Я нужен тебе.

Камило был особенным мальчиком, как и каждый из семьи Мадригал. И как каждый он пытался бороться за место под солнцем. Очень не хотелось повторить судьбу своей кузины. Не хотелось быть бесполезным, но его дар было сложно применить в хозяйстве. Да и не только в даре дело. Парень старался, но заслужить признание жителей, как, например, Луиза или Изабелла, ему так и не удалось. О, вы бы знали как он ненавидел Изу! Она ничего не сделала, но тем не менее всеми любима. Сеньорита, гребаное, совершенство! Другое дело — Камило. Он помогал абсолютно всем и каждому. Но народ не оценил его стараний — дар хамелеона не так востребован как супер сила или умение исцелять едой. Да и сам парень был слегка неуклюжим, а поведение «шута» и вовсе сводили его пользу на нет. Все видели в нём ребенка, и собственно таким он и вырос — весёлым, но не умелым дитем. Даже Мирабель было проще, хотя способностей у неё вовсе не было. Все об этом знали и постоянно пытались утешить «несчастную», дарили «утешительные» призы и всячески поддерживали. Ей уделяли внимание наравне с остальными Мадригал, если не больше. Камило завидовал. Он хотел быть в центре внимания, хотел получить всеобщее обожание, но судьба была неблагосклонна. Тогда он решил помогать тайно. Выполнял небольшие поручения или искал домашних животных. Конечно, это было до того как Антонио получил дар. С его приходом, дикие животные перестали нападать на скот и большинство из них приручили. Даже этот мелкий оказался полезнее своего старшего брата. Нельзя передать словами как Камило злился. Внутри парня бушевал ураган из смеси обиды и агрессии. Но это было внутри, снаружи он оставался всё таким же милым весельчаком как и всегда. Он был хуже всех. «Почему? Что я делаю не так?». Лицедей сам себя загонял на дно. Единственным его утешением были молоденькие девушки клюнувшие на приятную внешность и харизму. Он пытался выжать из них максимум любви — умело флиртовал, прорабатывал речь и тембр голоса, и в общем был «романтиком». Но этого было мало. И вот однажды узнав от сестры о её лучшей подруге, он понял чего ему не хватало. Он хотел быть героем. И именно Мирея должна была стать той самой принцессой, которую он спасет от страшного дракона. — Дорогая, мы ведь похожи, — парень присел возле дрожащей девушки и положил голову ей на плечо. — Оба такие одинокие и несчастные. Рея не двигалась, палец распух и дико болел. Страх накатывал всё сильнее. Камило же тихо продолжал. — Помню как впервые увидел твои болотные глаза. В них и впрямь можно было погрязнуть как в трясине. Они были наполнены грустью и мольбами о помощи. И я откликнулся на них! Ну, разве ты не рада? Он приподнялся и заглянул девушке в лицо. — Разве ты не рада? Та молчала. По щекам лились слезы. Зрачки расширились, а комната стала кружиться. — Так вот оно что. Парень подскочил на ноги и возвысился над жертвой. В глазах пылала ярость, а кулаки были сжаты до побеления костяшек. — Я.я не- — Мирея пыталась промямлить что-то в своё оправдание, но голова опустела. Да и что-либо говорить в свою защиту не хотелось. Хотелось только вломить этому гаду, да посильнее. — Я тут тебе помогаю, а ты ещё и не ценишь это. Ты! Ты точно такая же как и эти тупые людишки! Парень кричал, не сдерживаясь, быстро расхаживал по комнате жестикулируя. Внезапно он остановился и захихикал. Его взор вновь обратился к девушке. — Только не говори, что думаешь о том как сбежать отсюда. Думаешь ты кому-то нужна? Перед Миреей уже стоял совсем другой человек. Хуан Альварес. Он наклонился над испуганной дочерью. — Думаешь ты кому-то нужна?! Отвечай! Но она молчала. «Это не мой отец. Это не мой отец». Рея пыталась укоренилось эту мысль у себя в голове, но злобный рык сверху не давал сосредоточиться. Внезапно шероховатые пальцы обхватили её шею и начали неумолимо сжиматься. Из горла донёсся хрип. — Дрянная девчонка! Как ты смеешь игнорировать отца?! Неблагодарная шваль! Ей дали вдохнуть, но сильный удар по щеке не дал очнуться. — Папа, пожалуйста не надо! — Не надо?! Не надо?! Да из тебя давно уже пора всю дурь выбить! Портишь репутацию нашей семьи, срываешь помолвки, а сейчас просишь пощадить тебя?! Ну и хорошо, что ты исчезла! Мужчина тряс дочь за волосы и пинал ногами. Соображать становилось труднее. — Долорес! — девушка из последних сил позвала ту, кто всегда был рядом и помогал в трудную минуту. Ту с кем она росла и кто заменил ей старшую сестру. Все резко оборвалось, но только на секунду. Раздался женский хохот, так знаком Рее. «Нет». Мягкое прикосновение к лицу заставило всё тело вздрогнуть. Подняв взгляд, девушка обомлела — напротив сидела Долорес. Её неподвижная фигура искажалась и размывалась. — Привет, Мирея. Хотелось ринуться в объятья лучшей подруги, но та злобно ухмыльнувшись пнула заложницу в живот. — Знай свое место, шавка. — Ло, но это же я- — И что мне теперь, расцеловать тебя? Девушка вновь залилась смехом, а потом быстро зашептала. — Что, думаешь я пришла тебя спасать? О нет, золотце! Сколько ты тут сидишь? Приличное такое количество времени. Если бы я хотела тебя найти, то давно бы это сделала, или ты думаешь, что тебя очень хорошо прячут. Нет же, глупышка. Все уже знают где ты, но как видишь не очень хотят твоего освобождения, оно и неудивительно. Долорес наступила на руку лучшей подруги и каблуком надавила на сломанный палец. Раздался оглушительный крик. Рьяные попытки освободить конечность ничего не давали. — Больно? А представь сколько боли ты принесла окружающим! Родители хотели дать тебе все самое лучшее, но нет, ты же сама всё лучше знаешь! Да какая ты дочь после этого?! Думаешь, я не знаю как ты обрадовалась, когда объявили о помолвке Изабеллы и Мариано? Тайно ликовала пока твоя лучшая подруга рыдала! Или же как ты разбила сердце моему брату, не обращая на него все эти годы абсолютно никакого внимания! А сейчас ты ждёшь, что тебя будут спасать?! Прошу, не смеши! Да кому ты к чертям собачьим сдалась?! Было невыносимо больно, как и физически так и морально. Фразы доносились до мозга девушки отрывками. Неужели она и вправду настолько отвратительна? Шок и страх в перемешку с адской болью не давали объективно воспринимать происходящее. Все слова сказанные отцом и лучшей подругой откладывались на корках подсознания. Поняв, что Мирея не слушает, Долорес приподняла её за одежду и поднесла к своему лицу. — Да лучше бы ты подохла уже. Схватив девушку за волосы, та начала неистово бить жертву головой о пол, безумно хохоча. Рея молилась о смерти или о спасении. И оно пришло. Внезапно смех прекратился также как и рывки. Её, избитую до полусмерти и еле дышащую, кто-то аккуратно приподнял, а после обнял. Пахло лесом и металлом. Раны на лице жгло, глаза пришлось держать закрытыми — их заливало кровью. Но тем не менее, хотелось сильнее зарыться в мягкое пончо, чтобы никто не смог навредить ей. Мягкий голос твердил: — Теперь ты в безопасности. Всё будет хорошо. Я рядом. С последних сил девушка обняла Камило в ответ. Он медленно поглаживал её спину и волосы, пока Мирея понемногу проваливалась в сон. — Ты нужен мне…