Двенадцать шагов

Драко был сам не свой. Грейнджер залечила его руки и они решили встретиться завтра, чтобы все обсудить. До завтра ему нужно было открыть коробку и посмотреть, что там. Но впервые в жизни природное любопытство парня молчало, все мысли были не о содержимом коробке, а совсем о другом. О другой. Мне же это не померещилось? Она поцеловала меня. Грейнджер так вдумчиво смотрит на меня, словно решает для себя что-то. В какой-то момент огонек безумия появляется в ее карих глазах, она подается вперед и касается рукой моих волос, проводя губами по щеке. Меня начинается трясти. Недолго думая, я целую ее, притягивая к себе за шею. Она держится за мои плечи с такой силой, что, мне кажется, от ее наманикюренных пальчиков останутся маленькие синяки. Вспоминаю, сколько раз думал об этом, представлял себе это. Это чувствуется как что-то сладкое, похожее на ее любимое миндальное печенье вместе с малиновым чаем, и одновременно что-то несомненно правильное. Малфой, притормози. Тебе нужно отвлечься. Парень по своей старой привычке ищет в карманах пачку сигарет, но находит не ее, а кое-что другое. Письмо от матери Забини. Ты так и таскаешь его уже два дня с собой, даже не прочитав, ну что ты за идиот, Драко Люциус Малфой. Дойдя до своего кабинета, парень сел в свое кресло из драконьей кожи, нашел оставленную на столе пачку сигарет, прикурил и погрузился в чтение. «Дорогой Драко, Это письмо может показаться тебе неожиданным, но для меня оно является вполне логичным. С тех пор как Блейз рассказал мне о твоей планируемой женитьбе на Гермионе Грейнджер и о роли Северуса в этой истории, я просто не могла поступить иначе. Я просто не могла не рассказать тебе эту историю. Как ты знаешь, мы все вместе учились в Хогвартсе – твои родители, Северус и я. Отец Блейза не учился с нами – он был итальянцем и учился в Дурмстранге, поэтому о нем в этой истории не будет ни слова, не удивляйся. Но с нами учились родители Гарри Поттера – Лили и Джеймс. Лили и Северус… они были знакомы еще до Хогвартса. Жили на соседних улицах и были друзьями детства. Паучий тупик, где ребенком жил Сев, был недалеко от дома Лили. Так они и познакомились. У окружающих был большой скептицизм насчет их дружбы. Северус был слизеринцем до мозга костей, его всегда прельщала теория о чистоте крове и о том, что он часть «этой чистоты». Лили была маглорожденной и совсем не была похожа на его чистокровных слизеринских друзей, таких как твои родители или я. Да и по характеру они были совсем разными – зажигалка Лили и книжный червь Северус, что у них могло быть общего? Но что-то ведь было. Они проводили много времени вместе, даже будучи школьниками. У них были хорошие доверительные отношения, но в один момент все изменилось. Благодаря Джеймсу Поттеру и его свите Мародеров. Северус сам и не заметил, как влюбился в нее. Он ревновал ее к Поттеру, который тоже добивался внимания Лили. Джеймс, в свою очередь, использовал довольно грязные методы для борьбы с противником – унижал Северуса на глазах у всех. Так все это и продолжалось бы, если бы на шестом курсе твой крестный не увлекся идеями Волан-де-Морта и, на пике ссоры с Лили, не назвал ее грязнокровкой. Она не смогла простить такого отношения к себе и прекратила общение с ним. Сев пытался извиниться, но сам понимал, что пересек грань дозволенного. С тех пор они не общались, а Лили стала постепенно сближаться с Поттером, потом вышла за него замуж и родила Гарри. Северус… он сначала очень злился. На себя, на нее, на Поттера. Но когда Волан-де-Морт объявил охоту на Поттеров, что-то в нем дрогнуло, и он пришел к Дамблдору. Он перешел на сторону Ордена из-за желания защитить Лили. Но он не смог… и жалел об этом всю жизнь, до конца которой он служил Ордену и только ему. Драко, ты должен знать эту историю. Ты должен знать ее, чтобы понять, почему твой крестный поступал так, как поступал. Почему он поддерживал тебя в твоем выборе. Почему направлял тебя и помогал справиться с трудностями. Он не хотел, чтобы ты повторил его путь. Не хотел, чтобы ты превратился в своего отца. Он хотел, чтобы ты был счастлив с той девушкой, которую ты выбрал. Он любил тебя. Я рада, что у Блейза есть такой друг, как ты. Вопреки тем идеям, в которых тебя воспитывали, ты вырос хорошим человеком. Уверена, что Нарцисса гордится тобой.

С любовью, твоя крестная Франческа Забини

P.S. Спасибо за кинжал.» Он не хотел, чтобы ты повторил его путь. Он не хотел, чтобы ты превратился в своего отца. Он хотел, чтобы ты был счастлив с той девушкой, которую ты выбрал. Он любил тебя. Рука, держащая письмо, неуловимо дрогнула. Как же мне не хватает его. Сколько Драко себя помнил, они всегда были дружны с Северусом. Декан Слизерина часто навещал его в Меноре, когда Малфой был совсем ребенком, учил крестника обращаться с зельями и травами, рассказывал интересные истории с его места работы. Он был тем человеком, к которому всегда можно было обратиться за советом. Он был моим старшим другом, наставником. Он был моим отцом больше, чем мой настоящий отец. Парень сам не заметил, как слезинка капнула на письмо, нанося ему едва уловимый урон – пара букв успело расплыться от соленой влаги. Малфой, слишком много эмоциональных потрясений за сегодня. Тебе нужно успокоиться. В очередной раз затянувшись сигаретой, парень уже было хотел убрать письмо, как его взгляд зацепился за одну фразу. Он ревновал ее к Поттеру. Это, видимо, общеслизеринское явление, ревновать к Поттеру. Вау, Малфой, ты сам себе признался, даже спустя столько лет. Этот день нужно внести в Красную книгу.

Blackbear – IDFC

Что не сделаешь ради друга. Приходится таскаться по замку поздно вечером из-за этого перепившего забулдыги. С такими мыслями Малфой дежурил за старосту Слизерина Блейза Забини, который перебрал на вечеринке и чисто физически не мог совершить обход и поставить галочки в нужных местах волшебного табеля. Скука смертная. Завидев в конце коридора какое-то шевеление, Малфой помчался прямо на выдавшие себя субъекты. Уже оштрафовать бы кого-то и пойти отоспаться после этой сумасшедшей попойки, черт возьми. Грейнджер и Поттер, тихо переговариваясь между собой, побрели по коридору в противоположную от Драко сторону, прямо за ними в стене исчезали очертания двери. Выручай-комната. Они были вдвоем. Ночью. Она что, успевает обслуживать и Крама, и Поттера? Гнев зарождался где-то в потаённом уголке сердца и гулким эхом разливался по венам. В голову стало лезть всякое… За пару секунд в сознании парня пронёсся целый сценарий совместного времяпровождения Грейнджер и Поттера. Они заходят туда вместе. Поттер раздевает ее, она целует его и одобрительно стонет, пока он расстегивает ее форменную рубашку и развязывает на ней галстук. Грейнджер тянется к пряжке ремня, но вовремя останавливается и начинает покрывать поцелуями его шею, пока Поттер справляется с застежкой лифчика. Интересно, какое у нее белье, обычное или кружевное? Эта мысль набатом бьет по разуму, заставляя вернуться в реальность. Ты совсем уже мозгами поехал, придурок, о чем ты только думаешь. Тихий-мирный гнев превращался в горящую внутри него ярость. Грейнджер, ты сама того не зная, сжигаешь меня заживо. Инквизиция курит в сторонке по сравнению с тем, что ты сделала со мной. Такую дикую ярость он не ощущал с того самого матча по квиддичу, на который приходил Виктор Крам. А приходил он к кому, спрашивается? Даже вариантов ответа нет. Он один, этот вариант. И имя ему Грейнджер. Настигнув нарушителей, Малфой обогнул их и преградил им путь. — Далеко собрались, любовнички? Донашиваешь за Поттером девок, это же просто анекдот. Малфой был зол, как последняя тварь, но прекрасно умел это скрывать за тоном, покрытым коркой ледяного безразличия. Застуканная парочка преглянулась в нерешительности. Что, даже не можете придумать, что соврать? Грейнджер растерянно переводила взгляд с Поттера на Малфоя и обратно, хлопая своими карими глазами. Что, Грейнджер, боишься за ошметки своей репутации? Боишься, что расскажу Макгонагалл, где вы шляетесь вдвоем после отбоя? Поттер опомнился раньше и решил вступить в диалог. — Не твое дело, Малфой, сам-то что тут делаешь после отбоя. Смотрю на то, как ты ведешь свою любовницу в гостинную Гриффиндора после вашего ночного рандеву, Поттер. Мне же блять больше совсем нечем заняться. Малфой еле сдерживался, чтобы не дать ему в морду в ответ. Натянув такую привычную ухмылку, парень ответил собеседнику. — Сегодня я дежурю за Забини, Поттер. Минус 20 очков Гриффиндору. Развернувшись на 180 градусов, слизеринец пошел патрулировать последний оставшийся этаж. Сил моих нет смотреть на эту сладкую парочку. Еще один этаж и я уже покурю, наконец. Разговор с Северусом воспринимался совсем по-другому после истории, рассказанной матерью Забини. Мальчик, не повторяй чужих ошибок. Твой отец тебе этого не скажет, поэтому говорю тебе это я. Прими то, что ты не можешь изменить, или это убьёт тебя. Когда-нибудь ты поймешь о чем я говорю, а теперь иди. Драко наконец понял все, что должен был понять, теперь он был в этом уверен.