Pose for me

      Когда Сакуса вернулся домой, то нашёл Ринали совсем не там, где оставлял — девушка, обшарив просторную гардеробную и отыскав для себе приемлемый наряд, нашлась на кухне. Однако, приемлемой большая нежно-голубая рубашка была, судя по всему только для рыжей, потому как у Киёми с первого же взгляда на такую картину появилось непреодолимое желание сорвать эту самую рубашку с молодого и стройного тела. — Прости, что завтрак сегодня на тебе, — Сакуса привалился к косяку, наблюдая за движениями его рыжей фетишистки.       И так ладно она выглядела на его кухне, словно постоянно тут готовила для них завтраки в его рубашках. Идеалистичная картинка тут же погрузила волейболиста в размышления с последующими фантазиями — как бы неплохо было бы перетащить рыжую к себе под бочок, чтобы видеть подобное как можно чаще. А ещё хотелось, чтобы каждый в этом мире знал, что она его. — Как там Атсуму? — Юри развернулась лицом к Сакусе и, сделав несколько шагов к столу, поставила на него две чашки с дымящимся кофе, который распространял по кухне просто восхитительный запах. — Если честно, я думала, что он упадёт тебе на хвост, и вы приедете вдвоём.       Вспомнив утреннее фиаско друга, Киёми не выдержал и громко рассмеялся, запрокинув голову. Его сейчас не волновало, что Ринали смотрела на него большими глазами, явно силясь понять, что в её вопросе или последующей фразе было такого смешного, что парня буквально прорвало, но тот покачал головой, постепенно успокаиваясь. Присев за стол и обеими руками обхватив ещё горячую чашку, рыжая приготовилась к увлекательному рассказу о похождениях Мии. И судя по взгляду Сакусы, рассказ будет действительно увлекательным и очень увеселительным. — Начнём с того, что когда я приехал по тем координатам, что скинул Тсуму, он уже в не самом пристойном виде болтался за окном, повиснув на простыне, — начал Киёми, присаживаясь напротив Юри, притягивая вторую чашку с кофе поближе к себе и кивая девушке в знак благодарности. — Я припарковал машину капотом чётко под ним, чтобы Мие было ещё проще спуститься, и ему оставалось чуть меньше метра, когда пришла хозяйка квартиры, в которой он провёл ночь. Я девушку не знал, а Тсуму, судя по всему, даже не вспомнил, потому что коротко взглянув на неё, продолжил спуск. Тут-то девушка и очнулась. Как взвизгнет! Приказала мне отгонять машину, а Мие лезть обратно. Тот что-то пробормотал про бумажку с номером на столе в кухне, но девушку это явно не волновало. Ох, видела бы ты лицо Атсуму, когда ему пришлось лезть обратно. Давненько я так не смеялся, если честно. Уезжал я от дома под пронзительные визги Мии из открытого окна, но не думаю, что та девчонка сделала с ним что-нибудь ужасное. Максимум, соблазнила. Хотя, если этого оболтуса вкусно накормить, то можно чуть ли не навсегда его к себе привязать. Он за домашнюю еду душу не только Дьяволу продаст.       К концу, без сомнений, поразительной истории, Ринали уже не сдерживала своего громкого смеха. Хохот рвался наружу, заставляя периодически задыхаться из-за отсутствия достаточного количества кислорода, но Юри это не останавливало. Её бурная фантазия тут же в красках расписала для неё, как бы это могло выглядеть вживую, а потому новые волны смеха не заставляли себя ждать. Эмоциональный рассказ Сакусы только закреплял результат.       Сам парень же продолжал греть руки о чашку, но всё его внимание было сконцентрировано на рыжей и тех эмоциях, что так легко можно было разглядеть на её милом личике. Сакуса в очередной раз убедился, что жизнь столкнула его просто с невероятной девушкой, отпускать которую от себя ему теперь совершенно не хотелось. Ринали привносила в его тихую и размеренную жизнь яркие краски и лёгкий ветер незначительных, но имеющих большие последствия, перемен. За тот короткий промежуток времени, что они общались, Киёми успел к ней сильно прикипеть. — Сакуса? — Тихий голос его фетишистки отвлёк парня от размышлений, заставив сфокусировать взгляд на рыжей и столкнуться с её сверкающими зеленью лесов глазами. — Что-то случилось? Ты как-то притих. — Всё в порядке, — Оми легко улыбнулся и, наклонившись чуть вперёд, шепнул будто это было каким-то секретом. — Никак тобой не налюбуюсь.       Ринали подавила громкий вздох. Она никогда не видела Киёми таким открытым и улыбчивым. Сейчас почти в полдень на его кухне он был открыт как никогда прежде. Юри даже вспомнились те разы, когда они напивались у неё на студии, но даже тогда Сакуса был закрытым и чуть отстранённым. Сейчас же парень сидел напротив, тихо улыбался и излучал волны тепла и спокойствия. Рыжая не смогла побороть внезапное желание попасть в крепкие объятия, а потому поднялась из-за стола и, обойдя его, пристроилась у парня на коленях, обнимая его руками и ногами, совсем как обезьянка. Казалось, Сакуса нисколько не удивился такому поведению девушки, даже наоборот — обнял покрепче, размещая свои большие ладони у неё на спине, и принялся поглаживать. — Знаешь, я тут кое-что вспомнил, — вдруг через какое-то время заговорил Сакуса, а его голос был тихим и задумчивым. — Садясь вчера в такси, ты обронила одну фразу, которая до сих пор не даёт мне покоя, хотя внешне я стараюсь этого сильно не показывать.       Руки, что до этого неспешно путешествовали вдоль позвоночника, замедлились, а потом и вовсе замерли в одном положении. Сама же Ринали напряглась, пытаясь вспомнить, что же такого она вчера могла сказануть в пьяном угаре, но мозг был совершенно против. Перед глазами мелькали картинки прошедшего вечера и ночи, но слов она не помнила, словно они вовсе не разговаривали. Но она прекрасно знала, что это было не так. — Если с утра что-то пойдёт не так, мы всё свалим на выпитый нами алкоголь и мирно разбежимся после завтрака, — всё так же тихо продолжил парень, когда Юри не нашлось, что ответить на предыдущую реплику. — И если в нашей истории всему виной будут совместные завтраки, то я готов от них отказаться, если продолжу засыпать и просыпаться с тобой в одной постели.       Юри не нашла, что ответить на это откровенное заявление. Сакуса не признавался ей сейчас в любви, не говорил громких слов о «долго и счастливо», не рассыпался в обещаниях, что с ним она будет как за каменной стеной и обязательно счастлива. Это было куда глубже и даже чуточку интимнее. Шёпот на грани слышимости с едва различимой хрипотцой, которая выдавала волнение волейболиста, били Ринали в самое сердце нехилыми разрядами тока. И рыжая соврёт, если попробует заявить, что она не хочет этого. Не хочет их совместных засыпаний, проведённых в объятиях друг друга ночей и тихих пробуждений всё так же в кольце крепких рук. Юри ещё с первой встречи подзапала на холодного на первый взгляд парня, который вспыхивал праведным огнём, когда что-то начинало его интересовать. Сначала это были только волейбол и антисептики, потом этот весьма короткий список пополнили их фотосессии, а потом, заняв лидирующую позицию, там вольготно разместилась и сама Ринали Юри. Медленно отстранившись от тёплой груди, на которой она так уютно устроилась до этого, Юри заглянула в тёмные, чуть прикрытые глаза, которые, не смотря на напускное безразличие и меланхолию, внимательно следили за каждым её действием, и поняла, что пропала. И решила рискнуть. — Неужели за такой короткий промежуток времени я смогла поселиться в твоём сердце, спрятанном за тысячей замков? — Ринали аккуратно коснулась кончиками пальцев гладковыбритой щеки Сакусы и несмело улыбнулась, когда он прикрыл глаза, чуть приподняв губы в намёке на улыбку. — Милая, ты вломилась в него не снимая обуви.