В горящем фонаре больше нет смысла.

      Кирилл смотрит с крыши Петербурга куда-то вдаль. Сейчас лето, у них даже тепло и солнечно. Это немного забавно, если учесть, что город на Неве возымел репутацию вечно дождливого, серого и безумно красивого города. Маска лежит рядом, антисептик до сих пор валяется где-то на дне рюкзака полупустой бутылочкой.       Забавно выходит.       Сашка в Москве. У него частые репетиции, у него стримы теперь с некоторыми перебоями и стабильно «примерно до двенадцати». Он кое-как проходит Алана Уэйка, разговаривает с Яндекс станцией о семейной жизни и шутит шутки с чатом. Однако он всё ещё пишет Кириллу, с периодичностью является на стримы и говорит, как всё круто получается.       Они похожи тем, что стараются довести всё до идеала. Саша порой устраивает настройку-починку стрима на стриме, потому что то звук квакать будет, то камера полетит, то провод hdmi перестанет работать. Кирилл проходит игры по стабильному расписанию, чётко всё дозируя и давая себе отдохнуть. А ещё он вполне привык к этому всему.       Однако в какой-то момент им всем оказывается нужен отдых. Кирилл устойчивый, он в темп работы втягивается немного быстрее и, благодаря расписанию, удерживает стримерскую деятельность на плоту. У Саши всё ещё перебои, однако на работе он даже счастлив.       Пока не приходит абсолютно вымотанный домой и старается дать глазам, что всё ещё восстанавливаются после операции, отдохнуть.

***

      Казьмин заходит в квартиру, привычно закрывает дверь на защёлку. Разувается, вешает джинсовку на вешалку и уходит сначала мыть руки, а после на кухню. Ставит чайник, кладёт телефон на стол, думает, из-за чего у него ощущение, что всё поменялось.       — Кир?       У Кирилла тогда стрима не было. Актёр взял перерыв, давая себе отдохнуть от всей суеты.       — Сань?       Саша усмехается. Он, почему-то, даже чувствует интонацию всё-же-больше-чем-друга-коллеги и поджимает губы.       — Станешь моим островком света, если я не буду справляться?       Оба вспоминают про Алана Уэйка и «островки света» в виде работающих фонарей, что спасали от опасных теней. Кирилл мягко улыбается на эти слова, а Казьмин чувствует это через столько километров.       — Я обязательно оставлю свет включённым.       Александр улыбается, уже на автомате заваривая чай. Они часто пьют его вместе с Кириллом, когда встречаются. Он просто им нравится в одинаковой степени.

***

      Кирилл, по забавному стечению обстоятельств, пьёт тот же самый чай из крышки термоса.       А после усмехается и выныривает из воспоминаний. Где-то вдали — Москва. Где-то там — его Сашка Казьмин. И как-то очень хочется туда, чтобы просто заглянуть в родные глаза.       Он действительно старается оставаться источником света. Он оказывается рядом в нужное время, приносит в жизнь то самое нужное спокойствие. Он спасает от теней в виде жизненных проблем, укутывая собственным светом.       В Петербурге начинает моросить дождь. Саша пока не пишет Киру из шумной столицы, потому что занят. Репетиции, новые проекты, всё остальное. У него же ещё и машина в ремонте. Но Кирилл честно остаётся на связи, если это нужно.       Но в горящем фонаре больше нет смысла.