Новое начало

Реджине Миллс казалось, что её жизнь прекрасна: лучшая подруга, которая примчится среди ночи с любого конца земли, если потребуется; любимая работа, которая приносит удовольствие; любимый мужчина, который понимает с полуслова. Реджина — сирота. Она потеряла родителей, и Эмма Свон — единственное, что осталось у неё из детства. А ещё шикарный дом где-то у чёрта на куличках, куда Миллс ездит раз в год — на Рождество. Грэм сделал ей предложение три недели назад, они планировали свадьбу, никуда не торопясь, и Эмма как всегда была рядом, помогала выбрать ресторан, платье, рассадить гостей и разослать приглашения. Всё было так прекрасно, и девушка была так счастлива, что удара в спину просто не ждала. Реджине Миллс казалось, что она счастлива, но в свой тридцатый день рождения она поняла, что это лишь иллюзия. Она живёт в обмане и лжи, среди людей, которые уже бог знает сколько времени втыкают ножи ей в спину. В гостиной фоном играла весёлая музыка, и Реджина, пританцовывая, добавила последние штрихи на праздничный стол: поставила салфетки и разложила столовые приборы. Миллс не любила шумные компании, поэтому отмечала день рождения в кругу самых-самых любимых людей: Эммы и Грэма. Убедившись, что стол идеален, Реджина пошла искать подругу и жениха. Их нигде не было, и девушка поднялась наверх, поочерёдно заглядывая во все комнаты. Она не могла понять, куда они запропастились, а дом у Грэма был большой, и нужно было постараться, чтобы что-то или кого-то в нём найти. Мужчина всегда говорил, что хочет большую семью, они обсуждали возможных будущих детей и сошлись во мнении, что жильё поменьше им не требуется. — Я так больше не могу, Грэм. Меня бесит, когда твоя рука ложится на её талию, когда твои губы целуют её, когда ты улыбаешься ей и когда говоришь, что любишь. — Эмма протараторила это практически на одном дыхании. Девушка была взвинчена и расстроена, она понимала, что предаёт подругу, но и отказаться от своих чувств к мужчине не могла. — Но я люблю её, — как ни в чём не бывало сказал Грэм, как будто эта фраза должна была расставить все точки над "i", но не всё так просто, как ему казалось. — А я — тебя, — она определённо его огорошила этой новостью. — Знаю, всё начиналось как интрижка, но, чёрт, я люблю тебя, Грэм. Я хочу, чтобы ты знал об этом, и хочу, чтобы знала Реджина. — Эмма продолжала настаивать, пытаясь достучаться до любовника. — Мы поженимся! — прикрикнул Грэм, выпучив глаза. На какую-то секунду он испугался, что Эмма действительно всё расскажет подруге, и он потеряет невесту. — Вот именно! — повысила голос и Эмма. — И мне нужно либо перестать быть твоей любовницей, либо перестать быть Реджине подругой. Ни того, ни другого делать я не хочу, но иначе никак! Слёзы сами собой навернулись на глаза, и Реджина тихонько толкнула дверь. — Реджина? — всполошился Грэм. — А мы тут… Слова были лишними, идиоту было понятно, что Реджина всё слышала. И Эмма, и Грэм что-то говорили, но Миллс не слушала, она просто смотрела на их лица, видела открывающиеся рты и бегающие зрачки, но не слышала ни единого слова, и всё, чего ей хотелось, — сбежать. Наверное, они говорили слова в своё оправдание или пытались её успокоить, но Реджине было плевать, она просто развернулась и ушла. Пребывая то ли в шоке, то ли просто в расстройстве, Реджина вышла на улицу, схватив свою сумочку. Она сменила домашние тапочки на сапоги, но вот о пальто совершенно не подумала и ушла в одном платье. Кожа её покрылась мурашками вмиг, тело взял озноб, всё-таки была зима, но она шла к машине, не замечая и не слыша ничего вокруг. Всё для неё просто замерло, существовали лишь она и слова Грэма и Эммы, вновь и вновь звучащие в голове Миллс. На автомате она достала ключи из сумочки, сняла машину с сигнализации, уселась в салон и, провернув ключ зажигания, дала по газам. Ей было плевать на правила, ограничения скорости и других участников дорожного движения, она хотела сбежать и по привычке поехала туда, где всегда было хорошо, уютно, спокойно и весело — в дом своих родителей. Из-за сильного снегопада ей пришлось добираться дольше обычного, и когда она была почти у цели, всё полетело в пропасть. Машина заглохла, и после нескольких попыток завести её Реджина наконец обратила внимание на то, что у неё закончился бензин. — Твою мать, ну просто замечательно! — проорала Миллс на весь салон авто, хлопнув ладонью по рулю. До дома её родителей оставалось всего ничего, но идти пешком по сугробам, под снегопадом и ветром, да ещё и в одном платье — так себе перспектива. Но с другой стороны, выбора-то у неё особо не было. Кругом лес, не сидеть же ей в машине и ждать у моря погоды, авось кто-нибудь да найдёт её. Реджину отвлёк тихий стук в стекло, и она от неожиданности подпрыгнула на месте. Повернув голову влево, девушка наткнулась на приветливый взгляд и милую улыбку, а затем приоткрыла окно. — Вам нужна помощь? — приветливо отозвался мужчина. — Что вы тут делаете? — ответила вопросом на вопрос. Реджина была крайне удивлена. Домов в этом кооперативе было мало, и практически все выставлены на продажу и пустуют, встретить здесь человека — редкость. — Я купил дом пару недель назад. — Он кивнул в сторону своего жилища. — Я Робин. Робин Локсли. Так вам нужна помощь? Реджина повернула голову вправо и только сейчас разглядела свет в окне одного из домов.