Pose for me

— Ринтаро, подбородок чуть выше, рот приоткрой. Нет, не так широко, прикрой теперь. А то распахнул тут свою форточку, Акихики сейчас все твои зубы рассмотрит. Так, а глазами покажи мне восхищение, восхищение, Рин. Мало, Рин, мне мало, — вокруг сидящего на барной стуле брюнета и замерших около него моделей бегала стройная рыжеволосая девушка с фотоаппаратом. Практически после каждого её слова срабатывала вспышка, а в памяти фотоаппарата появлялось новое фото, которое она после всё равно удалит, потому что оно не соответствует желаниям и представлениям, что роились в рыжей голове. — Раноби, руку на его плече можно сжать чуть сильнее, поверь, этот парень не сломается. Так, отлично, замри. А теперь вторую просто расслабь. Ещё немного.       Не удержавшись, девушка отложила камеру в сторону и подошла к своим моделям, немного подкорректировав их позы. Удовлетворённо кивнув, рыжая вернулась на своё место, подхватила зеркалку и навела объектив на друга. И вроде картинка была идеальной — всё, как хотела девушка, но чего-то всё же не хватало. Одного единственного чувства. — Рин, больше восхищения во взгляде, — парень фыркнул, совершенно не понимая, как можно изобразить восхищение, когда перед ним стояла девушка, которая, сугубо по его мнению, была этого совершенно не достойна. — Акихики, усиль хватку на его подбородке. Так, Мидори, тебе нужно левую руку опустить чуть ниже. Отлично. Раноби, убери правую руку из кадра, а другой чуть коснись его волос. Вот, вот так, молодец. Ринтаро, ну блять, восхищение. Сложно что ли? — Ринали-чан, успокойся, — наконец не выдержала девушка, которая стояла напротив Суны и держала его за подбородок. — Ну, не вызывает восхищения у него моя мордашка, что поделать. Я бы тоже не смогла изобразить восхищение, если бы смотрела на него. Не мой типаж, знаешь ли.       Тяжело вздохнув, фотограф отложила камеру и объявила очередной перерыв, который модели ждали уже около двух часов. Три девушки, которые нужны были только для рук в кадре, быстренько куда-то сбежали — на кухню, скорее всего, — оставляя давних друзей одних. Ринтаро, наконец, поднялся со стула, начиная разминать шею и плечи, которые у него заметно так затекли. Когда Ринали Юри брала в руки свой фотоаппарат, то страдали все вокруг, пока у девушки не получится сделать идеальный кадр. Совсем недавно рыжая закончила проходить стажировку в самом модном итальянском журнале Vogue и вернулась в родную Японию к близким под бочок — уж больно она по ним всем соскучилась.       Не видевший её около трёх лет Суна был счастлив получить СМС-ку о том, что подруга детства вернулась в Японию и хочет встретиться. Их общение завертелось легко и быстро, как и много лет назад, а потом что-то взбрело в голову волейболиста, и тот решил проверить, чему же научили Ринали в Италии. У вот уже около семи часов Юри терроризировала его и ещё трёх девушек, от которых фотографу нужны были только их изящные руки в кадре.       Ринтаро не знал, что по итогу хочет получить девушка, но был уверен, что с огромной гордостью выложит готовое фото в свой блог. Центр Райдзина и сам умел делать хорошие снимки, частенько радуя своих подписчиков и заглядывающих к нему на страничку фанатов Чёрных Шакалов — общение с Мией он так и не прекратил, а потом поближе познакомился и с остальными игроками клуба, частенько выкладывая фотки с ними. Однако Суна был из тех, кто чаще делал фото в качестве компромата на кого-то, а не с целью выложить красивую фотографию, чтобы всех восхитить, как это было у Юри.       Сама девушка, имея буквально талант в фотоискусстве, долго работу по возвращению не искала — полная уверенности, она подала анкету в лучший спортивный журнал Японии, приложив к ней парочку своих фото и несколько рекомендательных писем. А уже через пару дней получила положительный ответ. На спорт, а конкретнее, на волейбол Ринали подсела в старшей школе, когда наконец смогла увидеть, как играет её лучший друг. Девушка так впечатлилась игрой старшей Инаризаки и тем, как слаженно играли братья, что почти сразу же для себя решила на будущее — она будет фотографировать спортсменов, а лучше волейболистов. Да и другие команды её тогда приятно впечатлили — в их глазах было столько желания продолжать играть, что она невольно заразилась от них любовью к своему делу.       И вот сейчас, спустя пять с лишним лет она медленно начала исполнять свою мечту — успешно прошла стажировку у мастеров своего дела и устроилась в лучший спортивный журнал, а после притаилась в ожидании своего первого задания. К счастью, домой Юри вернулась весьма вовремя, поэтому ждать долго не пришлось. Скоро должен был пройти волейбольный матч между Чёрными Шакалами и Швайден Адлерс. Многие уже даже начали делать спортивные ставки, кто же победит в этом сражении. А вот Ринали попросили дополнить будущую статью, которая выйдет на следующий день после матча, снимками с игры. Шестерёнки в голове Юри всегда крутились быстрее, чем у других, поэтому она начала думать о том, как же ей выцепить для себя лучшее место для съёмок.       И вот тут-то и помог ей Ринтаро. Точнее, у ребят был некий бартер на снимки — Юри делала несколько крутых снимков Суны для его блога, а тот взамен обещал договориться с Шакалами и их тренером, чтобы девушку пустили на скамейку запасных. Ринали была уверена, что оттуда снимки будут просто восхитительные — развеивать её мысли было некому. И сейчас, в своей студии, которую девушка смогла приобрести за те деньги, что успела заработать в Италии, снимала своего друга для восхитительного фото — задумка была в голове уже давно, нужно было лишь качественно воплотить её в жизнь. — Закончили, — радостно вскрикнула Юри, когда на девятый час съёмок наконец получила нужный кадр. — Девушки, спасибо вам за работу и терпение, вы можете быть свободны, денежки уже лежат в конвертах в прихожей.       Радостные модели быстро попрощались и выскочили из комнаты, пока Ринали не захотела их вернуть ещё для парочки фотографий, которые смело могли вылиться не в один десяток. Суна же с большим наслаждением упал на стоящий у стенки мягкий диванчик, пока его подруга подключала фотоаппарат к своему ноутбуку. Какое-то время стояла тишина, которую разбавляли только клацанье мышки, да тяжёлые вздохи рыжей, которые та изредка разбавляла не самыми приятными комментариями. Снимки ей не нравились. Все. Не смотря на то, что Ринтаро был весьма фотогеничен, да и камеры его любили, по итогу выходило что-то странное, словно это был не Суна, а кто-то другой, но очень похожий. Иногда кадр портила рука какой-нибудь модели, но Ринали почти не злилась — это у неё в голове стояла нужная картинка, а вот воплотить её в жизнь иногда было крайне сложно.       Наконец, нужное фото нашлось — практически последнее, — и Юри радостно вскрикнула, весело пританцовывая на стуле, пока открывался фоторедактор. Мышка начала клацать быстрее, рыжая что-то бормотала себе под нос, творя в редакторе самый настоящий шедевр, за который Ринтаро должен будет ей не только пропуск в первые ряды на матч Шакалов с Адлерами, но и что-нибудь обязательно сверху.       Добавив несколько тонких молний на аккуратные женские ручки с чёрным маникюром, а так же получше выделив небольшой лучик света у Рина на лице, Юри довольно вздохнула, оглядывая свою работу. Вышло, без сомнений, просто великолепно. Осталось дело за фоном, который уже через минут двадцать превратился во что-то похожее на солнце, только минималистичное, и нечто, цветом отдалённо похожее на ночное небо. Несколько десятков белых маленьких точек стали последней изюминкой. — Ринтаро, смотри, — откатившись от кресла, девушка взглянула на волейболиста, который явно с наслаждением растянулся на её диванчике и кому-то быстро строчил сообщение. — Друг мой, отвлекись на секунду от своей хуйни и оцени этот шедевральный шедевр.       Суне пришлось подняться с дивана и, убрав телефон в карман, чтобы лишний раз не отвлечься, подойти к рабочему столу подруги. Но оно того действительно стоило. Стоило вообще всё это начинать, чтобы в итоге получить такой сногсшибательный результат. Центр Райдзина не мог подобрать слов, чтобы хоть как-то описать то, что крутилось в голове, но, к счастью, Юри хватило одного взгляда от друга, чтобы понять, как ему понравилась её работа. Да и тихое «ахуеть», которое Суна так и не смог сдержать, только подтвердило мысли рыжей. — Думаю, теперь ты должен буквально вылезти из кожи вон, чтобы я получила возможность из первых рядов фотографировать волейбольный матч, — лукаво улыбнулась девушка, сохраняя фотографию. — Я скину тебе её на почту, чтобы качество не резать. За меня это сделает твой блог. А ещё кину парочку портретов, что мы успели сделать, пока ждали моделей. Там тоже есть, из чего выбрать, но редакцией займёшься сам. — У меня, блять, нет слов, рыжая, — Ринтаро обнял подругу за шею, коротко целуя в макушку. — А насчёт Шакалов не переживай, как только я выставлю эту фотографию на своей страничке, они сами захотят, чтобы ты присутствовала на их матче, снимая из первых рядов, поверь мне. По крайней мере, захочет один, а уж он то сможет заставить тренера согласиться.       Фотограф не стала спорить — уж кому, как не Ринтаро знать о том, как себя поведут Шакалы, ведь там играли его давние знакомые, а ещё один из близнецов Мия, с которыми брюнет вместе играл в старшей школе. Сейчас они поддерживали тёплое общение, частенько вместе тренировались, улучшая качество своей игры, да и с лёгкостью могли собраться где-то за пределами волейбольного зала. — Бля, мне уже нужно бежать, скоро вечерняя тренировка, — Суна немного раздражённо покачал головой, снова отвлекаясь на пиликнувший в кармане телефон. — Комори уже ищет меня. — Беги, — Юри с улыбкой пожала плечами, отвлекаясь от ноутбука и отключая от него свой фотоаппарат. — Мне и самой нужно заскочить на работу и получить специальный бейдж. Я вот до сих пор, блять, не понимаю, почему мой начальник не смог выбить мне какой-нибудь блатной пропуск. Как никак, а про матч Шакалов с Адлерами будет писать, на секундочку, лучший спортивный журнал Японии. Организаторы игры могли бы и подсуетиться. Плюс, я думаю, что если был наш директор сказал об этом в нужных кругах, то мне бы отыскали хоть сотню нужных пропусков. — Возможно, были против сами парни, всё же это мельтешение рядом немного напрягает. А может вообще тренера отказали, — Ринтаро повёл плечом, вместе с подругой выходя в просторную прихожую. — Всякое бывает, знаешь ли. — Тогда как ты собираешься выбить мне местечко в первых рядах? — Усмехнулась Ринали, надевая джинсовку на лёгкую футболку с принтом милой лисички в шапке. — А вот это уже секрет фирмы, рыжая, — хмыкнул брюнет, параллельно с этим отвечая кому-то в телефоне.       Ребята молча покинули студию, и Суна отправился вызывать лифт, пока его подруга закрывала дверь на замок. Расстались друзья только в метро, потому что ехать им нужно было в диаметрально разных направлениях. Напоследок Суна пообещал держать девушку в курсе дел, но строго настрого запретил хоть кому-то говорить о том, что у неё есть возможность быть ближе к игрокам. Не поняв, с чем это связано, но всё же согласившись, Юри отправилась в издательство журнала, напоследок обняв давнего друга.