хранитель

Лес дарит Чонину покой и умиротворение. Без Леса он не чувствует себя целым. Чонин обходит Лес практически весь за целый день, ориентируясь безошибочно по скрипу тонких веток, крику птицы или дуновению ветра. Он знает Лес, как свои пять пальцев. Огни деревни виднеются поодаль, спрятанные за молодыми деревьями. Черничные сумерки всё ниже опускаются на Лес, цепляясь за верхушки старых дубов, которые старчески кряхтят от сильного ветра. Чонин осматривается ещё раз и заходит в дом. Когда он был малышом, то любил слушать сказки деда долгими зимними вечерами. Глубокий дедовский голос разбавлялся воем пурги за окном. Чонин пугался и охал, а дед смеялся и гладил мозолистой ладонью макушку внука, приговаривая, чтобы не боялся, ведь вся его сила от природы. Только Чонин всё равно полночи не мог уснуть, выискивая сонными глазами в углах хижины древних демонов и чудовищ, о которых рассказывал дед. И тогда, малышом, даже не догадывался, что не все рассказы дедушки – это сказки. Ян Чонин жил один вот уже два года на опушке леса, у подножия горы. Он умел лечить травами, как его учил дед, жители деревни приходили к нему за снадобьями и мазями от разных болезней. Всё лето он собирал травы и готовил запасы, чтобы быть готовым к зиме, когда всё чаще болели дети и старики. Чонин был тих и нелюдим, но жители деревни его уважали за талант, который он перенял от деда. Чонин был сердобольным и не равнодушным к чужой боли. Прогуливаясь по лесу, он часто натыкался на раненых зверей или птиц. Вытаскивал из капканов раненых животных и приносил в дом, ища одобрения в глазах деда. И тот кивал, помогая их выхаживать. Стук в дверь отрывает Чонина от чтения записей деда. Ян отодвигает засов, впуская гостя внутрь. - Пока ты копошился, я успел себе всё отморозить, - бурчал парень, стряхивая снег с меховой жилетки. - Хватит ворчать, Минхо, - Чонин забирает две заячьи тушки и идет к печи, чтобы освежевать. Ли Минхо, единственный друг Чонина, иногда заходит к нему, возвращаясь после охоты. - Видел недалеко от твоей избушки волчьи следы, будь осторожен, - предупреждает Минхо. Чонин кивает и улыбается, благодаря, таким образом, за заботу товарища. Но Минхо даже не подозревает о том, что его друг – Хранитель Леса, и любое животное, которое осмелиться причинить ему вред, сразу же погибнет от одного щелчка его пальцев. Минхо безмятежно спит после отвара из мелисы и мяты, убаюканный голосом Чонина и вьюгой за стенами дома. Ян не спит, вслушивается в звуки снаружи – он четко различает одинокий волчий вой, полный боли и страха. Чонин выходит из хижины босым и легко одетым. Тихо прикрывая за собой дверь, чтобы не потревожить сон Минхо, он пристально всматривается в непроглядную темноту. Но ему не нужно знать дорогу, потому что Лес сам выведет его к нужному зверю. В лесной чаще вспыхивают голубоватые огоньки: зимние светлячки поднимаются в воздух, чтобы осветить дорогу Хранителю. Он ступает босыми ногами по хрустящей корке снега, оставляя за собой еле заметные следы. Это для него привычно, обувь лишь, как отвод глаз для людей. Чонин идет мягко и по-лисьи бесшумно. Вьюга утихает, стоит ему только выйти из дома. Как ласковый зверь, она мурлычет где-то в голых ветках деревьев, цепляется снеговым пологом своего одеяния за сухие сучки, и совсем исчезает в темно-фиолетовом небе, уносясь ввысь последними белыми хлопьями. Чонин касается деревьев кончиками пальцев практически невесомо, но и этого хватает, чтобы они заговорили, ему нужно только прислушиваться к их скрипучему перешептыванию сбоку, над головой, за спиной. Они шепчут совершенно по-разному, но больше о том, как охотники ранили зверя, как не смогли потом поймать. Лунный свет и облако светлячков приводят прямо к тяжело раненому волку. Чонин видит его следы возле старого ельника, что своими огромными лапами закрывает окровавленного зверя от посторонних глаз и ветра. Он тянет носом воздух, совсем по-звериному, чует теплую кровь волка и слышит прерывистое, хриплое дыхание. Кровь медленными толчками вырывается из рваной раны, сердце работает, но пульс частит. Молодой Хранитель забирается внутрь елового укрытия и опускается на колени перед зверем, чтобы осмотреть. Обессиленный волк тихо рычит, но когда ведет носом и понимает кто перед ним, покорно затихает и опускает голову на багровый снег. Алая кровь повсюду. Она пропитала идеально белую шерсть зверя, что местами свалялась от длинных перебежек без отдыха и влаги. От багрового покрывала начинает рябить в глазах. Внутри Чонина поднимается такая сильная злость на людей, что голыми руками их бы убил, попадись они ему сейчас на глаза. И ещё Ян надеется, что среди охотников не было Минхо, иначе он не сможет простить его никогда. Чонин касается белоснежного загривка волка и ведет пальцами по мягкой, холеной шерсти, пытаясь успокоить частое сердцебиение. Хранитель забирает боль, хотя и понимает, что ничтожно мало. Волк скулит, из пасти вырываются сгустки алой крови, когда Чонин подхватывает его на руки: сломанная лапа неестественно выворачивается наружу. Несмотря на размеры зверя, он несет его, даже не чувствуя веса. Ему срочно нужно в дом, чтобы начать лечение. Пока они идут обратно, Чонин приговаривает заговор, чтобы удерживать волка в сознании. Но глаза зверя почти всю дорогу закрыты. В Чониновском доме тепло и пахнет травами; Минхо только недавно ушел, оставив свежий, ещё теплый, травяной отвар на столе. Чонин опускает зверя возле печи и выходит на улицу, чтобы набрать снега и хвороста. Он совершенно не удивляется, когда по возвращению видит обнаженного, окровавленного парня вместо волка. У него разорвано плечо, сломана ключица – Чонин промывает рану талой водой, пока она не становится чистой и более-менее годной для работы дальше. Хранитель помогает волку подняться и опереться о стену. У того красивые черты лица, крепкое тело и глаза синие, как васильки, на летней поляне. - Ты – сильный, - произносит Ян, доставая иглу и нить из темной дубовой шкатулки. – Держись. Пока Чонин зашивает рану, волк лишь напряжено на него смотрит, но боль стоически терпит, не издавая ни звука. Зверь не сводит с Хранителя пристального взгляда, словно пытается понять, можно ли ему доверять. Но природа наделила Чонина силой, благодаря которой он должен поддерживать равновесие. Чонин – баланс. Он замечает его прямой взгляд, но не отвлекается, сосредоточенно смотрит на края разорванной раны, аккуратно сводя их вместе и сшивая, ловко орудуя иглой. Дед в детстве часто рассказывал ему о волках: о их повадках и привычках. Они смогут перетерпеть всё, что приведет к выздоровлению. Затем Хранитель накладывает мазь, прикладывает компресс из толченого шалфея и подорожника. Но самое главное – это руки Хранителя. Они и есть завершающей частью лечения. Чонин накрывает повязку своими руками, и начинает шептать на неизвестном языке, которого его обучил дед перед своей смертью. Старик передал ему все свои знания и силы, покидая этот мир. Ян Чонин мог лечить не только людей, но и всех живых существ, которым нужна была его помощь. Он – сила и оберег этого Леса. Зверь засыпает, как только Чонин заканчивает с лечением. Он укрывает его льняной тканью и меховой накидкой, что когда-то ему подарил Минхо, и сам обессилено ложится рядом, закрывая глаза от усталости. Сон приходит лишь на короткий промежуток времени, Ян просыпается от коротких и частых выдохов волка, что метается во сне. Он прикладывает руки к взмокшим волосам и ласково гладит по лбу, вискам, стирает пот, впитывает его боль. Чонин с нежностью гладит пшеничные волосы парня, аккуратно перебирает пряди, легко пропуская их между своих пальцев. Его сон крепкий, несмотря на метания. - Спи. Тебе нужны силы, - шепчет Чонин и поднимается на ноги. Он идет из дома в лес, чтобы набрать дров для печи. Чонин не чувствует холода, но волку нужно тепло для быстрого восстановления. Зверь спит до самого вечера, а когда просыпается, то Чонин видит, что от настороженности не осталось и следа. Зверь с интересом рассматривает дом. - Как тебя зовут? – спрашивает Чонин, перебирая сушеные травы и сортируя их по мешочкам. Одни сборы – от кашля, вторые – хороши при простуде. - Хенджин, - отвечает парень. - Я приготовил тебе одежду, - Чонин поднимается из-за стола и подносит стопку одежды. – Давай помогу. Зверь молча кивает и поднимается на ноги. Он заходится кашлем, выплевывая кровавые сгустки. Чонин подхватывает его под руки, удерживая на ногах. Он плавно перемещает ладони на грудь парня, от прикосновения целительных рук Хранителя волку становится легче. - Приготовлю тебе отвар, - обещает Чонин и тепло улыбается, сдувая челку с глаз.

***

Волк проводит в доме Чонина неделю перед тем, как обратиться снова и уйти в Лес. Хранителю становится немного грустно, ведь ему нравилось общество парня, который умел внимательно слушать и иногда рассказывал о своей жизни в волчьем обличье. Чонин идет в деревню, чтобы пополнить свои запасы риса. Он здоровается с местными жителями, у некоторых спрашивает об их здоровье, самым маленьким своим пациентам приносит сладкие сушеные ягоды. Со стороны рынка доносится шум, а затем слышится выстрел, и Чонин спешит туда, чувствуя неладное. На площади почти никого не осталось – люди, испугавшись выстрелов, скрылись в своих домах, но охотники сбились в кучу вокруг трех клеток, выставит дула ружей вперед. Белоснежная шерсть волк сверкала в лучах зимнего солнца, подобно крошке алмазов, а синие глаза были яростными и свирепыми. - Не смейте стрелять в него! – выпаливает Чонин и выбегает перед волком, закрывая собой от наставленных ружей. Люди переглядываются между собой, не понимая, что происходит. - Уйди, мальчишка! Зверь за спиной Яна утробно рычит, сверкая зубами. Чонин чувствует, как волк толкает его в спину, и становится рядом, не спуская взгляда с закрытых клеток. Пара песцов и волк, скрытые спинами охотников, надрывно скулят. Внутри Чонина поднимается неимоверная сила, неподвластная контролю человека – его место занимает Хранитель. - Выпустите пойманных животных, - приказывает он. Человек внутри пугается властности и силы его голоса. Охотники – повинуются: опускают оружие на снег, утоптанный сотнями ног, и открывают клетки, выпуская несчастных зверей. - А теперь идите домой, - снова приказывает Ян, наблюдая за тем, как мужчины бредут к домам, скрываясь из глаз. Волк уходит последним, на прощание он бросает на Чонина взгляд васильковых глаз. Хенджин приходит через день, когда солнце садится, и его место занимает манящая желтобокая луна. Чонин совсем не удивляется, когда видит за дверью белоснежное животное. Отступая в сторону, впускает гостья внутрь. Хенджин перекидывается сразу же, как оказывается внутри и занимает место на полу, возле печи. - Спасибо, что помог, - благодарит он, принимая из рук Хранителя чашку с горячим настоем из мелиссы. - Это – моя обязанность, - Чонин улыбается и садится за стол, рассматривая Хенджина в тусклом свете свечи и отблесков языков пламени из печи. - Как плечо? Не беспокоит? - Всё в порядке. - Они – твои друзья? Чонин не должен лезть в его дела или привязываться, но не может устоять перед соблазном узнать больше. - Да, мы вместе живем в этом Лесу уже очень давно. - Сколько тебе лет? – спрашивает Чонин, хотя и понимает, что все эти года слишком условны для волка в человеческом обличье. - Я уже не помню, - признается Хенджин и тихо смеется, замечая реакцию Чонина на свои слова. – Я не живу человеком, поэтому не веду счет годам. Для меня – главное не попасться охотникам. - Но ты ведь был когда-то человеком? – Чонин с интересом замечает, как меняется в лице Хенджин. – Дед мне рассказывал, что белые волки – редкость в наших лесах. Вы пришли из северных земель, после того, как королевские войска уничтожили ваши леса огнем. - Ты слишком много знаешь, - горько усмехается Хенджин. – Уничтожили не только леса, но и поселения, где мы жили. Я остался жив, потому что меня спрятали, как последнего из рода Волков. С тех пор я странствую. В вашем Лесу пока что самое спокойное место. До этого времени, думает Чонин, но не произносит в голос. - Потому что прошло слишком много лет. Те, кто помнили о роде Волков, уже давно мертвы. А о том, что рассказывают, люди думают, что - это сказки. - Ты первый Хранитель, которого я вижу. Я думал, что вы – всего лишь легенды. - Я и не встречал других. - Какие твои годы, - смеется Хенджин. – Ещё увидишь. - Ты ведь пришел не просто так? - Я пришел поблагодарить и попрощаться, Хранитель. Хенджин поднимается на ноги, Чонин – следом за ним. В васильковых глазах волка он видит своё отражение. - Люди не оставят меня в покое. Нужно уходить. - Но ты вернешься? - Чонин спрашивает с надеждой, хватаясь за длинные пальцы Хенджина. - Конечно. У тебя здесь уютно. – Волк сжимает пальцы Хранителя в ответ. - Тихо. Дверь скрипит, а Чонин хочет навсегда запомнить касание губ Хенджина.