Обычный день в Энканто

Светящиеся зелёные глаза смотрели перед собой и отказывались верить. В руки мягко опустилась нефритовая табличка с предсказанием. Наклоняя табличку из стороны в сторону, мужчина пытался остановить безудержный поток мыслей. Все они смешивались и мешали трезво думать. “Срочно иди к mamá. Она должна всё знать” - прерывалось резким: “Ты идиот? Малышка пострадает из-за этого предсказания. Скажи, что ничего не получилось”. “Не получилось? Мы не умеем врать! Спрячь предсказание и уходи от ответа!” - Нет.. так нельзя. Предсказание найдут.. Так стоп! Хватит разговаривать словно ты с кем-то. Взвешивая все за и против Бруно поднял руки с нефритовой табличкой и отпустил её. Звук разбивающегося стекла разрезал тишину. Мужчина ещё несколько секунд смотрел перед собой, после чего резко метнулся из комнаты предсказаний в спальню*. Он расстелил на кровати кусок ткани и начал скидывать на него вещи. Пара книг, немного одежды, блокнот с ручкой и еду, которая была в быстром доступе. Связав четыре угла ткани, Бруно как можно тише вышел из комнаты. За пределы Энканто он не выйдет. Горы высокие и прохода на ту сторону вероятнее всего нет. Следует проверить, всё же надежды на выход из Энканто были. Нужно думать. И желательно быстрее. - Касита.. ты можешь помочь? И тут в полной тишине раздался лёгкий скрип от открывающегося прохода за картиной. Бруно безмолвно поблагодарил Каситу и прошёл за картину. Было ужасно темно, тесно и холодно. В голове проскакивает мысль, что он к этому привыкнет. “Привыкну? Но я же не собираюсь оставаться тут навсегда? Это только на первое время, а потом я найду выход за пределы Энканто.” Бруно осторожно ступал по дощечкам, стараясь не шуметь. По разным сторонам слышались шорохи, писки и шибуршание. Мужчина продолжал идти, не обращая на них внимания. В конце концов он дошёл до двери и маленькой комнатушки. Там стояло красное, потёртое кресло, а так же что-то типо стола и полок. - Миленько. Мужчина прошёл в комнату и положил импровизированную сумку на стол. Сам он сел на кресло и ушёл в свои мысли. Нужно как можно быстрее придумать, что делать дальше. Завтра-послезавтра можно выйти из дома и поискать выход из Энканто. Обязательно нужно сделать это ночью. Днём слишком легко попасться. Спустя какое-то время Бруно не заметил, что уснул. Его разбудили те самые шибуршание и писки, которые он встретил, как только вошёл в потайной коридор. Он огляделся и увидел небольшую стаю крыс, которая сидела на столе, съев почти всё содержимое "сумки". - Нет нет нет нет.. чёрт. Бруно подбежал к столу, а крысы убежали. В принципе всё осталось целым, кроме еды конечно же. Нужно раздобыть хоть что-то. За стеной раздалось тихое пение под нос. Джульетта проснулась и начала готовить. Получается сейчас 7:30. Джул всегда просыпалась в это время и начинала готовить, под нос напевая различные песни. Через час должна проснутся вся семья и, не спеша, собраться за столом. У Бруно есть час что бы раздобыть еды и придумать, что делать дальше. Идя вчера по узкому коридору, мужчина заметил несколько других проходов, которые видимо вели в другие части дома. Нужно проверить их. Выжившие книги перенеслись на полку, одежда была переложена на кресло, а отныне изгнанник направился исследовать своё временное жилище. Наконец он возвращается в комнату с креслом. И возвращаться не с пустыми руками. Бруно сумел ухватить целых пять ареп. Это было сложно, но он справился. Конечно по возвращению в комнату у него осталось только четыре арепы. В планах осталось найти выход из Энканто. Это будет сложнее. Мужчина сел в кресло, опять погружаясь в свои мысли, как услышал, что по ту сторону упомянули его имя. - А где Бруно? Почему он не пришёл на завтрак? - Наверное устал за вчера. Придёт к ужину. - голос Альмы как всегда был невозмутим. Мужчина горько усмехнулся. “Боюсь не приду. Впервые Вы так ошибаетесь, mamá.” Всю ночь Бруно выбирался из дома, искал выход, старался быть максимально незаметным для ночных жителей и возвращался в дом. Надежды на выход из Энканто пропали полностью. Бруно обессилено упал в кресло. Это ночное путешествие забрало все силы. Глаза слипались и вскоре мужчина погрузился в беспокойный сон. Первые года три Бруно дались очень сложно. Нужно было привыкнуть к новым правилам, которые он каждодневно вдалбливал себе в голову, постоянно приходилось добывать себе пропитание, решать все возникающие проблемы и надо было привыкать к новым соседям. Несколько месяцев он пытался игнорировать крыс, а потом просто смирился и даже начал подкармливать. Спустя достаточно длительное время крысы стали доверять Бруно на столько, что даже залазили к нему на руки. Мужчина был даже рад, что у него появился кто-то с кем он мог поговорить. Кстати примерно в это время появились Хорхе и Эрнандо. Бруно придумал их просто чтобы было с кем поговорить и не сойти с ума от молчания. Всё время Бруно старался находить во всём хорошее, не унывать и быть на позитиве. В прочем у него это получалось. Он начал создавать маленькие сцены, декорации, лабиринты* и домики для своих новых друзей. К одной из крысок он особенно привязался. Он назвал её Марго. Она раньше всех привыкла к Бруно, чаще всех сидела у него на плече или в волосах. Когда Бруно ложился спать Марго ложилась на Бруно или рядом с ним. Когда Бруно просыпался Марго рядом уже не было, но вместо неё лежала какая-нибудь веточка или небольшой кусочек ткани. На седьмой год Бруно начал сдавать. И нервы тоже. Режим сна сбился и Бруно даже не знал когда ложится, а когда просыпается. Он просто засыпал когда устал и просыпался когда вроде бы восстановился. Ночные кошмары, панические атаки и сонные параличи стали обыденностью. Всё чаще хотелось закричать, уйти от всего, разгромить эту грёбанную, тесную, тёмную комнату. Забыть эти блядские правила, которые он сам понаставил, чтоб его не обнаружили. Но этого делать нельзя. Приходится просто остановиться, вздохнуть, забыть. И идти дальше. Он сидел в кресле, когда за стеной Джул домывала посуду и собиралась идти спать. Он больше не мог здесь находиться. Не в этой комнате, не в этих коридорах, не в самом доме. Он не мог. Он не хотел. Он устал. Ему надоело постоянно прятаться и вымещать все свои эмоции только через слёзы и тихие всхлипы. Он дождался ухода Джульетты и чуть ли не побежал к своему тайному выходу из дома. Вот он уже чувствует ночной ветер. Он начинает бежать что есть сил. Он падает на какой-то поляне, далеко в лесу. Он тяжела дышит и зарывается руками в землю. Крик боли и отчаянья пронзает глотку и устремляется в землю. И плевать, что кто-то может услышать. А кто-то точно услышит. Бруно падает спиной на землю, а слёзы текут по щекам и лёгкие пытаются втянуть как можно больше ледяного воздуха. Он не знает, как долго пролежал там. Но он знает, что сейчас он эмоционально истощён. И что надо делать так почаще. Слёзы прекратили лить, голос охрип и лёгкие уже не так жадно глотали воздух, но он лежал там до самого рассвета. Боясь быть замеченным, он всё же быстро вернулся в дом. Бруно прошёл в свою комнату и упал на самодельную кровать, после чего достаточно быстро уснул(не всё же время ему спать на неудобном кресле). Проснулся он на удивление выспавшимся и даже немного счастливым. Шестой и седьмой год были самыми эмоциональными и источающими для Бруно Последние три года Бруно прожил легче, чем остальные. Он более менее привык ко всему происходящему в его жизни. Чаще начал сбегать из дома, особенно в праздники. Даже режим сна как-будто бы появился. Крысы стали добровольно учавствовать в его постановках и пьесах. Всё было стабильно и привычно. И вот он уже отмечает десять лет своего ухода. Юбилей. Надежда вернутся в семью уже умерла. Его старшим племянницам уже 21. А самому младшему племяннику уже 5. Бруно с грустью осознает, что никогда не видел его просто так, не через щель. Но вот в один день он как обычно сидит на своём кресле и слышит как за стеной начинается какая-то суматоха. Нет, Бруно конечно знает, что сегодня помолвка и все по идее должны волноваться и суматоха это само себе разумеющееся, но сейчас, что-то явно идёт не так. Он начинает прислушивайся и прислоняется ухом к трещине. Долорес говорит про какое-то пророчество.. Он смотрит в щель и видит лёгкое зелёное свечение… Вот чёрт Бруно зовёт Марго и просит её и других крыс собрать осколки пророчества. Они подходят к картине и он выпускает их из приоткрытой картины по одному. Остаётся только ждать. Через несколько минут уже слышны гром и молнии. Пепа явно не в духе. Бруно начинает нервничать. Но вот уже слышится тихий писк и Марго с другими крысами забегает в коридор. Он быстро забирает все детали пророчества и краем глаза замечает, что картина открывается. Мирабель проследила за крысами и теперь стоит прямо перед Бруно. Мужчина быстро натягивает на голову капюшон и пытается войти в роль Эрнандо. Последняя крыса отдаёт последнюю часть пророчества и сверкает молния. В голове проносится резкое: “Беги!” и Бруно начинает бежать. Как можно быстрее. Его племяшка не отстаёт. Нужно что-то придумать. Он резко сворачивает в коридор где сломан пол. В принципе пробежать тут легко, нужно только знать как прыгать и не боятся. Легко преодолев дыру в полу Бруно заворачивает за угол и немного замедляется. Наверняка Мирабель остановится и не будет пытаться перебраться на другую сторону. Но тут провидец слышит то, чего определённо не хотел слышать. Он сомневается. Она ведь может просто притворятся. А может нет и она действительно в опасности. Ладно. Была не была. Он бежит обратно к дыре и успевает схватить руку Мирабель. Они пару секунд смотрят друг на друга. - Рука очень потная. И тут он падает. Ну всё он обречён. Но Мирабель держит его. Бруно облегчённо выдохнул. Одна из крыс вылезает из-под пончо и начинает радостно пищать, из-за чего Мирабель пугается и отпускает его руку. Всё же он обречён. Бруно падает в туман и ударяется спиной об землю. Тут не так уж и высоко. Мужчина вскакивает на ноги и немного разводит рукой в стороны, дабы убрать туман. Мирабель помогает подняться. Когда Бруно уже выбрался из ямы он встретился глазами с Мирабель. В голове пронеслись десятки мыслей. Это мешает. В голове слишком шумно. Если так продолжится он откинет копыта прям здесь. - Пока. Мужчина направился к своей комнате, желая избавиться от ненужных мыслей и одной новой проблемы в лице Мирабель. Но девушка явно была другого мнения. Она шла за своим дядей, задавала кучу вопросов и явно не собиралась отставать. - Подожди. Это ты тут заделывал трещины? - Эти? Нет-нет, что ты. Стены тут у нас латает Эрнандо - резкое желание поговорить с настоящим, живым человеком спустя десять лет одиночества распирало Бруно изнутри. - Кто такой Эрна.. - Я Эрнандо и я ничего не боюсь! - увидев недопонимание на лице племянницы он понял, что нужно исправлять ситуацию - хехе.. перевоплотился. Понимаешь.. мой настоящий дар актёрство.. Неловкое молчание прервалось самоуверенным, слегка звенящим голосом: - Я Хорхе, я тоже шпаклевал. - Понятно… и давно ты тут.. обитаешь? - Ну.. хех.. - Бруно снял с головы ведро и неловко отложил его в сторону - знаешь, не важно. Мужчина продолжил путь к своей комнате. Он думал, что отпугнул Мирабель и сейчас она пойдёт обратно, но не тут то было. Она шла за ним, хотя теперь уже без вечных вопросов. Бруно не заметил, как они дошли до комнаты. Он просто подошёл к своему креслу и опустил взгляд в пол, как провинившийся котёнок. - Так ты никуда и не уходил. У них каким-то образом завязался диалог и Бруно даже поддерживал его. Оказывается за десять лет разговоров с крысами навыки общения не исчезают и с ними даже можно спокойно разговаривать с нормальными людьми. Складывалась вполне себе милая, хорошая беседа, но конечно же Мирабель нужно спросить о главном. Пророчество. Десять лет нормально жил, без всяких там пророчеств, а тут на. Держи. Не подавись. - Прости, что не увидел больше - и вот он снова остаётся один. Марго быстро запрыгивает на его руку, пытаясь поддержать друга, как вдруг дверь резко распахивается. - Не увидел больше - так увидь больше! Давай новое видение! Вот чёрт. А всё вроде бы было хорошо. Бруно придумывает как можно больше отмазок. Он защищается от настырной племянницы, но все старания идут к чёрту, когда появляется Антонио. Мужчина переводит взгляд на племянника и старается внимательнее его разглядеть. Он впервые видит его не через щель и осознание этого радует. Но его предложение огорчает. Чтож ладно. Будь, что будет.