SM
26 сентября 2013 г., 01:30
Сехун ударяет пару раз старшего по щекам, любуясь тем, как последний не сопротивляется и просто поворачивает голову в разные стороны, в зависимости от нанесённого корейцем удара.
Лухан на коленях перед младшим, его член возбуждён и прилегает к низу живота, говоря о том, что старшему нравится эта экзекуция и не хочет, чтобы она прекращалась.
Сехун тянет за волосы китайца, отчего тот шипит от боли, не сопротивляется, позволяя младшему уложить себя поперёк колен. Шлепки по заднице – для Лухана это самое унизительное наказание, но от этого из головки члена только начинает активнее выделяться смазка, которая пачкает джинсы корейца, который обрушил на худые ягодицы старшего первый звонкий удар, распространившейся по всей тёмной комнате, растворяясь в воздухе почти сразу.
Тело китайца дёргается от удара, а ягодица постепенно начинает краснеть и пылать, а сам он стонет, чуть сжимая пальцами бедро младшего.
Второй удар обрушается точно так же, как и первый – неожиданно и звонко. Лухан также на короткий промежуток времени сжимает бедро младшего и извивается, постанывая.
Следующие удары Сехун стал наносить без перерыва, пока рука окончательно не заболит, смотря на то, как алеют худые ягодицы китайца от шлепков, как его тело дёргается, слыша, как он стонет от боли, чувствуя, как он периодически сжимает его бедро.
Пик власти – это когда ты можешь отшлёпать кого-то за его ошибку. Сехуна эта мысль сильно заводит, и он начинает сильнее бить старшего по заднице.
Лухану же кажется это унизительным, но почему-то он чувствует одновременно защиту корейца, ведь просто так бить по попе не будет никто.
На брюках Сехуна образовалось немаленькое влажное пятно из-за естественной смазки старшего, который трётся иногда о жёсткую ткань, поскуливая, когда кореец всё-таки начинает делать передышку.
Младший останавливается окончательно, слыша недовольный стон, а после чувствует ёрзанье на своих коленях, но в этот момент он снова хватает Лухана за волосы и тянет в сторону постели, заставляя принять коленно-локтевую позу на голом матраце.
Китаец начинает повиливать задницей, которая уже саднит, но сам он ещё не удовлетворён – хочется, чтобы его избили до потери сознания.
Сехун разминает уставшую руку, затем берёт флоггер и ударяет по алой заднице старшего, из-за чего последний поддаётся немного вперёд, дёргаясь, издавая стон с закрытыми глазами и немного закинутой назад головой.
Следующие удары приходятся на спину Лухана, которая тоже краснеет, постепенно принимая такой же оттенок, что и ягодицы. Китаец продолжает стонать, чувствуя тепло во всём теле.
Сехун толкает старшего, отчего тот падает на бок, начинает бить того по груди и животу, иногда задевая, скорее всего специально, возбуждённый член китайца, который только активнее извивается под ударами и громче стонет.
Кореец готов кончить себе в трусы от такого развратного вида старшего, но сдерживается, концентрируясь на силе ударов, забывая о дискомфорте в паху из-за тесноты.
Лухан от очередного удара по груди, задевший сосок, кончает себе на живот, доходя до груди, пачкая всё своей спермой.
В этот момент Сехун останавливается, давая руке отдохнуть, откинув в сторону флоггер. Одновременно он размышляет, что ещё сделать с обессиленным китайцем, поглаживая левой рукой бугорок на джинсах.
Через некоторое время кореец идёт в сторону мини-бара и достаёт формочку со льдом, просит Лухана снова принять ту позу, берёт пару кубиков и поглаживает ими красную ягодицу старшего.
Китаец почти вскрикивает от такого резкого контраста, напрягаясь всем телом и покрываясь мурашками из-за холода.
Стоит льду полностью оттаять, Сехун сразу берёт ещё два кубика и поглаживает уже спину старшего, которая вся дрожит, иногда опускается вниз, чтобы распределить тонкий слой воды по груди и животу.
Лухан дрожит и стонет, весь жар, который несколько минут назад окутывал всё его тело, теперь резко полностью пропадает, оставляя холод после себя.
Когда лёд полностью растаял, Сехун положил формочку на прикроватную тумбочку, притягивая к себе китайца за бёдра, ставя задом к себе, снимает с себя джинсы с трусами, оставляя их на уровне щиколоток, раздвигает в разные стороны уже холодные ягодицы и резко вводит свой член до основания, слыша очередной вскрик.
Лухан готов потерять сознание, а Сехун ещё не кончил…
