Station.

      Я смотрел на Рому, чьё лицо выражало страх, непонимание... И злость? В ней именно это и читалось. Я положил ему на плечо руку в попытке успокоить, но её сразу же скинули.       — Нет, Тох, я сегодня буду искать этого идиота, — отрезает Рома грубо, взяв свой рюкзак, перекинув через плечо он выбежал из школы.       Нет, чёрт возьми, я не должен следовать за ним сейчас! Ведь мне может прилететь достаточно сильно по башке от матери. Всё-таки, никогда не прогуливал школу, а тут на те. Но так же, страх за друзей одолевал сильнее, чем страх получить от матери. Одного уже, скорее всего, мы потеряли...       Я быстрым шагом так же выбежал из школы, захватив предварительно с собой рюкзак, и побежал следом за Ромой. Тот направлялся в сторону леса быстрым шагом, да таким, что казалось что он побежит туда со всех ног. Прям как Флеш. Но я, слава Богам, успел его догнать.       — Блять, это пиздец полнейший. — говорил Рома это, буквально тараторив, оглядывая деревья. Будто пытался увидеть зацепку. За что-то зацепиться...       — Я вообще удивлён что он пропал... Он же постоянно с тобой, Ром. — тут выпалил я, наконец-то подав голос спустя столько минут молчание.       Я увидел как лицо Ромы вдруг стало вновь испуганным, а после он зажмурился.       — Бляяя... — прошипел он. Я искренне не понимал что сказал не так, как вдруг он прошипел:       — Я тебе расскажу. Но ты если ты хоть кому-то посмеешь сказать об этом... — он делает шаг вперёд... Нож-бабочка, привет, давно не виделись! Соскучиться успели уж по тебе... И наша встреча сегодня на моей шее. — я не могу тебе доверять на сто процентов... Но высказать всё это мне тоже хочется, как бы жалко не звучало. А ты единственный кто у меня есть под рукой. — ну круто, я получается играю роль какого-то психолога? — Но помни об одном, Антош, — он нажал чуть сильнее, надавив на мою шею, — тебе пизда если хоть одна живая душа узнает об этом. Усёк?       — Да. — голос невольно содрогнулся, и нож убирают. Мы проходим ещё немного, кажется, Рома хочет убедиться, чтобы никто нас не услышал. И следом он выдыхает.       — Короче, Бяша-то наш оказался пидором. — он закусил свою губу, пока я молча стал слушать. Безусловно, я был шокирован, но не тем какие предпочтения у моего друга, а о том что об этом узнал Рома. Всё-таки, я помню как одного парня из старой школы буквально до суицида довели, когда увидели что он парня в щеку поцеловал. Но об этом быстро все забыли. Как говорили: нечего помнить о пидорах. — но я это, конечно же, давно понял. — он делает тяжёлый вдох, а я выхожу из миров собственных раздумий. — короче, у него часто были раньше... Эти... — он стал щёлкать рукой, а после махнул рукой, — истерики, короче, когда речь про чёрный гараж заводился, — он продолжал оглядывать деревья, смотря куда угодно, но не на меня. Будто бы стыдясь чего-то. — я, ну, как хороший друг, решил быть с ним чуть почаще рядом. Там, чтобы херню не натворил. Успокаивал его сначала просто, а после мы сблизились... Бля, ну короче, я стал замечать что он влюбляется в меня. — Рома буквально выплюнул последнее предложение, тяжело выдыхая следом. Он стал дёргаться руками, то сжимая их, то разжимая. — ну, а я решил немного поиграться с ним... Блять, ну не был он мне настолько близким человеком, чтобы я мог спокойно это принять. Но возникла идея чтобы он сам признался мне в этом, а после я бы его бросил, разбив сердце. Ненавидел я тогда сильно пидорасов, считал, жизни не они достойны. — он остановился, повернув голову, посмотрел на меня, — а после я сам стал привязываться к этому идиоту, понимаешь, Тох? — в его голосе было спокойствие, но глаза выражали будто бы злобу... Но на что конкретно он злился? На Бяшу? На себя? Этот вопрос останется для меня загадкой. — и короче, я решил переместить своё внимание на Полину, чтобы она... Ну типо... Знаешь... Вернула во мне парня нормального. — он тяжело вздохнул. — не получилось. — я невольно прыснул от смеха, и тот резко повернул на меня голову. — что смеёшься? Я тут вообще-то тебе драму в трёх актах рассказываю, а ты тут смеёшься!       — Всё, прости-прости. — я поднял руки, начав ими махать.       — В общем... Тут бы мне не помешало конечно закурить, — он обнял себя, тяжело выдохнув, вновь начав идти. — короче, вчера вечером он сказал что его стало немного раздражать что я стал слишком много тусоваться с Полиной... Ну сам в курсе, я с ней гулять там хожу, — я кивнул головой, и в голову сразу же ударила мысль, возможно, не совсем подходящая сейчас, но... Полина же, получается, свободна?       Получается, я без страха и опасения, что меня Пятифан может просто вскрыть после этого за школой, могу спокойно пригласить её погулять? Получается, могу спокойно рисовать ей всякие вещи, например её, и дарить ей? Разговаривать, шутить с ней на людях, не опасаясь, что Ромка мне воткнёт нож в горло? Господи... Так благодарен Бяше я не был, наверное, никогда.       — И я подумал, ну наконец-то, он хоть что-то скажет о своих чувствах... — он выбил меня из мыслей собственных мечтаний своим грубым голосом, и я вновь влился в историю. — и он сказал, что, как никак, тоже хочет к себе внимания. Ну я и спрашиваю: "ревнуешь"?       Я впервые увидел, чтобы щеки Ромы стали красными. Да, всё можно было свести к холоду, но он даже отвёл взгляд от меня, смотря в деревья. И вряд-ли чтобы что-то искать от Бяши. Нет, он явно стеснялся сказать мне об этом вслух. Честно, вид такого Ромы даже выглядел немного забавным.       — Он поцеловал меня. — после минутного молчания выдал он. Я лишь слабо улыбнулся, понимая, что реально заинтересован в этой достаточно миленькой истории.       — А ты что сделал? — вдруг спросил я перебивая эту тишину. Казалось, всё заткнулось в ожидании ответа. Даже ветер стал будто бы тише.       — Ничего. Наверное из-за этого он подумал всё самое плохое... Короче, блять, еблан он, сука, нахуя нужно было целовать? Нет, ну это пиздец, я же раньше бы ему врезал, да так, что ещё бы и задние зубы выбил... — он говорил не то, что в недоумении, а больше как будто был напуган. Напуган наверное от осознания, что раньше могло быть...       — Может подумал, что всё-таки от тебя опасности нет? Ну, конкретно в его сторону. — предположил я, поправив свои очки.       — Баран в любом случае. — отчеканил он, а после опустил голову вниз. — ну, я это и сказал... Всё предыдущее что я тебе сказал — высказал ему... Не сказав что я бы раньше его ударил... А он убежал. А я всё в шоке стоял... Да блять, Тох, не смешно! Это реально какая-то дешёвая драма у нас с ним вышла, а ты тут ржешь стоишь!       — Прости, Ром, но я просто представил и мне даже как-то забавно.       — А я вспоминаю, и мне не разу не смешно. Он заплакал, понимаешь? — с лица упала улыбка, и я лишь слабо кивнул головой. Представлять, как Бяша отстраняется, а после с его щёк текут слезы и он убегает... Нет, выглядело немного забавно от того, насколько же глупую вещь сказал Рома. Но так же... — я хочу понадеяться, что он лишь ночует в лесу сейчас...       — В такое время года?       — Из-за мамаши он мог хоть под ливнем без палатки спать. — проговорил Рома, тяжело выдыхая, — забей. Поверь, в другой бы раз я так не испугался, ибо таких случаев когда ему мама такое вот устраивало — было. Но сейчас... — он опустил глаза в снег, делая тяжёлый вздох. — Из-за этого ебанного маньяка, из-за этой тупой ситуации... Мало ли что с ним могло произойти...       Тот резко замолчал, глянув в сторону. Ужас и страх застыли на его лице. Я побоялся повернуть голову, ведь если так реагирует Рома...       Перед нами висел Бяша, который дёргался, в попытках выбраться. А перед ним стоял какой-то мужчина. Следующие кадры были будто бы как на фотографиях. Мы подбегаем. Мужчина пропадает. Мы снимаем Бяшу с дерева. Он кашляет, сжимая своё горло. Дальше кадр в больнице.       — Доброе утро, — доносится со стороны двери, и я поворачиваю голову. Это был Лейтенант Тихонов. Я перевёл взгляд на своего друга, сидящего рядом. А Рома даже глазом не шевельнул, всё так же испепеляющим взглядом смотрит на дверь в палату. — на самом деле в другой бы день я вас отчитал за то, что школу прогуливаете... Но тут похвалить всё-таки Вас нужно. Я слышал от других учеников, что вы Яшу Бараева сами решили найти. Молодцы, что не побоялись. — имя и фамилия моего друга пронеслось эхом. Что же, не думал я о его настоящем имени никогда, но теперь познакомлюсь со своим приятелем ближе. Если он ещё жив, конечно же. — Вы можете рассказать какую-то информацию мне? Просто врачи сказали, что вы нашли его повешенным, но ещё в трезвом состоянии.       — Его повесил какой-то человек. — проговорил Рома, и я глянул на него. Тихонов более заинтересовано теперь смотрел на нас. — и нет, я лично не помню его лица. Но он метр восемьдесят точно. Или хотя бы девяносто. В общем, достаточно высокий чёрт. Я наверное брежу ещё, но он смеялся ещё так... мерзко... Ты слышал его смех? — он поворачивается ко мне, а я лишь ошарашена посмотрел на него. Честно, я не припомню этого эпизода... Или мой мозг решил это удалить. Как и удалить лицо Бяши в тот момент, когда мы его сняли...       — Какие-то внешние черты?       — Нет. — ответили мы синхронно, и глянули друг на друга с улыбкой, но после она сразу же слетела с лица.       — Спасибо за информацию в любом случае, парни. — он явно хотел нам что-то ещё сказать, но не решился. Я хотел было спросить, что не так, но тут же в коридор из палаты вышел врач.       — Лейтенант можете выходить, а вы, — он перевёл взгляд на нас, — мальчики, вам разве в школу не пора? — я возмутился, но Рома, видно, возмутился в разы сильнее нежели я. Он явно был готов подняться и начать чуть-ли не орать на этого мужчину. Я видел это по свирепому взгляду. Но тут раздался голос Лейтенанта.       — Нет, пусть тут пока что побудут. Я их родителям всё объясню... А ещё они смогут навести мальчика? — врач недоверчиво глянул на нас, а после на Лейтенанта.       — Можно. Но недолго, ему ещё надо отдохнуть.       За дверью скрылся Тихонов, и я посмотрел на своего друга, который утыкался взглядом в пол.       — Мы считай Бяше жизнь спасли, а нас прогонять вздумали. — прошипел Рома, и я положил руку на его плечо. В этот раз, а не как в первый, он успокоился, и отвёл лишь взгляд.       Молчание. Я слышал как в голоса доносится за той дверью. Но честно, в уши бросались блеяние, которые явно издавал Бяша. Он был напуган. Я тоже был, осознавая, насколько же в опасности моя Оля... Чёрт бы его подрал, маньяка этого! Не дай Бог явится ещё у нас, кошмарно тогда будет... Вдруг Оля будет совсем одна, в полном одиночестве, и он проберётся в дом... Она будет настолько беззащитная, что поможет только игра в прятки. Но играла она в неё, как бы я не подыгрывал, плохо. Как и практически любой ребёнок... Нет. Я не позволю этому случиться. Я сделаю всё, лишь бы защитить её, защитить свою сестру. Свою маленькую принцессу...       — Алло, — перед моим лицом щёлкали пальцы двух рук, и я с недоумением глянул на собеседника.       — А? — непонимающе произнёс я.       — Хуй на, идём уже к Бяше. — произносит Рома, показывая большим на палату находящуюся за его спиной.       — Да, да... Пошли. — я кивнул головой, поднимаясь, и Рома открыл дверь.       Перед нами лежал Бяша на одной койке. В это палате их было всего три, но две остальные пустовали. Я вновь перевел взгляд на своего одноклассника. Бяша смотрел на нас глазами полные страхом. Он явно боялся... А ведь он ещё же не знает, что чувствует к нему Рома. Честно, я никогда столь много чувств не испытывал. Было ощущение, что я сейчас просто бесплатно наслаждаюсь фильмом.       Но те двое решили, видимо, устроить это кино немым. Они молча смотрели друг на друга, не решаясь произнесли и слова. Что же...       — Бяш, ты как? — я подошёл ближе, взяв своего друга за руку. Тот посмотрел на меня, с улыбкой. Честно, я был рад её увидеть. Этот страх был явно не к его лицу. В этом я убедился ещё давно.       — Да нормально, на. Живой, не прпаду. — хриплым голосом произносит Бяша, прикрывая свои черные глаза. Честно, из-за узких глаз, и черного цвета радужки — казалось что весь его глаз черный. — вот совсем скоро и выпишут говорят на. Три дня всего лишь тут пробуду! За то без учебы, разве не прекрасно на? — я стал слушать внимательно, что мне говорил бурят, но краем глаза видел смутившегося Рому. Так, ну негоже это, чтобы я не свёл их когда такая удобная возможность.       — Слушайте, ребят, между вами такое напряжение какое-то. — вкинул я, и Рома сразу же поднял на меня взгляд. — я, наверное, пойду. Ром, я подожду тебя возле палаты. — я стал выходит из неё, не до конца закрыв дверь, чтобы подслушивать. Всё-таки, интерес охватывал вверх.       — Думаю, нам впрямь есть что обсудить. — доносится голос Ромы, и я стал намного внимательнее слушать. — слушай, Бях, я не имел ввиду ничего плохого... Я в принципе ничего плохого даже и не думал делать, понимаешь? — врёт. Сразу же доносится в голове. Причём нагло врёт... Я тяжело выдыхаю, пытаюсь не думать об этом враньё. Хотя, если уж по правде говоря... Как он скажет ему о том, что изначально планировал бросить своего друга сразу же, после признания? — ну, да, я возможно раньше и думал о том, чтобы как-то тебя задеть после твоего... Ну... Признания. — а, вот так вот просто? — но сейчас нет, я правда просто подумал о том, что если бы ты так поступил чуть раньше, то получил бы по своей морде. Ну я и решил, сказать об этом перед тем как объяснить причину, почему я это сказал... Вот...       — Ох...       — Ох, блять, вот тебе и ох. — резко говорит Рома, — блять, чел, понимаешь... Ты мне нравишься. Я имею ввиду, ты мне искренне нравишься. Всё это время я чувствовал к тебе тоже, что и ты ко мне, но сначала боялся признать. А потом, когда привязался значительно сильнее, осознал всё... Но да, я тоже поступил плохо, что не признался сразу, а решил с помощью Полины именно тебя подтолкнуть. Это было не очень с моей стороны... — говорил последнее предложение он очень тихо, и я уже хотел подглядеть что у них там происходит? Может, Рома сейчас сжимает руку Бяши в своих двух. Или может он гладит Бяшу по голове, как обычно делал, когда у второго начиналась паника. Не часто, и чаще всего когда никто не видит. Но гладить. Мои глаза, хоть плохо видящие, тому свидетели. — но я готов сам сказать об этом. Хоть обстановка не такая... Романтичная... — я уверен, Рома огляделся. А я запомнил, что обстановка там не особо уютная. Как минимум огромные пятна на потолке и стенах. — но я готов где угодно тебе сказать. Ты мне нравишься, баран ты мой глупый. — возникла пауза. Я понятия не имел что происходит, может они уже там обнимаются или даже целуются...       — Антон, подслушивать конечно интересно, но личная жизнь тут как бы развиваться. — доносится голос Ромы, от которого всё моё тело подпрыгнуло.       — Если ты не... Слышишь, то тут новая ячейка общества развивается на! — тем же хриплым и шепелявым голосом произносит Бяша, и я краснею от стыда, закрывая дверь спиной.       По голосам не было слышно, что они злились, напрочь, они были достаточно веселы сейчас. От этого я сам улыбнулся скамейку, глянув на дверь в ожидании. Что они там делают? Останется для меня загадкой. А подслушивать сейчас совесть не позволяла... Чёрт, однако и вправду вышло достаточно мило. Честно сказать...       На удивление, всё закончилось очень даже хорошо, но... Что, если бы они пришли чуть позже?