If you say me "yes"

Его руки были повсюду. Казалось, что ни одна клеточка тела Айбике не осталась без внимания широких ладоней Берка. Каждое прикосновение проносило новую волну жара по телу, из-за чего ей казалось, что вот-вот и кожа начнёт плавиться. Её железы успели раскраснеться и набухнуть от многочисленного мужского внимания. А на шее, кажется, не осталось участка, не затронутого губами и не покрытого засосом. Воздух раскалился от горячего дыхания обоих. Как бы Айбике не старалась, у неё не получалось сдерживать свои стоны. Он такой большой, разгоряченный, с взъерошенными волосами и блаженным оскалом, своим телом почти наваливается на неё. И тут трепетала не только её омежья ипостась, вся Айбике испытывала невероятное желание оказаться во власти Берка. Она так жаждала его прикосновений внизу, уже почти превратившись в лужицу. Но отчего-то парень медлил. Да и сам его облик был как будто размытый, нечёткий. Когда пальцы последовали по внутренней стороне бедра, двигаясь в направлении лона, Берк наклонился к её красному ушку, шепча: "Сладкая, просыпайся." Айбике резко раскрыла глаза, в попытке сфокусировать взгляд после сна. И лишь завидев перед собой копну знакомых рыжих волос, схватила подушку и отправила её в сторону лица парня. Тот же, не ожидая такого поворота, встретился с мягкой вещицей. Волна неприятного ощущения от ударной силы дала в голову, заставляя его недовольно охнуть. – Хей! Сладкая, это что за дела? Я вообще-то хотел разбудить свою женушку и позавтракать овсянкой с ягодами, а не принять таблетки от головной боли с утра пораньше. – Аккуратно укладывая подушку на прежнее место, произнёс шатен. В ответ Айбике лишь недовольно промычала что-то неразборчивое и сильнее укуталась в одеяло, поворачиваясь к Берку спиной. – Оф, ну и что мне прикажешь делать? – Он выдохнул, приподнимая уголки губ в полуулыбку и взглянул на так называемый кокон, в который зарылась девушка. Затем, посидев на кровати ещё несколько секунд, направился в сторону кухни. С их свадебной церемонии прошла неделя. За это время Айбике пять раз видела Берка во сне. В те два дня, когда он не появлялся в её снах, девушке не снилось ничего и получалось даже выспаться. После официальной части церемонии они вдвоем танцевали первый танец, при котором Айбике старалась не вдыхать его дурманящий запах корицы, но получалось плохо. Как хорошо, что крепкие руки шатена держали её за талию, иначе кудряшка точно бы грохнулась в обморок. Ей никогда не было хорошо только от одной близости с человеком, и это пугало Айбике. Всё это было настолько в новинку для неё, что хотелось сбежать в свою уютную комнатушку в родительском доме, спрятаться в груде мягких игрушек и больше никогда не вылезать наружу. Но назад дороги нет, и что-то в глубине души подсказывало, что это правильно. После того, как праздничная часть свадьбы закончилась, Айбике предстояло узнать, где теперь будет её новый дом. Берк привёз девушку в свою квартиру в центре Стамбула, находящуюся на третьем этаже пятиэтажки. Это был самый красивый многоэтажный дом, который когда-либо видела девушка. А она, хоть и не работала сейчас полноценным журналистом, но во время учебной практики повидала достаточно различных зданий не только Стамбула, но и других городов. Просторная светлая квартира с балконом, выходящим на набережную. Как только дверь квартиры закрылась, Айбике обозначила свои границы, категорично объявляя, что спать с Берком в одной кровати и комнате она не собирается. Благо, наличие гостевой комнаты спасало её от лишней нервозности. – Не хочешь, чтобы я услышал твой страшный храп? – Он усмехнулся, возвращая себе хитрые черты лица. Реакция девушки забавляла его как ничто другое. Тогда шатен не удержался и ущипнул одну из щёчек нахмуренной кудряшки. В ответ она недовольно отвернулась, но оставшись наедине, коснулась этого места и мягко улыбнулась. Всю неделю Айбике подмечала привычки и предпочтения парня, неосознанно привязываясь к этому всему. Например, она точно знала, что вне зависимости от того, во сколько он ложился, ни свет ни заря шатен вставал на пробежку. Где-то через полтора часа он возвращался с двумя стаканами карамельно-миндального латте, один для него, второй для Айбике. В первый раз она была очень удивлена такому повороту, потому что дома была прекраснейшая кофемашина, вкусный сорт кофе, разнообразие добавок и, в конце концов, турка, благодаря которой можно было готовить отличный кофе. Но стоило только попробовать напиток, как все эмоции сменились на восторженные. Шатен тогда объяснился ей тем, что в одном кафе готовят неповторимый по вкусу напиток, который он любит пить именно утром после беговых упражнений. Айбике казалось, что парень забывал о том, что теперь живёт не один. Потому что, приходя с пробежки или тренировки в спортзале, он стягивал верх как ни в чём не бывало и направлялся в душ, оставляя кудряшку наедине со своим сбившимся дыханием. Не то, чтобы ей это не нравилось, просто такие действия побуждали в девушке большую заинтересованность и желание, которые с каждым разом было всё сложнее откидывать в дальний угол своего сознания. Иногда, когда она готовила что-то на их кухне или описывала что-то в своём блокноте, то чувствовала его взгляд затылком и спиной, мысленно млея и отвлекаясь от поставленной цели. С каждым моментом, проведённым рядом с ним, Айбике чувствовала всё больший и больший комфорт. Удивительно, как быстро Берк смог стать для неё домом. И пускай его выходки периодически выбешивали девушку, это не мешало мыслям о вампире заполнять голову. Один раз, когда парень пропадал на вечерней тренировке в спортзале, кудряшка пробралась в его комнату. В голове было много отрицательных мыслей, но любопытство взяло верх. Его комната не особо отличалась от её, за исключением предметов гардероба и личных принадлежностей. Аккуратно приоткрывая дверцу шифоньера, она увидела идеально развешанные рубашки и брюки, на верхних полках разложенные стопками футболки, штаны и остальные предметы гардероба. Вспомнив о том, что раз в неделю к ним приходит убираться домработница, что она прикасается своими руками к его вещам, непроизвольно вдыхает его запах, Айбике захлестнуло волной раздражения и ревности. И пускай разум твердил, что это всё чересчур и она просто выполняет свои обязанности, внутренний голос шептал: "Берк не может принадлежать никому, кроме меня." Тогда она потянулась к одной из толстовок шатена, утыкаясь в неё носом и медленно вдохнула его запах: пряную корицу с примесью мускуса. Стоило девушке почувствовать тепло внизу живота, как она ошарашенно отдалилась от предмета гардероба. "Это точно не приведёт ни к чему хорошему." Пришлось заткнуть скулящую омежью сущность, мигом вылетая из комнаты, а также воспользоваться жидким мылом, устраняя скопившееся возбуждение, знать о котором шатену не нужно. Берку нравилось просто наблюдать за Айбике. Эта девушка ураганом снесла весь его уклад жизни, принося в неё новые краски. Её движения, эмоции и слова - всё создавало особую атмосферу в этой квартире. Не смотря на то, что они жили вместе всего неделю, считанные дни можно сказать, Берк понял, почему женщин называют душой жилища. Ему никогда раньше не хотелось настолько сильно вернуться домой. То, как она облюбовала балкон, устроившись в кресле с чашечкой свежезаваренного американо с сахаром, соком или цветочным чаем, и проводила там достаточно времени, что-то увлечённо описывая на бумаге. Или как её книги поселились на полках большого зала, неподалеку от телевизора. Тем более, как она мило пританцовывала во время приготовления очередного блюда у плиты. Всё это очаровывало его больше и больше. Между прочим, ему нравилась абсолютно вся еда, которую готовила девушка. Действительно нравилась, но это удивляло не сильно. Гены матери, всё-таки. Шенгюль долгое время работала в семье Озкая, и её блюда славились прекрасным вкусом. Так что, дочь не просто переняла её талант, но ещё и превносила свои вкусовые изменения, периодически извиняясь перед ним за ту или иную добавку. – Из твоих золотых рук я готов проглотить даже яд. – Отлично, я как раз добавила в кекс немного. – Девушка хитро подмигнула, вызывая звонкий смех парня. – Это как раз то, что я искал! Не подавая вида, Айбике млела от этой фразы. Как-то после возни с документами по какому-то контракту, информацию о котором молодой альфа благополучно забыл, Дорук пригласил его пообедать как в старые добрые, когда во время пар по экономике, они удирали в какую-нибудь прибрежную забегаловку и тратили время, обсуждая всяческую нелепицу. Лучший друг рассказывал о их планах с Асие, небольшом домике в пригороде, смеялся над розовым цветом фасада, который сам же и предложил. Как любовь его жизни открыла тему, чтобы снова поговорить с его родителями насчёт свадьбы, уповая на то, что может в этот раз они дадут положительный ответ. А когда разговор зашёл о детях, потому что недавно пара затронула эту тему, пока останавливаясь на двух, Берк осознал, с Айбике он желает того, о чём раньше едва ли мог задуматься. Не важно, как долго ему придётся ждать, чтобы она смогла подпустить его к себе. Не имеет значения, как гневно она смотрит на него, когда замечает, что парень принюхивается к ней. Не имеет значения, пока в сердце есть маленькая, но настолько значимая мечта - их ребёнок. Когда Берк не занимался заданиями, полученными от отца, а Айбике не была увлечена своими делами, они обсуждали всё вокруг. Начиная от запуганных одноклассниц девушки в средней школе и заканчивая жутко бесячими людьми из компании, которые пытались заранее добиться расположения молодого приемника Озкая. В ходе таких разговоров Айбике узнала, что у Берка никогда не было девушки, не смотря на то, что он альфа. И почему-то в душе разлилось чувство собственничества. А ещё он увлекался писательством, даже ставил сценки в старшей школе. Но об этом пришлось забыть при поступлении на юридический. Берк же узнал о Айбике, что она четыре года ходила на курсы танцев, мысленно подмечая, что это заметно по её фигуре. Ох, насколько же ему нравилась фигура кудряшки. Наедине шатен часто представлял её изгибы без одежды, как он будет касаться их, долго и требовательно, проявляя свои права. Но пока это было доступно только в фантазиях... Ещё Берк узнал, что Айбике была лучшей в классе по химии. На ум даже пришла мысль, что если бы они учились вместе, Берк всенепременно примчался бы к ней брать уроки. И конечно, молодожёны спорили, много-много спорили по поводу и без. В один из дней Айбике зарядила Берку по голове кедами после его неудачной попытки пошутить над её гардеробом. Потом они весь вечер дулись друг на друга, при этом пытаясь сосредоточиться на фильме, который Берк нашёл, бездумно переключая каналы. Или на следующий вечер устроили самую настоящую драку за пульт, категорично отказываясь смотреть предложенные варианты друг друга. В итоге, применяя немного подлый метод щекотки, Берк повалил Айбике на диван, зажимая её руки своими. На лицах обоих ещё отображался прежний смех, но при этом оба глубоко дышали, стараясь набрать больше воздуха после подобия перепалки. Когда пара осознала, в каком положении они оба находятся, дыхание резко стало единым. Парень слегка опустился, чуть теснее прижимая тело кудряшки, и он мог поклясться, что видел, как её взгляд лёг на его губы. А потом что-то в её глазах будто выбросило Берка на берег, отрезвляя сознание. Он резко отпрянул, уступая девушке право победы, стараясь улыбаться так же непринужденно, как и до этого. Девушка же выдавила из себя подобие победного выдоха. Похоже, их нелепые попытки скрыть свои чувства срабатывали только друг на друге. А сегодня было воскресенье, день, когда Айбике вообще не хотелось вылезать из кровати, но предчувствие подсказывало ей, что уже десятый час, да и Берк приготовил ей завтрак. Нельзя упускать такой возможности. Поэтому девушка лениво выпуталась из одеяла, служившего ей укрытием от нюха парня. Не смотря на то, что её самообладание перед ним крошилось с каждым разом всё сильнее, не говоря о биологической сущности, которая готова была отдаться ещё в первый раз, когда в нос просочился его запах, страх удерживал позиции. Смывая с себя остатки сна и переодеваясь в чистую одежду, Айбике тщательно проверила, не присутствует ли в её запахе что-то подозрительное. В ближайшую неделю у неё должна начаться течка, а обновить блокаторы возможности ещё не было. Ей нужно выбраться в город к своему врачу для выдачи нового рецепта, да поскорее. Берк на кухне уже приступил к трапезе, попутно задумчиво вглядываясь в большое окно, но стоило девушке подойти к столу, так его взгляд перескочил на неё, оживляясь от мысленной кутерьмы. – Доброе утро, сладкая. Ты сегодня позже обычного, а завтрак не ждёт, между прочим. – Он вскинул брови, устремляя в её глаза внимательный взгляд и качая головой. – Кошмары мешали? – Да, можно сказать и так. – Айбике потянулась к ложке, вспоминая облик Берка во сне и моргнув два раза, преступила к поеданию ещё дымящейся овсянки. Кисло-сладкий вкус ягод приятно отдавал на языке, отвлекая от нежелательных мыслей. – Сегодня мне нужно собрать информацию для нового дела отца, и оно требует обращение к бумажным источникам. Так вот, к чему я веду, не хотела бы ты составить мне компанию и порыться в библиотеках да архивах Стамбула? – Отложив ложку, Берк выжидающе посмотрел на свою жену, мысленно надеясь, что она согласится. Айбике нравилось проводить время в библиотеке в поисках той или иной книги, а потом устроиться в самом дальнем углу, чтобы ни один людской взор не мог потревожить её внимание. Так что предложение Берка звучало до невозможности заманчиво. Ей нужна была минута для размышления, после чего, слегка прищурившись, она ответила согласием. Стоило только выйти из здания, как горячий ветер обжог щеки Айбике, уверяя её в правильности своего выбора одежды. Лёгкая футболка и шорты неплохо спасали от стамбульской жары. Они с Берком заехали уже в три архива и две крупные библиотеки, нужный экземпляр нашёлся только в последнем архиве. Когда молодая незапечатленная омега сообщила им о наличии этого самого документа, оба облегчённо выдохнули, переглядываясь. Ей понадобилось 30 минут, чтобы найти его и принести паре, а в это время Берк расспрашивал Айбике о книгах, которые она прихватила с собой из одной библиотеки. Архитектурные разработки старого Стамбула. Он знал, что Айбике писала репортаж для одной небольшой газеты, которой не обязателен был её вид. Эта работа, хоть и на испытательном сроке, очень вдохновляла девушку, что не могло не радовать парня. Перед тем как развернуться, Айбике увидела, как омега кокетливо хлопает своими нарощенными ресницами Берку, попутно желая тому удачной дороги. Не вытерпев такой наглости, Айбике обхватила рукой, на которой находилось обручальное кольцо, руку парня, посылая девушке испепеляющий взгляд. И это действие не укрылось от зоркого глаза шатена. Когда на выходе она отпустила его руку, Берк повернулся к кудряшке, приподнимая одну бровь и расплываясь в хитром оскале. – Даже. Не думай. – Обгоняя мужа, гневно произнесла Айбике. Он ухмыльнулся, довольный до невозможности и всё ещё ощущающий её запах с примесью недовольства. Айбике ревнует его, и это многое меняет. Когда они едут домой, то горячий ветер меняется на прохладный, приятно охлаждая кожу. Берк откидывает верх машины, и волосы Айбике развиваются на ветру. И вдруг девушка замечает, как они сворачивают с курса. Айбике недоумевает, что сподвигло шатена свернуть на другую дорогу. – Берк, что такое? Мы же вроде должны были ехать домой. – Доверься мне, сладкая, скоро все увидишь. – И она верит ему. Через 40 минут они выезжают за город, в какой-то незнакомый для Айбике холмистый район. Она осматривается по сторонам с любопытством и осторожностью, в округе можно по пальцам пересчитать домики, расположенные на большом расстоянии друг от друга. Машина Берка останавливается на дороге возле одного из холмиков. Парень глушит двигатель, затем обходит машину, открывает дверцу и подаёт Айбике ладонь в приглашающем жесте. Она смотрит на него с подозрением, но всё же подаёт руку. Как только кудряшка поднимается на холм вслед за парнем, все мысли из головы испаряются. Она приоткрывает рот, заворожённо рассматривая прекрасные цветы, застилающие холмы по всей площади. Закатное солнце освещает полузакрытые бутончики, делая оранжевый и жёлтый цвета темнее обычного. Кое-где просматриваются фиолетовые участки лаванды, разбавляя яркую массу. Айбике не может поверить, что стала свидетелем настолько красивого пейзажа. Когда она переводит взгляд на Берка, то видит его умиротворённое, сладко улыбающееся лицо с полуприкрытыми глазами. Солнцезащитные очки висят на белой футболке, никак не скрывающей его телосложения. В свете заката его медные волосы приобретают невероятно красивый оттенок, похожий на эти самые цветы. – Откуда ты знаешь это место? – Сейчас девушку не волнует, что она в открытую любуется Берком, позабыв обо всем на свете. Когда он оборачивается в её сторону, их взгляды встречаются, и в глазах обоих волнами плещется любовь. – Здесь неподалеку есть участок с домом, принадлежащим моей семье. Раньше, до переезда, здесь жили мои бабушка с дедушкой. Я часто приезжал сюда на каникулы и любил осматривать ближайшие территории. Эти холмы зацветают каждое лето, окрашивая окрестности в яркие цвета. Они напоминают мне тебя, ведь пахнут почти так же сладко. – Эти слова отзываются приятным трепетом в сердце девушки, заставляя его биться быстрее. Её запах меняется, приобретая полностью расслабленное состояние. Берк поделился с ней частичкой себя, и это очень важно для неё. Пара возвращается домой в трепетном молчании. Они не произносят ни слова даже когда заходят в квартиру. А перед тем, как скрыться в своей комнате, Айбике приостанавливается у двери. – Спасибо за этот день, это было невероятно. – Она улыбается ему так неловко и сладко, что у шатена перехватывает дыхание. Поэтому, когда дверь закрывается, он не сдерживает по-настоящему счастливую детскую улыбку. Будто бы девочка, которой он подарил букетик цветов, поцеловала его в щеку. Айбике же теперь уверена, что влюблена окончательно и бесповоротно. Ей неуютно в этом чёрном атласном платье-футляре с тонкими бретелями и открытыми руками. Эта вечеринка в опере, устроенная по случаю открытия нового филиала компании Озкая - далеко не лучшее мероприятие, на котором ей удалось побывать. Все оценивающие взгляды прикованы к ней, но, как бы раньше ей не хотелось побывать в подобном месте, сейчас она убедилась в обратном. То, что Айбике единственная здесь омега, так ещё и новый член богатого общества, не меняло ситуацию к лучшему. Единственное, что утешало, так это присутствие мужа рядом. Его рука, придерживающаяя её под локоть, одновременно защищала и разжигала приятный огонь в теле брюнетки. Здесь было достаточно альф, не говоря о бетах, составляющих весь персонал и некоторых работников фирмы. От них исходили волны соперничества, заинтересованности, недовольства и простого равнодушия. Встречаясь с косым взглядом, направленным на Айбике, Берк почти выжигал источника, вне зависимости от видовой принадлежности, своими карими глазами, наполненными стальной непоколебимостью. Обычно люди отводили взгляд, или даже скрывались из виду, но был один мягко говоря неприятный тип. Толга Барчин. Сын одного из конкурентов отца, который чудесным образом очутился здесь, когда его папаша решил наладить с тем отношения. В старшей школе они были "друзьями", пока Берк не осознал, насколько тот был омерзителен в своих поступках. – Берк Озкая, надо же, какие люди! Ты привёл на этот тухлый вечер свою пассию, что-то новенькое. – Его губы искривились в противной ухмылке, отчего у Берка неимоверно сильно зачесались руки. – Это моя жена, Айбике. Изволь обращаться к ней в подобающем тоне. – Рука парня аккуратно обвила талию девушки, прижимая ту к себе. Она положила свою ладонь поверх, успокаивающе поглаживая. Не смотря на то, как она начала волноваться за напряжённое состояние мужа, его слова отозвались приятными разрядами по телу. Сейчас он как никогда походил на альфу, готового рвать и метать лишь от одного неправильного упоминания её имени. – Вау, простите. Не думал, что такие шавки, как она, имеют статус выше игрушки. – Он притворно вскинул брови, скользя взглядом по брюнетке. От этого альфы у Айбике начинал вырабатываться рвотный рефлекс. Берк же сжал губы в тонкую линию, стараясь откинуть мысли об убийстве подальше. – Как поживает Джемиле? Всё так же держишь её взаперти, или придумал новый способ запудрить девушке мозги? – У Берка всегда было словесное оружие в кармане, кулаки же он оставлял на крайний случай, стараясь сдерживать себя до последнего. – Я понял, к чему ты клонишь. Хорошо, так уж и быть, лишаю вас с любимой женушкой своего общества. – Его черты приобрели жёсткий вид, не смотря на всё ту же противную ухмылку, которой он одарил обоих перед тем, как развернуться и уйти восвояси. Что-то в его прищуренном взгляде было не то, похоже слова шатена как-то задели альфу, раз он даже никак не ответил. – Мерзкий тип, не обращай на него внимания. – Видя взволнованный взгляд кудряшки, постарался успокоить её парень. Но Айбике чувствовала что-то неладное, что-то было не так в этом взгляде. Когда выступление оперных певцов закончилось, Берк отвёл Айбике к своим родителям и наказал, чтобы та не одходила от них ни на шаг до его возвращения из уборной. Кудряшка в ответ поджала губы и выдохнула через нос, но в ответ ничего не сказала. Возвращаясь с уборной, Берк на секунду задумался, теряя бдительность, а в следующий момент почувствовал грубый толчок, оказываясь в темной кладовке. Когда комнатушку осветил тусклый свет лампы, Берк увидел лицо Толги. Всё такое же маньячное и противное. Казалось, ухмылка не сходила с его лица никогда. – Ну что, Берк, готов ответить за свои слова? Кажется, обстановка не дала мне закончить. – Мне не интересна твоя пустая болтовня, прочь с дороги. – Берк попытался отдвинуть парня, в попытках выйти из этой ситуации без происшествий. Но тот упёрся, намертво прилипая ступнями к месту. – Но но но, не так быстро. Сначала ты раз и навсегда поймёшь, что нельзя произносить подобного рода фразы в сторону Толги Барчина. Первый удар благополучно пролетел мимо Берка, потому что тот успел увернуться, второй же попал в скулу, опуская шатена на колени. Когда он собирался встать и размазать ублюдка по стене, то в глазах всё потемнело, заполняя тело болью от удара в шею какой-то тежелой палкой. Затем он почувствовал липкую жидкость, утекающую за воротник белоснежной рубашки. Чертов Толга был быстрее. Он запер Берка в кладовке, откидывая ключ в сторону и удирая со всех ног, будто какая-то крыса, что в последствии стало его ошибкой. Когда с момента ухода парня в уборную прошло 30 минут, Айбике поглотило волнение. Она уговорила Ресула и Айлу разделиться, чтобы поискать запропастившегося куда-то шатена. Но когда она услышала глухие удары в дверь неподалеку от уборной, её плохое предчувствие подтвердилось. – Я здесь, прошу... Услышав голос ставшего за короткий срок дорогим человека, Айбике принялась дёргать ручку, но злосчастная дверца не поддавалась. Тогда девушка начала осматриваться в слепой надежде найти неподалёку ключ. И да, она облегчённо выдохнула, находя его в небольшой щели между плитками пола. Руки тряслись и сначала замок не хотел поддаваться, но в итоге она справилась с ним, распахивая дверь и видя тяжело дышащего мужа, опиравшегося на стеллаж. Её глаза застилала пелена слёз, вызванных страхом, но тем не менее девушка быстрее подскочила к нему, аккуратно поднимая с пола. – Айбике, ты пришла... – Да, я здесь, всё хорошо, совсем скоро будем в больнице. – Нет, мне не нужно в больницу, всё не настолько плохо. – Что? Берк, сейчас не время для геройства, тебе нужно обработать рану, а возможно даже наложить... – Прошу тебя, поехали домой. – В его голосе звучала почти мольба, и от этого тембра сердце Айбике сжалось. Она не могла противостоять ему. Уже сидя за рулём его автомобиля, брюнетка быстро набрала текст сообщения для Айлы, в котором сообщила, что они вдвоем возвращаются домой. Перекладывая клатч с водительским удостоверением внутри поближе, девушка неуверенно положила руки на руль. "Давай, ты справишься, скоро будем дома. Я обязательно позабочусь о Берке." – Пожалуйста, не делай так больше. – Слова, сказанные брюнеткой, отразились от стен кухни. – Что? – Берк посмотрел на Айбике полным непонимания взглядом. Ему стало легче после двадцатиминутной поездки до места назначения, поэтому на подъем он потратил уже в основном свои силы. До этого момента они сидели в тишине, точнее, он сидел, а Айбике аккуратно обрабатывала рану на шее, стараясь принести парню меньше дискомфорта. Сейчас же она закончила этот процесс, обходя его и становясь напротив. – Не оставляй меня одну. – Она смотрела отрешенным взглядом на бинты, нервно теребя их в руках и стараясь сдержать слёзы. В голове всё ещё крутилась мысль: "Что было бы, если бы она не нашла его в той кладовке?". Девушка только-только приняла мысль, что она влюбилась, что вот-вот обрела счастье, ей было невыносимо больно думать о его потере. – Сладкая, посмотри на меня. – Берк аккуратно приподнял её лицо за подбородок, заглядывая в глаза. – Я никогда не оставлю тебя, потому что ты лучшее, что произошло со мной в жизни. – Слова сорвались с губ прежде, чем он успел их обдумать. Но тем не менее, это именно то, что ему нужно было сказать, стоило только девушке переступить порог жилища. Прогоняя все дурные мысли из головы девушки, они разлились по телу приятной негой. Ей даже не пришлось ничего отвечать, глаза ответили за неё сами. Атмосфера резко сменилась на притягательную, их одновременно потянуло друг к другу. Берк облизнул губы, перемещая пальцы с подбородка на щёку девушки и аккуратно поглаживая. Она опустила своё лицо, прикасаясь лбом к его лбу. Прикрывая глаза, двое молодых людей размеренно дышали, будто готовясь прыгнуть с обрыва. Этот поцелуй был словно глотком воздуха, такой нежный и чувственный. Сминая губы друг друга, они чувствовали, как нуждались в этом долгое время. Айбике мягко придвинулась к парню, кладя руки на его широкие плечи. Берк же в ответ прижал девушку к себе сильнее, не оставляя между их телами никакого пространства. Широкие ладони легли сначала на талию девушки, мягко её поглаживая. А потом, когда им пришлось оторваться друг от друга, судорожно вдыхая кислород, шатен подхватил её ягодицы, усаживая кудряшку себе на бёдра. Она глубоко выдохнула, интуитивно создавая трение на нём. Комната наполнилась их усилившимися благодаря возбуждению запахами: терпкой корицы и сладкого персика. Не в силах терпеть её ёрзания, Берк сжал пальцами нежные полушария. Из горла девушки произвольно вырвался тихий стон, пойманный губами парня. Кажется, ещё немного и смазка хлынет прямо на него, заляпывая всё вокруг. Поцелуи становятся более рваными и требовательными, распыляя обоих пуще прежнего. Пальчики Айбике в это время путешествуют по затылку парня, ощущая мягкость медных волос. Им становится этого мало, мало будоражащих прикосновений, мало поцелуев и мало открытых участков кожи. Перед тем, как начать стягивать с девушки бретели платья, оба слышат звонок в дверь и звонкий топот каблуков. Айла Озкая. Да, это точно она. Отрываясь от губ возлюбленного, Айбике хочет провалится под землю. Они с Берком сейчас чуть не занялись сексом прямо на кухонной столешнице, если бы не эта женщина. Парень тихо стонет, опуская голову, и выругивается куда-то в район груди девушки. Как же она чертовски не вовремя. Брюнетка неохотно слезает с мужа, стараясь привести платье в порядок, Берк же, недовольный таким исходом, снова тянет её за талию к себе и утыкается в железу на шее, заполняя абсолютно все лёгкие её ароматом. Его движения носом вверх вниз заставляют девушку таять и выделять больше блестящей жидкости, которая вот-вот побежит по внутренней стороне бедра. Мысль об этом отрезвляет кудряшку, поэтому она неохотно отталкивает возлюбленного от шеи и легонько касается кончика его носа подушечкой указательного пальца. – Ты должен открыть ей, а я пока приведу себя в порядок в ванной. – Ей приходится собрать оставшиеся крупицы самообладания, чтобы сказать это. И чтобы звучало убедительнее, Айбике обхватывает ладонями лицо Берка, заглядывая в тёмные и полные желания как никогда глаза. Сейчас её ореховые выглядят не лучше. От парня слышится только полный недовольства выдох, но вставая со стула и обходя девушку, он наклоняется к её красной ушной раковине, как тогда во сне, "...только лучше." - заканчивает в голове Айбике, и шепчет: "Я здесь ещё не закончил." Она моется в его душе, вытирается его полотенцем и при этом старается везде оставить своё присутствие. Всего пару дней назад она бы ни за что не позволила себе такой возможности, превращаясь в помидор только от одной мысли о подобном. Заранее позаботившись о вещах, она быстро переодевается, выходя к Берку и Айле. Она старается сделать максимально непринуждённый вид, но подходя чуть ближе и слыша их голоса, замирает на месте, оставаясь в тени коридора. – Берк, ты хочешь сказать, что... – ... мне придётся отпустить её. Да, в таком случае Айбике будет лучше уйти... Остальное Айбике уже не слышит, максимально тихо и быстро возвращаясь в его комнату. Фраза парня эхом отдаётся в голове, а сердце кажется где-то в пятках. Но всё равно она вытаскивает ту самую толстовку, укутывается в одеяло, обнимая ткань, пропитанную его запахом и только тогда позволяет себе заплакать. Горько и тихо, роняя слёзы на подушку и толстовку. Возможно, к утру ткань уже высохнет, но её соль останется здесь маленьким упоминанием о разбитом сердце. Отчитавшись матери обо всем произошедшем, выслушав все её наставления и выливая на неё своё главное переживание, Берк провожает женщину к выходу, напоследок получая поцелуй в щёку и обнадеживающее напутствие: "Берк, милый, мы женщины, даже с биологическими чертами животных обладаем недюжинной долей упрямства. Тебе нужно подождать ещё, я не знаю сколько точно, но уверена, что вы примете друг друга." Он находит Айбике свернувшейся калачиком на своей кровати, чувствуя разливающеесся в груди тепло. Она сладко спит, уткнувшись в, как ему кажется, подушку. Но когда он наклоняется ниже, то чувствует свой запах, понимая, что она взяла одну из его вещей, пока парня нет рядом. В голове проносится тысяча мыслей, но лишь одну из них он определяет верной. – Неужели... Ах, Айбике, если бы ты сейчас не была в царстве Морфея... – Он аккуратно целует кудряшку в висок, стараясь не потревожить. А затем стягивает с себя ненужные вещи, умывает лицо и ложится рядом, приобнимая и утыкаясь носом почти в брачную железу. Сначала он долго не может уснуть, расплываясь в новых ощущениях от простой близости с ней, но потом мозг всё же уступает позиции сну, позволяя всему раствориться. Утром они встают почти вместе, но Айбике при первой возможности убегает в свою комнату, будто бы снова прячась от него, от чего на лице Берка отображается буря недоумения. И она не отворяет дверь вплоть до того, когда замок входной щёлкается, указывая на то, что он ушёл на пробежку. Айбике завтракает, приводит себя в порядок, стараясь не замечать нарастающее чувство внизу от мыслей с участием рыжего вампира. Её рыжего вампира. А потом звонит Мелисе, спрашивая, нужна ли той ещё помощь, о которой она так просила. Небольшое кафе в одном из самых уютных районов Стамбула освещалось яркими лучами восходящего солнца. Оно ещё было закрыто, но внутри уже во всю мельтешила хозяйка, стараясь объяснить своей невестке где у них что находится. Не смотря на то, что Айбике согласилась заменить официантку один раз, отпросившуюся на несколько часов, по просьбе Мелисы, позвонившей ей три дня назад, ей было приятно слушать девушку. Аромат этого места будто сливался с собственным медовым запахом беты, в её запахе так же чувствовалась свежесть древесины, впитавшаяся в её существо после того, как девушка стала женой её старшего кузена, Кадира. Айбике улыбал тот факт, как эти двое подходили друг другу, будто действительно две половинки одного целого. Хозяин сейчас занимался приемкой продуктов на заднем дворе, чуть меньше, чем через час им нужно открываться. К этому времени подтянулся остальной персонал, принимаясь за свои обязанности. А когда Мело закончила своё объяснение, она глубоко выдохнула, вспоминая ещё что-то, что она могла случайно упустить. Айбике в ответ одобряюще улыбнулась, беря её руки в свои. – Могу-ли я преступать к работе? Сегодня не был один из тех дней, в который кафе было забито под завязку, но тем не менее, людей было достаточно, чтобы девушка вымоталась. Она только-только обслужила ещё одного клиента, благодаря всех на свете, что ей попадались только беты. Потому что мысли о Берке вновь и вновь посещали её голову. Чёртовы блокаторы, которые она не обновила вовремя, прекратили своё действие, возвращая девушке первозданные ощущения омежьих "прелестей". А это значит, что стоит сейчас какому-нибудь альфе, предпочтительно рыжему с бледной веснусчатой кожей, сказать что-то в приказном тоне и ей конец. Конец её самообладанию, омега внутри возьмёт верх. Колокольчик на двери прозвенел, ознаменовывая появление нового клиента. И обернувшись на звон, Айбике проследила за высоким тучным мужчиной, от которого за километр разило моторным маслом. Не смотря на то, как её убивал этот запах, она обещала Мелисе помочь, тем более, что с минуту на минуту её должна была заменить постоянная официантка. Была не была, последний и домой. Уже когда Айбике подходила к столику, то почувствовала что-то неладное, но стоило ей принюхаться, как мозг пробило осознание: этот человек альфа. Чёрт. – Добрый день, что будете заказывать? – Я бы хотел один американо с кокосовым молоком, без сахара, и один пончик с шоколадной глазурью. – К сожалению, кокосовое молоко только что закончилось, а новое будет доступно только завтра с утра. – С заднего выхода зашли Мелиса с Кадиром, оживлённо о чём-то беседуя, они прошли к кофейной стойке. Айбике проследила за их движением, переводя взгляд на мужчину, который уже чувствовал раздражение от того, что его ответ пролетел мимо ушей омеги. – Что, простите? – Я сказал, – он сменил тембр на приказной, присущий только альфам, – что мне нужен кофе именно с кокосовым молоком, и меня не волнует, где вы его достанете. – Приказной тон подействовал на неё не тем образом, которым планировался. Чёрт возьми, она представила Берка, Берка, приказывающего ей. Нет, нет, нет, нет, нет... По внутренней стороне бедра покатилась струйка прозрачной жидкости. И её запах моментально подействовал на альфу. Его ноздри раздулись, зрачки расширились, а кулаки сжались, обеляя костяшки. – Знаете, я кажется передумал... Сейчас инстинкты как никогда кричали Айбике: бежать.