Руины

      Руины. Бездушные руины города, что был когда-то полон людьми. Ветер гоняет пыль среди кусков бетона, заметая любые следы странников. К тому же, частые пыльные бури ограничивают видимость, не играя на руку путешественникам. Лишь редкие смельчаки, которыми чаще всего являются люди в безвыходных ситуациях, пересекают эту местность. У каждого из них свои причины: для одних странствия — работа, для других — попытка разобраться в своей жизни. Кроме того, по неизвестной причине, руины не поскупятся исполнить желание достойных.       Честно говоря, я даже сам не понимаю, почему же мне приходится тревожить тишину этого места. Гораздо безопаснее было бы выполнять поручения в лагерях выживших или у Военных. Однако из-за моих проступков в прошлом мне уже не вернуться на прежнюю работу, и потому я теперь вынужден восстанавливать свой авторитет странствиями. Благо, что работа у хозяйки оранжереи не тяжела для меня, из-за моего военного прошлого. Наиболее опасными являются доставки, которыми занимается её дочь, с коротким именем Рей. И как бывший Цепной пёс, я вынужден подрабатывать её телохранителем.       Итак, выполняя очередной заказ, мы зашли в ту часть руин, в которой даже мне никогда не приходилось бывать. Самым необычным был факт того, что сквозь пыль и песок виднелась трава, хотя умниками давно было утверждено — почва после катастрофы не пригодна для растений, не считая окраин. Именно туда из оранжереи мы доставляем саженцы, чтобы восстановить экологию насколько возможно. Однако из-за ветров мы не можем даже узнать первые мы тут, и не станет ли эта вылазка последней. Рей дёрнула меня за рукав плаща, указывая в сторону. Чуть поодаль на покрытом травой холме росло дерево. Подобное принято называть миражом, но нам так не казалось.       — Полагаю, что подобное редко увидишь, не хочешь сделать привал, Рей? — совершенно спокойно, к своему же удивлению, предложил я.       Рей кивнула, и, свернув с намеченного маршрута, мы двинулись к холму, завороженные переливанием бледно-зелёной листвы. Конечно, это не сравнится с деревьями до катастрофы, но, тем не менее, это было растение, которое не могло быть никем посажено, и это было самым удивительным.       Раскинув брезент на траве, и разложив небольшое количество припасов на нём, мы сели, не сводя глаз с листьев. Да, работая в оранжерее, мы видели их каждый день. Но у этого дерева они были особенные, гораздо бледнее, но от того и более настоящие, нежели у выращенных нами растений. Кроме того, весь лагерь был огорожен стеной, которые не позволяли бурям ворваться внутрь, но в руинах ветра свободно шевелили крону дерева. Любой из выживших наверняка был бы рад увидеть подобное вновь.       — Ларёк, это дерево могло пережить катастрофу?       Честно говоря, я не знал ответа на этот вопрос, по заключениям учёных это было невозможно в пределах руин. Огромные же леса смогли выстоять.       — Я думаю, что ты сама склоняешься к тому, что не могло.       Рей отвела глаза, и затем снова взглянула на листву. Она колебалась.       — Я знаю, что не могло… Но с другой стороны, я даже не знаю в чём заключался катаклизм.       — Ты, правда, не знаешь ничего об этом?       Мне казалось, что все в курсе произошедшего, и большинство познакомились с этой бедой не по своей воле.       — Ларёк, я жила в глуши, это почти день езды до ближайшего города. Моя мама стала хозяйкой одной из оранжерей только по этому. Нас не задело, и мы узнали о катастрофе, когда уже приехали спасатели.       Ну, конечно, я совершенно об этом забыл. Мы так часто видимся с ней, и мне иногда кажется, что мы были рядом друг с другом всегда.       — Ну, тогда, позволь мне рассказать тебе о произошедшем, так как мне пришлось видеть это в первом ряду, поскольку я был военным на том объекте.       И по улыбке Рей я понял, что мне можно начинать. ***       Во-первых, в катастрофе виновато только человечество, другими словами это была техногенная катастрофа. В попытках получить идеальное оружие против враждующего с нами государства. И под «идеальным» имею в виду, что оно должно было расправиться со страной неприятеля за один удар, но при этом не сильно навредить природе. Звучит, как нонсенс, не правда ли? Но тогда нам это казалось возможным, и как военный я в это верил. Кому не захочется завладеть силой способной стереть в порошок неприятеля, не задев чаши весов экологии.       Очевидно, мы просчитались. В первую очередь умники решили наделить бомбу силой, не задумавшись о том, как они будут выполнять второе условие. Эта штука при неосторожном обращении могла уничтожить все, что мы знали, не уступая известному на тот момент атомному оружию. Один из очкастых захотел заслужить себе имя, и решил провести испытание в одиночку.       В тот вечер мой отряд возвращался на базу после патрулирования города. Мы не ожидали увидеть в окнах лаборатории свет, а когда решили проверить, что за чертовщина происходит, то обнаружили хилого учёного, что шарился по столам и внутри прототипа. Это, разумеется, было против правил: у всего штата умников рабочий день начинался и завершался в одно и то же время. Дисциплина, как и у военных, думаю, именно поэтому до того вечера катаклизма не случилось. Но этот выскочка всё испортил. Испугавшись нашего прихода, он дернулся и что-то задел своими длинными руками, активировав таймер на бомбе. Разумеется, никто не был готов к такому инциденту. Весь мой отряд поспешил поднять шумиху, поскольку самым логичным на тот момент казалось спасти как можно больше людей. Одни из нас таскали хилых ученных на руках, другие волокли их по земле, потому что те не хотели бросать свои исследования. Взяв с собой столько, сколько можно было унести, мы двинулись вглубь леса, поскольку, по словам очкастых, лес мог сдержать взрыв.       Как ты понимаешь, деревья взрыв сдержали, но вот вся остальная природа оказалась почти полностью уничтожена. Все дикие животные были убиты. Как не иронично, мы сами себя стёрли с лица Земли. Наше государство было отделено от внешнего мира стеной, из-за предположений об опасности выбросов от взрыва. Именно по этой причине мы вынуждены самостоятельно восстанавливать экологию, а люди, как твоя мама, очень ценны. У них есть самые разные растения, что вместе с силами учёных позволяет нам самим формировать природу. Возможно после флоры, мы также будем с тобой водить целые караваны животных, формируя их ареалы обитания… ***       — Именно поэтому это дерево можно назвать чудом. У меня нет ни одной идеи о том, как оно выжило, или смогло вырасти, — на этом мой рассказ закончился.       Всё было сказано, потому, поднявшись, я сорвал с дерева листок, поместив его в зип-лок пакет. Может, кто из умников в лагерях сможет выяснить, что это за чертовщина. Точно за тем же я взял образцы коры и почвы. Рей к этому же времени уже аккуратно свернула брезент. Мы были готовы двинуться дальше.       Солнце уже начинало садиться за горизонт, украшенный множеством разрушенных зданий. Всё-таки мы оставались в руинах. Руинах одного города, в прошлом полного людьми. Неужели он пуст из-за нас?