Ориентация нарушена

— Прошу… прощения…? — Сказала блондинка покосившись на него, как будто он не знал манеру общения. — Вы что? Глухая? Я спросил почему у меня болит жопа. — Джон говорил твердо и уверено, беря очки на тумбочке. — Знаете… Лучше вы спросите у вашего друга, а не у меня. — И дверь тут же закрылась. — Что с этой бабой не так. Хэй! Не очень вежливо уходить не дав ответ на мой вопрос! ___________________________________________________________________________ Стук по входной двери, девушка сразу подходит к двери и открывает. — Простите чуточку задержался. Ну что он пришел в сознание? —Поинтересовался журналист, девушка тут же нахмурилась, по её лицу было уже понятно что Джон проснулся. — Да, ваш друг очнулся. — Повернувшись она пошла к двери за которой находился писатель, открыв её Джон наделил своих гостей взглядом. — Ну наконец то, Линч где твою тушу носило пока я был с этой инфосоткой?! — Нечего особенного, просто взял тебе поесть. — Медленный ты блин, но за жрачку спасибо. Поставив тарелку с картофельным пюре и тефтелями на тумбочку, Линч присел на корточки у изголовья кровати и спокойно спрашивает его.- Ну как твоё состояние? Нечего не болит? — Конечно журналист знал ответ на свой вопрос. — Как я? Моя задница пляшет в экстазии боли Мафиозинова. — Хм новую главу придумал для своей книги? — Какая нахуй книга?! Может ты мне объяснишь почему я не могу сидеть на гребаной кровати, по чьей вине не могу?! А! Животное. Смотря и слушая их разговор, блондинка не понимала как Линч терпеливо слушает его, её это удивляло, но не только это, когда она разрешила журналисту войти то не на шаг не отходил от писателя до самого рассвета, даже не спал. Но решив им не мешать пошла на кухню. — Джон… Ты помнишь прошлую ночь? — Мрачно спросил журналист, писатель поймал эти нотки тревожности. — Да… А ты разве не помнишь? Эта ночка была жаркой, вон спроси у моей задницы — Линч промолчал — Линч? — Джон… Это был не я… — У писателя округлились глаза. — В каком смысле это был не ты? Линч? — Джон обеспокоено уставился на журналиста. — Это был монстр… Я своими глазами видел как тот монстр трахал тебя до хлюпающих звуков крови… — ЧТО?! — Писатель был ошарашен этой новостью. — Джон… Ты лез целоваться, и признавался в любовных чувствах… — Джон был в мягком вахуи. — Джон… расскажи что ты видел, когда мы разделились...