Оборотень

Чай из трав был совершенно не вкусным, просто отвратительным, горьким, вяжущим. Но на удивление чай помогал. Температура к вечеру спала и даже прошло головокружение, горло всё ещё болело, но не так сильно как утром. Общее состояние стало значительно лучше. После того как они пришли домой и Ёна выпила чай, она проспала до самого вечера. Тётушка Чонён уже ушла домой, а Чонгук сидел в углу на кресле читая книгу в свете небольшой лампы. Пусть даже Ирон теперь не сможет прийти сюда и угрозы больше не представляет, Чонгук все равно не спешил усыплять бдительность, и продолжал следить за спокойствием девушки. Заметив, что она проснулась, Чонгук отложил книгу и встав с кресла подошел к ней, садясь на кровать рядом. Ёна выглядела уже более свежо.  — Как себя чувствуешь? — тихо спросил он убирая влажную прядку волос с лица девушки.  — Кажется лучше.  — Тогда, как на счёт ужина? Ты сегодня ещё ничего не ела.  — Не уверена, что в меня что-то влезет. — есть не особо хотелось, но она правда ничего не ела сегодня, да и в последние дни плохо ела, подкрепиться бы точно не помешало.  — Нужно поесть. Я принес тебе фруктов и клубники, витамины не помешают. — улыбнувшись, Чонгук откинул в сторону одеяло и взяв девушку за руки потянул на себя поднимая с кровати. — Поужинаем, примешь душ и я обработаю твои швы.  — Ладно. — все равно не в первый раз, Чонгук каждое утро и вечер обрабатывает её швы на спине и меняет повязки. Она уже привыкла когда он видит её обнаженную спину. Но это всегда её смущало. Ужин был как всегда вкусным. Куриный суп, рис с овощами, жареная курица, кимчи, яйца и черничный пирог. Ёна много съесть не смогла, лишь попробовала всё понемногу. Правда Чонгук всё-таки заставил её доесть до конца суп и целое спелое манго. Организм нужно кормить, чтобы были силы на борьбу с простудой. Так Ёна сможет скорее поправиться. Убрав всё со стола и вымыв посуду Ёна нехотя выпила ещё один стакан чая из трав и пошла в душ. После ужина сил явно прибавилось и ноги уже не подкашивались при ходьбе. Чай, лекарства, присутствие Чонгука, или всё вместе, очень помогало. Хотелось как можно скорее поправиться. Переодевшись в пижаму и расчесав волосы Ёна сменила постельное бельё, и едва только успела присесть, как Чонгук постучал в дверь и тут же вошёл. Тоже после душа, с влажными волосами, в обычных спальных штанах и свободной футболке. Такой красивый.  — Перед сном ещё стаканчик чая нужно выпить. — войдя в комнату Чонгук поставил на тумбочку полный стакан с чаем и разложил на кровати всё необходимое для обработки швов. — Ложись. Чонгук как всегда отвернулся, чтобы не смущать её, пока она снимала верх своей пижамы, хотя отворачиваться совсем не хотелось. Ёна стянув майку поспешила лечь на живот подставляя парню обнаженную спину. Её смущало лежать перед ним полуголой, но в связи с последними событиями, она осознавала, что придет день, когда он увидит больше чем её спину. И эти мысли смущали ещё больше, ведь она действительно хотела бы этого.  — Отеки и покраснения уже прошли, раны хорошо заживают. Через пару дней можно снимать швы.  — Правда? Звучит хорошо. — конечно хорошо, что раны заживают и швы скоро можно снимать, вот только этот свербеж и желание почесать никуда не исчезнет так быстро. Когда раны заживают кожа натягивается. Везёт оборотням, у них всё заживает быстро и не приходится мучиться с подобными проблемами.  — Не больно? — его прикосновения были едва ощутимыми, он явно боялся где-то сильнее нажать и сделать ей больно, и в то же время не ощущать его прикосновения было невозможно. Кожа просто горела под подушечками его пальцев, которыми он мягко втирал заживляющую мазь после обработки. Ощущения чем-то похожи на щекотку, только вместо приступа смеха они вызывали рой мурашек по всему телу. Приятно. Даже боль отходила на второй план от этих ощущений. Так бережно к ней ещё никто не прикасался.  — Немного. — выдавила она, врать не хотелось.  — Я почти закончил. Ещё пару минут манипуляций и дело закончено. Заклеив раны пластырем Чонгук ушёл мыть руки и относить лекарства, давая ей время одеться. Впрочем вернулся он довольно быстро, вот только повода как такового уже и придумать не мог, чтобы остаться с ней ещё хотя бы немного, поэтому замялся возле двери. Уходить вообще не хотелось. Но было уже поздно, нужно ложиться спать, так как сон очень полезен при болезнях, как он читал в интернете. Наверное он должен уйти и отложить свои желания до лучших времён, но развернуться и уйти не позволяло сердце, которое жаждало чтобы его согрели теплые руки девушки. Не заметить его желание остаться было просто невозможно. Да и выглядел он настолько мило переминаясь с ноги на ногу у двери, что тут же захотелось дать ему всё, что он хочет. Это смущало девушку, но кажется ей тоже пора сделать хоть какой-то шаг к нему.  — Хочешь полежать со мной? — поговорить или посидеть рядом пока она не уснёт, вот чего он ожидал. Ёна превзошла его ожидания. Она подпускает его так близко. Отказываться глупо, особенно когда желаешь этого слишком сильно. Выключив свет в комнате Чонгук неспеша подошёл к кровати, понаблюдал за тем как Ёна легла на бок и укрылась одеялом, а затем нерешительно сначала присел, а затем уже и лег в кровать, так же на бок, лицом к девушке. Этот день заканчивается намного лучше чем начинался.  — Ты красивая.  — Ты тоже. Чонгук засмеялся, не ожидая ответного комплимента. Приятно осознавать, что привлекает её внешне, а возможно и не только.  — Как ты поняла, кем из тех оборотней был я? — вдруг спросил он потянувшись к руке девушки. Она не была против, когда он коснулся её ладони поглаживая тонкие пальцы.  — Я не знаю… было что-то в твоих глазах… особенное. — сложно объяснить всё на словах, это можно просто почувствовать. Ёна сама не до конца осознавала то, что произошло сегодня днём. Хотя, можно сказать, что она сегодня наконец-то приняла тот факт, что они с Чонгуком на самом деле две частички одного целого. В нем есть всё чего не хватает у неё.  — Особенное? Ты почувствовала что-то?  — Много чего на самом деле. Целый спектр ощущений.  — И… тебе понравились эти ощущения тогда?  — Да. И сейчас тоже нравятся. — он держит её за руку, смотрит на неё как на предмет обожания, было бы странно, если бы ей это не нравилось. Он вызывал в ней массу ощущений. С ним было комфортно. Хотелось вот так лежать вечность, чтобы он был рядом и держал её за руку.  — Мне тоже. Кажется сейчас они близки как никогда, она открыта перед ним, честна, немного смущена, но в целом наслаждается происходящим. Можно попробовать приблизиться ещё ближе, что Чонгук решил и сделать, придвинулись к Ён ближе, так близко, что между ними почти не оставалось свободного места. Её лицо было так близко, какой-то десяток сантиметров от него. Подходящий ли сейчас момент для первого поцелуя? Чонгук сомневался, хотя желание коснуться её губ и ощутить их вкус было почти непреодолимым, особенно когда к осуществлению желания оставалось совсем чуть-чуть. Чонгук бы наверное так и не решился сделать то, что собирался, Ёна видела это сомнение в его глазах. Возможно его останавливала её реакция. И наверное сейчас впервые за всё время пребывания здесь с парнем, Ёна решилась сделать что-то первой и не думая ни о чём сократила эти жалкие сантиметры между ними, касаясь своими губами губ Чона. Они были мягкими хоть и немного сухими и обветренными, сладкими, как то спелое манго, которое он заставил её съесть. Его губы были самым приятным к чему она когда-либо прикасалась. А этот поцелуй и рядом не стоял с теми, что были до, хоть и ограничился всего лишь соприкосновением губ. Те эмоции, которые бушевали внутри, словно неудержимый ураган, были совершенно новыми для неё. Внутри словно вселенная взорвалась. Чонгук не дал девушке отстраниться так быстро, получив от неё зеленый свет, он не хотел ограничиваться лишь касанием губ, поэтому удержал её и уже сам поцеловал снова. Медленно, не торопясь, совсем нежно, сминая её губы, наслаждаясь их мягкостью и сладостью. Он знал, что поцелуй с ней будет отличаться от всех остальных, но о том, что это будет настолько приятно, даже не догадывался. Все ощущения, эмоции и чувства обостряются, когда встречаешь свою пару, только с ней всё обрело должный смысл. И сейчас от одного поцелуя можно просто умереть от удовольствия. Как же мало ему было нужно, чтобы стать ещё счастливее. Чтобы жизнь обрела смысл и яркие краски, нужно было просто встретить особенного человека. Разорвав поцелуй Чонгук немного отстранился, давая девушке пространства. Она тяжело дышала, покраснела от смущения, но взгляда от него не отводила. Молчала. Такая милая. Не хотелось портить этот момент глупыми разговорами, ни к чему обсуждать то, что произошло.  — Засыпай. Сладких снов, Ён.  — Только не уходи. — больше ничего не говоря Ёна крепче схватила парня за руку и закрыла глаза. Сейчас она слишком остро ощущала нужду в его присутствии рядом. Так она сможет спокойно выспаться без страха, и уверена, что и Чонгук будет спать крепко. Но так же просто хотелось растянуть этот момент подольше, ведь сейчас было так уютно, тепло и приятно. Всегда бы так. **** Проснулась Ёна одна, парня рядом уже не было. На тумбочке лежали её лекарства, стакан воды и стакан травяного чая. Ёна всё приняла и пошла в душ. После душа к ней зашла тётушка Чонён, от которой она и узнала, что Чонгук куда-то ушёл и швы обрабатывать ей будет она. Это удивило девушку, ведь Чонгук не доверял никому заниматься этим. Но думать о том, что он её теперь избегает крайне тупо. Просто совпадение и всё. После завтрака Ёна помогала убирать в доме, лежать и страдать совсем не хотелось, хоть она и всё ещё болела, но чувствовала себя немного лучше. Сегодня у неё хотя бы было настроение. Близился обед, заняться было уже нечем, дом убран, обед готов, Чонгука всё ещё не было. Ёна начинала волноваться. Чтобы немного отвлечься и чем-то себя занять Ёна попробовала научиться вязать. Получалось неважно, с женщиной, которая за пару минут могла связать половину шарфика, она и рядом не стояла, но упорно продолжала пытаться. Лучше бы она пошла и поработала, в тех же теплицах, саду или в поле, но Джин запретил ей физические нагрузки, а Чонгук с самого начала ясно дал понять, что работать она не должна. Вот что она должна делать, сидеть дома и вязать шарфики, и все равно что лето. В конечном итоге ей это надоело и она вышла на улицу. Погода портилась, поднялся ветер, стало немного прохладно. Тетушка Чонён пыталась вернуть её обратно в дом, но когда не получилось просто вынесла теплый плед и кружку с горячим чаем, и чтобы девушке было чем-то заняться принесла ей альбом для рисования и карандаши, расположив всё на столике во дворе. Ёна любила рисовать и с этим женщина не прогадала. Попивая чай и кутаясь в теплый плед Ёна начала водить карандашом по чистому листу выводя незатейливые узоры. Рука словно сама двигалась продолжая рисовать то, что просто возникало в голове.  — Ну здравствуй, принцесса. — оторвав взгляд от альбомного листа Ёна столкнулась взглядом с Юнги, который устроился с другой стороны стола. Она даже не заметила как он пришёл.  — Привет. — бросила она допивая свой уже остывший чай. — Чонгука нет дома.  — Да, я знаю, но он скоро должен вернуться.  — Правда? Тогда почему ты здесь?  — Просматривал окрестности, увидел тебя и решил подойти. Полегчало уже?  — Мне лучше, спасибо. — Юнги совсем неплохой, странный, но от него совсем не веет злобой, в глазах скорее интерес чем что-то темное. Она считала его одним из самых добрых в поселении, даже несмотря на то, что в первый её день здесь он пугал её. — Ты хочешь что-то узнать. — не вопрос, утверждение, не просто так он пришёл сюда, хочет поговорить именно с ней. Интересно.  — Ты ведь видишь будущее, да?  — Похоже на то, но в последние дни мне не снились сны.  — А как же сон о Джонхёне, которым ты нас всех напугала?  — Кто это?  — Брат Чонгука, не помнишь что-ли что говорила ему?  — Нет, помню, просто не знала как его зовут. — во сне имён она не слышала, а Чонгук не говорил ничего толком о брате, да и после того они не обсуждали этот сон, хотя судя по всему сам Чон поспешил поделиться информацией с отцом и остальными. Ей же даже не хотелось вспоминать тот кошмар. — Ты хочешь об этом поговорить? Тебя там не было, можешь не беспокоиться.  — Я беспокоюсь о себе меньше всего, просто мы все не хотим, чтобы он вернулся. Мы с Даён пришли в стаю за год до его изгнания и я счастлив, что не знал этого садиста дольше. Года вполне хватило.  — Тогда о чём же ты хочешь спросить? — Юнги немного замялся, разговором о Джонхёне он явно пытался дать себе ещё немного времени, чтобы собраться с мыслями. Но не получалось и он продолжал молчать. Ёна догадывалась, что он хотел спросить, но даже если бы он спросил она не могла бы дать ответа, её способности сейчас ограничены снами, хотя позже, как говорила бабуля Юбин, она сможет видеть больше и без сновидений. Опустив взгляд на свой рисунок, Ёна только сейчас заметила, что нарисовала. Кажется её подсознание чувствовало приближение Юнги, и невольно она нарисовала его. Возможно рисунок и был ответом на его вопрос. Пораженно вздохнув Ёна вырвала изрисованный лист и дала его парню. Юнги недоуменно взял лист и посмотрел на рисунок. Это был он, но он был не один, рядом была женская фигура, её лицо было скрыто в его объятиях. Рисунок был настолько живым, что возникло четкое ощущение того, что всё что он видел реально, оно вот-вот произойдет. Он сразу понял, что это не просто рисунок. Это то, что его ждёт. Это то, чего он желает. Ёна знала что он придёт, возможно даже сама этого не осознавала, но вышла на улицу чтобы дождаться его и дать ответ на вопрос.  — Зима, да? — на рисунке были заснеженные деревья, всё произойдет зимой. Ещё так долго, но уже не та вечность о которой он думал.  — Люди алчные, они всегда думают только о деньгах и выгоде, вы совсем другие. Для вас гораздо важнее встретить свою любовь. — оборотни живут в ожидании встречи со своей парой, это для них гораздо важнее всего остального. У людей действительно такого не встретишь.  — А какой смысл в жизни, если нет любви?  — Его нет. — и это действительно так. Она существовала потому что не было ничего и никого ради кого можно было жить. Без любви ничего не имеет смысла. Сейчас она понимает это. Чонгук обещал что покажет ей как можно жить, и сейчас, когда она влюбилась в него, наконец-то видит. Чувства окрыляют.  — Ты особенный человек, Ёна, я очень рад, что ты теперь среди нас. — улыбнувшись ей Юнги встал из-за стола пряча рисунок себе под кофту, чтобы не помялся и ничего с ним не случилось. — Спасибо. Ещё увидимся. Ёна проводила его взглядом, сразу замечая Чонгука недалеко, он также проводил взглядом Юнги и поспешил к ней.  — Ветрено, Ён, почему ты не в доме? — подойдя к девушке Чон тут же её обнял, губы коснулись её лба, на улице прохладно, но лоб был горячим. — Температура поднялась. Нехорошо. — отстранившись, Чонгук быстро сгреб со стола карандаши с альбомом и захватив пустую кружку подтолкнул девушку к дому. — Ты рисовала?  — Да, но отдала рисунок Юнги.  — Почему?  — Он был для него.  — Что это значит? Зачем он приходил? — открыв дверь дома Чонгук пропустил войти первой Ён и переступив через порог сам закрыл дверь, оставляя альбом с карандашами на тумбочке.  — Искал ответы.  — И… он их получил?  — Во всяком случае он ушёл счастливым. — Ёна не давала ему прямого ответа, впервые она говорила такими загадками, довольно непривычно. Естественно Чонгук и не думал ревновать её к другим, знал, что это ни к чему, но было интересно. — Где ты был? Тебя долго не было.  — Разбирались с Ирон.  — В каком смысле? — неужели они всё-таки её убили? От этой мысли передёрнуло.  — Ну, после того как бабуля Юбин разрушила чужое колдовство наложенное на неё, отец отпустил её рано утром, но… похоже она больше не видела смысла в своей жизни. Она спрыгнула с обрыва и разбилась о камни. Отец послал за ней несколько оборотней, чтобы те убедились, что она покинет нашу территорию, но произошло всё иначе. Пришлось спуститься вниз с обрыва и похоронить её, чтобы дикие животные не растерзали тело.  — Почему она это сделала? Почему просто не пошла искать свою настоящую пару?  — Некого уже искать, Ён. Её пара погибла, она рассказала об этом отцу ночью на допросе. Она хваталась за меня, но когда ничего не вышло похоже выхода она уже не видела. — история Ирон оказалась немного запутаннее чем она говорила сначала, и теперь её даже было жаль. Она один из примеров того, что может произойти с оборотнем потерявшим свою пару. Это действительно страшно. Можно сойти с ума. — Не думай об этом слишком много. Пойдём, тебе уже пора принимать лекарства. У девушки и правда поднялась температура, пришлось снова пить лекарства и чай. Пока они обедали ей стало немного лучше. Чонгук был на удивление молчалив, казалось он слишком погружен в свои мысли, что даже не обращает на неё внимания. Ён это не нравилось, в связи с тем что он рассказал она подозревала, что он думал о Ирон. Глупо конечно, но что ещё ей было думать. Закончив с обедом Чонгук почти сразу ушёл наверх. Спустился он довольно быстро и начал куда-то собираться. Обычно он не оставляет её дома одну надолго, а тут с самого утра и до обеда его не было, и сейчас опять куда-то уходит. Волчьи дела? А может он решил её избегать? Второй вариант был совсем грустным, девушке он не понравился.  — Чонгук, куда ты уходишь? — поджав губы наблюдая за тем как парень застегивает кофту собираясь уже выходить, Ён выглянула из-за угла.  — Схожу принесу нам свежих овощей и загляну в сад, я не долго.  — Я хочу с тобой. — оставаться дома совсем не хотелось, и все равно что на улице ветер, а она болеет, желание пойти с парнем было не остановить.  — Там ветрено и скоро должен начаться дождь, так что… — договорить он так и не смог, заметив как погрустнела Ён, его сердце сжалось. Он не должен ей отказывать в желании просто пойти с ним. — Ладно, иди сюда. Отбросив плед в сторону Ёна поспешила к парню готовая идти куда угодно. Но так просто Чон её не выпустил, сначала заставил надеть теплую кофту с капюшоном, и убедившись, что её точно не продует, вышел из дома держа её за руку. В его огромной кофте Ёна казалась совсем маленькой и такой милой. Ради того чтобы увидеть её в своей одежде пожалуй стоило её взять с собой. Он радовался возможности так просто держать её за руку и согревать тонкие пальцы в своей ладони. Но Ёна думала немного о другом, и когда они уже вышли из поселения шагая по тропинке ведущей к теплицам и грядкам, всё-таки решила не держать всё в себе и спросить о том, что её волновало.  — Ты сегодня какой-то другой.  — Другой? Какой? — он был немного ошеломлён и возбуждён переменами в их взаимоотношениях, гадал весь день как двигаться дальше, чтобы ничего не испортить, и даже не подозревал, что со стороны его поведение можно истолковать как-то иначе.  — Не знаю, просто другой. Мне кажется ты пытаешься избегать меня.  — Что? Почему ты так думаешь?  — Просто мои наблюдения. Ты тихий и отстранённым сегодня. Начинаю думать что со мной что-то не так. А может это из-за Ирон. Ты думаешь о ней, да? — Ёна тоже думала весь день, но вовсе не о том о чём и он. Чонгук был удивлен её вопросам и предположениям, природа этих мыслей ему была непонятна.  — Я не думал о ней больше чем следовало бы, мне конечно жаль что она умерла, но не настолько чтобы думать об этом весь день и убиваться из-за этого. Я думал о тебе.  — Да? Значит дело всё-таки во мне?  — О чём ты говоришь? — понимая, что девушка похоже успела уже накрутить себе всякого в голове, Чонгук тихо засмеялся. Их мысли явно движутся в разных направлениях. — Всё не так как ты себе придумала. — улыбаясь Чонгук крепче сжал её ладонь продолжая ходьбу.  — Людям свойственно всегда думать о худшем.  — Мне жаль что это так. Со мной ты можешь думать всегда только о хорошем.  — Подобное направление мыслей меня смущает. — думать о хорошем с ним, фантазировать что-ли? Она вполне может нафантазировать себе всякого, а затем не знать куда себя деть от смущения. Легче всегда сначала подумать о худшем, чтобы потом понять что ошибаешься, и здорово порадоваться.  — Лучше смущаться чем грустить. Я просто пытался понять, что делать дальше с тобой.  — То есть? Избавиться от меня или…  — Что значит избавиться? Нет конечно, я ведь только что сказал тебе не думать о худшем.  — Тогда точнее изъясняйся. — нахмурившись, Чонгук вновь остановился, обернулся и притянул девушку к себе обхватив её лицо ладонями. Она тут же покраснела.  — Я хочу чтобы между нами всё изменилось, стало лучше, хочу чтобы мы стали настоящей парой, чтобы ты не боялась меня и разделяла мои желания быть с тобой. Вот о чём я думал. Ты человек, поэтому я пытаюсь понять, что мне делать дальше, чтобы стать к тебе ещё ближе. Ничего плохого, видишь! Только хорошее. Ёна смутилась ещё больше, впридачу чувствуя себя ещё и дурой. Но ведь она не думала о планах Чонгука на неё, лишь по той причине, что и так о них знала. Знала, чего он хочет с ней, знала, что их вчерашний поцелуй станет началом чего-то большего, чем было до, но даже подумать не могла, что Чонгук этого сам не поймёт. В итоге они думали совершенно не о то, о чём стоило. Над пониманием друг друга им ещё определенно стоит поработать.  — Ты глупый. — Чонгук удивлённо убрал руки от её лица, но Ёна вовремя перехватила их не давая отойти от неё слишком далеко. — Всё уже изменилось. Сейчас я готова разделить все твои желания и чувства. Не о чем здесь больше думать. И хватит уже повторять, что я всего лишь человек, я и так это знаю.  — Значит… теперь мы можем быть вместе?  — Разве мы уже не вместе?  — Да, но… можем ли мы быть вместе по-настоящему?  — Что ты имеешь ввиду? — по-настоящему, звучит так, будто сейчас они вместе понарошку и это ничего серьезного.  — Ну, можем ли мы теперь делать всё то, что делают другие пары? Целоваться, например? — серьезность этого наивного вопроса просто зашкаливала, Ёна не могла поверить, что он правда уточняет подобные нюансы. Отвечать казалось излишним, но он так смотрел и ждал ответа, что всё-таки пришлось ему его дать.  — Если хочешь.  — Конечно хочу. Вчерашний поцелуй мне так понравился, что я не смог уснуть всю ночь, всё думал и думал о том, как получить ещё один. Черт, наконец-то, а я ещё не хотел брать тебя с собой. — и вот как этот парень может быть одновременно серьезным и заботливым, и в то же время глупым, наивным и таким импульсивным? Неужели он правда не спал ночью из-за переизбытка чувств после поцелуя? Тогда что он делал? Смотрел за тем как она спала? Впрочем не впервые. Так ведь у них всё и началось. — Сейчас не будем, а то твои губы могут обветриться, а я хочу чтобы они оставались мягкими и гладкими. — улыбаясь, Чон аккуратно очертил пальцем контур её губ и приобняв продолжил путь. Всё-таки нельзя забывать, что скоро начнется дождь, а им ещё нужно успеть собрать всё необходимое. — А спать мы теперь тоже можем вместе?  — Спать? Просто рядом что-ли?  — Да, в одной кровати.  — Эмм…  — А что насчёт секса? Когда он у нас будет?  — Как ты можешь спрашивать такое? У тебя стыда нет совсем что-ли? — на её словам Чонгук лишь рассмеялся.  — Я просто шучу, извини. Хотел чтобы ты перестала быть такой серьёзной. — чмокнув девушку в щёку Чонгук свернул к теплицам доставая корзинку из небольшой пристройки напротив. — Значит теперь я нравлюсь тебе?  — Возможно.  — Как сильно? От одного до десяти, насколько сильно я тебя нравлюсь?  — Восемь, наверное.  — Неплохо. Когда будет десять, скажешь мне то, что я хочу услышать? — он ждёт ответных слов любви, полного его принятия, и он готов подождать ещё, дать ей время на это. Возможно это случится скоро, если учесть как быстро с нуля он поднялся к восьми из десяти. Это определенно случится.  — Конечно. Резко вздрогнув Ёна обернулась в сторону леса вглядываясь в густую чащу. Оттуда будто холодной повеяло и чем-то злым и неприятным. Аж внутри всё похолодело от этих ощущений. Она никого не видела, но четко ощущала как на неё кто-то смотрит из-за кустов. Возникло неприятное предчувствие, оно было чем-то похоже на то, что было в ночь когда на неё напали. Перед глазами четко возникли незнакомые кровавые глаза. Они были не такими как у Чонгука или его отца, они были полны ненависти, злобы и жажды. В них словно бурлила кровь.  — Что такое, Ён? — Чонгук обеспокоенно коснулся плеча девушки привлекая внимания, но Ёна всё продолжала смотреть в лес. — Ён?  — Там кто-то есть. Он смотрит на нас.  — Что? Проследив за взглядом девушки Чонгук успел заметить только тень скрывающуюся в глубине леса и шелест листьев под чьими-то ногами. Там правда кто-то был, а он даже не смог услышать или почувствовать чужой запах. Не было ничего.  — Нет, не ходи! — Ёна едва успела схватить парня за руку, когда он уже собирался броситься в лес.  — Почему? Я только проверю кто там был…  — Не надо. Он хочет чтобы ты пошёл за ним, но ты не иди.  — Что? Ён…  — Просто предчувствие. — вздрогнув, Ёна отвернулась от леса, совсем неприятное ощущение. И почему сейчас. — Он не вернётся сейчас.  — Это… был мой брат?  — Не знаю. У него красные глаза.  — Красные?  — Давай скорее закончим и вернёмся домой. Скоро начнется дождь. Подобные приступы внезапного прозрения и понимания непонятных ему вещей, на самом деле пугали Чонгука. Казалось, что Ён иногда видела и знала намного больше чем кто-либо. Конечно он хотел пойти и проверить кто это был, но он больше не пойдет против просьбы девушки. Один раз он оставил её, когда она говорила о плохом предчувствии, и на неё напали. В этот раз он сделает так, как она его попросила. Поэтому нужно скорее собрать овощи и фрукты и поспешить домой.