Ритм сердца

      Ехать в полном молчании стало уже традицией — Джастин, глядя на сосредоточенного Брайана, поглощенного дорогой и панелью управления настолько, словно впервые в жизни сел за руль, подумал, что тот тоже волнуется. Но пытается это скрыть, покусывая губы. Джастин уже успел уловить некоторые привычки Брайана — наверное, потому что не смотреть на изгиб его рта было просто невозможно.       Сегодня невероятно повезло, что родители и Молли вскоре после обеда отправились в самый дальний из соседних городов, и вернутся только завтра. Значит, он избавлен от очередной необходимости врать и выкручиваться — Джастин просто пообещал не умереть и не заскучать. И, чтобы показать серьезность намерений пока все собирались, сел на улице с блокнотом, делая наброски коттеджа — «на память о хорошем отдыхе».       А едва они скрылись из вида, направляясь к выходу с территории пансионата, помчался в другую сторону — к домику Линдси, где собственное отражение в зеркале вернуло в недавнее прошлое. На него смотрел недавний выпускник Сент-Джеймса Джастин Тейлор. Только, в отличие от прошлого Джастина, настоящий сходил с ума от беспокойства: перед балом он ни капельки не волновался. Важность такого события как окончание школы как-то не осознавалась.       Не то что сейчас! Джастин приказывал себе сидеть спокойно, не ерзать на сидении, будто ему пять лет и его впервые везут в «Диснейленд». Он справится! Не позволит нервам подвести Брайана и Линдси.       Только движение к другой цели прекратилось. Все стояло на месте. На озере казалось, что в глазах Брайана притаился интерес и желание, сродни тому, что не давало покоя ему самому. Но уже через мгновение Брайан снова превращался в каменную глыбу. Такую, как теперь: ему словно не было дела до Джастина и того, что им предстоит!       Глупо было предполагать, что Брайан тоже не спал всю ночь, ворочался и ждал, чтобы скорее настал нужный момент… И в то же время, чтобы он не наступил вообще никогда.       — «Шелтон».       Это прозвучало так, словно Джастин ехал в автобусе, где записанный голос объявлял остановки, но короткое слово будто встряхнуло, возвращая в «здесь и сейчас». Пока Брайан парковался, Джастин внимательно рассмотрел здание: ничего особенного, похоже на миллионы других отелей. Вот только он ничего похожего на то, что ждет впереди, не делал!       Все произошло как-то быстро и скомкано: вот Брайан на ходу поздоровался с какими-то парнями и девушками, на бегу бросил им нарисованный плакат с надписью «Выпускной бал», закинул сумку в маленькую тесную комнату и потащил Джастина на небольшую сцену.       — Здесь будет световой луч. Его направят в момент, когда ты начнешь двигаться спиной к залу. У нас есть минут пятнадцать, соберись! Сейчас перерыв после окончания основной части концерта, потом, когда все снова сядут, откроется занавес, кто-то будет петь, а дальше — наш выход. Скоро вернусь.       Джастин глубоко вздохнул. Наверное, даже лучше сейчас побыть одному, чем в тесном коридорчике, откуда доносились смех и обрывки разговоров артистов. Брайан, наверное, с ними. Джастин снова попытался глубоко вздохнуть и отогнать мысли о том, что в нужный момент ничего не вспомнит и опозорится на глазах у всего отеля… Нет!       Брайан появился внезапно, и еще более неожиданным стало то, что он обнял сзади за талию и прошептал в ухо:       — Ты сможешь.       Но когда Джастин повернулся, Брайан отстранился и протянул крошечную бутылочку, усмехнувшись:       — Для профилактики. И чтобы улыбаться не забывал.       Вкус виски обжег не только внутренности, но и мысли. Вдруг бросило в жар, хотя холод был бы более кстати. Но Джастин не успел подумать больше ни о чем — Брайан осторожно приблизил свое лицо к его… Сердце начало выплясывать, и глаза закрылись сами собой. А в следующую секунду губы Брайана прижались к его рту: сначала ласково и нежно, а потом вторгаясь с напором завоевателя, уверенного в справедливости своих притязаний.       Джастин обнял Брайана, наслаждаясь вдруг изменившимся в лучшую сторону вкусом виски с привнесенной Брайаном табачной нотой. Его губы творили волшебство, отрывая от земли и вознося к облакам в сладком безумии.       Которое закончилось так же резко, как и началось: Брайан с негромким смехом, щекочащим ухо, слегка отстранил его от себя.       — Боюсь, придется прекратить, иначе что-то помешает нам танцевать. Но если ты покажешь на сцене такую же страсть, трахну так, что не забудешь до конца своих дней. Поверь, я знаю, о чем говорю. А сейчас…       Брайан буквально вытолкнул его на темную сцену, и у Джастина было лишь мгновение, чтобы вспомнить совет Линдси: не терять зрительного контакта с Брайаном и не обращать внимание на происходящее в зале. Зазвучала музыка, и…       Джастин не понял, как это произошло, но внутри вдруг что-то щелкнуло, и тело само начало двигаться, попадая точно в ритм. А он сам будто стал существовать отдельно от него, сосредоточившись на глазах и улыбке Брайана. И его собственные счастливые соблазнительные взгляды полетели в ответ, как стрелы. Вот он, тот самый драйв, которого Брайан и Линдси пытались от него добиться! Сейчас Джастин купался в нем, и если можно сравнивать эмоции с лампочками, у него внутри их оказалось столько, что хватило бы, наверное, на целую планету!       Руки Брайана, не отрывающиеся от его тела, придавали столько уверенности, что на последнем куплете Джастин не сомневался, что взлетит…       «'Cause don't forget who'staking you home       And in whose arms you're gonna be       So darlin'       Save the last dance for me»       А теперь самое отчаянное: улыбнуться Брайану и продефилировать в танце на другую сторону сцены, чуть задержавшись, чтобы послать единственную улыбку в зал — зрителям, глядя над их головами. Разбежаться и…       «'Cause don't forget who'staking you home       And in whose arms you're gonna be       So darlin'       Save the last dance for me, mmm»       Джастин не понял, что случилось, но Брайан перед его попыткой подпрыгнуть вдруг схватил за руки и закружил на месте, чтобы, не дав опомниться, увести за сцену под оглушительные аплодисменты. И Джастин, вдруг обнаружив, что дышать стало тяжело, осознал, что все закончилось словами Брайана:       — Отлично, пизденыш! Даже не ожидал. Вот что значит вовремя данное обещание…       — Которое не собираешься выполнять?       Вдруг показалось, что море эмоций стало по колено. И что, если Брайан сейчас развернется и уйдет, это не станет концом света. И началом тоже не станет…       — Прибереги адреналин до спальни. Жди меня в машине.       

***

      Снова молчание по дороге. И вот они уже у домика Брайана, куда Джастин в последнее время приходил почти каждый день. Но в сегодняшнем привычном помещении все было по-другому: взгляд не отрывался от кровати. Все наверняка произойдет там… И, черт, лучше бы… Брайан опередил его мысли:       — Ты знаешь, где душевая, иди первым. — Джастин едва успел поймать какой-то пакет, полотенце и футболку с джинсами, после чего отправился в соседнюю постройку. И лишь когда упругие струи воды почти обожгли, понял, что ему адски страшно. Гораздо страшнее, чем перед сценой «Шелтона».       И хорошо, что они с Брайаном столкнулись уже у дверей домика, где тот молча взял у него пакет с шампунем и гелем и ушел туда, откуда Джастин вернулся в его одежде — пришлось подгибать штанины, чтобы дойти обратно, не запинаясь о них       А успокоиться все никак не получалось. Мечтать переспать с Брайаном Кинни оказалось куда легче, чем сделать это. Но бегства не будет! Потому что губы Брайана были слишком сладкими на вкус, а прикосновения к его коже… При одной только мысли об этом сердце начинало заходиться в танцевальном ритме!       Еще несколько минут, и можно будет целовать Брайана, сколько захочется. И чувствовать его всем телом.       Брайан, едва успев войти, выключил свет, и все фантазии Джастина приобрели более глубокую и густую окраску. И в этом было еще больше возбуждающего.       — Боишься темноты? — Весь Брайан сейчас оказался сосредоточен в шепоте, словно это было все, что от него осталось. — Или того, что сейчас произойдет?       — Ни того, ни другого. — Джастин подошел к Брайану и легко скользнул руками по его спине.       — А если я тебе не поверю?       — Не верь. Просто поцелуй так, как…       Договорить Джастин не успел.       Брайан порывисто схватил его и впился губами в губы, будто не желая больше ничего слышать. А Джастин и не думал возмущаться — отчаянно целовал в ответ, ощущая в голове вакуум. Ни единой мысли, ни единого слова. В темноте он весь превратился в ощущения: мягкость губ, крепость таких родных рук, прижимающих к себе, совместное дыхание… В одном ритме, как на сцене — Брайан умело вел их дуэт. И первым начал сбрасывать одежду с Джастина, а потом и с себя, всего на считанные секунды разрывая поцелуй, а затем сливаясь вновь.       Еще один порыв — и Брайан поднял Джастина в воздух, и он машинально обхватил талию Брайана ногами, прижимаясь невероятно крепко стоящим членом к его животу. Ощущение, что полностью доверился кому-то, переполняло. Невесомость, ласка и темнота оглушали и опьяняли.       Открыв глаза, Джастин увидел в тусклом лунном свете — глаза адаптировались к темноте, — как Брайан несет его к кровати и, заглядывая в глаза, медленно укладывает на покрывало.       — Ты весь дрожишь, — прошептал Брайан, нависая над ним. — Действительно хочешь этого?       — Да… — сорвалось с губ Джастина, а следующим его звуком стал протяжный стон, потому что Брайан поцеловал его в шею, проводя руками по груди — и Джастин решился сделать то же. Но насладиться ощущением гладких упругих мышц не удалось — Брайан отстранил его руки, а сам продолжил путешествие по его телу, проводя губами и языком дорожку вниз…       Желание распалялось, и сомнения и страх сменились нетерпением. Когда Брайан оказался на уровне его паха, Джастин непроизвольно дернулся вперед.       — Надо же, какой нетерпеливый! — Улыбка в этих словах чувствовалась почти осязаемо. Джастин представлял, как Брайан хищно ухмыляется, выражая, как обычно, целый букет эмоций: от сарказма до восхищенного одобрения.       И не дожидаясь ответа, Брайан опустился губами на его член и начал нежно облизывать и посасывать головку.       Если бы Джастина попросили описать ощущения, он бы представил холст с экспрессивными мазками ярких красок — это он сам. И музыкальный вихрь, кружащийся в неком только ему самому известном, но очень красивом танце — это Брайан. Его язык, уже широкими мазками ласкающий. Мягкие губы, жадно целующие. Горячий рот, гостеприимно принимающий…       И хоть Джастин старался запомнить каждую секунду, впечатать в сознание каждый аспект нового опыта, у него не получалось — проваливался в небытие и выныривал, когда казалось, что скоро наступит разрядка. И пропустил вторжение сразу двух пальцев в податливое разгоряченное тело — откуда-то возникла смазка и квадратик презерватива, которые Брайан безошибочно нащупал в темноте.       Продолжая разрабатывать пальцами, Брайан приподнялся и другой рукой дотянулся до прикроватной тумбочки, на которой стоял магнитофон.       Заиграла песня. Их песня! Та самая, которая позволила сблизиться, подарила десятки часов репетиций и сотни часов ожидания таковых.       Убравший пальцы Брайан ловким движением распаковал и надел презерватив, а потом снова удивил: схватил Джастина и поменялся с ним местами. Теперь он лежал на спине, а Джастин нависал, для устойчивости раздвинув колени — справа и слева от бедер Брайана. Теперь настала очередь Джастина изучить его тело, пусть и в темноте, на ощупь. Идеальные плечи, мужественно очерченная грудная клетка, пресс… завитки темных волос и стоящий в предвкушении крупный член, который Джастин обхватил рукой, оценивая размер. У него закружилась голова. И ощущение было непривычным — гладить и ласкать не свой член, — и до одури захотелось исполнить заветное желание. Почувствовать его в себе, потерять невинность.       Брайан, не в силах ждать, перехватил инициативу, притянув Джастина за затылок к губам, одновременно пристраивая его удобнее напротив своего члена.       В мыслях Джастина мелькнул страх, потому что не так он представлял себе позу для первого раза, но Брайан продолжал «вести», направляя, даже из такого положения. И Джастин, слепо доверившись, подчинился.       Головка, мягко раскрывающая тело, руки Брайана, поддерживающие бедра, темнота и музыка. Боли, которую Джастин ожидал, практически не было, ее место заняла эйфория от происходящего.       Брайан подождал, когда Джастин сам опустится — заполненный и переполненный как чувствами, так и членом, — сделал пару медленных толчков, услышав одобрительное мычание сдерживающего порыв Джастина, и набрал быстрый темп. Держа за талию, резко входил и выходил, массируя головкой изнутри, задевая простату. Пусть с неспешного ритма песни они оба сбились, но ощущение, что они продолжают недавно так успешно показанный зрителям танец, не отпускало.       Через минуту Джастин оставил попытки сдержаться и стонал во весь голос, даже не задумываясь о толщине стен летних домиков. Какое это имело значение, когда мира вокруг не существовало — он сжался до двух вполне конкретных мужчин, соединенных в единое танцующее существо.       Брайан с размеренного ритма переходил на рваный и резкий — и снова на размеренный. Быстрый и до невозможности медленный. Словно переключал в голове песни, подыскивая ту, под которую захочется танцевать. А партнер был рад поддержать любую, потому что главное — с кем.       Когда оргазм, так успешно отгоняемый сменой темпа, уже был готов разорвать Джастина на ноты, Брайан обхватил его член, и они одновременно кончили, в унисон ставя окончательный протяжный аккорд танцу. И все, что Джастин был в силах сделать — упасть на кровать рядом и бессильно провалиться в сон. Он не видел, как Брайан еще минут десять задумчиво лежал. Как поднялся и вытер свою грудь и шею полотенцем. Как осторожно лег рядом, укрывая пледом. А потом прижал к себе.       Утро ворвалось в жизнь Джастина шумом, смехом и разговорами за приоткрытым окном, ощущением легкости, полета и сил, которые заставили чувствовать себя едва ли не суперчеловеком. И понадобилось всего несколько секунд, чтобы осознать, что он в постели один. Где Брайан?