Boredom

      День казался мучительно долгим. Солнце, почти достигшее своей высшей точки, просачивалось сквозь открытые окна, попадая на два стола, стоящих по разные стороны комнаты.       Она поклялась, что никогда не продвинется по служебной лестнице настолько, чтобы ей пришлось заниматься бумажной работой. И сторонилась она бумажной работы успешно, в отличии от своего возлюбленного. Каким-то образом, он сумел заставить её заполнять более простые документы. Т/И даже не могла вспомнить, чтоб они обсуждали этот вопрос. Она обнаружила, что сидит напротив него в удобном кресле, дабы просто помочь, а далее, заняться собственным заваленным столом в углу офиса.       Проверить. Проверить. Проверить. Она ещё раз просмотрела документ, прежде чем отложить его.       В другом конце комнаты что-то писал Леви. Его рука скользила по бумаге с бешеной скоростью, а чернила заполняли пустые места. Время от времени он останавливался, вслушиваясь в тихие вздохи Т/И и снова продолжал писать. Они просидели так ещё немного, пока его внимание не привлёк знакомый скрип стула и он украдкой, через плечо посмотрел на стоящую фигуру Т/И. Её руки были вытянуты над головой, глаза зажмурены и она стояла так, пока окончательно не расслабилась.       — Закончила?       Т/И немного вздрогнула, выходя из лёгкого оцепенения, в которое её ввергла тишина.       — Ещё даже не близко.       Руки подошедшей к нему девушки лениво обвились вокруг его плеч, а тело прислонилось к спинке стула, когда она посмотрела через его плечо.       — Над чем работаешь?       — Запрос о разрешении короля на какой-то эксперимент, который хочет провести Ханджи, — он понятия не имел как им удалось уговорить его на написание этого.       — Мм… Звучит скучно.       Если бы они были не в его кабинете, он бы не расслабился от её прикосновений так, как сейчас. Он таял от того, как её пальцы поднялись, чтобы рассеянно начать перебирать его волосы, в то время как глаза бегали по бумаге, над которой он работал. Его хватка на ручке ослабла, решив ненадолго уделить девушке больше внимания, чем своей работе. Леви не часто позволял себе отвлекаться.       — Тебе нужно передохнуть, — она снова нарушила тишину, затем прижалась губами к его щеке в быстром поцелуе, прежде чем снова выпрямиться, ожидая, что он оттолкнется от стола и встанет сам. Когда он этого не сделал, она нахмурилась и немного потянула спинку стула на себя. — Леви.       Его рука снова сжала ручку, набросав несколько неважных слов на бумаге (которые в будущем, когда он сосредоточиться, будут вычеркнуты).       — Позже.       Т/И не ответила, по крайней мере, в слух. Вместо этого она пальцами обхватила основание спинки стула и всем своим весом потянула его на себя, слегка скользя ногами по деревянному полу, что вызвало ужасный скрип.       — Эй, — проворчал Леви, пытаясь зацепиться ногой за одну из ножек стула, дабы продвинуться обратно к столу, но она оказалась быстрее. Обвив ногой его тело, она твердо уселась ему на колени, повернувшись к нему лицом. Он не должен был удивляться скорости её действий, но его рот, всё же, слегка приоткрылся в удивлении, пока он смотрел на нее снизу вверх.       — Сделай перерыв вместе со мной, — заявила она, мягко улыбаясь, в то время как ее пальцы проворно надавили на его подбородок, дабы закрыть его рот. — Не лови мух.       — Тц.       Он швырнул ручку обратно на стол, не сводя с нее взгляда. — Ты сказала, что не…       Т/И прижалась своими губами к его, а её руки легли ему на плечи. Разорвав быстрый поцелуй, она слегка ему улыбнулась.       — Что?       Он глубоко вздохнул, выражая раздражение на счёт того, что она оторвала его от работы.       — Не…       Она снова оборвала его, на этот раз более долгим поцелуем, в то время как её правая рука соскользнула с его плеча и начала играть с длинными прядями его волос. Ему нужно было подстричься, и он, несмотря на её протесты, позволит своим волосам немного отрасти. Ей нравились звуки, которые он издавал, когда она дергала короткие пряди его волос на затылке. Прямо сейчас он не желал, чтобы звуки, которые он издаёт, доставляли ей удовольствие, хотя они всё равно вырывались из его груди.       Возможно, он был безвольным, когда дело касалось её, и он старался удовлетворить её желания, хоть сам и не признавался в этом. Леви был человеком с твёрдыми убеждениями и амбициями, которые нельзя было поменять после того, как он принимал решение. Однажды он случайно подслушал, как кто-то разговаривал о них двоих: они недоумевали, как она могла оставаться с кем-то столь бескомпромиссным. Они не знали того, что чаще всего он убеждал себя, что её идеи были и его собственными, дабы они могли прийти в согласию.       Именно это он и делал, когда одна его рука легла на её талию, а другая рука на подбородок, в то время как его голова запрокинулась наверх, чтобы ответить на медленный поцелуй. Т/И выдохнула ему в рот, не зная, что это действие заставит губы Леви оторваться от её для того, дабы спуститься к изгибу её шеи и коснуться ее кожи короткими, мягкими поцелуями.       — Пять минут.       Он был возбуждён.       — Хорошо, — выдохнула она, слегка запрокинув голову, чтобы дать ему больше доступа к её шее. На это действие Леви не мог ответить недовольством.       Губы Леви скользнули по обнаженной коже, двигаясь к её ключицам, прежде чем остановиться возле её кофты с многочисленными ремнями. Его рука оторвалась от её лица, дабы отодвинуть мешавшую ткань настолько далеко, насколько это было возможно и ещё раз поцеловать кожу. Ему не нужно было смотреть на нее, чтобы понять, что она улыбается.       Глаза Т/И были прикрыты, пальцы едва царапали его затылок. Её взгляд скользнул к открытому окну, и она почувствовала ужас, который пришел с возвращением в реальность: он дал им всего пять минут, а прошло уже три. Через две он бы приподнял её за бедра наверх, чтобы отодвинуть её и вернуться к работе, потому что он всегда держал свое слово.       Если она не хотела снова возвращаться к убийственной скуке…       Одна минута прошла.       Прежде чем что-либо было бы сказано, Т/И вцепилась пальцами в длинные пряди его волос, не обращая внимания на то, что Леви всё еще осыпал её нежными поцелуями. Он был настолько рассеян, что, когда она сильно дернула его за волосы, возмутился. Он тихо хмыкнул, слегка оскалив зубы от боли, удивляясь её действиям.       У него не было времени спросить, что она делает, как её губы снова коснулись его. На этот раз с поцелуй был полон страсти. Одна из её ног соскользнула с того места, где она прижималась к его бёдрам.       Леви предположил, что она собиралась встать, и крепче сжал её талию, дабы помочь ей, но с удивлением выдохнул, когда она снова опустилась на него всем своим весом, на этот раз сев только на одну его ногу. Он знал её достаточно хорошо, поэтому соскользнул вниз по сиденью, чтобы она смогла идеально втиснуть свою ногу между его двумя, и при этом стул не доставлял ей неудобств.       — Твоё время кончилось, — предупредил он, разорвав поцелуй и повернув голову, пытался игнорировать небрежные поцелуи, оставляемые на его подбородке. — Возвращайся к работе, — но это было бесполезно. Его руки не отодвинулись от неё.       Когда Т/И слабо сжала его подбородок, он охотно повернул голову, чтобы посмотреть на неё. Её улыбка была слабой, и она прислонилась лбом к его собственному, прежде чем тихо произнести:       — Ты хочешь, чтобы я это сделала?       — Да.       Она надулась на секунду, прежде чем её губы снова растянулись в мягкой улыбке, а взгляд задержался на его губах, сжавшимся в линию после сказаных слов.       Он знал её, а она также знала его. Она не удосужилась опустить руки к ремням на его бедрах, чтобы расстегнуть их, зная, что он будет против её действий. На это ушло бы слишком много времени. Он хотел вернуться к работе, ибо что сказал, что собирался сделать пятиминутный перерыв и не стал бы продлевать его до десяти по своей воле.       Поэтому она приподняла бедра и снова села на ремни. Когда она поёрзала бедрами и прижалась всем телом к ​​нему, она заметила, что губы Леви снова приоткрылись, и вслушивалась в его дыхание, которое он, сам того не осознавая, задерживает.       Т/И разжала хватку на его подбородке, ниже опуская руку, цепляясь за его плечи, чтобы не упасть, когда она начнет двигать бедрами. Его пальцы крепче сжали её бедра. Теперь, когда он мог свободно двигаться, освободившись от хватки и она не могла заставить его смотреть ей в глаза он начал поудобнее усаживаться на стул. Лишь его верхняя часть спины касалась спинки стула, в то время как взгляд был опущен туда, где она сидела на его бедрах.       Его глаза были плотно прикрыт, а щеки слегка покраснели. Его член дернулся под формой, к нему медленно прилила кровь, но мужчина, казалось, был доволен, наблюдая за ней.       Т/И что-топробормотала, но он мог поклясться, это звучало как его имя.       — Ты думаешь так легко отделаться? — его голос был низким, а глаза встретились с её, когда она посмотрела на него, но ответить она ничего так и не смогла. — Тц. Всё таки думаешь, да?       Её губы были слегка приоткрыты, но стоны были беззвучны, сопровождаемые лишь её тяжёлым дыханием. Т/И кивнула, немного опустив голову, когда почувствовала, как его пальцы крепче сжали её бедра и начала напрявлять скорость, с которой двигались ее бедра.       — Леви, — промурлыкала она, чувствуя, как медленно возбуждается. Несмотря на слои одежды между ними, знакомое чувство была безошибочным. Ёе бельё постепенно становилась всё более влажным, по мере того, как она двигалась на его бедре, а ремни добавляли ещё больше знакомых ощущений.       Голова Леви закружилась, веки стали тяжелым. Он чувствовал, как она пыталась двигать бедрами сама. Она хотела двигаться быстрее, но его хватка удерживала её, и он не собирался сдаваться.       — Блять, — пробормотал он, не в силах сдержаться, когда его собственные бедра чуть скатились по стулу. Все, что он сделал, это привлек внимание Т/И на промежность с натянутыми штанами, где член дергался от предвкушения внутри его боксеров. Ее губы разомкнулись и из них вырвались тихие стоны — своего рода отвлечение от того, как она намереваясь сильнее прижать собственное бедро, чтобы усилить трение.       Она снова покачала бедрами, улыбаясь, слыша как Леви застонал и сжал бедра, дабы стиснуть её собственные.       Ремни слегка раздражали её, сжимая верхнюю часть бедра каждый раз, когда она прижимала их к Леви, но она даже не пыталась разобраться с ними — слишком отчаянно предвкушала удовольствие, которое росло внутри неё.       Они двигались друг против друга, тихо бормоча имена друг друга при каждом движении. Внезапно бедра Т/И прижались к бедрам Леви, отчаянно пытаясь преследовать вспышку удовольствия, которая начала разливаться по её телу как огонь.       —Леви, пожалуйста… — её рука опустилась и накрыла его руку, которая удерживала её тело в ровном ритме, пытаясь убедить его позволить ей сделать то, чего она отчаянно жаждала. Его хватка немного ослабла, и она едва слышно пробормотала: — спасибо, — когда он наклонился вперед, чтобы обнять ее за талию, едва касаясь губами её уха, что-то нашёптывая.       — Что, собираешься так и кончить?       Т/И задержала дыхание, быстро кивая, более старательно двигая бедрами, чувствуя, как её прикрытый одеждой клитор прикасался к ремням на его форме. Она двигалась короткими, но быстрыми движениями, тихо скуля, когда металлическая пряжка прижималась к ней, даря удовольствие.       — Это всё, что тебе нужно, да? Ты так отчаянно нуждаешься во мне, что пытаешься забрать всего меня?       Она не могла говорить, пряча лицо в изгибах его шеи. Несомненно, неподалеку, в своих кабинетах были и другие люди, и она не осмелилась бы привлечь внимание к тому, что происходит в кабинете Леви в такую ​​рань.       Т/И почувствовала, как её промежность трепещет, сжимаясь, отчаянно желая быть наполненой членом Леви. Она чуть скуля запнулась, когда её бедра начали замедляться, в то время как удовольствие начало рассеиваться, вызывая дрожь по всему телу. Губы Леви прижались к её голове. Несмотря на то, что она не могла его видеть, она чувствовала, что он улыбался в тот момент.       — Хорошая девочка, — выдохнул он, прежде чем начать вставать, всё ещё обнимая её за талию. Т/И попыталась поставить дрожащие ноги на землю, но он её опередил, подняв одну ногу свободной рукой, посадив девушку на стол, который стоял позади неё. Его рука высвободилась из её объятий и Леви, устроившись между её ног притянул её ближе к краю стола, положив руки на бедра.       Её рука коснулась стола, случайно столкнув несколько бумаг, которые лежали там, на пол, пока она пыталась ухватиться за деревянную поверхность, дабы не упасть. Леви прижался своим членом к её чувствительной промежности, всё ещё удерживая за бедра так, что даже когда её тело протестующе зашевелилось, она не смогла отодвинуться.       Она была слишком чувствительной. Его прикрытые глаза встретились с её, ища разрешения, которое она выразила тем, что она мягко ему улыбнулась и кивнула, прежде чем отодвинуться немного дальше от стола и приблизиться к его ноющему телу.       Леви двинул бедрами вперед, прижимая твердый член к ней и двигаясь с невообразимой скоростью, которая вызывала у неё тихие стоны и заставляла его губы приоткрыться от собственных стонов.       — Блять, Т/И, — пробормотал он, несколько раз ударившись об её бёдра, прежде чем продолжить тереться о них. Его глаза были закрыты. Образы того, как она выглядела, когда они трахались всего несколько дней назад, всё ещё были свежи в его памяти: как она охотно взяла его член, выкрикивая его имя в одну из их подушек и умоляя его наполнить её спермой. У него была мысль отстраниться и разорвать надоедливые ремни, которые мешали ему трахнуть её как следует. Когда его глаза открылись от того, что он почувствовал, как ее пальцы едва коснулись его щеки, и начал он начал привыкать к прикосновениям.       — Я достаточно хороша для тебя? — прошептала она голосом, до краёв наполненым привязанностью и желанием. Её рука вцепилась ему в рубашку и потянула на себя, чтобы поцеловать его. Это был быстрый, едва заметный поцелуй.       — Слишком хороша, — ответил он, снова едва целуя её. Когда она облизнула его губы, он застонал, пытаясь дотянуться до неё, но она слегка отстранилась.       — Тогда кончи уже для меня.       Его потрясло, как быстро он достиг пика наслаждение после её слов: его член напрягся, прежде чем он выпустил сперму внутрь своих штанов. Леви застонал, все еще двигая бедрами в направлении к ней, пока его член не выпутил всю сперму, и он был вынужден остановиться и отстраниться.       Когда его руки опустились по обе стороны от неё, он опустил и свою голову. Он смотрел, как она дёргалась под ним, двигаясь, пока не смогла нормально сесть на стол. Её пальцы скользнули по его кофте, чувствуя, как его тело всё ещё реагирует на её прикосновения и охотно повинуеться им. Когда её губы прижались к его макушке, а затем отстранились, он посмотрел на неё с улыбкой.       Взгляд Т/И был полон любви, когда она посмотрела в ответ.       — Думаю, теперь я могу вернуться к работе, как думаешь?       Леви ничего не сказал, лишь обнял её за талию, чувствуя, как тепло разлилось в его груди, когда она тоже обвила руками его тело. Они простояли так несколько минут, дыша, стараясь запечатлить этот момент в своей памяти.