В тени.

Парня из-за дня в день окутывала паника. Он стал белоголовым драконом. Он предал Селест и занял её место. Хуже всего то, что он предал и Тима, ещё и стал его врагом снова. Теперь это не просто ссоры во дворе, теперь это война. Сейчас парень даже пожалел, что не оставил себе и капли настойки, которую тот отдал Князеву. Теперь они поменялись ролями. У астра всё было не так плохо, а вот Волкова у всё наоборот. Если бы Тим узнал об этом. Но он не знал. Также он не знал о том, что этой ночью Волков будет думать о том, что умрёт. Его до смерти напугал один двуликий. Когда солнце уже скроется, а парень будет в очередной раз страдать от бессонницы к нему придут.

***

Луна не была уже так приветлива, как раньше. Её холодный лучи проникали сквозь шторы. Алекс лишь наблюдал за беззвучной комнатой. Как же он хотел вернуть то беззаботное время, когда Селестина ещё не появилась в его жизни, а малыш Тим был обычным подростком. Когда они враждовали по-детски. Почти каждый вечер астр приходил в мысли Волкова, блуждал там, слово пытаясь ещё больше застыдить того за его предательство. Алекса передергивало лишь от маленькой мысли о том, что он может скучать по Князеву. Но сердцу не прикажешь, а душе не соврешь. Поток мыслей прервал звук разбившегося стекла. Какое то маленькое животное влетело в закрытое окно. Волков дёрнулся и быстро вскочил. Увидев мышку, тот пошатнулся. Но ещё больше пошатнулся, еле удерживаясь от падения, когда эта мышка превратилась в человека. И не в абы кого, а в самого Йозефа — хозяина дома Сияния. В сумерках он выглядел зловеще. Улыбка, которая пугала луната, воцарила на его лице. Подойдя ближе, тот положил руку на плечо парня. — Волков, давно не виделись, много же ты дел натворил, — трепечуший нервы голос зазвенел в ушах молодого луната. Ноги того подкосились, и он упал на колени перед стариком. Глаза опустились, а из уст звучала тихая мольба о пощаде, которая была отчаянием. — Я пришёл не убивать тебя, ребёнок, лишь хотел предложить тебе сотрудничество. Ты же понимаешь, что не нужен своему отцу, по правде говоря, и меня ты не особо волнуешь, но вот Тиму… Да-а, ему нужна помощь и защита…- Алекс лишь смотрел на того и хлопал глазами, как щенок, которого впервые ругают за испорченную туфлю. — Я не заставляю решать сейчас, — продолжил седой мужчина, — приходи в любое время, если решишь. Это…- Йозеф указал на многогранник, лежащий на его ладони, возможно он держал его весь свой монолог, но Волков не видел этого, как не видел ничего, кроме обуви рассказчика, поплывшей в глазах от слез, — …ты, конечно, знаешь что это, подкинь его если захочешь попасть в Дом Сияния. Он ушёл не прощаясь, лишь положив камушек перед парнем, который выглядит, так жалко, что его самого тошнило. А лунат так и остался лежать в своих слезах и переживаниях на полу. Ком из безысходности застрял в горле. Тим ненавидит его наверно. А Йозеф хочет, чтобы они встретились. — Малыш Тим, прости меня…

***

Путь Александр знал как свои пять пальцев, всё же раньше он очень хорошо общался с Никитой — этим наивным мальчишкой. Дом Серебрянских был невероятным зданием, очень просторным, а чего стоил один внутренний двор. Чудесные зелёные растения издавали такой запах, аж настроение поднималось. Раньше вся компания парней бегала по нему и играла друг с другом. Славное было время. Но сейчас Волков шел за другим. Он шёл к одной молодой лунате, которая поражала своей красотой даже астров, одного даже очень, теперь он бегает за ней словно пёс, да и, как заметил Алекс, девушка не против. Хоть Яна была привлекательной, Алекс считал её лишь полезной знакомой. И как раз сейчас ему и понадобилась её помощь. Стук в дверь прервал девушку от готовки ко сну. Поглаживая паука — своего любимца, девушка отворила дверь. Перед ней предстал Волков младший, окинув его недоверчивым взглядом, та махнула рукой, приглашая войти. Заперев за собой, лунат прошёл в центр комнаты. Нечего говорить не требовалось, девушка всегда всё знала. Она понимала зачем к ней приходят люди на ночь глядя. Конечно, луната с детства была уверена, что благодаря этому к ней буду тянуть двуликие связи с которыми могут всегда понадобиться. Двое лунатов уселись друг напротив друга. Атмосфера была настолько загадочна, что аж вводила в мандраж. Пока тонкие пальчики изящно перебирали карты и раскладывали их по полу, парень уже в сотый раз покрывался холодом, бледнея на глазах. Он пришёл за одним — узнать, что будет. Узнать, что делать. Мысли содержали так много вещей, что превращались в адскую солянку. Парень был молод, его юношеские годы стали слишком тяжки. Он ведь не дипломат с многолетним стажем, откуда ему знать, что делать? Что предпринять? Хотел ли он предавать Селестину или Тима? Очевидно нет. Боится ли он остаться без поддержки отца? Очевидно да. Каждую ночь из закрытых глаз катились слезы отчаяния, слезы горечи и потери. Три карты — три аспекта жизни. Первая он сам. Красивая картинка, окружённая золотой росписью, а на ней белый дракон, кружащий в небе, словно сокол над добычей. Чешуя переливается, в золотистые глаза, словно устремляются свой взгляд тебе в душу. Александр отчётливо чувствовал отпечаток этого зверского прицела у себя на сердце. Вторая враг. На карте был изображён мальчик, который был так похож на Князева, что Алекс невольно вздохнул. Так хотелось прикоснуться к ней, просто нежно провести подушечкой пальцев по русым волосам, изведывая небольшие впухлости. Этот парень был окружён звёздами в тёмном тесном для него небе. Совсем одинок, хотя рядом с такими же как и он. В этот миг, на сердце луната опустился ещё один камень. Они так похожи сейчас, что даже не знаешь радоваться ли или сожалеть. Третья их взаимоотношения. Девушка долго смотрела на карту и лишь одним словом разбила Волова ещё сильнее: Союз. Он так боялся и так желал именно этого исхода. Но именно этот исход ставит всю его жизнь, всё его планы, всё его цели и старания на кон. Провалившись словно в затмение, парень побрёл домой. Рассуждая о увиденном. Лунат понимал, что значат те две карты, которые он узрел лично. Они только доказывали, что эти двое имеют много общего, что им нельзя быть по отдельности. Что именно они несут на своих плечах всё тяготы будущего двуликого мира.

***

Последняя карта была особенна, возможно она страшила невежд, но точно каждый, кто знает истину гадания, не боялся её. Она была вестником судьбы. Настолько худая, что состояла из одних костей. Некто осыпанный звёздами, луной и солнцем шел по узкой тропе. Шел в светлое будущее.