Горячая Лавина

Горячая лавина

            Лето. Везде зелено, шум листвы и травы передаёт тёплый ветер — жизнь идёт полным ходом! Глаз не оторвать, бери и любуйся. Вот только…       — Скажите мне, когда это уже закончится? — спрашивал себя Итэр.       — Это всего лишь дендрослайм, что такого?       — То, что он мешает наслаждаться, пока лежишь в траве.       В мгновение ока слайма не стало — буквально. Итэр лёг обратно. Ему нравилось, что ветер развевается где-то высоко, принося приятный уху шум, нравилось, что трава могла его легко щекотать. Быть наедине с природой — очень здоровски, как он считал. Над Итэром и Паймон возникла тень, заслонившая собой весь солнечный свет.       — Итэр! Паймон! Наконец я вас нашла!       Открыв глаза, Итэр увидел над собой силуэт Эмбер. Неудивительно, что она так воодушевлённо проговорила их имена.       — Эмбер. Что ты тут делаешь? Нас ищешь?       — Искала. Но не я. У меня для вас сообщение от Тимея, которое он получил в свою очередь от Альбедо. Если коротко, то Альбедо вас ищет и ждёт у себя на Драконьем Хребте.       — Альбедо? Но зачем мы ему, тем более, что делать в такую погоду на холодном Драконьем Хребте? — громко и возмущённо спрашивала Паймон.       — Не знаю, мне никто ничего не объяснил. Передаю лишь то, что меня попросили. И что это вы тут лежите? Почетному рыцарю делать нечего? — с улыбкой спросила Эмбер.       — Чтоб ты знала, Итэр только что одолел огромного дендрослайма, угрожавшего нам и проходящим мимо людям, — ехидно отвечала Паймон. Итэр приложил руку к голове как знак нелепости слов Паймон. — Эй, ты с чем-то не согласен?       Эмбер мило смеялась.       — Ладно, я в шутку спрашивала. Не надо так всё всерьёз воспринимать. Самое главное — я вам передала сообщение, а дальше решайте сами. Удачи вам!       Итэр и Паймон помахали вслед Эмбер.       — Ничего не понимаю, зачем мы понадобились Альбедо? — спрашивала Паймон, пока поднялся Итэр.       — Наверное, сок из закатников тебе законсервировал.       — Но это очень важно для Паймон! И зачем вообще на хребет, нет чтобы самому спуститься с этого ужасного хребта. Ох этот Альбедо… Ладно, идём, а то невежливо будет с нашей стороны.       Друзья отправились на Драконий Хребет из Долины Ветров, так что путь точно предстоял неблизкий.       — Как думаешь, Альбедо будет приятно, если мы придём к нему не с пустыми руками? — спрашивала, как бы намекая, Паймон.       — И что ты предлагаешь? Хм, есть идея. Принесём ему его любимое блюдо. Паймон, ты гений. Осталось только приготовить, ингредиенты все есть. Приготовим в лагере у хребта.       Паймон была довольна такой похвалой и улыбалась всю дорогу. Так они шли до самого лагеря. По пути даже не произошло ничего особенного, что более странно — ни хиличурлов, ни слаймов, ни банд искателей сокровищ. Даже представители ордена Бездны и Фатуи как будто исчезли, что не могло не наводить Итэра на тревожные мысли. Но он не хотел тревожиться, совсем. Он лишь хотел встретиться с тем, кого считал своим другом. В принципе, он всех считает своими друзьями, но Альбедо вызывал у него особенный трепет, который он не смог бы никому передать словами.       — Путешественник, Паймон! Разрешите вас на минуточку?       От этих слов Итэр будто бы вернулся в сознание после сладкого сна. Их звала Юй Ся.       — Ребята, привет. Вы собираетесь идти на хребет? — озабоченно спрашивала она. По её нервному виду можно было понять, что дело было нечисто.       — Да, — уверенно ответил Итэр. — Но мы туда идём по приглашению Альбедо, так что не думаю, что мы бы могли сейчас чем-то помочь.       — Дело не в этом. На хребте происходит что-то странное. Как ты знаешь, на мосту орудуют похитители сокровищ, а за ними — Фатуи. Так вот, в последние дни их совсем не наблюдается. А вчера мы нашли эту странную ветку, — Юй Ся показала сосновую ветвь. Она не отличалась от обычной, но при этом на ней были очень странные ожоги, будто от какой-то примеси. — Поэтому я вас прошу — будьте очень осторожны! Храни вас Барбатос!       — Спасибо за предупреждение, Юй Ся!       Приготовив пару порций солнечной рыбы, друзья отправились на хребет.       — Слушай, Итэр, я конечно всё понимаю, но после находки Юй Ся… Не думаешь ли ты, что… — начала было Паймон. По ней было видно, что переживания захлестнули её.       — Не хотелось бы верить в это, — быстро перебил её Итэр. Они оба прекрасно помнили, что произошло буквально месяц назад…       Торговая площадь Мондштадта. Обычно оживлённое место — торговые лавки, «Хороший охотник», тут же алхимия. Но не сейчас.       — Оставь их! — кричал Итэр, пытаясь отдышаться. Он в срочном порядке вернулся в город, и для этого он летел сломя голову, ведь друзьям и всем жителям города грозила опасность.       — Ха-ха! Меня не сумели остановить рыцари Ордо Фавониус, думаешь, ты сможешь? Тем более, что это мне и нужно было, а именно — ты сам! Ведь ты — необычный! Ты не такой, как любой другой житель Тейвата, даже не похож на тех, что обладают глазом Бога.       — Г-г-господин Альбедо, что с вами? — тихо спрашивала Сахароза. К её горлу был приставлен клинок. Тимей лежал позади, без сознания. Лицо было в крови.       — Ничего, милая Сахароза, всё в порядке.       — Ты — не он! И никогда им не станешь! — прорычал Итэр. Паймон молча наблюдала за ситуацией в первые минуты, но вдруг резко исчезла.       — Даже эта летающая консерва тебя оставила, ха-ха! И кто теперь поможет тебе сохранить тайну? Тайну, которую раскрыл тот, кого быть не должно!       Удар стихии от лже-Альбедо последовал после этих слов незамедлительно. Итэр успел увернуться, но только раскрыл глаза, как перед ним уже сияло острие клинка. В следующую секунду он чудом успевает выставить свой меч в блок. «Повезло» — подумал он про себя. Завязался бой. Копия снова попыталась ударить своей ледяной стихией, но на сей раз Итэр поступил умнее — он воспользовался своей анемо способностью, дабы рассеять атаку, и в следующий миг теперь уже прославленный герой, оказавшись левее по отношению к противнику (успел переместиться, прикрывшись способностью), сделал контрвыпад, который отбросил копию назад. На шее у копии символа не было.       — Выходит, что я тебя недооценил. Это может стоить мне жизни, — отдышась, проговорил он.       — А ещё жизни тебе может стоить такая выходка, безумец — послышался грозный женский голос. Это была Джинн, действующий магистр ордена, а с ней Кэйя и Лиза — единственные свободные в городе члены Ордо Фавониус.       — Сдавайся или тебя придётся испепелить, — говорил уже угрюмый мужской голос. Даже Дилюк решил присоединиться. — Что тебе нужно, кто бы ты ни был?       — Прошу прощения. Мы с Итэром лишь немного повздорили, — неожиданно ласково заговорил лже-Альбедо, отходя спиной по направлению к Итеру. На его шее уже виднелся символ. Вдруг он остановился. Снег, подсечка, удар — и теперь Итер оказался в заложниках.       — Прошу обеспечить мне путь отхода, иначе умрёт не только он, но и вы все.       — Стой, где стоишь, кто бы ты ни был. Неужели тебе так нужен этот парень? И зачем? — любезничал Кэйя.       — Он знает то, чего знать не должен, — со злостью отвечала копия.       — Эй, ты! Отступи или твой секрет узнает весь город, — кричала Паймон, которая неожиданно вернулась. — Пришлось привести подмогу.       — Я готов пожертвовать своей репутацией, — более спокойно говорил очень похожий голос. Он оказался сзади. — Здорово ты постарался, но у тебя есть две проблемы — ты слишком легко заводишься и ты совершенно один.       Это был Альбедо. Настоящий. И живой. Однако его одежда была в уже засохшей крови, лицо также было в мелких порезах и крови. Его золотистые локоны были в грязи и торчали во все стороны. Но в глазах, таких больших и голубых, горел огонь, как и в нём самом.       — Я, настоящий Альбедо, готов пожертвовать собственной репутацией ради жизни друзей. Перед вами стоит два одинаковых создания. Почему создания? Потому что мы — порождение алхимии, дети Рейндоттир Голд, как и дракон Дурин. Все мы — братья, созданные одним человеком.       Толпа умолкла. У всех был на лице шок и непонимание — как это было возможно. Был слышен только ветер, да и тот словно стихал.       — В нас вдохнули жизнь, создав из обычных материй, — продолжал оригинал, указывая на знак на своей шее — Но ты оказался провалом. Ты хотел быть идеальным, ты вышел идеальным. А мой знак — символ того, что я не идеален, что я ближе всего к остальным людям и меня невозможно отличить. Ошибки не есть плохо, это часть человеческого нутра. Это то, что свойственно каждому из нас. И поэтому от тебя отказались, поэтому я стою здесь после заточения, которое устроил мне ты. И я хочу призвать тебя к ответу за твои действия, которые ты натворил.       — Ты должен был там умереть! И как ты выбрался?! — копия злилась.       — Это уже не важно. Тебе нужен я? Так возьми и убей меня. Я здесь.       Только злая копия отпустила Итера, как от него же и получила удар под дых, тем самым потерявшись в своих мыслях на мгновение. Но этого было достаточно — настоящий Альбедо начал атаковать, и они схлестнулись, скрестив мечи.       — Паймон страшно! Я запуталась, где настоящий! Не могу смотреть! — громко верещала Паймон. Все лишь наблюдали за схваткой двух меловых организмов.       Вдруг Альбедо рухнул, и над ним навис клинок, прямо устремившийся ему в грудь.       — Твои последние слова, лжец?       Но тут стоявшего над ним постигла другая судьба — его пронзил клинок в районе желудка, пройдя ниже сердца. Оттуда начала сочиться кровь. «Промахнулся, слишком поторопился», — подумал про себя Итэр.       — Ты не заслуживаешь жизни, никчёмный прототип.       Но и Итэру прилетело в лицо локтем от копии. И в следующую секунду на этом же месте возник дым — подлец исчез.       — Альбедо, ты цел? — протягивая заботливо руку, спрашивал Итэр. — Прости, но твою смерть я бы себе не простил.       — Спасибо большое! — тепло проговорил алхимик. Он смотрел на него с благодарностью и чем-то тёплым.       — Альбедо, это правда? — спрашивала Джинн.       — Да. Всё, что я сказал — исключительная правда, которой я не хотел делиться с вами, как раз таки для того, чтобы не ставить ваши жизни в опасность. Как остальные?       — В порядке. Сахароза только сильно перепугалась, а Тимей получил лёгкое сотрясение, но ничего более серьёзного. Итэр, я обязательно тебя отдельно поблагодарю.       — И снова наш молодой герой отличился, браво! — аплодировал Кэйя. — Тобой можно только гордиться. Делаешь большие успехи, – сказал он, трепетно потрепав героя по плечу. Итэр мог только улыбаться. В этот момент он посмотрел на Паймон. «Спасибо тебе, верный друг! Ты — настоящий герой сегодня!» — проговорил он взглядом. Паймон поняла его и молча улыбнулась, плавая по воздуху в улыбке.       — Итэр, как я наведу порядок у себя — обязательно позову тебя и отблагодарю, — сказал тет-а-тет Альбедо. После этих слов он слегка коснулся губами его щеки и молча ушёл. Итэр остался стоять и краснеть, слегка касаясь места, где только что были губы человека, которого он считает своим другом. Внутри него был трепет, и в животе как будто пархали бабочки…       — Альбедо! АЛЬБЕДО! — кричала Паймон, подойдя к обители алхимика.       — Итэр, Паймон! Рад вас видеть. Хотел бы ещё раз вас отблагодарить за моё спасение, особенно Паймон, которая меня нашла в той пещере.       — Паймон рада помогать друзьям. А мы к тебе не с пустыми руками, — после этих слов Итэр преподнёс две порции вкуснейшей солнечной рыбы. — Твоё любимое блюдо. Итер готовил лично и под наблюдением Паймон!       — Спасибо вам. Итэр, в знак благодарности я хотел бы нарисовать тебя, — тут Альбедо взял его резко за руку. Итэр смутился, но молча кивнул. После этого они пошли на место, где уже стоял готовый мольберт и краски.       — Итэр, прими любую свободную позу, и прошу тебя расслабиться.       Итэр встал в свободную позу, подняв меч, будто он готовится к бою. Он стоял как скромный герой и защитник, который намерен отстоять своё, и готовый сражаться, даже если для этого придётся отдать жизнь. Альбедо принялся его рисовать. Работа продвигалась медленно, художник кропотливо работал над линиями лица и рук, порой начиная всё заново — ему сегодня было очень нелегко, ведь он не хотел оплошать и сделать просто рисунок своего друга. Паймон, ожидая конца, решила немного проветриться и полетать в окрестностях. Через несколько часов творец остановился.       — Готово. Надеюсь, не переборщил. Итэр подошёл к картине, чтобы оценить. Он был заворожён увиденным…       Альбедо нежно взял его за руку, пустив пальцы меж пальцев героя, и медленно приблизился к нему. Его лицо было на уровне уха Итэра, поэтому нежное дыхание путешественник был способен ощутить, что собственно его тело и пустило в мелкую дрожь. К тому же, сегодняшний художник немного тёрся о его щеку. Ему это нравилось, это как щекочущая трава, но гораздо приятнее. Легкий стон вырвался из его уст. Алхимик уверенно развернул его, и их взгляды соприкоснулись. Альбедо слегка взял Итэра, который уже был похож на растаявшее мороженое, и приблизился. Их губы слились в единое целое. Лавина эмоций накрывала обоих, и они нежно целовались, перебирая языками. Рука Альбедо оказалась на мягкой и не очень большой заднице Итэра, который растаял от этого ещё сильнее. А алхимик распоясался не на шутку — от губ он перешёл к шее героя, нежно целуя её и слегка покусывая. Итэр стонал ему на ухо, его охватывала ещё большая дрожь. Обхватив шею с одного края, Альбедо хотел начать было раздевать объект вожделения…       — ОЙ-ОЙ-ОЙ! ВЫ ЧТО ЭТО ТУТ ВЫТВОРЯЕТЕ?!       Это были вопли Паймон. Её глаза были не то что круглыми, а вообще вылезли из орбит.       — Вы что, совсем что ли охренели?! Паймон не одобряет такое. Фу! И как вообще такое возможно?!       — Паймон, это лишь… Это лишь способ выражения чувств, — проговорил, нисколько не смущаясь, алхимик.       — Альбедо, но ты не хуже меня знаешь, что это запретные чувства!       — Хм, а разве они кем-то запрещены? Я и не знал о таком.       — Ох, Альбедо порой воспринимает всё буквально, — говорила Паймон, переваривая увиденное. — Ладно, давайте уже отправимся в лагерь.       Альбедо лишь усмехнулся, тактично прикрыв рот рукой.       Паймон летела впереди, а Итэр и Альбедо шли следом, держась за руки друг друга. Но при этом Итэр шёл, постоянно смущаясь и краснея, а вот Альбедо, казалось бы, ничего не испытывал, словно всё было так, как должно быть.       В лагере все молча поужинали тем, что было принесено ребятами, и после этого Паймон быстро уснула.       — Итэр, — обратился Альбедо к уже краснеющему парню, положив свою руку ему на бедро.       — Я порой ещё плохо выражаю свои чувства и эмоции, и поэтому немного выхожу из-под контроля в такие моменты, но это было самое приятное за последнее время. Если что-то не так, ты можешь сказать мне прямо.       — Нет, всё было… Было очень приятно, — ещё больше смущался Итэр. Он посмотрел на алхимика. Его улыбка говорила о многом. Альбедо что-то рисовал, и в мгновение ока появилась огромная кровать, способная выдержать двух человек. А над ними больше не было неба — шатёр, высокий и достаточно широкий, чтобы факела его не подожгли, накрыл весь лагерь алхимика.       — Алхимия чудесна. Благодаря ней можно создавать не только самые удивительные и невероятные вещи, но довольно обычные, не затрачивая времени и ресурсов.       Ребята посмотрели друг на друга. В их глазах горел огонь, который сжигал их тела. Это было очень ощутимо по тому зрительному контакту, который они установили. Альбедо слегка коснулся лица Итэра, проведя обратной стороной ладони по нему. Это было настолько мягко и нежно, что можно было подумать, будто Итэр оказался среди высоких и пушистых облаков. Но нет, он твёрдо ощущал землю, хоть та и уходила из-под ног. Дрожь пронизывала его тело, он попросту не знал, как верно реагировать, потому на секунду закрыл глаза. Вдох-выдох. Левая рука Итэра коснулась руки Альбедо, которая всё ещё была на его щеке. Воздух прямо-таки был пронизан этим напряжением. И от холода не оставалось и следа — в шатре стояло тепло огней и жар, исходивший от парней.       Следующее мгновение — и напористый, уверенный в своих силах Альбедо нежно касается губ Итэра. Устоять было невозможно, поэтому алхимик уже не смог вырваться из пленительного ответного поцелуя путешественника. Настолько это было нежно и сладко, что даже Альбедо понял, что он сейчас просто растает и превратится в мокрое место, которое останется на кровати.       Прикосновения и параллельно идущие поцелуи понемногу возбуждали парней, там самым заставляя их действовать более активно и уверенно. Так, Альбедо снял с Итэра его рубаху, и окинул взглядом его оголённое тело — оно было похоже на тело подростка, который активно занимается спортом: немного расширенные грудные мышцы, заметные шесть кубиков пресса, в общем, ничего сверхудивительного, чего возможно хотел бы увидеть Альбедо. Но он не думал об этом — его сладкие уста нежно касались шеи путешественника, а его рука держала того за волосы. Тихие и короткие стоны лишь были слышны.       Тем временем Итэр снял верх с Альбедо. Мускулатура алхимика оказалась более развита, но путешественника сейчас влекла вовсе не крупная грудь или мощный пресс, а тепло самого тела, которому хотелось бы придаться. Итэр уткнулся носом в шею Альбедо, начав целовать её.       — Действуй увереннее, не нужно бояться. Ты можешь даже прикусывать, если это необходимо, — спокойно сказал алхимик. Ему больше эти попытки поцелуя напоминали щекотку. Но в следующий миг он вкусил полноту чувств путешественника — Итэр сделал сильный поцелуй, немного прикусив шею.       — Мгхах… — вырвалось из рта Альбедо. Да, это то, чего он хотел. Он хотел именно этого, а не излишних нежностей. Оторвавшись, Итэр увидел след. Но как же ему было приятно услышать стон Альбедо. Это то, что он хотел бы слышать как можно чаще, как ему показалось в тот момент.       Альбедо уложил Итэра на кровать одним лишь толчком — напора ему сегодня было не занимать. Алхимик был сверху, и, несколько опираясь на кровать и Итэра, снова вернулся к шее. Но теперь он уходил от шеи, медленно спускаясь ниже, оставляя поцелуй на каждом участке тела путешественника — шея, ключица, край плеча… Итэру ничего не оставалось, кроме как предаться власти Альбедо. Дойдя до груди, алхимик решил добавить немного остринки — он взял немного снега, превратив его в парочку красивых, прозрачных и небольших кубиков льда, и положил их на пресс Итэра, а сам принялся играть своим языком с его сосками — он нежно обводил вокруг них, вырезая идеальный эллипс, ну а затем покусывал, да так, что Итэр даже немного сжимал одеяло одной рукой, слегка постанывая. Вторая его рука была на правой части задницы Альбедо.       — Агх… — вырывалось из его уст.       Кубики оказались между их горячих тел, и растаяли довольно быстро, и алхимик снова пошёл опускаться ниже. На прессе пришлось немного задержаться — сперва он аккуратно слизал то, что ещё пару минут назад было льдом, и сделав это, он решил подразниться языком, подняв при этом голову и вытягивая его к носу. Посмотрев на Итэра, как хищник смотрит на свою жертву, когда готовится к броску, он опустил голову и уже продолжил целовать пресс, попутно снимая штаны. Сняв их, алхимик достал измерительную рулетку. «Интересно, насколько он крупный», — подумал было он, но тут ему прилетело ботинком прямо в лицо, да с такой силой, что голову отвело в сторону. Итэра это взбесило, и он хотел выбить рулетку из рук, но промахнулся и попал ему по лицу. На его лице застыла гримаса ужаса, ведь это точно не то, чего он хотел сейчас.       — Прости, я не хотел. Но мы здесь не эксперимент ставим, так что бери и делай, — высказался Итэр, немного мямля эти слова. Но Альбедо лишь ухмыльнулся, и молча выкинув рулетку, раздвинул ноги путешественника, и принялся для начала делать поступательные движения, гоняя рукой вверх-вниз. Итэр опёрся на ладони — он хотел это видеть. Член Итэра был сантиметров так пятнадцать, как понял алхимик даже простым взглядом. После десятка таких движений показалась головка, а сам член стал более твёрдым, и Альбедо, немного наклонив голову, принялся за дело: сперва он поводил языком по всей окружности головки, но через пару мгновений член уже был у него во рту. Итэру лишь оставалось наблюдать и тихо и сладко постанывать от получаемого удовольствия. Альбедо сосал его не быстро, постепенно пытаясь освоить всю длину, но делал это настолько умело и уверенно, что сдерживать стоны было крайне трудно.       — Мгх… А…Альбедо-о… П-продолжай, — говорил сквозь стоны путешественник.       Альбедо в какой-то момент времени понял, что способен брать член во всю длину, и принялся сосать его быстрее. Лёгкая остановка — он вынул горячий член изо рта, дабы забрать немного кислорода, а сам в это время языком водил по всей длине члена и немного пощупывал яички Итэра. Спустя минуту Альбедо снова принялся сосать член Итэра, но на этот раз он начал резко с того, что взял его во всю длину, но плохо ему не было и дискомфорта ему это не приносило. Напротив, ему нравилось всё больше, он постепенно входил в кураж. Поэтому сосал он быстрее, чем в первый раз, а его руки покрывали бёдра Итэра. Сам же Итэр же придерживал ему его длинные роскошные локоны, и продолжал стонать, но теперь громче. Но он понимал одно — нельзя разбудить Паймон, хоть та и спала всегда как убитая. В крови смешалось удовольствие с адреналином, и ему это нравилось. Он не хотел останавливать происходящее.       — Альбедо, разреши мне? — спросил его Итэр. Он тоже хотел доставить удовольствие своему сегодняшнему партнёру. Альбедо только подняться успел, как Итэр уже спустил с него штаны, а в следующее мгновение крепкий и горячий и уже довольно твёрдый член алхимика уже был у него во рту. Он стал медленно посасывать его, периодически вынимая изо рта и вылизывая по всей длине, при том он пощупывал ему яички. Путешественник хоть и действовал неуверенно, но от удовольствия у Альбедо подкашивались коленки, и он тихо постанывал, наблюдая сверху вниз, как ему нежно отсасывают. Ему нравилось, но он решил немного помочь Итэру — прихватив его за голову, он начал продвигать частыми движениями свой длинный член вперёд, сквозь нежные губы Итэра, а потом и вовсе остановился на максимальной отсечке.       Тихие постанывания вырвались в тёплый, хорошо прогретый воздух. Альбедо вытащил свой член из рта Итэра, и последний закашлялся от нехватки воздуха. И снова их взгляды встретились — напористый и нежный, такие дополняющие друг друга, и при этом пылающие страстью. Самый настоящий контраст на фоне взаимных чувств. Им было хорошо, они хотели продолжения, и они хотели от этого даже большего — ощущения тепла тел друг друга.       Альбедо поднял и приблизил к себе путешественника одним лишь движением, уверенно поддерживая его за подбородок. Лёгкие касания губ — этого было достаточно, чтобы создать яркий, страстный поцелуй, который возбуждал их вновь, заставляя гореть друг другом ещё сильнее. Но резко Альбедо остановился — он зубами стянул перчатку со своей правой руки. Длинные, белоснежные пальцы явились на свет огня. Его руки были словно созданы для того, чтобы ими восхищались. Он развернул и немного нагнул Итэра, поставив того на колени, и заодно полностью скинул с себя брюки, которые болтались внизу его ног. Нежно облизнув палец, алхимик аккуратно ввёл его в анальное отверстие Итэру. Оно оказалось настолько узким, что член Альбедо просто не прошёл бы, поэтому учёный решил сперва разработать его своими руками.       — АРГХ… — громко стонал Итэр. Даже можно было сказать, что это было похоже на крик.              — Могу остановиться, если… — было начал Альбедо.              — То-олько н-не останаваливайся, Альбедо. Прошу т-тебя, — проговаривал Итэр, продолжая стонать. Да, ему было неприятно от того, что ему лезут в анал, но он в это же время и начал получать удовольствие от таких ощущений, ведь нигде и ни с кем он ещё подобного не испытывал. Альбедо делал работу пальчиками нежно, постепенно заходя глубже. Но в какой-то момент времени он вставил два пальца, начиная массировать более уверенно и активно.       — Аргх-а-а-а, твою мать, — стонал Итэр, но уже в подушку — не хотел он, чтобы Паймон услышала даже самую мелочь. — П-п-родолжа-а-а-ай! Мхмха…       Альбедо и не собирался останавливаться — он уже сумел нащупать простату, и начал её массировать, тем самым заставляя Итера просто зарыться головой в подушку. Алхимик улыбался, как самый настоящий злодей, но он сам же и получал удовольствие от процесса.       Он остановился. Итэр наконец смог после пяти минут массажа поднять голову и передохнуть. Ему было всё это в новинку, поэтому и давалось несколько тяжеловато.       — АРГХА! — резко вырвался крик из Итэра. Альбедо постарался — он нежно и довольно аккуратно ввёл свой крепкий член через анальное отверстие Итэра. Он действовал крайне осторожно, не желая причинить вред путешественнику. Алхимик прекрасно осознавал, что может просто порвать ему кишку изнутри, поэтому он старался держать себя под контролем. Поэтому от грубости и резкости не осталось и следа.       — Альбедо… – тихо постанывал Итэр. — Ты так… нежен.       Алхимик же держался за худенькие бёдра путешественника, продолжая его нежно трахать. Узкое отверстие не давало пока сильно далеко просунуть Альбедо свой член, да и ширина собственно тоже его тормозила, но ему нравилось ощущение узости, которое он испытывал от проникновения. Итэр же стонал, стараясь делать это тише, но получалось крайне трудно. Альбедо прижался к нему, ощущая всё его тепло и его самого, его движения, и стонал на ушко, продолжая медленно двигать внутри него членом, пытаясь проникнуть как можно глубже. Но тут он снова полноценно встал на ноги, и начал активнее трахать Итера.       — Аргх, Альбедо, да, давай. Можешь сильнее.       И Альбедо послушался его — он останавливался и резко вводил член в анальное отверстие, пытаясь его расширить и проникнуть глубже. И под таким давлением мышцы сфинктера начали поддаваться. Альбедо стал активнее двигать бёдрами и тазом, заставляя Итэра чуть ли не кричать от такого удовольствия. Сам алхимик также стонал от удовольствия. Он снова ускорился, и бедный путешественник уже просто терпел эту боль, которую он получал от проникновения.       — Боже, да! Не останавливайся!       И послушный Альбедо стал трахать ещё сильнее. Казалось, что Итэра скоро просто разорвёт или он отключится от болевого шока, но он прекрасно чувствовал всё, а потому мог ещё терпеть такую боль, хотя член алхимика уже он чувствовал хорошо, и ему было даже удобно на нём находиться, хоть тот и находился у него в кишке. Тренировки явно не проходили даром.              Резко Альбедо остановился — ему было несколько тяжеловато работать в таком темпе, а вот Итэр, прогнувшись ещё сильнее и вытянув руки вперёд, не стал останавливаться и продолжил самостоятельно, двигая вперёд-назад всем тазом и ощущая всю длину члена, и не давая ему выскользнуть. Альбедо лишь слегка делал какие-то телодвижения и стонал, пытаясь контролировать процесс и себя, но он чувствовал, что больше долго он просто не сможет. Поэтому он с силой поднял Итэра, прижал его к книжному шкафу, что находился у них всё время за спиной, да с такой силой, что на землю с грохотом упало несколько книжек, и, прикрыв ему рот рукой и придерживая одну ногу в воздухе, начал его активно трахать, да так, что Итер успел случайно прикусить ладонь алхимику.       Альбедо дышал довольно тяжело, сам он уже довольно сильно успел покраснеть. Каждое следующее движение давалось тяжелее, да и ноги начинали подкашиваться. Но Альбедо всё контролировал.       — С-сейча-ас, — начал было он, но дальше просто не сумел выговорить. Его дыхание на несколько секунд стало прерывистым, а учащённое сердцебиение говорило само за себя. В руках Альбедо держал свой член, который он вытащил, а на заднице у Итэра была белая как мел сперма.       — Не двигайся. Сейчас я всё вытру, — сказал алхимик. Он действительно взял и нежно, как мать вытирает дитя, лёгким движением всё вытер и выкинул салфетку в огонь. На фоне огня было видно, насколько он вспотел — всё его тело просто блестело, а на фоне лёгкого холода, который заходил через вход палатки, было заметно, как от него исходил пар.       Только Альбедо отошёл от огня, как перед ним возник Итэр, держа перед ним свою руку. Путешественник ничего не сказал, поэтому алхимик сделал то, что ему казалось правильным — он медленно снял перчатку обеими руками и начал целовать руку. Раз удара не последовало — значит всё было сделано правильно.       Альбедо посмотрел своими голубыми глазами, в его взгляде читалась радость и удовольствие. Но не успел он даже встать во весь рост, как Итэр прогнул его, оставляя на обеих ногах, придвинул снова к тому же шкафу, и, придерживая его за белые красивые волосы, вставил свои пальцы, чтобы расширить мышцы сфинктера. Альбедо не мог нагнуть голову, поэтому стоны вырывались вверх и были чётко слышны.       — Да, Итэр, ах… Продолжай.       Итэр понимал, что такая реакция значит, что он делает всё верно. И ему это начинало нравиться, а понимание происходящего его давно уже не волновало — он предавался моменту.       — Глубже, Итэр, глубже. Ох, да, вот так, — приговаривал Альбедо, помогая ему. Он уже успел понять, что это первый подобный опыт у этого славного и милого парня, к которому его сперва притянули звёзды…       Итэр же уже работал двумя пальцами, и хоть у него получалось, всё же они были несколько мельче, чем у того же Альбедо. Но это ему не доставляло проблем. Посчитав, что этого достаточно, он вытащил пальцы и медленно ввёл свой член в Альбедо. И хоть он был меньше, член всё равно вошёл с трудом, когда путешественник начинал трахать Альбедо, который тихонько стонал от получаемого удовольствия и ощущения члена в себе.       — Ох, Итэр… — проговорил Альбедо, поправляя свои волосы и наблюдая за процессом через плечо. Ему не казалось это странным, наоборот, это было то, чего он мог лишь желать. — Продолжай, ах.       Итэр не останавливался, хотя и шло с трудом, что его раздражало. Тут он решил сделать иначе — взяв Альбедо под мышку, он его опёр на изголовье так, что крупная задница алхимика, которая была очень красивой и имела симметричные округлые формы, в купе с чуть более крупными, чем у путешественника, бёдрами, смотрели немного вверх, а сам алхимик лицом упирался в матрас. Итэр не стал медлить — он хоть и быстро, но аккуратно, проник в алхимика и стал его трахать уже более уверенно, часто двигая вперёд-назад. И действительно, так ему было гораздо удобнее. А Альбедо закусил нижнюю губу, схватив одной рукой одеяло, и нежно стонал. С каждым движением путешественник ощущал, что он проник достаточно глубоко, но его колени просто подкашивались       — Дольше не… смогу, — проговорил Итэр и в ту же минуту своим горячим телом прижался к Альбедо. Сил на то, чтобы самостоятельно трахать своего друга-любовника, у него не оставалось. И алхимик решил помочь ему — уложив путешественника на кровать, он повернулся к нему спиной и, с трудом сев на член, стал скакать на нём, словно тот был его конём. Альбедо делал это медленно, но он сумел полностью вставить член Итэра и почувствовать всю длину, после чего начал прыгать так, что даже кровать начала трястись от их взаимодействия.       — А-альбедо, святой Барбатос, ах, — вырывалось из уст путешественника. Он больше не мог терпеть, и, согнав с себя своего друга, он кончил ему на его красивый зад, который блестел от пота в потоке света, который давал огонь. Альбедо молча вытер всю сперму, большое количество которой выделил Итэр, и лёг к нему. Они ничего не говорили, просто смотрели друг на друга, они улыбались ярко, но делали это глазами. Поцеловавшись, они обнялись и крепко уснули, проспав так до самого утра…       — ОЙ! Вы это тут чего в обнимку спите, а? — резко раздался шум над ними. Паймон уже не спала и успела заметить.       — Паймон, и тебе доброе утро, — проговорил спокойно Альбедо, как только открыл глаза. — Итэр, ты спишь?       — Уже нет, — отвечал путешественник. — Доброе утро.       Проснувшись, они встали с кровати, оделись и стали готовить завтрак. Итэр приготовил три яичницы по-тейватски, одну большую порцию питательного салата и специально для Паймон порцию блинчиков, а Альбедо себе в дополнение приготовил свою любимую солнечную рыбу. Сев завтракать, они все втроём обсуждали кому что снилось, как все спали и делились своими планами. Так, Паймон рассказала, что ей снилось, как она попала в мир, где было много всякой еды и продавалась она бесплатно, как она пыталась всё, что только могла увидеть, съесть, и как она в итоге попала в тюрьму за переедание. Парни смеялись, пока Паймон их отчитывала, но недолго, потому что после этого она сразу же принялась есть блины.       — Может вы мне оба объясните, что это было вчера и сегодня? — решила спросить Паймон. — Особенно ты, Альбедо. Ты же умный человек.       — Хм… Я могу сказать, что это было что-то вроде вспышки, наподобие взрыва космических тел в атмосфере. При таком взрыве, или даже точнее сказать, сгорании, происходит небольшая вспышка и выделяется тепло, которое окружает только это тело. И отсюда мы видим след за такими телами.       — А можно проще? Паймон не понимает, что ты хочешь этим сказать.       — Хорошо. Я как тело — тлею и выделяю тепло, и из меня идёт хвост. Изнутри. Это — мои чувства, которые меня давно уже успели охватить, но я их успешно скрывал ото всех. Приходилось об этом думать достаточно много и долго, особенно пока я был в плену у двойника. В общем… Итэр, я люблю тебя.       Итэр, молча повернулся и посмотрел на него. В глазах Альбедо можно было видеть лишь огонь, такой яркий, что думаешь, будто он тебя поглотит.       — ЧТО?! ЭТО… ЭТО НЕВОЗМОЖНО! — вопила Паймон. — Это категорически неправильно!       — Паймон, перестань, — спокойно сказал Итэр. — Чувства есть чувства, и я рад, что Альбедо смело о них говорит. Но давайте о чём-нибудь пока другом, а то ты нас, Паймон, испепелишь.       — Согласна, — спокойно теперь сказала Паймон. Они спокойно пили горячий чай и наслаждались беседой.              — А какие у вас планы сейчас? — поинтересовался Альбедо.       — Наверное, никаких особо. Просто также ходить по миру, исследовать его, выполнять какие-то поручения. Ничего экстравагантного, — говорил Итэр.       — Что ж, тогда давайте вас проведу.       Допив чай, Паймон и Итэр собрались, а Альбедо их стоял и провожал. Он попрощался с Паймон и подошёл к путешественнику. Его глаза как-будто излучали грусть.       — Итэр…       — Ничего не говори. Это было великолепно. Было потрясающе, и мне понравилось. Ты был очень хорош.       — Я бы хотел, чтобы ты остался. Но дела есть дела, понимаю.       — Я буду тебя навещать почаще. По крайней мере постараюсь.       Итэр после крепких объятий посмотрел ему прямо в глаза. Он сильно покраснел от смущения       — Я тебя тоже люблю, Альбедо.       После этих слов они нежно поцеловали друг друга.       — Фу, ну это же неправильно! — голосила Паймон, когда они уже отошли от лагеря Альбедо.       — И ничего ты не понимаешь, Паймон! Чувства есть чувства, их нельзя просто так отнять или получить к определённому человеку только потому, что это твоё желание. Это… Это как получить Глаз Бога — это дар. И его нужно принять и правильно им распорядиться. И не важно, к кому ты испытываешь! Паймон решила промолчать, потому что понимала, что Итэр прав.              — Ладно, Паймон принимает такое. Но с одним условием — я остаюсь твоим верным другом!       — Это даже не обсуждается!       Так они отправились дальше за новыми приключениями…