбкой начиная разговор. — Юнги.. У меня для тебя важный разговор! Конечно.. Лучше бы я тебя подождал с работы и только потом рассказал, но мне так не терпится! - Чувства были смешанные. Хотелось то-ли реветь, то-ли радоваться такой новости. — Малыш.. У меня тоже есть к тебе важный разговор.. - голос в трубке стал более серьёзный. Неужели что-то произошло на работе? — Ты первый. - Быстро сказал омега в трубку, ожидая ответа любимого. —Чимин.. Мы разводимся. Можешь остаться в этой квартире, я заберу вещи и уеду. Завтра тебе привезут документы, которые ты должен будешь подписать. - Оглашает грубый голос из динамика, после чего звонок скидывают. В этот момент, разрушилось всё, что эти годы строилось. В голове омеги проскальзывали те светлые моменты, а нутро не хотело верить, что эти слова являются правдой. Когда-то набранная ванна манила к себе, обещая окутать своим теплом. Чимин согласился. Парень залезал в нее, не удосужившись даже раздеться. Залезает и немного медлит, обдумывая всё. Свою прошлую, можно сказать, нищую жизнь. Моменты знакомства со своим.. Точнее, с бывшим мужем. Он не видел своей дальнейшей жизни без Юнги, не видел, как сам будет в одиночку справляться с ребенком, чем будет кормить или во что одевать. Мысль за мыслью, его голова всё глубже погружалась в тёплую воду, которая стремительно заполняла лёгкие, заставляя розововолосого омегу, захлебнутся. Захлебнутся в собственных чувствах. Юнги вернулся домой лишь через три часа. Слишком странно, но встретили его гробовой тишиной. В ванну дверь была открыта. Чимин никогда не оставлял дверь открытой. Альфа даже не разуваясь, зашёл в дом, заглядывая за открытую дверь сразу же отшатываясь. Он увидел то, что никогда не хотел видеть. Долька разума, заставляет его бежать к ванне, вытаскивать любимого (любимого ли?) из воды и проверять пульс, которого уже давно не было. Не первого, не второго, о котором Мин узнал, краем глаза заметив положительный тест на беременность. лежащий на полу, прямо рядом с местом самоубийства мужа. Где-то там, внутри, что-то ломается, разрываясь на куски, отзываясь неприятной болью в груди. Он не знал по просту что делать. Ватные ноги волокли его к кухне, с которой он взял нож, словно в трансе возвращаясь в ванну. Он тот, кто убил свой мир, и раз так, в этой жизни больше нету никакого смысла. Нож с лёгкостью входит в живот, а алая жидкость пятном растекается по белоснежной рубашке. Перед тем, как упасть замертво, Альфа успевает сделать одно, взять за руку, своего умершего мужа. — Как думаешь...они счастливы? - Парень с завитушками ставит цветы в вазу, вытирая рукавом наступившие слезы, смотря на совместную фотографию Минов, за которой стоят две урны. Даже спустя долгие месяцы, он не мог простить себе смерть своего брата, Чимина. — Они счастливы Тэхён, на том свете им хорошо. Они вместе.. Может даже, с так и не родившимся ребёнком.. - Чон приобнял за плечи своё маленькое счастье, невесомо целуя его в солёную щёку. Боязнь того, что любимый муж повторит участь своего брата, отдавалось сильной болью в груди. Чонгук не допустит этого. Не совершит ту ошибку, которую когда-то совершил Юнги.