Завтра будет теплее

А когда прыгаешь совсем не страшно! В ушах свистит ветер, а повсюду, вокруг, в каждой клеточке тела она – свобода. И хочется визжать, так громко, чтобы все слышали, так громко, чтобы услышал он. Кира неловким движением провернула дверную ручку и оказалась на тёмной крыше. Старый фонарь давно не работал, и ориентироваться приходилось почти на ощупь. Было жутко холодно, кажется, завтра обещали потепление. Тут какой-нибудь умелый комментатор бы отпустил неплохую хохму. Кира не умела шутить, она сейчас с трудом переставляла ноги, словно в трансе двигаясь к краю. Говорят, чем ближе смерть, тем ценнее каждая секунда. Начинаешь вспоминать всё самое лучшее, смелые люди чувствуют светлую грусть, про себя прощаясь с близкими, а трусы ищут виноватых и мечутся, мечутся в панике. Они ничего не успевали всю жизнь, не успевают и проститься с ней. Кире не было грустно, не хотелось проклинать окружающих. Она шла, как по тонкому канату – прямо и равномерно, будто другой дороги для неё никогда и не существовало, а в голове почему-то было пусто. Мысли закончились? Когда ты очень долго что-то взвешиваешь и решаешь, готовишься и думаешь, такое случается. Словно молодой артист, забывший на сцене тщательно выученную роль, смотрит на зал и не может произнести ни звука. Три шага, два, край. Нужно сделать ещё один, обычный, ничего невозможного. Кира умеет ходить, Кира вообще-то очень умная девочка, она хорошо решает приме... Кира ни черта не может, она даже сердце своё сохранить не смогла. Стоит на какой-то обшарпанной крыше, хочет потерять и тело, глупо, безумно, бессмысленно. Сама понимает, но шаг назад сейчас – дорога обратно в мысли. Там он ещё с ней, он говорит: "Я люблю тебя, только с тобой понял, что это значит". А потом обнимает, так крепко, как будто действительно никогда не хочет терять. И от этого в грудь, где когда-то было сердце, врезается сотня ножей, ковыряет, рвёт и шепчет: "Дура, этого нет больше, и никогда не будет. У него есть другая, с ней ему легче чем с тобой, он тебя не вынес". Руки против инстинктов тянутся к шее, когда не дышишь, кажется, что и мир вокруг затухает. Кажется, всего на пару мгновений, что тебе не так больно. Самоубийцы пишут записки, хотят рассказать миру, почему они не справились, что пошло не так. Они жаждут оставить о себе напоминание, сохранить хоть часть себя, своих чувств. Кира ничего не оставила, ей уже и хранить было нечего. Когда это случилось? Когда, заблудившись в нём, она потеряла всю себя? Как можно заменить всё свои ценности на одного человека, ни один ломбард не совершит такой сделки. Кира совершила. Должно быть страшно. Наверное, это очередная ошибка выжившего, Кира делает шаг без лишний метаний, их и так было слишком много. Ощущение полёта. Так чувствуют себя птицы, они не знают точного пункта назначения, летят и всё. Знаете, перед приземлением Кира улыбнулась: "Пожалуйста, будь счастлив, жаль, что я не смогла".