Подаренная судьбой. Иной Мир

      Лив стояла в уже знакомых покоях. Была ночь и помещение освещал огонь в камине, приятно потрескивая поленьями. Но тишина длилась совсем недолго. В следующее мгновение дверь в покои открылась с такой силой, что ударилась о стену, зазвенев металлическими петлями. Первой в комнату буквально влетела девушка в голубом платье, упав на пол, но тут же встала, со злобой смотря на вход в покои. Следом зашел высокий мужчина, закрыв за собой дверь. - Может уже хватит? Вам мало всех тех издевательств, что вы совершаете над ним? Зачем сюда пришли цверги? Что с ним собираются сделать? - Это уже не касается тебя! – мужчина прошелся по покоям – Сколько раз я должен повторять, не водись с Плутом! Почему ты не можешь понять того, что эта связь тебя погубит? - Потому что я люблю Локи и не ты, отец, не Всеотец этому не помешаете! Я убегу с ним из Асгарда и вы нас не найдете!       Мужчину это явно разгневало. Он оказался рядом с дочерью и ударил ее по щеке. Оливия схватилась за свою щеку, ощутив этот удар: покрасневшую кожу неприятно жгло. А девушка отвернулась от отца, с трудом сдерживая слезы. Она отошла к камину. - Это ничего не изменит, отец… Сама Урд свела нас вместе, а ты хочешь ей перечить? - Я сказал свое. Ты – будущая царевна, наследница наших сил и обычаев, и я сделаю все возможное, чтобы ты никогда не была с этим лжецом. Я сам лично выдам тебя за царевича Ванахейма, чтобы наладить с ними отношения       Девушка резко обернулась к отцу. Тот уже выходил из покоев. Девушка побежала к двери, но мужчина резко закрыл ее. Она забарабанила кулачками по деревянной поверхности, выкрикивая, чтобы ее выпустили. Но, видимо, отец запер ее. Съехав на пол, девушка прижала ноги к груди и заплакала в голос. Лив медленно подошла к ней и села рядом. Казалось, что боль, которую чувствовала юная Богиня, передавалась и ей. “Это не честно! Он не имеет права указывать, что мне делать!” – кричала девушка. Оливии так хотелось успокоить ее, обнять, погладить по длинным золотым волосам, дать что-то холодное, чтобы она приложила это к пылающей щеке. Но рука валькирии только проходила сквозь Богиню – от этого на душе смертной становилось только хуже и печальнее.       Юная царевна успокоилась только поздней ночью. Она поднялась с перины, стерла остатки слез с лица и начала переодеваться. Вместо платья, она надела штаны и тунику, набросив на плечи плащ из шкур. Из-под подушки она достала еще что-то маленькое и положила в сумку. Она попробовала открыть дверь – заперта – и решила покинуть покои через окно. Подойдя к балкону, девушка перевесила ноги через каменный борт, вытянула руки к небу и зашептала: - Ansuz…Gebo…Ehwaz… Ansuz…Gebo…Ehwaz…       Ветер поднялся сильнее, подхватывая своими потоками тело девушки и аккуратно спуская ее на землю. Недолго думая, она побежала к небольшому домику, который Всеотец выделил для Локи. Внутри было очень темно. Богиня прошла чуть вперед, пока не услышала болезненный стон хозяина. - Локи? Ты здесь? – она пыталась хоть что-то увидеть – Локи, нам нужно бежать… Отец удумал выдать меня за Ванахеймского царевича…       Небольшой огонек зажегся в углу дома, освещая лицо ее любимого. Увидев Коварного, девушка охнула, прикрыв рот ладошкой. Губы Бога Лжи пронзали нити, который он сам вырывал из кожи. Царевна подбежала к нему, положив руки мужчине на щеки. - Не говори, что это они сделали… - он коротко кивнул – Нет, почему не подождал меня, я бы все аккуратно срезала - Ты готова уйти только ради меня? - Конечно, как мы и хотели, подальше от Асгарда, от моего отца и деда - Долго не сможем скрываться…       Локи вытянул вперед руки, скованные золотыми браслетами. Совсем незаметно от них тянулась нить куда-то за пределы дома. - Что это? - Подарок от твоего деда… Он пытался лишить меня магии       Девушка сорвала с туники небольшой лоскут, обмакнула его в воде и аккуратно начала протирать губы любимого. Все это время она не спускала взгляда с ярко-желтых глаз, в которых горела ненависть ко всем Богам Асгарда. Она осторожно убрала оставшиеся нити, вынула из сумки яблоко из сада Идунн и протянула его рыжеволосому Богу. Кровь мгновенно остановилась, раны срослись, но оставили неаккуратные шрамы. - Погоди… Он тебя ударил? – Локи заметил след на щеке Богини – Бальдр поднял на тебя руку? - Я не хочу делать так, как он велит… Вот и получила… Не важно...       Оливия видела, как глаза Бога Коварства залились настоящей яростью, браслеты засияли. Он оскалился, но быстро успокоился, и взял девушку за руки. - Я не смогу надолго взять чей-либо облик… Найдем тонкое место и отправимся в Железный Лес. Матушка ненадолго приютит тебя, а я еще кое-что сделаю…       Оливия поморщилась и открыла глаза. Первый, кого увидела девушка – был Локи. Рыжеволосый Бог стоял к ней спиной, оперевшись о резное изголовье перины и практически не двигался. Казалось, он бесцельно смотрел в стену, погруженный в свои размышления. Только светловолосая начала ворочаться, как желтые глаза прожгли ее беспокойством. Локи подошел ближе и склонился над ней, оставив на лбу легкий поцелуй, а затем прикоснулся к нему своим. - Думал, не очнешься… Ну, и напугала ты меня, золотко – прошептал он охрипшим голосом - Что случи… - ее сознание пронзила стрела ясности – Один… О, нет, не говори, что нас все же поймали…Что я наделала?       Девушка приложила руки к лицу, закрывая его, желая избавиться от воспоминаний. От уголков ее глаз потекли слезы, которые она не пыталась сдержать. Локи приподнял ее и обнял, утешающе поглаживая по спине. - Хватит слезы лить, золотко. Все живы, хоть и попали в Асгард - В Асгарде?! – удивилась дева, отстранившись от мужчины – Мы в чертоге Одина? - Да, но к великому счастью, старик сейчас собрал всех Богов, чтобы решить нашу судьбу… Так что на какое-то время дворец в нашем распоряжении       Его глаза привычно заблестели, а широкая улыбка так и манила согласиться на очередную пакость. И Оливия не смогла противится этому. Она согласилась: может, так она на время забудет об Одине и предстоящем разговоре с ним. Лив, все еще, чувствовала слабость в теле, а когда Локи сказал, что она спала почти сутки, то была слегка шокирована. За пределами дворца близился закат, а ночью их точно никто не вызовет к Всеотцу. - Как ты себя чувствуешь? - Бывало и лучше, но подняться, думаю, смогу       Лив аккуратно встала на ноги. Ее тело била мелкая дрожь, а голова кружилась, но в остальном все было хорошо. “Сейчас бы поесть” – подумала девушка, слыша, как заурчал ее желудок. - Ну-у-у, в залу нас с тобой никто не пустит, но вот украсть из кухни несколько тартинок с джемом и мед, мы сможем - Боюсь, Один это не одобрит - Вряд ли он считает, сколько у него на кухне припасов. Идем, покажу тебе дворец       Он взял валькирию за руку и наложил на обоих морок – не хотел попадаться кому-либо на глаза, особенно Хеймдаллю. “Для начала сходим в сады Идунн, она-то точно исцелит тебя” – сказал трикстер и повел ее в нужном направлении.       Все было, как в сне русоволосой: широкие лабиринты коридоров с высокими потолками, статуи Богов, снующие отовсюду слуги и обитатели чертога. Через какое-то время они вышли в сад, прошли мимо той самой яблони, которая ничуть не изменилась.       Среди высоких яблонь бродила стройная женщина. Легкое платье с золотой вышивкой колыхалось на ветру, в подол фартука она собирала золотые яблоки, что-то при этом напевая. Локи убрал морок, и женщина оглянулась на гостей. - Ну, надо же, кого вернули в нашу обитель. – произнесла Идунн и посмотрела на Лив – Не та ли это дева, что смогла пересечь границу в Мир Богов? - Она самая. Золотко, это Идунн. Идунн, это Лив. – она обратился в Богине – У меня к тебе небольшая просьба, по старой дружбе, так сказать       Идунн высыпала собранные яблоки в корзину и села под деревом. Она протянула руку к мидгардке, прося ее подойти ближе. Локи быстро объяснил, что случилось со смертной и что Оливия нуждается в помощи. Богиня еще раз глянула на девушку, провела рукой у ее лица, будто, стирая что-то, и достала из корзины яблоко. Небольшим ножом, что был подвязан к поясу, Богиня отрезала от плода совсем небольшую дольку и протянула ее русоволосой. - Думаю, для смертной такой кусочек не будет губительным       Оливия с опаской приняла дольку и съела ее. В ту же секунду она почувствовала прилив сил, руки перестали дрожать, голова уже не болела. Валькирия облегченно вздохнула и отблагодарила Богиню. - Тебе бы подальше держаться от Хеймдалля, Коварный. Он уже наслышан о твоем возвращении и только в предвкушении вашей аудиенции с Одином - Ну, пока они все заняты, этой канарейки можно и не раз подпакостить – хитро усмехнулся Бог Лжи - Не рискуй, Локи… Сколько раз это происходило, и чем все заканчивалось? В этот раз можешь пострадать не столько ты, сколько дите Мидгарда       Локи посмотрел на Оливию. Что-то в его взгляде было иное, что насторожило девушку. Рыжеволосый попросил ее прогуляться по саду, чтобы поговорить с Идунн “с глазу на глаз”. Валькирия не стала спорить, и пошла к той яблоне, что была в ее сне. Сев под ней, девушка задумалась. Очередной сон раскрыл ей новое о Локи, о его жизни. Лив коснулась своей щеки. “Я так его почувствовала, будто, ударили меня” – думала она, прокручивая перстень на пальце. “Зато теперь я знаю, что она как-то связана с Одином… Все это связанно с Одином” - Не скучала, золотко?       Лив вздрогнула от резкого появления Бога Коварства. Он помог девушке подняться и решил все же посетить кухню. Благо в помещении никого не было и они без проблем набрали побольше съестного. В итоге, в покоях, где очнулась Оливия, оказался небольшой бочонок меда, жареная кабанина и тартинки с джемом. Валькирия с удовольствием принялась трапезничать, наконец, утолив голод и окончательно восстановившись после Дикой Охоты. - О чем ты говорил с Идунн? – поинтересовалась Лив - Чтобы она была на нашей стороне, когда Один будет выносить нам приговор. – плут отхлебнул меда – Все же, я когда-то спас ее от Тьяцци - Это кто? - Великан, который ее похитил… Хотя тут тоже есть моя вина, я ее выманил из Асгарда…       Лив усмехнулась. - Что Один может сделать с нами? – она тоже глотнула меда, чтобы успокоится – Мне страшно… - С тобой, возможно, ничего, а вот меня он не пожалеет… Зато есть шанс, что тебя вернут в Мидгард… как ты и хотела - Но, я не хочу больше в Мидгард. Я же еще на берегу, тогда, сказала - Он не оставит тебя здесь, - а затем тихо добавил – снова отправит куда подальше       Оливия не расслышала последней фразы. Она решила, что если уж ее отправят обратно в Мидгард, то хоть оставшееся время провести с Богом Коварства. Они, сидя на перине, разговаривали обо всем, Лив слушала историю о спасении Идунн, о ётуне Тьяцци, рассказал Локи и о своих “замечательных” отношениях с Хеймдаллем. Мидгардка с упоением слушала его, попивая мед, смеясь над его шутками.       Только поздней ночью они просто лежали вместе. - Знаешь, золотко, мне б пора вернуться туда, куда упек меня Один - Что? Почему? - Ну, вообще, я тут не должен находиться, и выходить мы с тобой не должны были - Не уходи… Останься со мной, прошу…       Не дожидаясь ответа, Оливия подтянулась к лицу трикстера, поцеловав его. Ответ последовал незамедлительно. Валькирия оседлала его бедра, упершись руками на его грудь. Гелиодоровые глаза потемнели, мужчина хитро улыбнулся ей. - С каких пор в тебе проснулась храбрость? – спросил он, обводя ладонями бедра смертной – И что ты хочешь? - Если Один отправит меня обратно… я хочу запомнить этот день навсегда… - Все, что пожелаешь…       Глаза Бога Лжи ярко сверкнули, губы растянулись в наглой ухмылке. Лив, под действием охмеляющего напитка, даже не заметила, как оказалась прижата к мягкой постели. Горячие руки залезли под плотную тунику, лаская девушку и медленно снимая с нее одежду. Русоволосая наблюдала из-под полуопущенных ресниц, как Локи оставлял влажные дорожки поцелуем от ее губ к шее, к груди, ниже по животу. Она откинулась на шкуру, когда плут устроился между ее ног, разведя их в стороны. Не сводя взгляда с мидгардки, он припал губами к ее лону – Лив не сдержала громкий стон, но, вспомнив, где они находились, прикусила губу, заглушая себя. Руки мужчины бродили по ее телу, до сладостной боли сжимая грудь и бедра, сильнее разгорячая девушку. Оторвавшись, он поднялся к лицу девушке, прикусил мочку ее уха и хрипло произнес: -Ты слаще любого меда, золотко…       Сняв с себя всю одежду, Локи лег на перину – русоволосая вновь оказалась сверху. Приподнявшись, она опустилась на его плоть, начав двигаться. “Какая ты нетерпеливая” – усмехнулся рыжеволосый мужчина. Пальцы Бога сжали ее ягодицы, управляя ее движениями и не давая девушке ускоряться. Из головы уже давно вылетели мысли об Одине и предстоящем наказании, она смотрела в сияющие глаза трикстера, стараясь запомнить это мгновение. Длинные пальцы сильнее впились в ее кожу, говоря, что нужно ускориться – валькирия не сопротивлялась. Она уже не пыталась сдерживать громкие стоны. - О, Лив…       Он провел большим пальцем ее приоткрытых губ. Мидгардка ускорилась, чувствуя, что вот-вот достигнет пика удовольствия. Через несколько секунд она прикусила нижнюю губу, заглушая крик. Со стоном к ней присоединился Локи. Оливия опустилась на перину и подползла под бок трикстера, расслабляясь и переводя дыхание. - Ты можешь кое-что пообещать, золотко? - Что? – она приподняла голову, заглянув в желтые глаза - Что бы завтра не сказал Один или кто-то из Богов… не верь им - Я что-то еще не знаю? - Многое, но Один мастер разговоров. Может перевернуть все в свою пользу. Просто не верь ему… Я тебе ни разу не соврал…       Оливия проснулась в покоях одна. На краю перины лежала новая, аккуратно сложенная, одежда. Так же на столике стояла чаша с теплой водой. Валькирия быстро привела себя в порядок, оделась и заплела волосы. Она вновь начала волноваться, думать о предстоящей встрече с Богами Асгарда. Тело начала пробивать дрожь, еще и Локи не было рядом, чтобы она могла успокоиться. - Надеюсь, что все пройдет хорошо – тихо произнесла русоволосая       Она села на край перины и стала ждать, что кто-то придет за ней и отведет в нужную залу. За дверью послышались шаги и вскоре она распахнулась. У входа стояла Идунн. - Доброе утро, дитя. Пошли, нас уже ждут       Кивнув, Оливия поднялась и пошла вслед за Богиней. Волнение нарастало с каждым шагом, даже слова женщины, что ей не стоит бояться, не помогли. Смертная прекрасно помнила, какой силой обладал Всеотец, а еще не переставала повторять слова Локи о том, что нельзя никому из Богов доверять.       Она так погрузилась в свои мысли, что не заметила, как Идунн открыла перед ней высокие двери, впуская в залу. Лив, глубоко вздохнув, вошла внутрь. Ее взору предстало просторное помещение, в котором полукругом сидели Боги. Всего мест было двенадцать, но некоторые пустовали. Во главе всех сидел Один, над ним голосили его вороны, у ног лежали два волка. Уже знакомые Фригг и Тор располагались по обе стороны от Всеотца. Идунн заняла место рядом с мужчиной с харпой. Русоволосая дева не смело сделала несколько шагов вперед и остановилась, смотря на Одина. В его единственном глазе она видела силу, негодование и каплю какой-то тоски.       За спиной снова раскрылись двери, и вошел высокий мужчина в золотых латах, который вел за собой Локи. Бог Обмана поравнялся со смертной, бегло взглянув на нее. - Зачинщик Несчастий. Нарушитель Границ… Сколько бед вы принесли Асгарду и народам других Миров - Каких? – возмутилась Оливия – Бьерканар сгорел из-за нападения Тора, в Льёсальвхейме мы вели себя достаточно мирно… Да, я попала сюда, нарушила ту самую границу, но я уже в какой раз повторяю, что это вышло случайно. Локи помогал мне искать путь назад - Локи? – Один перевел тяжелый взгляд на плута – С каких пор в тебе проснулось бескорыстие и жалость, Коварный? - Они и не спали…Просто решил помочь – легко пожал плечами Бог Огня - С каждого из асов ты просил что-либо взамен, “услугой за услугу”… Что ты задумал? - Ничего… Помогал Лив добраться до Мидгарда, при этом спасая ее от Тора - Ты ее не вернешь, Локи, сколько бы не пытался… Форсети лично убил сестру       Оливия осторожно посмотрела на Бога Коварства. Он сжал кулаки до белизны костяшек, в глазах зажглась та ненависть, которую она видела в своем видении. Казалось, будь его воля, и вся зала бы сейчас горела вместе с Богами. Девушке стало не по себе от этого взгляда: Один явно давил на самое больное. Она решила вмешаться: - Может, наконец, скажите, что будет со мной? Куда я попаду? - Расскажи мне, дитя, как ты оказалась в Асгарде?       Лив возмутило то, как Всеотец уходил от ее вопросов, не слышал то, что она говорила – будто, смертная существовала только тогда, когда ее спрашивали. Она долгое время молчала, смотря на Одина, но, под его грозным взглядом, сдалась и начала рассказ: - В Норвегии мы пошли в пещеру, где я нашла зал с ключом. Как только я коснулась его, пещера начала обрушаться, а я оказалась под завалом… Когда очнулась оказалась здесь, в теле Локи… – машинально Оливия начала прокручивать перстень на пальце – А потом Хугин и Мунин… Начало нашего путешествия… - Как тебе удалось так долго находиться в тени от моего взора?       Один встал с трона и медленно двинулся к Лив. Она отступила назад. Подойдя к смертной, старик протянул к ней руку. “Отдай этот перстень” – требовательно сказал он. Мидгардка спрятала руку за спину, отрицательно мотая головой. Один повторил свою просьбу, но уже более грозно. - Я умру без него. Оно держит мой дух в теле - Кто тебе сказал это? - Локи – ответила она, посмотрев на Бога Коварства - И ты поверила Богу Лжи? – усмехнулся Всеотец – Тогда скажи, почему же ты выжила, попав в Ётунхейм? - Я… - замешкалась Лив - Оно было хорошо зачарованно. Не надоедай бедной девушке, она итак тебя боится – вмешался Локи – Может, мы с тобой договоримся? - Я тебя не спрашивал – сухо произнес старик, и вновь обратился к смертной – Так, ты ответишь? Нет? А я знаю, зачем тебе это кольцо…       Один отошел в сторону, вычерчивая наконечником Гунгнира в воздухе несколько рун. Это действие насторожило Локи: он стал вырываться из хватки Хеймдалля, тихо произнося - “Не смей”. Русоволосая дева, наоборот, совсем не понимала, что происходило, даже когда воздух в месте нарисованных рун заискрил и начал искажаться, появилась дымка. - Сними перстень – потребовал Один       Лив взялась за украшение и посмотрела на Бога Обмана. “Лив… я никогда не врал тебе” – прошептал Локи, смотря ей в глаза. Зажмурившись, дева еще долго думала, что делать. “Я верю ему, но… Оно же не снялось в прошлый раз”. Она выдохнула и начала стягивать перстень с пальца. Металл от ее действий начал накаляться, но Оливия все равно довела все до конца. Сняв перстень, она положила его в раскрытую ладонь Одина и отошла на изначальное место. Старик сжал его в руке – послышался треск – и высыпал осколки на каменный пол. - Этот перстень скрывал тебя от моего взора… Тебе ничего не будет от нахождения в Мире Богов - Нет! Не говори ей, она еще не готова - Не готова? – повторила Лив, поочередно смотря то на Одина, то на Локи – Не готова к чему? Что вообще происходит? - Вижу, даже с длинным языком, ты не смог ей разболтать ее происхождение? - Что?! – Оливия уставилась на Локи – Происхождение? О чем он? - Не слушай его, золотко - Молчать! – грозно произнес Один, ударив копьем по полу       В зале наступила гробовая тишина. Кто-то из Богов подхватил Лив под руки и подвел к искаженному месту. Как бы она не противилась, ее попытки никак не действовали на соперника. Один отошел к Локи, а Лив так и держали у странной дымки, Бог ожидал приказа Всеотца. - Думаешь, я просто так отправил ключ в Мидгард? – спросил он у плута и громко начал свой рассказ – Я намеренно спрятал ключ там, где Злокозненный Плут его не найдет, у него не будет больше помыслов грозить нашему Миру гибелью. Я, как мог, спасал нашу обитель от Рагнарёка… Но, волей случая, ты, Лив, оказалась здесь, - он указал на рыжего мужчину – а ты намеревался использовать ее в своих замыслах против Асгарда? Теперь она вернется в Мидгард и больше ее никто не побеспокоит - Нет! Ты уже отнял у меня все! – в ярости крикнул Бог – Все, что я ценил! Не трогай хотя бы ее! - Ты сам виноват в этом, Злокозненный Плут. Ты породил чудищ, что грозили нашему Миру, заморочил голову Идунн, обманул Фрейю, убил Бальдра, из-за тебя убили мою внучку… И я должен жалеть тебя? Я давал тебе шанс, брат, но ты каждый раз предавал меня - Оставь ее, прошу…       Один посмотрел на Локи. Впервые Лив увидела столько боли в его глазах. “А ведь Локи был прав… Один все переворачивает так, чтобы он был в выигрыше…” – подумала она. Пока она витала в своих размышлениях, Всеотец приказал увести Бога Коварства. Хеймдалль как-то недобро улыбнулся и потащил Локи из залы. Тот сопротивлялся, выкрикивал имя девы, обжигал руки Бога, но страж мирового древа был куда сильнее. Оливия бросилась в его сторону, но поздно заметила, что ее схватил за локоть Один – она упала на каменный пол. Не слушая смертную, он подтащил ее к, как оказалось, порталу. - Он никогда не найдет тебя, Сигюн… Такова его кара – зло прошептал Всеотец и толкнул деву в сверкающую дымку       Она увидела Локи, который, вырвавшись, подбежал к порталу и его громкий крик, а дальше… тьма       Девушку в очередной раз находилась во мгле, словно, падала в бездне, ожидая, когда, наконец, ее тело упадет на жесткую землю. Лив было все равно – она уже потеряла счет времени – какое-то чувство обреченности охватило ее, она смотрела в одном направлении. Слезы стекали со щек и оставались где-то в темноте. На сердце была боль и терзания – что имел в виду Один? Почему так назвал ее? “Столько вопросов и не одного ответа!” – выкрикнула Оливия и заплакала сильнее – “Можно я уже умру! Хватит этого падения!”. - Как же я хочу еще раз тебя увидеть… - молила она - Уже соскучилась? – раздался голос       Лив, как могла, обернулась, но никого не увидела. Однако хозяина голоса она узнала сразу. - Я уже сошла с ума, раз слышу тебя? - Все возможно, золотко… Прости, что все так вышло, но не отчаивайся… - Скажи, ты обманул меня… с перстнем? С ключом… Он не от твоих оков? Ты действительно хочешь уничтожить Миры? - Так было нужно, пойми, золотко… Старик не должен был тебя найти, и я делал все возможное для этого. Он и малейшего понятия не имеет, что я хочу сделать - Что со мной будет? - Не знаю, но если ты окажешься в Мидгарде, найди этот ключ и держи его при себе, поверь мне… Я знаю, что делаю, тебе просто нужно доверится мне… - Я уже не уверенна… - Это все ради нас… Не скучай, золотко…       Оливия сделала резкий вздох, словно ее окатили ледяной водой. От резкого света в глазах все расплывалось, взгляд въелся во что-то ослепительно белое. Сбоку раздавалось противное пищание вперемешку с разговорами нескольких человек. “Она очнулась, доктор!” – раздался радостный женский голос. Замаячили тени, что-то засветило в глаз, от чего окружающее пространство размылось сильнее, ее запястья коснулись, кто-то произносил ее имя.       Ушло какое-то время, прежде чем Лив полностью пришла в себя. Она смотрела в белый потолок своей палаты. В единственное окно пробивался солнечный свет и свежий ветерок. После небольшого осмотра, с нее сняли все аппараты и оставили в покое, попросив выйти всех посетителей за пределы палаты. Встать она не могла – оказалось, что нога девушки была сломана в двух местах, как и левая рука. Оливия медленно повернула голову в сторону, сидевшего у кровати, врача. Мужчина смиренно ожидал ответ на свой вопрос. - Что Вы спрашивали? - Как Ваше самочувствие… Все же три месяца в коме дали о себе знать - Кома… не знаю, все тело болит… - Бывает. Это мышцы приходят в тонус. Скажите, нога или рука болят? Вы их чувствуете? - Да… Скажите… что со мной случилось? - Вы ездили на экскурсию, помните? – врач посмотрел на слабо кивающую девушку – Ваш друг вызвал службу спасения. У них ушло слишком много времени, чтобы вытащит вас. У Вас были серьезные травмы, большая кровопотеря, пришлось прибегнуть к медикаментозной коме - Ужас... а… как я сюда попала? - Оливия, вас доставила к нам служба спасения - Нет… я же падала… Один скинул меня в портал       Врач посмотрел на девушку, еще раз провел некоторые манипуляции, назначил медсестре список анализов и покинул палату. Лив коснулась гипса на руке, там, где некогда был рисунок Вегвизира. “Так, это был лишь сон?” – подумала она, едва сдерживая слезы. Она поднесла руку с шее, сжала кулон, который всегда был при ней, и закрыла глаза. “Подай знак, скажи, что это был не сон… пожалуйста”. Ничего не происходило, но Лив не верила, что все случившееся было действием комы. “Так нужно было, золотко” – вспомнила она слова Локи и стало даже немного легче. Внутренний голос подсказывал, что Мир Богов был реальностью, и это только начало ее пути. “Я просто так не сдамся, смогу узнать все, что от меня скрывали” – про себя повторяла Оливия…