Pose for me

— Не понимаю, зачем тебе нужно было менять одну черную рубашку на другую, — пробормотал Мия, заходя в комнату, где ждала их Ринали, но почти сразу же замер. — Так, блять, а где диван?       Уже такого привычного за несколько часов работы дивана нигде не было — Атсуму судорожно пытался найти его взглядом, но всё было тщетно. Вместо мягкого предмета мебели во всю стену висело какое-то зелёное полотно, которое как-то по заумному крепилось к потолку. Сакуса, будто со знанием дела, коснулся хромакея и только усмехнулся, ощущая под пальцами качественную ткань. — Диван был сложен и убран с глаз долой, — пробормотала Юри, которая сидела за своим рабочим местом и что-то вновь изучала в ноутбуке. — Он нам больше не понадобится, а места он занимает будь здоров. — А чего ты нас не позвала? — Как-то немного обиженно пробормотал Мия, подходя ближе к девушке, которая так и не оторвала взгляда от экрана ноутбука. — Мы бы тебе помогли его собрать и убрать. Мужчины мы или где.       Хмурая и явно чем-то недовольная Ринали ничего не ответила, махнув лишь рукой в сторону хромакея, у которого уже стоял Сакуса. Когда оба волейболиста встали перед зелёным полотном, Юри отложила посторонние дела в сторону, выдохнула, чуть прикрыв глаза, и обратила внимание на парней. Достав из неприметного ящика у её стола ещё одну пару перчаток, рыжая протянула их Атсуму, а потом принесла из прихожей бежевый плащ. Бегло объяснив суть задумки, Юри выставила свет, поправила несколько прядей волос блондина и взяла в руки камеру. После нескольких пробных снимков, которые были совсем не тем, чего хотела Ринали, она отложила фотоаппарат в сторону и принялась менять позы парней.       И Сакуса в который раз отметил, что фривольно Юри вела себя только с Мией — она не стеснялась касаться его, поправлять волосы или нагло двигать какие-то части его тела. Ему же девушка показывала всё на себе — сама вставала в нужную позу или же объясняла на пальцах, что нужно сделать, как встать или что поправить, чтобы смотрелось лучше. Видя такое поведение девушки, Атсуму только лукаво улыбался, кидая на Сакусу красноречивые взгляды, но кудрявый этого не замечал — волейболист концентрировал всё своё внимание на рыжеволосой ведьме. Достаточно высокая для японок, Юри была всё же ниже Шакалов, а потому смотрела на них снизу вверх, чем немного, но умиляла Сакусу, который делал всё возможное, чтобы не выдать себя — привычной маски, за которой можно было бы спрятать тихую улыбку, на лице Киёми не было, а потому нужно было держать лицо холодного и отстранённого парня. — Блять, мне кажется, что чего-то всё равно не хватает, — раздражённо выдохнула Ринали и присела на корточки, пытаясь сообразить, что не так с картинкой. — Маленькой, совсем крошечной детали, но, сука, какой?       Переступив с ноги на ногу, Сакуса чуть расслабился и едва заметно улыбнулся, продолжая из-за плеча наблюдать на девушкой — сейчас она, матерящаяся и похожая на нахохлившегося воробья, была до безобразия милой. Рыжая же в этот момент пристально изучала позу Атсуму, который от нахождения в одной позе уже около получаса начал заметно хмуриться и раздражаться — старая травма спины давала о себе знать неприятной и чуть ноющей болью. — Стоп, — плавно выдохнула Юри, медленно поднимаясь с корточек и указывая на Мию пальцем. — Тсуму, ради всех святых и грешников, не двигайся. Вот прям сейчас пиздец, как идеально.       А потом она глянула на Киёми, улыбка которого стала капельку заметнее, и чуть не взвизгнула, если бы парень не приложил палец ко рту. Сакуса знал повадки своего сеттера, как никто другой — за то время, что они играют в одной команде, ребята успели неплохо друг друга изучить. И достаточно было короткого взгляда, чтобы понять, что блондин уже немного не в себе — лишний звук сорвал бы его демонов с цепи, помогая сжечь все корабли этого порта. Киёми вдруг вспомнилось, как на прошлой неделе Мия упоминал о потянутых мышцах спины и правого плеча. Наверняка, боль была одной из движущих сейчас Мией сил.       Интенсивно закивав головой, Юри огляделась в поисках своей камеры и, найдя её на полу совсем рядом, подхватила, практически сразу сделав несколько снимков. Тут же глянув на то, что получилось, Ринали устало улыбнулась — у неё, наконец, получилось. О чём она тут же поспешила сообщить ребятам. Сакуса ей только кивнул, начиная медленно снимать перчатки, а вот Атсуму практически упал на пол, откидывая плащ в сторону, и болезненно застонал, когда вытянулся в полный рост, совершенно наплевав на свой костюм. Блаженно улыбнувшись, Мия с наслаждением прикрыл глаза, когда почувствовал, что ноющая боль наконец отступила, а потому, начхав на мнение двух остальных людей в этой комнате, нашарил рукой плащ и, кое-как сложив его, подложил под голову. В его движениях так и скользило желание поспать. Хоть чуть-чуть. — Сакуса, ты не возражаешь, если я пририсую тебе очки? — Рассматривая последнее сделанное фото, Юри, наконец, поняла, чего ей ещё не хватало. — Не думаю, что Мия выдержит ещё хотя бы пару минут стоя перед камерой.       Киёми сначала коротко глянул на будто дремлющего на полу парня, а потом перевёл взгляд на прямую спину девушки, которая в фоторедакторе уже пыталась приделать ему очки. Или пририсовать, он так и не понял. Однако, уже через несколько минут Сакуса заметил, что задумка девушки не венчается успехом — Юри буквально засопела от натуги и тихо заматерилась себе под нос. — Чисто теоретически, — медленно протянул Киёми, переступив через, кажется, уже заснувшего друга, и приблизившись к девушке, которая оторвалась от экрана ноутбука и перевела на него уставший взгляд. — Если нацепить на меня очки, сфотографировать и соединить фотографии меня и Мии. Или это тяжелее, чем рисовать их у меня на лице вот так, в редакторе?       Несколько долгих секунд Юри вглядывалась в совершенно ничего не выражающее лицо Сакусы, а потом буквально расцвела в широкой улыбке. И с грацией фокусника вытащила из одного из ящиков стола чёрные очки. В принципе, от очков это было только название — обычная чёрная оправа с линзами без диоптрий — бутафория, но очень качественная. Однако Киёми они даже приглянулись, а как смотрелись на нём. Юри не удержалась и сделала несколько портретных снимков. Когда же Сакуса это заметил, то не удержался. — О. Мой. Бог, — выдохнула Юри, когда сквозь видоискатель увидела закусанную губу парня, который до такой степени уже расслабился в компании девушки, что расстегнул несколько пуговиц на рубашке, полностью оголяя шею. — Сакуса, блять, что ж ты творишь? — Позирую, — лукаво протянул Шакал, к которому медленно, но верно приходило хорошее настроение, и аккуратно поправил очки на носу. — Или тебя что-то не устраивает? — Ох, — Ринали опустила руки, в которых была камера, и попыталась найти хоть несколько слов в своё возможное оправдание такой реакции. — Тебя слишком любит камера, Сакуса. Я из раза в раз не устаю этому поражаться. Тебе бы моделью работать. Слушай, а давай мы заведём тебе личный блог, как у Суны, и будем выкладывать туда твои охуенные фотографии? Уверена, ты Мию быстренько по количеству фанатов обгонишь. Чего только стоит эта фотка в очках. Гарантирую, фанатки будут ловить оргазм за оргазмом. И я даже не знаю, будет он эстетический или физический. — Меня любит камера, но эстетический оргазм от этого получаешь ты, — Киёми, сам того от себя не ожидая, сделал в сторону девушки несколько шагов и заметно понизил тембр голоса, а потом, наклонившись чуть ближе к его персональной ведьме, и вовсе соскользнул на шёпот, словно змей-искуситель. — Может, ты просто хочешь видеть меня чаще, но боишься себе в этом признаться? — А тебе это, похоже, нравится, — Юри гордо вскинула голову, смотря прямо в чернеющие напротив глаза, в которых, словно звёзды в ночном небе, вспыхивали неведомые рыжей искры. — А ты, похоже, с моими словами соглашаешься, — всё так же шёпотом протянул Киёми, которого сейчас совершенно не напрягала такая близость с человеком.       На секунду парень словил себя на шальной мысли о том, что с Юри ему такая близость ой, как нравилась. И эти её ведьминские зелёные глаза, по которым было видно, что их хозяйка задумала очередную хитрость, которая застанет его врасплох. Вообще, рыжая была интересной девушкой, которая явно не лезла за словом в карман, могла за себя постоять и ничего не стеснялась. Суна упоминал, что девчонка стажировалась в Италии, а значит всего этого нахваталась именно там — в Японии её б такому не научили. Но, чёрт, Сакуса готов был быть честен хотя бы с самим собой — такая девчонка его заводила, разжигая где-то глубоко внутри яркий пожар из разных чувств. И впервые в жизни Киёми готов был поддаться неведомому искушению. — А тебя, похоже, и самого такой расклад устраивает, — Ринали победно улыбнулась, увидев в глазах напротив лёгкий ступор.       Сакусе больше нечего было ей сказать, как-то отбить её последнюю фразу. Но, тем не менее, отстраняться он не торопился, всё так же пристально рассматривая, буквально изучая черты лица девушки. По каким-то совершенно не объяснимым для него причинам, рыжая нравилась Киёми. И дело даже не в точёной и ладной фигурке с красивым личиком. Это было глубже. Намного глубже.       Где-то на уровне дна её зеленющих глаз, где медленно вспыхивал огонь.