Why do all the monsters come out at night?

      Что чувствует ребёнок, когда уверен, что под его кроватью сидит жуткий монстр? В первую очередь определённо страх. Страх неизбежного и неожиданного. Монстр есть и он может появиться в абсолютно любой момент времени. Следом появляется неизвестного — а как же этот монстр может выглядеть и что я почувствую, когда встречусь с ним лицом к лицу? Но в тот же момент ребёнок испытывает глубокий интерес и азарт, который нельзя перебить ничем. Ни предупреждениями, ни собственными опасениями. Этот страх отличительно притягателен для совершенно разных детей — замкнутых и самых открытых. Для фантазёров и детей нелёгкой судьбы — реалистов, не умеющих с самого юного возраста видеть тех ярких красок вокруг, будто они уже сейчас живут взрослой жизнью.       Итэр давно не ребёнок и таковым себя не считает. Но страх этой самой гнетущей темноты до сих пор опаляет его своим цепким шармом. Он как и все боится монстров, но ещё больше он боится не найти возможности подобраться к ним поближе и разглядеть в мельчайших подробностях. Переживания и волнения давят на него с каждым разом всё больше и больше, поэтому он и не останавливается. С присущим для него рвением заходит утром в чужую комнату, будто зная, что жилец не спит до сих пор, выбегает ночами на пробежки и стандартно завершает их на местной парковке. Словно испытывает чужое терпение на прочность.       Сяо ненавидит этот нездоровый интерес и желание узнать то, что он рассказывать никак не хочет. Да и в ближайшей перспективе он это делать ну никак не собирается. Всё бесит ещё больше, чем могло бы. Парень достаёт из пачки новую сигарету и щёлкает дорогой металлической зажигалкой, опираясь на капот своей дорогой машины. Вновь фокусирует внимание на собственных разбитых костяшках и тонких мелких порезах на некоторых пальцах — резкий приступ ярости и одно разбитое стекло. Плёвое для Сяо дело. И ещё один удачный повод выбесить парня тупыми вопросами для Итэра.       Сяо абсолютно точно не пил раньше столько, сколько приходится выпивать сейчас. Лишь бы беспамятство от мешанины алкогольных коктейлей и таблеток, что прописал психиатр, вырубало непоколебимое желание убивать. Сяо уже давно бесит не то, что Итэр читает его как открытую книгу, нет. Дело далеко не в этом. Пришлось смириться с этим несколько долгих месяцев назад. Сейчас его  бесит полное недоверие и закрытость со стороны Итэра. Прошло уже достаточно времени, а он всё ещё, кажется, не знает и половины того, что творится в голове у парня. Он будто живёт ложью, дышит ею, слагая всё новую и новую "реальность", пока Сяо вынужден задыхаться и барахтаться в море малой части крупиц той информации, что он получает. Игра в правду затянулась, пора бы кончать этот детский лепет, но Итэр ловко ускользает с темы и переходит на другую плоскость всякий раз, когда Сяо хочет начать качать свои права. Он злится, теряет обладание, разбивает несколько дешёвых кружек на общей кухне, а на следующий день снова строит из себя саму незаинтересованность. Пока в голове мечется сотня вопросов, на которые он, наверное, никогда не найдёт ответа. Неужели он такой очевидный? Неужели так предсказуем, что какой-то абсолютно посторонний человек, может сказать о нём так много? И насколько сильно он глуп, что не может разгадать такую посредственную личность как Итэр?       Уличный фонарь вновь мигает, издавая неприятный треск, пока за спиной Сяо, в общежитии, меркнет последнее горящее окно. Глубокая ночь. Ветер всё норовит задуть яркий огонёк зажигалки, колыхая его по ветру. Одна пачка выкурена уже полностью, остаётся последняя, а мысли в голове не унимаются. Итэр единственный, кто не боится перечить, кто не выполняет все его желания и часто заставляет одурманенный разум вновь и вновь провоцировать яркий образ каждую свободную минуту. Сяо вновь скалится, с виду безумно, и задирает голову к небу начиная рассматривать группки звёзд, что рассыпались по бескрайнему тёмному простору. Он выдыхает клубы дыма, что растворяются также медленно, как и образ белокурого парня в голове. Как же он заебался. С каких пор он стал нуждаться в людях и поддаваться на малейшие провокации? Сяо кажется, что не всё так просто с ним. Это просто не может быть так легко. Личность Итэра навеки останется не до конца понятой и разгаданной и от этого никуда не деться.       Человек противоречие с полным отсутствием инстинкта самосохранения, вот как он может его охарактеризовать. Итэр не скупится в выражениях, легко причиняет боль с полностью спокойным лицом, будто он говорит о каких-то будничных вещах. Но в это же время называет Сяо монстром и чудовищем, и взгляд у него такой, будто он видит тебя насквозь, словно он самое честное и искреннее существо на планете. Смотрит своими чистыми глазами в мутные глаза Сяо, пока тот вновь закидывается нейролептиками, и вызывает удушающее чувство вины. Парень громко цыкает и перехватывает зажигалку, что всё это время была у него в руке. — Да ты и вправду монстр, — пальцы машинально крепче перехватывают металлический корпус, когда он слышит эту реплику. Сяо внутренне воображает, как бьёт кулаком по капоту — в реальности же только лениво царапает пяткой кроссовка асфальт и оборачивается в сторону голоса. Итэр подходит со стороны круглосуточного. Каждый раз он появляется с совершенно разных сторон и с такими же неожиданными разными и тупыми репликами. И Сяо бесит это. Размеренность его жизни снова нарушают. Каждую ночь всё повторяется, но так ужасно не канонично. Раздражение вновь вскипает в крови. — Аж подходить страшно, придётся постоять вот здесь. — Заткнись нахуй, твои комментарии здесь как обычно неуместны. Прими за дружеский совет, — Сяо хмыкает и втаптывает окурок в землю. — И ещё один вдогонку — будешь основываться на мнении окружающих и общество тебя сожрёт. — А я и не основываюсь, — Итэр размеренным шагами ступает по асфальту парковки, разглядывая небо, пока Сяо копошится с зажигалкой и уже новой сигаретой. Он не различает тот момент, когда парень проскальзывает на капот рядом с ним и утаскивает эту самую сигарету у него из пальцев сразу же затягиваясь и выдыхая парню прямо в лицо. — Всего лишь моё скромное мнение, — Итэр улыбается ярко, смотря прямо в глаза, словно он и не говорил ничего настолько глупого и оскорбительного одновременно. Сяо раздражён, но всё также не показывает вида. Просто вырывает сигарету из чужих пальцев, не дожидаясь очередного комментария и делает затяжку, протягивая сигарету обратно. Он не обращает особого внимания — не привык реагировать на подобные мелочи. Тишина же на удивление глубока, будто обволакивает со всех сторон и это удивительно. Будто весь шум природы и улицы отошёл на второй план, обволакивая молодых людей вакуумом. Всё это продолжается до тех пор, пока Итэр не решает продолжить. — Хочешь скажу что-то интересное? Монстры выходят ночью.       Он продолжает так и не дожидаясь ответа, будто знает, что в итоге он его так и не получит. Сяо обращает на Итэра всё тот же безучастный взгляд, но в глазах читается крошечный огонёк заинтересованности. Итэр же не торопится продолжать, словно хранит некоторую интригу, хватает чужую руку за запястье и затягивается всё той же сигаретой, медленно выдыхая. — Ты как подкроватный монстр — бодрствуешь тогда, когда остальные спят. Нагоняешь страх своей отстранённостью и загадочностью даже на того, кого впускаешь к себе в кровать, но, не дай бог на твоё позарится кто-то другой, — Итэр резко оборачивается в сторону парня, но Сяо никак не реагирует, продолжая смотреть себе под ноги и ковырять носком кроссовка асфальт, словно это самое интересное, чем он когда-либо занимался. — То пиши пропало. Откусишь не только позарившуюся руку, но и голову целиком. — И не страшно тебе? — Что? — Сидеть ко мне так близко в тот момент, когда рассуждаешь о таких вещах. Если я монстр, то обязан любить маленьких и запуганных детишек, — Сяо приближается к чужому лицу, шепча это на самое ухо. Но почти сразу отодвигается обратно. — Ты же сам говорил, что это лишь образ. — А может, всё, что ты сказал это правда, м? Не думаешь, что я могу лгать точно также, как это делаешь ты? — Тогда, — Итэр на минуту замолкает, будто всерьёз обдумывает эти глупые слова. — Тогда я скажу, что всё самое страшное вызывает у меня интерес ещё с детства. — Достаточно нездоровый, — подмечает Сяо и отворачивается, косясь куда-то в сторону противоположной стороны улицы. — Но одно другого не исключает, — Итэр пожимает плечами, складывая ноги друг на друга и вытягивая вперёд — наконец-то полностью расслабляется. — Ты слишком любопытный ребёнок, — говорит на выдохе. — Меня это бесит. — А меня всё ещё притягивает то, что в любой момент может воткнуть ножик в печень и откусить руку по локоть, — Сяо медленно переводит взгляд на улыбающегося Итэра, взглядывается в чужие зрачки, будто думает, что человек на против не менее чем накуренный до полусмерти. Белокурый воспринимает это как вызов и глядит в ответ, не моргая. Всё это длится до тех пор, пока Сяо не решает рывком пододвинуть парня к себе как можно ближе, удерживая того за ворот и так растянутой футболки. — Всегда хотел оказаться как можно ближе к монстру и рассмотреть его как следует. — Так наклонись и рассмотри наконец поближе. Может даже руку не отцапаю, — говорит в самые губы, пока Итэр болтается где-то на грани реальности и своих фантазий, пропитанных страхом неизвестного. Прям как он любит. — Хотя, кто знает.       Итэр всё же медлит, переводит взгляд с глаз на губы парня, шумно выдыхая, будто бы взвешивая все за и против. Или же просто не может поверить, что всё так просто. Складывает руки ладонями друг к другу между своих ног. Избегая лишнего контакта, видимо. Сяо это только в плюс, он не горазд впускать к себе в личное пространстиво кого-либо  если это только не драка на смерть. А контактировать с кем-то именно таким образом уж точно не входило в его планы. Итэр порывисто подаётся вперёд и прикасается своими губами к чужим, не задерживаясь надолго. Отстраняется. Смотрит всё так же. С улыбкой, лёгкой, будто прохладный ветер, что гуляет по парковке, раздражая Сяо, но тот не подаёт виду, стискивает в руках упаковку от сигарет, мысленно капитулирует и закуривает новую, отодвигаясь на своё прежнее место на капоте. — И как? — Сяо складывает руки на груди и смотрит на звёздное небо, сжимая губы плотнее. — Похож на монстра?       Итэр неопределенно пожимает плечами, вытаскивает из чужих губ сигарету и затягивается. Будто так всё и должно быть. — Ночью всё выглядит хуже, — парень возвращает сигарету, слегка прикасаясь руками к чужому лицу, но сразу же отдёргивает, будто от огня. — Может поэтому ты бодрствуешь ночью? Чтобы казаться хуже, чем ты есть на самом деле.