любимая колючка

Руки, связанные за спиной чёрными кожаными наручниками, у которых по краям торчал красный пушок, болезненно ныли. Хотелось размять плечи и встряхнуть затёкшими руками, почувствовать наконец свободу. Щиколотки ног также были облачены в наручники, единственным различием была железная цепь, дающая возможность хоть немного развести в сторону ноги. На глазах красовалась повязка, она плотно прилегала к коже головы и наверняка была куплена из той же серии, что и наручники. В комнате не было никаких посторонних звуков, кроме собственного тяжёлого дыхания. Попытка снять с глаз повязку не увенчалась успехом, бодать головой прохладную простыню не доставляло никакого удовольствия. - Эй, где ты есть? У меня нет настроения на твои игры, - хмуро выдал связанный парень, - и вообще я. . В ту же секунду послышался противный скрип кресла и тихие шаги. - Малыш Мо, мне же нужно тебя наказать, - вкрадчиво произнёс Тянь, подходя сначала к комоду возле окна, где лежал облюбованный его глазами инструмент, взяв его, он не спеша направился к распластавшемуся на кровати юноше. Подойдя в притык к нему, он взглянул на своё творение. Шань лежал прижавшись всем телом к постели, его руки и ноги были закованы в недавно купленные наручники. Они плотно обхватывали кисти рук, ограничивая движения его мальчика. Прикоснувшись, кожаным паддлом* к слегка покрасневшему лицу, он легонько задевая сжатые губы, провёл вниз по шее наконечником игрушки, очерчивая худые плечи, на которых россыпью уместились еле заметные веснушки. Первый удар пришёлся чуть выше задницы, на прогиб у поясницы. Мо от неожиданности вздрогнул всем телом, ненароком поддаваясь назад, тут же последовала тихая возня и лязг цепи. Хэ Тянь слабо ухмыльнувшись, продолжал выводить по покрывшейся мурашками спине, незамысловатые узоры. Проскользнув чёрной кожей между ягодицами, оттягивая сначала одну, а затем другую, он с силой ударил левую половинку. Внезапный вскрик тут же пронёсся по комнате, Шань от неожиданности дёрнулся в сторону, явно не ожидая от партнёра таких действий. Его левая ягодица, на которую пришёлся удар, покрылась мурашками и покраснела. Дёрнув связанными руками, Мо несильно прошипел, закусывая нижнюю губу. Тянь же без зазрения совести продолжил водить паддлом по нежной коже, минуя пострадавшую ягодицу, он лёгким движением поддел край одного из белоснежных чулков, оттягивая тот вниз, кружевная ткань с тихим шлепком вернулась на место. Белая ткань плотно прилегала к телу, очерчивая каждый его изгиб. Чёрным кожаным наконечником он провёл вдоль бёдер до щиколоток. Одним ловким движением он вернул паддл на место, спина малыша Мо мелко подрагивала от злости и возмущения, а может быть и вовсе от наслаждения. Последовали несильные шлепки по напряжённой спине, кожа моментально багровела на глазах, призывая нежно огладить её. Нервно отбросив орудие пытки в сторону, Тянь одним коленом опёрся о кровать, между тем нависая над подрагивающим телом. Своими руками он огладил участки кожи, на которые пришлись удары, с садистским удовольствием надавливая на поясницу, он переместил свои руки на сжатые ягодицы. Про себя Хэ Тянь подметил, как же соблазнительно смотрелись его руки на заднице Шаня. Со звонким шлепком он опустил свою ладонь на ягодицу, а потом ещё и ещё, смачные шлепки раздавались по всей комнате. Тянь с наслаждением наблюдал за тем, как на бледной коже расцветают алые пятна, отпечатки от его пальцев. Шань вскрикнул после первого же удара, пытаясь уйти от прикосновений, он заёрзал на постели, тем самым создавая трение члена о постель. Приглушённый стон вырвался сам по себе, Мо совсем не хотел, чтобы этот чертила услышал хоть один звук, исходящий от него. Прислушиваясь к сиплому дыханию Рыжика, Хэ с ещё большим размахом шлёпнул его, выбивая из его рта судорожный всхлип. Уже в следующую минуту вопреки своим мыслям Шань сам пытался вскинуть ягодицы, чтобы поймать предназначенный ему шлепок. Собственные ягодицы нещадно саднило, ему хотелось заполучить как можно больше прикосновений прохладной руки к своему разгорячённому телу. В его сознании пронеслась картинка того, как руки Тяня со вздувшимися венами от напряжениями, наносили остервенелые удары по его заднице, как сам Тянь закусывая губы от нетерпения, закатывал свои глаза к потолку. Губы Шаня раскрылись в звонком возгласе, брови вздёрнулись вверх, а из глаз хлынули слезы. Особо сильный удар выбил его из колеи, наслаждение накрыло настолько, что он не сразу понял то, что Тянь остановился. Что его вообще не было на кровати, единственное, что он слышал так это чужое учащённое дыхание. - Видел бы ты себя, малыш, - усмехнулся Тянь, с хрипотцой в горле, которое он явно не собирался прочищать, продолжив, - ты сейчас такой послушный мальчик. Послышался лязг бляшки от ремня и скольжение ткани, от нетерпения Шань пару раз потёрся о кровать, пытаясь хоть немного снять напряжение. Его член изнывал от недостатка внимания,смазка обильно вытекала из головки, пачкая постельное белье. Забравшись с ногами на постель, Тянь уселся чуть ниже бёдер Шаня, кончиками пальцев он любовно провёл по пылающим ягодицам, сам Шань уже не сдерживая всхлипов поддался как можно сильнее назад, желая заполучить ещё больше прикосновений. Тянь сжал в руках упругие половинки и развёл их в стороны, ведя холодными пальцами по ложбинке, он остановился возле пульсирующего розоватого отверстия. Оглаживая его указательным пальцем, он потянулся к рыжему загривку, дуя на него, а затем слизывая солоноватые капли пота. Приблизившись к губам своего малыша, он чмокнул его в дрожащий уголок губ и широким лизком провёл по приоткрытому рту. Медленным движением руки ввёл палец внутрь не ощущая особого сопротивления. Лежащий под ним Шань шумно выдохнул и поддался навстречу пальцам. - Кому-то не терпится быть заполненным,м? - с придыханием шепнул прямо в ухо Тянь. Неторопливыми движениями он оглаживал гладкие стенки ануса, вскоре к первому пальцу добавился второй. Не спеша он проникал в горячее нутро, стараясь как можно меньше причинять боли и дискомфорта. Своей головой он вжался в чужой затылок, тут же прикусывая мокрый рыжий загривок. От его волос веяло чем-то знакомым, вероятно это был его собственный шампунь. И это ощущалось так правильно. От одной мысли, что Рыжик в его доме, в его душе пользовался его шампунем, и прямо сейчас лежит под ним и поскуливает от нетерпения, приятно отдавало в паху. Сам Шань все ещё лежал с повязкой на глазах, отчего все его чувства в разы обострились. Его руки заметно подрагивали, и своими пальцами с короткими ноготками, он отчаянно пытался дотянуться до Хэ Тяня, чтобы хоть немного соприкоснуться с его кожей. Стук собственного сердца наверняка приблизился к отметке двести ударов в минуту, отчего дыхание сбилось и стало неравномерным. Быть может Шань никогда не признается об этом в слух, но ему нравилось вот так подчиняться Тяню. Его задница буквально горела от нанесённых шлепков, а член изнывал и требовал разрядки. То как его холодные пальцы раздвигали напряжённые мышцы и проталкивались в глубь собственного разгорячённого тела , и его хриплый от возбуждения и нетерпения голос, вылетающие из его рта пошлые слова, все это было нереальным. Тянь вытащил пальцы из Шаня, отчего тот недовольно всхлипнул. Головкой своего члена он прикоснулся к подрагивающей от нетерпения дырке, сам же Мо замер в ожидании. Но Тянь лёг рядом с Шанем и перевернул его на бок, намереваясь ещё немного подразнить своего малыша. Ему до скрежета в зубах хотелось, чтобы Мо попросил его вставить. Нет, даже не так. Он желал, чтобы он умолял его, желал, чтобы его вечно напряжённое лицо исказилось в наслаждении, глаза постоянно закатывались, а его грязный, но не менее любимый рот просил не останавливаться. Чтобы всё его лицо измазанное в слюне утыкалось в собственный изгиб шеи, а руки обнимали за плечи. Своей подрагивающей рукой, он пропихнул член между плотно сжатыми бёдрами, и Хэ Тянь не знает, что ему снесло крышу: то каким разочарованным всхлипом наградил его Шань или же то, как отчаянно он прижался к его телу, пытаясь почувствовать его сильнее. Волнообразными и резкими движениями Тянь двигался между напряжёнными бёдрами, он все так же упирался лбом в Шанево плечо, своей правой рукой он обхватил оба члена. Нерасторопными движениями Тянь проводил от основания до головок членов, кончиками пальцев массируя чужие яички. Шань уже не сдерживал полу-всхлипов, полу-стонов, в его положении он не мог дотронутся до собственного члена и довести себя до разрядки, неторопливые ласки ублюдка уже доводили до кипения, он был готов разрыдаться с минуты на минуту. Связанные руки и ноги, завязанные глаза - всё это оказывала на малыша Мо огромное давление. Ему казалось это невероятной пыткой, не имея возможности прикоснуться ни к себе, ни к любимому желаемому разгорячённому телу. - Тянь, - наконец загнано прошептал Мо, - пожалуйста, я уже не могу. - Я не могу в тебя войти, - останавливаясь на влажной головке и чуть сжимая её, промурлыкал этот демон-искуситель, - резинок нет. Он слегка боднул Шаня взмокшим лбом, свободную руку преподнёс к разгорячённому лицу и ласковыми движениями огладил его. Размазывая по чужим, пышущим жаром щекам слюну, он взглянул на его лицо. Хоть и его большая часть была скрыта под повязкой, но представшая перед ним картина тешила его самолюбие. - Тогда давай без неё, Тянь, вставь в меня уже свой блятский член. Хэ тут же замер будто в оцепенении, услышать такое, да и ещё от своего малыша он только мечтал. Сейчас же не смея больше мучить и так настрадавшегося Рыжика, он немного приподнялся и пристроился сзади. Медленным движением он погрузил сначала головку,сразу же ощущая, как стенки прохода туго обхватывают её. Всё также не спеша он проталкивался дальше, ещё больше наслаждения доставляло то, как Мо весь напрягся, и даже не пытаясь сдерживать стоны наслаждения, отчаянно пытался насадиться на член больше. До безумия и хрипов в голосе хотелось сорваться и начать вбивать в матрац податливое тело. Хотелось доставить своему малышу неимоверное удовольствие. С диким рыком Хэ Тянь обвил подрагивающее тело руками и вжался в него что есть силы. Размашистыми и равномерными движениями он проникал в тугое и горячее нутро. То как охуенно Мо Гуань Шань сжимал член Хэ Тяня было неописуемо. Его дырка постоянно сжималась и разжималась вокруг члена, по мере того как Тянь входил в него. Малыш Мо уже откровенно выстанывал имя Тяня. Ему даже не нужно было говорить о том, что приближается его разрядка. Переместив руку на его член, Тянь начал быстро надрачивать Шаню, его рука скользила по влажному члену, сжимая его чуть сильнее возле головки, своей ладонью он накрыл истекающую смазкой головку, и начал не спеша по ней водить. Тянь ведь знает как любит его малыш, и он не собирается отказывать ему в наслаждении. Откинув голову на плечо Тяню, Мо замер в немом крике, его тело тут же прошибло судорогой, в которой его чуть ли не выламывает дугой, а голова закружилась в неимоверной пляске, тысячи фейерверков сейчас проносились перед закрытыми глазами. Шум в ушах заложил на столько, что он чуть было не прослушал протяжный и хриплый стон Тяня. Тот ещё несколько раз толкнулся в расслабленное тело и кончил прямо внутрь. Оба замерли в послеоргазменной неге. Не было желания ни шевелиться ни говорить. Было просто ахуенно. Вот так просто лежать прилипши разгорячёнными и потными телами друг другу. Надорвано дышать и пытаться успокоить бешено стучащее сердце. Тянь подрагивающими руками поддел повязку на глазах и быстрым движениям смахнул её с головы. Думаю говорить о том, что его член сразу же дёрнулся от возбуждения не стоит, но все же. Малыш Мо лежал весь в слезах и слюнях, его покрасневшие от слез глаза мутно смотрели на Хэ Тяня, а опухшие от закусывания губы влажно поблескивали, щеки горели огнём, и вообще Шань выглядел невъебически. Его хотелось оберегать и защищать, не в коем случае не давать в обиду, лелеять, одаривать любовью и заботой. Обнять прямо сейчас и никогда не отпускать. Хотелось всегда быть рядом и быть опорой для этой любимой колючки. Ну, а пока что Тянь нежно чмокнул Шаня в его веснушчатый нос и положил свою голову на тяжело вздымающуюся грудь. Слышать стук сердца родного человека было приятно, невероятное спокойствие накатило на Хэ Тяня в этот момент.