forest of witches

— Я думаю, что это будут самые лучшие каникулы, — вещает Хосок и удобнее устраивается рядом с Тэхёном. — Они были бы просто великолепными, если бы в той глуши был интернет, — недовольно бубнит себе под нос Тэхён и натягивает капюшон толстовки на своё лицо. — Мы едем отдыхать, Тэ, а не зрение портить, поэтому не дуйся, — Сокджин, сидящий напротив парня, приближается и легонько щёлкает чужой носик. — Я тебя уверяю, там будет намного интереснее. — Что может быть интереснее попкорна, мягкого дивана, сериала на девять сезонов и бойфренда рядышком? — скептически уточняет Тэхён. — Пикник например, — улыбается Хосок. — Джин-хён вкусно готовит. — Чтение книги под деревом, — говорит Намджун и откладывает в сторону брошурки с их коттеджем, который они сняли на все каникулы. — Рыбалка! — восклицает Джин. — Поход в горы, — добавляет Юнги. — Всё это и в сериалах есть, — недовольно тянет Тэхён. Его взгляд скользит к Чонгуку, сидящему рядом с Джином, но мольба быстро сменяется обидой, потому что младшего уже заинтриговали этим. — Предатель. — шипит Ким и отворачивается к окну. Всё началось пару месяцев назад. Юнги тогда вышел из своей комнаты, откуда не выползал вторую неделю подряд, потому что не мог дописать песню. В голове было много идей, чтобы создать восхитительный трек. Но он не мог. Две недели для рэпера проходили так, словно он стоял на одной точке и утопал в зыбучем песке. Юнги тонул. В своих мыслях, идеях, воспоминаниях и строчках, складывающихся в божественные тексты, но исчезающие каждый раз, когда ручка начинала скользить по бумаге, чтобы где-то сохранить новые рифмы. Две недели ада, по мнению рэпера. Всё валилось из рук. Когда он садился за компьютер и создавал новый трек, пальцы будто становились не его. От этого и мелодии выходили не ласкающие слух, как прежде, а острые, режущие его. Ему не нравилось. Терпение лопнуло тогда, когда сон затащил его в свои нежные объятия и позволил услышать восхитительную мелодию, бархатный голос, убаюкивающий рэпера. Когда Юнги проснулся, то первым делом схватил со стола свой блокнот и ручку. Вот только в голове было пусто. Абсолютно ничего. Именно тогда у парня появилось ощущение, что этот сон был насмешкой в его сторону. Сначала этот сон нежный и трепетный, как и тот голос, успокаивающий и ласкающий его слух, а затем болезненный и реальный, потому что в голове ничего. Лишь образ чьей-то фигуры, скрытой лёгкой дымкой того мира. В тот день Юнги тяжело вздохнул и всё же вышел из своей комнаты. Его взгляд долго скользил по гостиной и друзьям. Рэпер тогда нерешительно кашлянул и привлёк к себе внимание всех присутствующих. Пятеро парней обернулись и смотрели на него в ответ, никто не решался нарушить ту тишину. Юнги тогда глубоко вдохнул, тяжко выдохнул и пробормотал себе под нос: Мне нужен отдых. Все в тот день напряженно переглянулись между собой и самый старший решил взять всё в свои руки, чтобы неловкость, которая повисла в воздухе, исчезла. Джин тогда молча встал и подошёл к Юнги. Он долго вглядывался в чужие, уставшие глаза, слишком бледное лицо, торчащие в разные стороны чёрные волосы, а затем притянул друга к себе и подарил свои объятия, укутавшие рэпера в мягкое покрывало, наполненное теплом и любовью старшего. Джин в тот день усадил Юнги на диван и долго сидел с ним в объятиях, покачиваясь из стороны в сторону. Чонгук тогда подсел ближе к старшим и обнимал своего хёна за ноги, заглядывая в шоколадные глаза. Тэхён и Хосок не отставали: Ким подсел ближе и уложил свою голову на плечо старшего, пока Хосок копошился на кухне. Младший вернулся с кружкой горячего шоколада, на которой был нарисован чёрный кот, и протянул её Юнги. А Намджун сидел в стороне и наблюдал за происходящим с кресла, думая над словами старшего. На следующий день все решили, что тянуть нет смысла и предлагали варианты того, как можно отдохнуть и где. Но все обсуждения зашли в тупик из-за разногласий и споров. Намджун несколько ночей пропадал на просторах интернета и его страдания окупились, когда он откопал на карте небольшой коттедж. Уютный, тёплый и большой. Из плюсов: в лесу, то есть, рядом природа и это было замечательно, недалеко горы и небольшое озеро. Так же есть все удобства для жизни: начиная от мягких кроватей и заканчивая не уличным туалетом. Из минусов: нет связи и интернета. Почти все, собравшиеся на следующий день в гостиной и внимательно слушающие о коттедже, единогласно решили, что это замечательное место и восхитительная идея. Тэхён с Чонгуком не входили в число тех, кого идея привлекла. Младшие долго составляли список дорам, сериалов и фильмов, которые собирались посмотреть в отпуске. Их планам не суждено было сбыться и парней это огорчало… — Если ты перестанешь дуться, то я отдам тебе диск с дорамами. Специально для вас загрузил, — говорит Юнги и невзначай достаёт из своего рюкзака упомянутый диск, переливающийся радугой из-за пробежавшего по нему лучику света. — Ты загрузил для нас дорамы? —округляет глаза Тэхён и его губы растягиваются в квадратной улыбке, когда рэпер кивает. Юнги довольно ухмыляется, когда младший садится поудобнее и кладёт свою немного кудрявую голову на плечо Хосока, а карамельные глаза прячутся за веками.

***

Небольшая лесная полянка встретила незваных гостей весьма дружелюбно. Лёгкий ветерок подталкивал ребят в спины, пока они с восхищением смотрели на коттедж, в котором они будут жить ближайшее время. — Чур, моя комната с балконом, — кричит Тэхён и бежит внутрь, пока старшие с минуту переваривают информацию. — Стоять! — вопит Сокджин и бежит за младшим. Юнги тяжко вздыхает и замечает странные копошения в одном из кустов, неестественно яркого цвета, не вписывающегося в оттенки зелёного этого леса. Парень напрягается и не спеша идёт в сторону кустарника. — Хён, идём, — зовёт его Намджун. Юнги оборачивается и кивает младшему, тот с недоумением смотрит на старшего, который снова смотрит в сторону леса. — Всё хорошо? — Ким подходит ближе и кладёт ладонь на чужое плечо. — Ты видел там кустарник? — спрашивает рэпер, указывая на то место, где секундой ранее был куст. — Какой кустарник хён? — напрягается младший. — Забудь, — говорит Юнги и входит в коттедж. — Показалось наверно, — уже тише бубнит себе под нос. Всё было вполне хорошо. Тэхёна всё-таки выкурили из самой просторной комнаты и решили тянуть жребий. Таким образом Юнги досталась та самая комната и старший не раз успел постебаться над надутым Тэхёном, которого пытался успокоить крутящийся рядом Чонгук. Ким всё же успокоился и уступил, когда узнал, что в их с Чонгуком комнате тоже есть балкон, да и кровать там мягче (и не важно, что про кровать младший немного приукрасил, чтобы увидеть улыбку своего хёна, а затем и кивок от Юнги в благодарность за спасение). Намджун и Сокджин заняли самую дальнюю комнату. Она почти ничем не отличалась от других, не считая небольших полочек с различными книгами и разнообразия растительности, расставленной по всему помещению. Хосок же занял небольшую комнату и уже успел разложить свои вещи, осмотреть и посчитать горшки с цветами, опробовать кровать на пружинистость и мягкость. День прошёл сонно, ребята немного поговорили и решили первым делом передохнуть, а потом уже изучать окрестности и коттедж. Поэтому весь оставшийся день в доме стояла тишина, прерываемая лишь тихими посапываниями в подушки и тиканьем настенных часов. Ближе к вечеру ребята всё же усаживаются на полянке, как и планировали: кто на траву, точнее плед, который привёз с собой Сокджин, чтобы «жопы не морозить», кто-то сел на стул, а кто-то на небольшие пеньки. Пока старшие разжигают огонь, Тэхён смотрит в сторону леса, где минутой ранее видел какие-то копошения. Он придвинулся ближе к Чонгуку и улыбнулся, когда младший посмотрел в ответ. — Поцелуй меня, — шепчет Тэхён, пока Чонгук продолжает улыбаться и мотать головой, из-за чего и без того кудрявые кончики чёрных прядок, завиваются ещё больше. Старший обиженно дует губы и хнычет, когда Чонгук обнажает свои кроличьи зубки и отодвигается подальше. — Ну, Гуки-и-и, — тянет Ким. В какой-то момент он всё-таки успевает дотянуться до чужих губ и клюнуть их в уголок. Младший дёргается от неожиданности и падает на траву. Тэхён смеётся, а Чонгук залипает на улыбку старшего, которая в ночной полутьме выглядит более волшебной и заставляет сердечко младшего трепетать. — Помочь? — продолжает улыбаться Тэхён, но руку протягивает. Чонгук с минуту смотрит на него и всё-таки поднимается. Он садится рядом, но сразу же отодвигается, на что старший недовольно пыхтит. — Голубки, мы вам не мешаем? — интересуется Сокджин, с мягкой улыбкой наблюдавший за всем происходящим. — Нет, мы вас как-то и не заметили, — улыбается Тэхён и уворачивается от летящего в него полотенца. — Засранец, — хмыкает по-доброму Хосок и отправляет насупившемуся младшему воздушный поцелуй. Тэхён замечает Юнги, севшего рядом с ним, в голове возникает идея и младший придвигается чуть ближе. Он хватает руки старшего и крепко держит в своих, пока хён тяжко вздыхает и морально готовится к нападению от младшего. — Хён, а расскажи снова ту легенду, — шепчет Тэхён и выпускает чужие руки из своих. Парень придвигается чуть ближе к Чонгуку и улыбается, когда младший заключает его в свои объятия. Юнги с минуту смотрел на Кима, растянувшего губы в квадратной улыбке. Тяжёлый вздох невольно сорвался с губ. — Ладно. Тишина неожиданно замирает в воздухе. Ветер перестаёт петь свою песенку, сверчки замолкают, лягушки больше не квакают, а травка не колышется. Все заинтересованно смотрят на Юнги и с придыханием ожидают момента, когда тот начнёт рассказ. — Когда-то давно, существовало много нечисти. Они обитали повсюду: в заброшенных домах, прятались под кроватями или старинной мебелью, могли затеряться среди людей, но так же быстро как терялись — возвращались, не справившись с потоками жизни, могли залезть в подвалы и даже оставались там. Они находили пристанище там, куда боялись соваться другие. Эти существа, которые не смогли отыскать для себя дом, когда-то давно решили, что так больше продолжаться не может. Им хотелось обрести место, в котором не придётся прятаться, теряться и задыхаться от слоёв пыли. Эти существа хотели обрести дом, в котором смогли бы найти свою свободу. И тогда появились они — первые ведьмы. Юнги замолкает и прислушивается к тишине, приятно окутывающей его слух. А затем смотрит на огонь, согревающий их в эту ночь. На губах появляется беззаботная улыбка. — Ведьмы — это существа, которые были близки с природой, потому что были больше, чем просто частью её. Они были её детьми. Да, те существа так же относились к природе и она была их матерью, но с ведьмами связь была куда сильнее. И вот, первые три ведьмы собрались вместе. Они захотели помочь существам обрести то, что они так долго ищут в этом мире. И начались поиски такого места. Подул легкий ветерок и все, как один скукожились от пробежавшего по спинам холодка. Тэхён придвинулся ещё ближе к Чонгуку (куда ещё, не понятно, но он уже сидел и вжимался спиной в грудь младшего, пока тот гладил ледяные пальцы старшего) и попал в нежные, согревающие объятия. — Шли дни, недели, месяцы и они переросли в года. А ведьмы продолжали блуждать по этому миру и искать то, что могло защитить, спрятать, помочь. С каждым прожитым днём вера в то, что поиски закончатся и они найдут то, что ищут, становилась до ничтожество маленькой. Когда надежды совсем не осталось, ведьмы собирались вернуться и извиниться за то, что поиски не увенчались успехом, но их страдания и труд окупились, когда в одну из морозных ночей ведьмы нашли лес. Деревья этого леса выглядели болезненно чёрными, не было никаких тропинок, а единственный прудик покрылся толстым слоем льда. Не было ни животных, ни людей, ни какой-либо другой живности. Идеальное место для тех, кто хочет сбежать и наконец почувствовать свободу. Ведьмы призвали всю нечисть в этот лес и позволили делать с ним то, что пожелает душа этих существ, с одним условием — не покидать это место. С тех пор прошло много времени и многие, кто знал эту легенду находили тот лес, поэтому одно из поколений ведьм единогласно решило спрятать это убежище. В наше время в этот лес попасть почти не возможно, потому что он каждый раз перемещается из одного места в другое и так из раза в раз. Найти его можно только по чистой случайности. Юнги замолкает и оценивает состояние ребят, которые смотрят на него, не отводя глаз. Первым отмирает Тэхён и уже собирается что-то сказать, но старший его опережает: — Конец. Можете не хлопать, а просто пойти спать… Этой ночью все спали сладко и видели сны, пока Юнги смотрел в потолок через пелену неожиданно нахлынувших слёз и даже не пытался их стереть с лица, потому что они начинали течь с новой силой. Он пытался отвлечься и поэтому кусал щёку изнутри. В голове проносились многочисленные картинки далёкого детства, ускользнувшего от него слишком рано. Вот он сидит с мамой на чердаке. Женщина бережно прижимает маленький комочек к себе и судорожно гладит детские, мягкие, чёрные прядки. Мальчик прижимается носиком к груди и чувствует приятный, такой родной запах, наполняет им лёгкие, чтобы никогда не забыть. Я уже давно не помню как ты пахнешь, прости. А вот мама притягивает к себе личико мальчика и смотрит в большие, детские глазки, в которых плещется девственно чистая невинность и искреннее доверие. Она оставляет мягкий поцелуй на чужой щеке и шепчет на ушко: Всё будет хорошо. Мальчик в это верил. Хорошо не становилось, мам. Мама притягивала его ближе к себе и, подарив свои крепкие объятия, шёпотом рассказывала очередную легенду или сказку, пока в её глазах ради сына жизнь загоралась, а фантазия творила чудеса. Юнги со звёздочками в лисьих глазах внимательно слушал её, приоткрыв ротик от восторга, и запоминал их. Каждую деталь, каждый диалог, всё слово в слово. Когда он услышал историю про ведьм, которые нашли себя и свою свободу в природе когда-то давно, то отложил её на отдельную полочку в своей голове. Это его любимая история. Её слова лились сладкой патокой, обволакивали детский рассудок приятным, нежным туманом, который рисовал всех существ и показывал их через прозрачную дымку. В такие моменты, Юнги ей искренне верил. И ему не нужно знать о том, что в каждый такой день они прятались. Мама каждый раз придвигала на люк чердака тяжёлый сундук, чтобы никто не смог войти — это был определённый человек, и не смог выйти. Иногда она даже играла с ним в прятки, прося залезть в шкаф. И только потом Юнги понял. Это была не игра. Каждая сказка, легенда, что слетали с её губ и позволяли детскому воображению творить, мечтать, оставаться малышом и верить в этих нарисованных необычных существ, всё это было ради его детства. Пока мама громко смеялась или повышала свой голос в какой-либо истории, по дому разносились многочисленные маты пьяного отца или же грохот того, что попалось ему под руку. Юнги об этом не знал, ведь всё было хорошо. Мама прижимала его к груди и шептала уже совсем засыпающему малышу сказку, в которой они вдвоём счастливы и нет у их семьи никаких проблем. Проблемы были. Юнги чувствует что-то. Это что-то лежит прямо на его щеке в этот момент и дарит приятное тепло. У мамы были такие же тёплые руки. Он неожиданно открывает глаза и видит перед собой чьи-то нежные черты лица, которые за минуту вытянулись от испуга. Юнги хлопает глазами, не переставая смотреть на чужое лицо и теперь понимает, что рука этого человека до сих пор лежит на его щеке. Юнги устало вздыхает и всё же трёт глаза, а когда понимает, что окончательно проснулся, то рядом уже никого нет.

***

— Доброе утро, — улыбается Сокджин и придвигает, к тихо буркнувшему: «доброе», Юнги кружку с горячим кофе. Мин честно уже успел пожалеть о том, что решился вылезти из тёплой кровати в такую рань, ещё и не надел тёплые носочки. Теперь ступни неприятно морозило лёгкой прохладой. — Ты сегодня рано, — подмечает старший и достаёт из холодильника продукты — собирается готовить завтрак. Юнги молчит. Он смотрит на аккуратную поверхность стола и пытается найти хотя бы одну трещинку. Это всегда срабатывает — всегда его отвлекает от ненужных ураганов из мыслей в голове. Сокджин украдкой смотрит на младшего и откладывает в сторону нож. Он присаживается рядом и касается чужого плеча, которое сразу же напрягается. — Снова воспоминания? — аккуратно спрашивает Сокджин, когда тишина затянулась надолго. — Да, — тихо отвечает Юнги и поднимает глаза на старшего. — По крайней мере в этот раз было не так… — младший прикусывает губу и отводит взгляд в сторону. — Не так больно? — осторожно спрашивает Сокджин и когда видит кивок, то проводит рукой по чужим волосам. — Тебе нужно отдохнуть, Юнги. Ты себя последние месяцы по полной загружал работой и практически не спал. Смотри, — старший указывает рукой в сторону окна, где небо постепенно начинает светлеть. — Ещё совсем рано, ребята отсыпаются после поездки. Может быть сходишь в лес? Тебе возможно станет немножечко полегче. — Хорошая идея, хён. Спасибо, — Юнги дарит старшему натянутую улыбку и спускается со своего стула. Он быстро идёт наверх пока ступни касаются холодного пола, отчего по спине бегут противные мурашки, а волоски встают дыбом.

***

Утренний туман, опустившийся на лес, придавал природе загадочности и неизвестности. Он заманивал в свои объятия, успокаивал мысли, которые никак не хотели уходить из головы, не давали от себя отдохнуть. А ещё он дарил вдохновение. Это красиво. Первое, что понял Юнги, когда ушёл достаточно далеко от коттеджа и смог увидеть это собственными глазами. Прохлада приятно пробегала по оголенным участкам кожи и, как будто, гладила напряжённые мышцы и позволяла находить необходимое успокоение в себе. Юнги останавливается у одного из деревьев и прикрывает глаза. Он не спеша насыщает лёгкие приятным лесным ароматом, запоминает каждую незначительную деталь. Например, он слышит, каплю росы, скатывающуюся с листика в пруд. Юнги слышит это: приятный, скользящий, нежный звук. Или тихое пение пролетающей мимо него птички. Парень открывает глаза и проводит подушечками пальцев по древесной коре, повторяет узор: его закорючки, волнистые линии или те, которые неожиданно прерываются. Юнги всё же отходит и не спеша идёт дальше. Он бы так и созерцал природу, наполняясь вдохновением и новыми строчками к будущим трекам, если бы не неожиданно повисший в воздухе свист. Юнги открывает глаза, закрывшиеся от наслаждения, и осматривается по сторонам, пока не находит источник звука. Парень внимательно и долго смотрит туда, откуда доносится звук и наконец-то замечает, как что-то летит, а затем понимает, что летят именно на него и во время успевает сообразить, что нужно делать. Юнги ложится на землю, за секунду до того, как ветерок начинает щекотать его затылок, а затем раздаётся оглушительный звук. Кто-то сзади сдавленно стонет и падает на мокрую траву. Юнги поворачивается и долго смотрит вниз. На траве продолжает лежать юноша. Его рыжие волосы красиво переплелись с влажной травой, личико болезненно сморщено, да и находится он в не очень удобной позе. Парень, потирает ушибленный нос рукой. И тут-то Юнги понимает, что рыжее чудо врезалось прямо в дерево. — Эй, — зовёт рэпер парня. — Ты там живой? — А ты как думаешь, — шипит юноша. Он неожиданно резко поднимается и на шатающихся ногах подходит к Юнги. — Чего на дороге стоишь, а если бы я тебя сбил? Ты б тут уже трупиком валялся. — Пардон? Это я по твоему виноват? — юноша кивает, всё ещё держа руками нос. — Нехрен на своей палке гонять. — Да как ты смеешь? — задыхается от возмущения рыжее «чудо». — Какая палка? Ты охренел? Это моя волшебная метла и я только учусь. Смотреть надо, где ходишь, злой гном, — шипит юноша. — Кто гном? Я??? Да ты я смотрю бессмертный, — шипит Юнги и пихает парня в плечо. — Не бессмертный, а вот проклинать умею. И тебя прокляну, чтоб ведьмам дорогу не загораживал, — возмущается юноша, а в глазах начинают блестеть слёзы от боли в носу. — Как жаль, что не бессмертный. Ну, это и к лучшему, да и… — Юнги замирает, а потом настороженно смотрит на парня. — Стоп. Что ты сказал? Юноша глупо моргает и убирает руки от носа из которого не спеша текут струйки крови. Юнги подбегает к парню и в последний момент подхватывает его, чтобы красивое личико снова ни с чем не решило чмокнуться. Рэпер усаживает рыжую бестию на землю и вставляет в нос платок, чтобы остановить кровотечение. Он долго смотрит на юношу, тот через пару минут приоткрывает глаза. Он смотрит осоловело, потерянно.  — Мин Юнги, — говорит рэпер, когда рыжее «чудо» окончательно приходит в себя. — Пак Чимин, — шепчет юноша и прикрывает глаза, перед которыми продолжают кружиться кроны деревьев. Повисает тишина во время которой Юнги притягивает чужую руку к платку и просит немного подержать. Рэпер бежит к пруду, находящемуся недалеко от них и, не успев налюбоваться им, смачивает в холодной воде ещё один платок. Он возвращается так же быстро, как и исчезает. Тяжело дыша и кряхтя через раз, он всё же успокаивает бьющееся от бега сердце и садится рядом, убирая кровавый платок. — Так ты… — Да, я начинающий волшебник. Юнги придвигается ближе и кладёт прохладный от воды чистый платок на нос, из-за чего Чимин жмурится и хочет стянуть ткань, но рэпер лишь легонько шлепает его по руке и просит потерпеть. — Ведьма? — интересуется Юнги, когда вспоминает слова о проклятье. — Моя мама ведьма, а я мальчик вообще-то, — кидает смешок Чимин. Юнги хмыкает и убирает от чужого носа холодную ткань. Немного нажимает на него и недовольно цыкает, когда младший пищит от боли, но быстро затыкается и смущенно отводит взгляд в сторону. — Ладно, эм, да… Прости, не удобно получилось, — уже более спокойно шепчет Юнги и на мгновенье залипает, когда чужие губы растягиваются в мягкой улыбке. — Всё в порядке, ты тоже извини. Знал же что люди приедут и всё равно решил полетать. — Ты нас уже видел? — немного удивленно спрашивает Юнги и помогает встать. — Да, ты меня тогда увидел, — усмехается Чимин и оглядывается по сторонам в поисках своей метлы. — Бля, кустарник. — Кустарник. — подтвержает Чимин и улыбается, когда находит метлу и сразу же поднимает её. — Хуево ты летаешь, — подмечает Юнги и получает лёгкий толчок. — Эй, я только учусь! — пыхтит младший. Юнги смотрит на юного волшебника и улыбается ему, пока тот обиженно бурчит что-то о задетой ведьминской гордости. Как там говорят, первое впечатление должно быть незабываемым? Что ж, Пак Чимин с этим успешно справился.