Зеркало

Следующее утро встретило парня чувством разбитости: голова болела, как после вселенской вакханалии, мышцы ныли, как после хорошей тренировки в спортзале, да и разум парня нельзя было назвать отдохнувшим. Честное слово, если бы парню позволили остаться в кровати, он, по собственным ощущениям, не стал бы вылазить из-под одеяла-облака ближайшие лет сто. К несчастью, пары никто не отменял. Хорошо хоть их было относительно немного — всего три. Просто вау. Ноги падают с кровати на пол, парень трёт глаза, чтобы поскорее проснуться, ну, а дальше все, как обычно, — быстрые водные процедуры, сборы необходимой университетской утвари и прощания с домашний уютом часов на…много. — Я бы отменил того, кто придумал утро, — недовольно промычал себе под нос парень, направляясь к нужному корпусу университета. Добирался до учебного заведения Хан всегда пешком — минут 15 хотьбы. Хоть голова проветривается, ей богу. Вот маршрут преодолен, Джисон собирается заходить в здание, как вдруг его окликает знакомый голос. — Приветствую товарища-каменщика, — шуточка подстать звезде тик-тока Феликсу. Обернувшись к собеседнику лицом с целью кинуть что-нибудь смешное в ответ, Джи заметил, что друг приближается к нему в компании Минхо. Старший, заметив на себе взгляд Хана, скривил лицо в гримасе отвращения в совокупе с презрением и что-то сказал Феликсу. Джи стоял не так уж и далеко, однако расслышать сказанного не смог. Видимо, автор реплики намеренно говорил тихо, лишь для одного слушателя. Нутро начало паническую пляску. Осадок оставлял не только приватный диалог между парнями, визуальным свидетелем которого стал Хан, но и сопутствующее выражение лица старшего. — Да что не так то?! — мысленно бесновался парень. — Вот серьезно, это уже начинает дико бесить. Поток негативных мыслей прервала реакция со стороны Феликса на замечание Минхо, о чем бы там оно ни было. Всей сути парень не знал, но был уверен, что речь шла о нем, и что друг его, по ходу дела, пытается защитить Джисона. Душу окутало что-то теплое. Приятно. — ..да ты наверняка что-то попутал, хён. Я его хорошо знаю, он просто не способен на такое! — Ха, — в реакции слышится раздражение, — как знаешь, мелкий. Помни, что я тебя предупреждал. Не хотелось бы мне, чтобы ты водился с таким, — отчеканив последнее слово с особой ненавистью, Хо одарил Сона леденящим взглядом, и, толкнув того плечом, удалился в направлении собственной аудитории. Черт, а ведь этот взгляд Хан уже где-то видел! Где же.. — Апчхи! — внезапно вылетело из парня. — Ого, я думал где-то бомба взорвалась. Ты как вообще, все нормально? Это ты после вчерашнего так? — затараторил Феликс, будто находился на рэп батле. Ей богу, приз был бы его, будь оно так. — Что случилось? И вообще, что с твоей щекой? — Да наткнулся вчера на какого-то придурка. Как таких свет носит — загадка. — Жесть, говоришь практически как Минхо. Что, кстати, между вами двумя произошло? Вы... — О, боже, даже не упомянай его при мне, — перебил Ликса Джи. — При таком отношении к себе я не собираюсь как-либо с ним контактировать. Да и желания, собственно, нет. — Ладно. — Феликс не стал лезть дальше, но был уверен, что между его друзьями произошло недопонимание. Их обоих он знал достаточно, чтобы заявлять об их порядочности и красоте натуры. — Ну, — воскликнул Ликс, закинув свою руку на соново плечо, не желая дальше выводить друга на разговор. Тема, судя по всему, была болезненной, — вперёд и с песней! Время грызть гранит науки, эксперт — и откуда столько оптимизма. — С чего бы эксперт?.. — недоумевает Джисон. — Так ты же белка, — разразился смехом Феликс, — у грызунов это в крови, — улыбочка от уха до уха с нотками садизма. На такую шутку друга Хан лишь закатил глаза, обречённо выдохнул и мысленно отметил себе отомстить потом другу и за подколы, и за постоянные набрасывания на плечи парня. Сону уже иногда кажется, что он дружит не с человеком, а с мешком картошки, который везде и всегда приходится таскать у себя на плечах. Пары прошли достаточно спокойно, удивила разве что замена лектора по мат. анализу. Чхве, видимо, отравился собственным ядом, раз не смог сегодня выйти. Ну, и черт с ним. Теперь, когда Хан дышал сладостным воздухом истинной свободы, он мог с чистой совестью пойти домой и отоспаться. Всё-таки с самого утра чувствовал себя парень как-то не очень. Будто его несколько раз пережевали и выплюнули. Решив, что прогулка поможет ему слегка освежиться, Сон пошел домой по дворам, увеличивая тем самым путь до дома, да и время прогулки. К тому же в таких местах реже встречаются люди, и воздух там чище. Прямо-таки оазис спокойствия в пустыне городской суеты. Жаль Феликс быстро после пар убежал куда-то, можно было бы с ним прогуляться — он тот ещё авантюрист, согласился бы на любой кипиш. Зато можно голову проветрить. Прогулочным шагом парень уже преодолел половину всего маршрута, как заметил копошение у входа в один из подъездов дома, из-за стены которого сам только что вышел. Хан слегка испугался, ведь всегда ходил по улице, слушая музыку в наушниках, поэтому на все необычные движения реагировал небольшим вздрагиванием. В этот же момент он спрятался за косяком дома. Выглянув из-за угла, Хан, взору которого предстала удивительная картина, опешил, потеряв дар речи. Знаете этот троп в романтических комиксах, когда девушка видит улыбающего громилу, что всегда выглядит так, будто сбежал с поля боя и готов прикончить всех вокруг в любой момент, с котёнком? Теперь Джи уверовал в силу этого тропа на все сто процентов. Он увидел чудесную улыбку и глаза полные счастья, а, сняв наушники, услышал заливистый смех, что трогал душу, будто наполняя мир вокруг красками. Минхо в это мгновение сделал мир Хана ярче. Словами не описать насколько. Его привычное каменное лицо, от которого всегда веяло холодом, и леденящий взгляд, который парень кидал в сторону Джисона все то время, что парни знаю друг друга, сменились сплошной теплотой, что была способна тронуть любого. Казалось, от этой картины Сон мог расплакаться. Отвернувшись от происходящего действа, чтобы слегка успокоиться, и прислонившись спиной к бетонной стене, парень схватился за грудь. Сердце отплясывало чечётку: такое сильное воздействие оказала полярность этого человека. Захотелось узнать, о чем же думает Хо и что он за человек? Желая посмотреть на старшего вновь, Джисон снова выглянул из-за угла здания, но, к сожалению, Хо, подобно наваждению, исчез, оставив после себя только игривых котят, зарядившихся позитивом от внимания старшего. Придя домой, Сон решил заварить себе чай и, поставив чайник, отправился в комнату переодеться. И вот домашняя одежда сменила уличную, как вдруг раздался писк восторга. Откуда же? — Боже мой! — воскликнул парень. — Что за чертовщина? Больше всего Хана напрягло не то, что ему опять что-то послышалось, а то, что голос, который он услышал напомнил ему его собственный. Слуховые галлюцинации вышли на новый уровень? — Ах, прости, я и забыл, что ты такой пугливый. Окей, а вот это реально пугает, причем не на шутку. Насторожившись, Джисон принял некое подобие боевой стойки, чтобы обороняться, в случае чего. — Кто ты? — выкрикнул хозяин квартиры. Подумалось ему, что он сможет доминировать над неизвестностью, если прикрикнет на нее, хотя сам слышал посторонний голос так отчётливо, будто его таинственный собеседник находился в нескольких шагах от него. Но где же?.. Тишина. Она, по-моему, ещё никогда так не пугала парня. От внезапного щелчка, что говорил о том, что вода в чайнике вскипятилась, Хан вздрогнул. Вся сложившаяся на его территории ситуация его ужасала, поэтому, недолго думая, парень захотел вызвать полицию и сообщить о незаконном проникновении, как таинственный собеседник вновь подал голос. — А ты забавный, — небольшая пауза. — Милашка, — заливистый смех. Хан остолбенел, на лбу и спине выступили капельки холодного пота. Набрав номер службы правоохранительных органов, парень стал активно осматривать комнату: он заглянул под кровать, — шло соединение, — он бросил неуверенный взгляд в сторону занавесок у окна, — пошли гудки, — он перевел взгляд на зеркало у кровати, — соединение оборвалось. Джисон задержал дыхание от испуга и выронил телефон, приземлившись на кровать. — Да что за чертовщина тут творится? — смешок в состоянии исступления. На Хана смотрел он сам. Точнее кто-то очень похожий на него, но чисто внешне. Отражение сидело на кровати, как и Джи, но поза его источала уверенность, а на лице застыл самодовольный оскал. — О, чудо, ты наконец заметил меня, — прозвучало чарующе. — А мне уже казалось, что завладеть твоим вниманием не представляется возможным, — обречённых вздох с наигранной обидой. — Ты что такое? — вбросил парень на грани истерики. — Что тебе от меня нужно? — Как банально, Хан Джисон, — снова этот оскал. Маньяк. — Почему мне обязательно должно быть что-то от тебя нужно? — Откуда ты знаешь мое имя? — суть вопроса собеседника была полностью проигнорирована. — Глупый, почему же я не могу знать твоего имени? Я — это ты, конечно мне про тебя все известно. — Что это значит? Я тебя совсем не знаю! — Конечно же тебе про меня ничего не известно, ведь я сразу сказал лишь то, что я — это ты. Это не значит, что ты — это я. — Я тебя совсем не понимаю, — выдохнул Хан, прикрыв глаза и закрыв лицо руками. В какой-то момент он совершенно перестал осознавать всю необычность общения с «самим собой, коим он не является» через зеркало. Он ощущал лишь вселенскую усталость и желание абстрагироваться от мира. Лет на сто. — Черт, видимо ещё пока слишком рано, — выражение лица собеседника внезапно поменялось. Появился осадок расстройства. — Что ты имеешь в вид… — Джисон не успел договорить. Внезапно голова его опустела, силы полностью покинули тело. Глаза закатились. Парень рухнул на кровать всем телом, потеряв сознание. — Как жаль, что наше время пока ограничено. Надеюсь в скором времени ты сможешь составить мне компанию на более длительный срок. Ты не представляешь, насколько мне… А, хотя не важно. Спокойной ночи, Хан Джисон. — незнакомец растаял. Теперь на зеркальной глади отображалась лишь моська сопящего Сона.