Альтернативная сцена с Кадзу

Последние несколько дней для Мэй выдались крайне тяжелыми. Дворцовые интриги, разоблачение ее личности сёгуном, чудом несостоявшаяся казнь Кадзу. Она была морально истощена. Ей было крайне необходимо впервые за несколько дней побыть наедине с собой, прогуляться по саду, увидеть Кадзу. Они, за все время, проведенное во дворце, не могли как следует остаться наедине, и она очень скучала по нему. Утомительные разговоры Лин Каи и Ран она практически не улавливала, думая только о том, чтобы отдохнуть. Но, к счастью, они наконец остановились во дворце родственника одного из самураев, который сопровождал кицунэ. Бывший самурай всех гостеприимно разместил по комнатам. Покои Мэй и Сино выходили прямо на чудесный весенний сад. – Грозы не миновать. – как отрезала ёкай. – Ты уверена? – поинтересовалась девушка. Та уверенно кивнула. Вскоре их пригласили на ужин. Дворец был замечательным. Наконец первое уютное и спокойное место после громадного замка. Все прошло просто чудесно. Мэй ощущала давно потерянное чувство семьи, все весело общались между собой, за окном темнело. Лин Кая пригласила Мэй пройтись вокруг дворца. Было заметно, что бывшая наложница находится в волнительном предвкушении всего того, что они задумали, и теперь ей предстояло вернуться в родные края. Девушки не успели и пройти второго круга около дворца, как к ним подошли Такао и Масамунэ. – Как вам место? – спросил колдун. – Все превосходно. – тут Мэй немного замялась. – Ах, да. Если ты хочешь, чтобы разговор оставался приватным, то необходимо попросить оставить вас наедине и показать жест рукой. Ничего особенного. Не более, чем этикет. – уточнила Кая и отошла. Мэй едва почувствовала вину перед девушкой. – Как чувствуешь себя, Мэй? – поинтересовался Такао. – В пределах допустимого. – Времени остается мало. Необходимо оттачивать свои навыки, иначе все старания насмарку. Мы можем попрактиковать волшебство или же тренировки с Масамунэ. Что выберешь? Если ты, разумеется, не устала. – Я бы хотела практиковать магию. – Отлично. – в глазах Такао появилась гордость за девушку. День и в правду был тяжелым, но она не отступилась. Мэй и Такао нашли место, отдаленное от дворца. – Нам не нужны лишние глаза, верно? – Такао добродушно улыбнулся. – Ты прав. Я бы хотела попробовать огненное кольцо. – Хорошо. Давай приступим. – посерьезнел Такао. Прошло некоторое время и через множество попыток вокруг девушки образовалось яркое кольцо пламени, которое чуть не подпалило ее волосы. – Превосходно, Мэй. На сегодня достаточно. – колдун показал ей жест. Окончательно стемнело и когда они стали возвращаться обратно, увидели Кадзу. – Что ты тут делаешь? – поинтересовался Такао. – Хочу найти родник. Мэй сразу поняла, что Кадзу точно так же устал от всего этого и хочет уединиться с природой. Или с ней. По крайней мере она надеялась на это. – Хотите пойти со мной? – Кадзу указал на дорогу. – Спасибо, но уже темно. Мэй? Если хочешь – иди. Скажу за дорогу укачало, а девушек из сопровождения звать не стала. – колдун повернулся к ней. – Я не откажусь. – такой возможности она явно упустить не могла. Кадзу уточнил: – Самураи хвостом пусть не тянутся, госпоже неловко будет просить ее охранять, если купаться будет. – после добавил. – До полуночи будем. В этот момент Мэй ощутила тревожное волнение, ведь парень явно дал понять, что их прогулка будет приватной. И она вновь в компании с ним двинулась прочь от замка. Ниндзя присматривался, выискивая что-то на земле. Выйдя на вьющуюся тропинку, девушка сообразила: он ее и искал. Пройдя какое-то время синоби вдруг спросил: – Суета вокруг надое… – он не успел задать вопрос как девушка резким движением вжала его в широкое дерево. Она заранее убедилась, что они отошли на достаточное от замка расстояние. Кадзу не успел отреагировать на этот жест как Мэй вцепилась руками в ворот его кимоно и поцеловала в шею. Парень начал заметно краснеть, явно не ожидая такого напора с ее стороны. Ни о каком ехидстве в его взгляде теперь и речи быть не могло. На его лице смущение смешалось с недоумением. Наверняка еще никто крепкого и непробиваемого убийцу синоби не видел таким. – М-мэй… ты что делаешь? – едва шепнул Кадзу. Кицунэ оставляла на его шее малозаметные следы, он начал немного задыхаться. Все, что он мог так это оторопеть и вцепиться в дерево. Он даже не успел понять, когда Мэй притянула его к себе и поцеловала. Это был самый откровенный поцелуй с момента их знакомства и в их жизни. Особую остроту моменту добавило то, что они несколько долгих мучительных дней были порознь. Он едва слышно простонал ей в губы, которые вытворяли совершенно немыслимые вещи. Он понял, что теперь ему следует ей подчиняться и даже не думал совершать какие-либо действия. Через пару минут он оказался под ней, поваленным на землю. – Ты что творишь, дикая? – он был настолько ошарашен, что Мэй даже немного испугалась своей напористости. Такая настойчивость была несвойственна девушке, а более того гейше. Она села на его бедра и молча стала медленно раздевать. Кадзу не понимал, почему он не может смотреть ей в глаза. Впервые за долгое время он был так сильно смущен. Вдруг его брови нахмурились и он, боря неловкость серьезно попросил: – Мэй, поцелуй меня. Она на мгновение поймала его холодные губы. – Еще. – она снова поцеловала его уже глубже, продолжая раздевать. Их языки мягко касались друг друга. Мэй оперлась на коленки между его бедер и стала плавно спускать поцелуй вниз. Ключицы, грудь, пресс. Она стала постепенно развязывать пояс синоби отчего мышцы его живота едва напряглись. – Стой, Мэй, погоди. Она его не слушала. Почти полностью освобожденный от одежды парень лежал на ней. Его волосы растрепались, а лицо краснело с каждой минутой все больше. Зрачки стали большими, а дыхание было трудно контролировать. Мэй опускалась все ниже и ниже, и вот Кадзу мягко застонал. Она провела языком по нежной коже несколько раз вверх и вниз, а затем парень почувствовал тепло ее тела целиком, ее губы и язык плавно двигались. Кадзу вцепился в одежду под собой. Между его бровей появилась глубокая складка от того, что он сильно нахмурился. Мэй, слыша его мягкие и тихие стоны теряла рассудок. – Я скоро не выдержу, смелая. – оборванно произнес синоби. Она медленно остановилась и начала раздеваться. Девушка поняла, что такую сторону Кадзу еще никогда не видела. Он хотел было ей помочь, но она не позволила и снова оказалась сверху. – Хочешь меня, Кадзу? – девушка посмотрела пристальным взглядом без доли смущения. Он не смог ответить, а только нахмурившись посмотрел на нее, оценивая внешний вид. Одно плавное движение, и она выгнулась и всхлипнула. – Тише! – зло бросил парень. Кицуне мягко положила ладони на его твердый пресс, чувствуя, как сильно он напрягается, когда двигается. Она не могла сдерживать стоны, а Кадзу закатил глаза. Мэй ускорялась, и парень мягко прикрыл веки. Но в следующий момент он не смог сдерживаться и оперся на локти, вцепившись пальцами в траву. Его взгляд был полностью расслаблен, он смотрел словно сквозь Мэй, закусывая нижнюю губу. Девушка положила руки на его плечи. Она не смотрела – только чувствовала. На ее губах дрожало его имя. Затем Кадзу откинул голову назад, широко раскрыв рот, но не издал ни звука. Девушка решила возбудить его еще сильнее и стала оголяться полностью. Ускоряя движения, она вцепилась правой рукой в его шею. – М-мэй. – Кадзу был движим ритмичными движениями кицунэ. Вдруг его взгляд стал серьезным, он попытался обхватить ее талию, но Мэй резко вцепилась в его запястья и прижала к земле. Кадзу стал обездвижен. На его губах впервые за всю ночь появилась ухмылка: – Еще никому не удавалось так застать меня врасплох. – голос был ровным. Мэй ускоряла темп. Долго оставаться серьезной у нее не получалось, она сама еле сдерживалась и стала понимать, что проигрывает и ее напористость постепенно покидает тело. Кадзу с довольным выражением лица рассматривал ее, понимая, что она не может удержаться и его тело сводит с ума. Вскоре ему удалось вцепиться руками в ее бедра. Сбитое дыхание, тихие стоны и темная прохладная ночь. Еще несколько толчков и Кадзу резко поднял девушку вверх. Укусив тыльную сторону ладони, он громко и протяжно застонал, его тело охватил мандраж. Он стал постепенно приходить в себя. Мэй с довольным видом начала постепенно одеваться. Ночь была долгой.