Когда затихнет буря – я буду рядом

Пару минут спустя Глюк успокоился. Мысленно прокручивая произошедшее, он всё больше осознавал абсурдность ситуации. Закатить истерику коту? Да, это явно его уровень... Стыдливо ссутулившись, Дестрой прикрыл лицо руками. Он не хотел срываться на новом знакомом, но ему было до чёртиков обидно. Даже принимая эту ошибку природы всерьез, Эррор не получал в ответ никакой отдачи. Конечно, зверёк был в праве вести себя как хочет. Да и особым интеллектом, нужным для обдумывания собственных решений, кот не мог обладать. Так что все обвинения Глюка были беспочвенны и глупы. Но, вопреки всем доводам, казалось, что котенок понимал его, даже будучи обыкновенной животинкой... Обыкновенная... Разрушитель хмыкнул. Ну да, как же. Обычно вся живность разбегалась, стоило ему только появиться в поле зрения. И вот, разломав привычный уклад и картину мира, появился тот, кто не последовал неписаным правилам. Не сбежал. Не оставил Разрушителя в его привычном одиночестве. Маленький смелый котенок даже ухитрился проявить некоторую инициативу в прошлую встречу, что стало прямо-таки бальзамом на душу. Наверное поэтому было вдвойне больнее видеть противоположное поведение, с которым Глюк, казалось, уже должен был смириться. Может, ему стоило извиниться? Мгновением позже Эррор решительно отмёл навязчивую идею...Какой в этом смысл, если котенок ничего не поймет? К тому же его гордость навряд ли примет такой расклад. Даже если совесть сожрет Глюка заживо. Эх... Иногда Дестрою было сложно уживаться со своим вспыльчивым и упрямым характером, что он успешно скрывал от посторонних. Но не от золотистых глаз, с любопытством рассматривающих его. Стоп. Что? Эррор резко поднял голову, встретившись взглядом с котенком, сидящим напротив него. Тот, прижав ушки к голове, всем видом выражал вину и глубокое раскаяние. Глючный на это лишь протер покрасневшие глаза. Опять ему кажется. Как будто животное действительно могло бы понять его чувства! А Дрим действительно считал себя виноватым. Сам додумал, сам испугался. Не в его характере было портить другим настроение, тем более по надуманным причинам. Да и не стоило наживать себе врага в виде Разрушителя миров. Это скорее по части Инка – постоянно конфликтовать с Эррором. Позитив же, напротив, драки и распри не любил. Так что подружиться, хотя бы так, было бы лучшим вариантом. Вот и сейчас он предпринял осторожную попытку успокоить раздосадованного скелета напротив, приняв максимально забитый вид. Кто ж знал, что это так хорошо подействует на собеседника? Эррор кисло улыбнулся. – Ты всё же пришел. Я не всегда могу контролировать себя...спасибо – проговорил он, под конец сбиваясь на шепот. Не по душе ему были такие сантименты, поэтому Дестрой решил поскорее перевести тему. Прокашлявшись, он продолжил свой монолог. – Знаешь, раз уж ты тут, то, может, мне стоит рассказать кое-что? Вообще, я как раз приходил сюда, чтобы обдумать это, но выговориться, наверное, будет лучше. Теперь меня хоть за сумасшедшего не примут, разговаривающего с самим собой. «Уже» подумалось Дриму. А кот, по его мнению, нормальный собеседник? Не то чтобы он был против. Просто это забавно. – Стары в последнее время ведут себя странно, – воскликнул он, потерев ребра, – Инк, и без того безбашенный, вообще связь с разумом потерял! Глюка все же захлестнуло копившееся в нем негодование, и он как на духу выложил всё Дриму, ошалевшему от потока красноречивых и витиеватых ругательств. Как Позитив понял, Эррор жаловался на поехавшего Радужного, заключившего его добровольно-принудительно в Антипустоту на 10 дней. Не забыл упомянуть и поникшего Голубику, которого успел мельком заметить в одной из ав, вместе с Инком. И, самое интересное, с ними не было их третьего дружка-придурка, Дрима. Вот теперь Эррор оказался слишком близок к разгадке. Мечтатель лишь огорчился. Стары очень его палили подобным поведением, но никак предупредить или сказать что-то он им не мог. Во первых, навряд ли они обратят внимание на приставшего к ним бродячего кота. Ну а во-вторых – это было попросту опасно. Распространяя сомнительную информацию о своем перевоплощении, он бы подставил под удар и себя, и близких друзей. Если Эррор уже догадался о его пропаже, то и Найтмер не задержится, сопоставив все факты и узнав следом. Тогда пиши пропало. Единственное, что успокаивало – Позитив больше не боялся, что его смогли бы узнать, ведь способности хранителя и аура притупились, а предположить, что в котенке мог бы быть сокрыт именно он, навряд ли кто-нибудь смог бы. Даже родной братец. Переваривая в сознании этот комок сомнений и переживаний, Дрим не заметил, как собеседник уже давно замолчал и теперь наблюдал за ним. Эррор захихикал, не в силах выдержать достойно когнитивный диссонанс. Серьезное и сосредоточенное выражение совершенно не сочеталось с милой мордочкой животного. Продолжая фыркать, он обратил на себя внимание. – Ладно, хватит на сегодня серьезных разговоров, – подняв пакет, вещал Разрушитель, – Мне просто нужно будет взять перерыв и тщательно всё обдумать. Дрим внимательно следил за действиями Эррора. Тот пытался вынуть что-то длинное из пакета, но, к сожалению, весьма безуспешно. Тогда Глюк приостановил монолог, сосредоточившись на непростом для него деле. Так через некоторое время на свет появились... спицы? В немом поражении Позитив ждал продолжения. И оно не заставило себя ждать. У Дрима, наверняка, глаза на лоб полезли. Только не говорите, что... Он не ошибся. Могли ли коты смеяться? Раньше Дрим бы не ответил на этот вопрос. Но теперь на собственном опыте убедился, что да, могут. Из его пасти вырывалось фырканье, лишь отдаленно напоминавшее смех. Позитива это, честно говоря, не особо волновало. Стоило бы успокоиться, но умиротворенно-вяжущий Эррор не давал этому свершиться. Разрушитель, мать его, извращённый гений. Использовать в качестве пряжи собственное оружие – это надо догадаться... Глюк обратил внимание на посторонний шум, подняв взгляд, когда золотые глаза столкнулись с красно-желтыми. Смеющийся взор приятеля будто притягивал к себе внимание Дрима. Было приятно видеть своего нового друга счастливым. А в том, что они друзья, Позитив уже не сомневался. *** Прошло некоторое время с тех пор, как Эррор поразил Позитива в первый, но далеко не последний раз. За время новых визитов также выяснилось, что Глюк был весьма изобретателен. В попытках заполнить свое свободное время между разрушениями, он занимался очень несвойственными его образу вещами. На рассказах о пекущем печеньки Разрушителе Дрима снова пробивало на ржач. Он уговаривал себя не смеяться, но глупые шутки, приходившие ему на ум, совершенно этому не способствовали. Стоило лишь представить Эррора, скармливающего Инку свои неудачные эксперименты, одновременно избавляясь и от врага, и от позора, как Дрима снова накрывало. О Создатели, таким жестоким он не чувствовал себя никогда. За столь приятным времяпровождением Мечтатель почти забыл, что ему нужно было искать способы вернуться к прежнему облику. Однако, на путь истинный направила всколыхнувшаяся однажды волна негатива. Этим утром всё было иначе. Слишком долго Дрим отсутствовал, и Найтмер догадался – почему. Он чувствовал, как тот пустился во все тяжкие, не ощущая сопротивления Позитива. Мечта постучал лапкой по голове. Молодец! Довыеживался, дорасслаблялся! Теперь ему нужно было срочно идти домой и перелапачивать собственную библиотеку. Если уж и там ничего не найдется, придется по ночам бегать к Саенсу. Открыв портал, он запрыгнул в него, отрезая себя от мира Оутертейла. Позже, он вернётся туда позже. *** Эррор хотел повидаться сегодня с малышом, но всё не заладилось с самого утра. Он снова умудрился поцапаться с Инком, но в этот раз по абсолютно иному поводу. Они столкнулись случайно в Оутертейле, когда Радужный, видимо, подумал, что Глюк вознамерился разрушать. И это дико действовало на нервы последнему. Гиперактивность и паранойя Творца его бесила уже не первый день, и он, не сдержавшись, попытался наставить тумаков придурку. Драка погасла так же быстро, как и вспыхнула. Прямо перед своим уходом Инк судорожно забегал глазами, будто бы торопился куда-то, а потом, посмотрев на Разрушителя, нахмурился и прыгнул в наскоро созданный портал. Подобным припадкам Радужного Эррор уже и не удивлялся, но с исчезновением Дрима наступил какой-то тотальный пиздец. Он, обмахиваясь вспотевшими ладонями, присел прямо на землю, проклиная Чернильного, вновь помешавшего его не особо-то жестоким планам. Найти котенка – вот зачем Дестрой приходил сюда, но, похоже, с этого дня Оутертейл окажется под особым присмотром Инка. Прошло уже около получаса, но малыша нигде не было. Тогда-то Эррор и разволновался. Он обошел все места, где только смог пройти, но тот словно сквозь землю провалился. Глючному пришлось уйти в этот раз ни с чем. Только вот неприятности дня на этом не закончились. Открыв портал в рандомную вселенную, чтобы утешить свое разочарование и стереть парочку миров, он наткнулся не совсем на то, чего ожидал бы. Черные щупальца, бросающие отблески на свету, угрожающе приблизились к голове. Б**, почему все так на нее нацелены?! Разрушитель негодующе отпрыгнул в сторону. – Ну, я был бы разочарован, если бы ты подставился так легко, – на землю капнула слизь, отравляя пучок травы, – здравствуй, Глюче. О, нет, вот только не это. Второго сеанса общения с этим психованным он не стерпит! А петушиться со вторым на день противником у него уже не осталось ни запала, ни сил. Он, выдохнув, максимально спокойно выдавил: – Чего тебе, жижа болотная? Найтмер на это сморщился, будто съел целый лимон. Эррор только сейчас обратил внимание, что тот был не один, а со своей оравой в полном составе. Те стояли по бокам от своего «босса», подозрительно тихо о чем-то перешептываясь, пока их главарь восседал на каком-то возвышении. Выдерживая будто царскую осанку, он перекинул ногу на ногу. Нехорошие обещания и предсказания скорой гибели Глюка оседали где-то на языке Кошмара, но тот не озвучивал их. Вместо этого он наградил собеседника снисходительным взглядом. Теперь уже лица не сдержал Эррор. Вот ведь эгоцентрист несчастный! Даже здесь выкаблучивается. Найтмер раздражённо наклонил голову вбок, сузив единственный зрачок. – Я просил меня так не называть. Если уж нравится давать клички, выбирай их правильно. Могу подсказать парочку, – он ухмыльнулся, – но, думаю, ты не оценишь. В прочем, не удивительно. Ты мало что ценишь. – А по-моему, вполне подходящее тебе имя. Не задерживай меня. И объясни уже, чего прицепился? – Я, конечно, понимаю, что твое величество весьма занято после страстных стычек с Инком, но мое терпение не вечное. Если ты думаешь, – тут Найтмер сжал кулаки, – что водить меня за нос хорошая идея, то ошибаешься. С твоего «Я подумаю» прошло достаточно времени. Я жду ответ. Сейчас. Дестрой дёрнул уголком губ, отступая на шаг назад. – Ну ты же не наивный дурак, чтобы не понимать. Хотел бы – уже давно бы к вам присоединился, – Эррор вытянул струны, обведя взглядом всех присутствующих, – хах, было довольно предусмотрительно собрать ораву с твоей стороны, но это навряд ли поможет надавить на меня. Кошмар рассмеялся, смахивая выступившие слезы. – О нет, что ты, я не думаю, что Им придется вступать в бой с тобой. Ты и так сдашься. Со временем уж точно. Дрим пропал, а это значит, что силы на моей стороне. Вскоре новые монстры присоединятся к нам, и ты действительно оплошаешь, если не примкнешь к победителям. – И с чего же ты черпаешь свою уверенность? Смею напомнить, что Дрим не первый раз отсутствует, а ты прошляпился уже тогда, когда Команды Старов и в помине не было. – Может быть поэтому, – Найтмер указал ладонью направо. Раздался шелест листьев, и из темноты выступили несколько скелетов. Лица было не распознать, пока те не вышли на освещённую часть поляны. Глюк узнал нескольких. Ред, Эпик... Кросс? Что эти трое здесь забыли? – А вот и новые последователи, что согласились бороться на моей стороне. Эррор, тебе бы стоило взять с них пример. – Негатив довольно улыбнулся, на что Эррор просто показал фак, – как грубо. Я же к тебе по-доброму, а ты... Найтмер встал, подходя к Глюку. Тот лишь натянул нити. – Спокойнее, я дам тебе ещё немного времени. Скажем, до конца месяца. Надеюсь, ты к тому времени разберёшься и усмиришь своих тараканов. Не будь дураком, Эррор – Холодно сверкнул зрачком бывший Хранитель, прежде чем удалиться, растворившись во тьме. Через несколько секунд Дестрой осознал, что находился на поляне уже совершенно один, а руки его дрожали. Нажрался, Найтмер, скотина.