It's Been So Long

      Добраться до El chip's довольно легко, учитывая, что большинство аниматроников были в своих комнатах, охранника нигде не было видно, и этот жуткий кролик / потенциальный похититель не беспокоил тебя или Грегори с тех пор, как ты ударила его и отправила вниз по лестнице.       Фредди немного неохотно возвращался в El chip's, потому что в последний раз, когда вы были здесь, вы расстались, и вам было... очень больно. Ты успокоила его нервы, напомнив ему, что Рокси была в своей комнате, и что El chip's было единственным местом, где вы трое могли бы спрятаться хотя бы на мгновение.       Грегори зевает, идя рядом с тобой, Фредди позади вас обоих, когда вы втроем проходите через Пицца-плекс, направляясь к El chip's.       –Устал, да?       Ты тоже зеваешь, потому что, черт возьми, это заразно, и так оно и было... это было примерно 2:30 утра. Нет, подожди это 3:30 утра.       Грегори кивает, протирая глаза свободной рукой, другой держа твою.       –Грегори, если ты устал, я не против понести тебя, чтобы дать тебе немного отдохнуть.       Грегори смотрит на Фредди, не говоря ни слова, когда отпускает твою руку и устало подходит к Фредди, поднимает руки и позволяет Фредди держать его одной рукой, кладет голову на плечо Фредди, закрывает глаза и вздыхает.       Ладно, это очаровательно.       Вы продолжаете движение к El Chip's и обнаруживаете, что он... по большей части все еще свободен от охранных ботов. И вы трое можете остановиться... и сесть по настоянию Фредди.       –Если ты устала, Т/и, тебе следует отдохнуть, пока можешь.       Ты смотришь на него снизу вверх, когда он тихо говорит рядом с тобой.       –Папин голос на меня не подействует, мистер Мэн.       Он наклоняет голову в искреннем замешательстве.       –Папин голос?       Ты с улыбкой качаешь головой, сидя в одной из кабинок, которая, казалось, была предназначена для фотосессий и вместо этого, похлопывая по месту рядом с собой, ты убеждаешь его сесть. Ему не было никакого смысла стоять здесь и тратить заряд батареи, верно?       –Я просто шучу, Фредди. Давай, мы все можем позволить себе посидеть минуту или две.       Он садится рядом с тобой без всяких проблем, и Грегори смотрит на тебя усталыми глазами.       –Т/и, мы должны продолжать идти... а как насчет плана?..       –Дорогой, ты устал. Просто поспи немного. Фредди и я будем охранять тебя.       –...Но мне не нужно спать...       Ты с Фредди обмениваетесь понимающим взглядом, прежде чем оглянуться на Грегори, который выглядит совершенно измученным.       –Хочешь, я спою тебе колыбельную?       –Т/и... – Грегори зевает. – Я слишком стар для колыбельных.       –Оооо, хорошо. Тогда я просто спою про себя, хорошо?       –...ммкей.       Ты киваешь, решив спеть песню, которую пела ему, когда он был ребенком.       –Я вижу зеленые деревья, красные розы тоже. – твой голос мягкий, он едва разносится эхом по тихому, пустому ресторану. – Я вижу, как они расцветают, для меня и для тебя.       Ты стараешься говорить тише, и хотя твой голос не идеален, и не все твои ноты в тональности, но это, должно быть, работает, потому что усталые глаза Грегори закрываются.       –...И я думаю про себя: – ты закрываешь глаза, откидываешься на спинку стула, на удивление не удивляясь, когда Фредди присоединяется к тебе в песне. Его голос глубокий, ровный и... идеальный. Конечно. Его буквально заставили петь. – Какой чудесный мир.       О, это напоминает тебе о многих поздних ночах, которые ты проводила, ухаживая за Грегори, когда он был ребенком. Он так часто болел после своего рождения, и хотя ты была так молода, ты, по сути, сама стала его матерью. Ты едва была подростком, когда тебя наняли в качестве его няни.       Ты можешь представить это сейчас, когда наклоняешься и кладёшь голову на руку Фредди, держа малыша Грегори на руках в огромном кресле-качалке в углу его детской. Если бы ты не качалась, он бы не спал, так что ты практически жила в этой штуке, пела ему в предрассветные часы, как сейчас.       Только теперь вы двое не совсем одни в темноте.       –Я вижу, как друзья пожимают друг другу руки, говорят: ”Как поживаете?" – несмотря на усталость, ты снова садишься прямо, открываешь глаза и обнаруживаешь, что Фредди... смотрит на тебя. Он выглядел по-настоящему... счастливым. Вы оба продолжаете песню, снимая куртку как можно тише.       –Они действительно говорят: "Я люблю тебя".       Ты придвигаешься ближе, твоя нога касается ноги Фредди, когда ты двигаешься, чтобы накинуть свою куртку на Грегори, пока он мирно спит там, где Фредди держит его.       –Я слышу, как плачут дети, я смотрю, как они растут. – Фредди помогает тебе свободной рукой, убедившись, что Грегори уютно устроился в твоей огромной куртке, подоткнув его. – Они узнают гораздо больше, чем я когда-либо узнаю. И я думаю про себя: "Какой чудесный мир".       Ты убираешь прядь волос с лица Грегори, отмечая, что он действительно казался выключенным, как свет, даже не шевелясь при этом.       –Да, я думаю про себя... – ты устраиваешься напротив Фредди и чувствуешь, как он физически расслабляется, когда ты это делаешь. – Какой чудесный мир...       Воздух вокруг вас троих кажется пустым теперь, когда ты с Фредди закончили свой дуэт. Грегори не издает ни звука, когда тихо дышит, и здесь, в этом доме убийств, вы обретаете момент покоя.       Ты тяжело вздыхаешь, пытаясь тоже расслабиться, по-настоящему измученная.       –...у тебя прекрасный голос.       Твои глаза расширяются, и ты удивленно смотришь на Фредди, щеки пылают, когда ты чувствуешь, что краснеешь.       О, он... он смотрел на тебя с такой любовью, когда баюкал Грегори, и его мягкая улыбка совершенно растопила твое сердце.       Чувак, он такой милый.       –Я... э-э... спасибо. – шепчешь ты, нервно улыбаясь. – У тебя тоже замечательный голос.       О нет - о боже, ты думаешь, что он милый. О, нет. Почему? Почему, ради всего святого, ты стесняешься перед аниматроником??       И почему, о, ПОЧЕМУ он смотрел на тебя с такой НЕЖНОСТЬЮ???       –Тебе тоже следует отдохнуть, Звезда.       Его голос тихий и успокаивающий, когда он обращается к тебе, и хотя ты чувствовала, что с каждым мгновением становишься все более и более взволнованной, ты не могла заставить себя отвести взгляд.       –О-о, нет, я в порядке. Действительно. Хотя я думаю, что кофе помог бы. – шутишь ты, устраиваясь на скамейке. – Жаль, что здесь поблизости нет кафе.       –Кофе можно приобрести на втором и третьем этажах атриума. Я могу найти тебе чашку, если хочешь.       –Ой! О, спасибо, но я... я могу налить себе чашку, я не могу просить тебя об этом.       –Это не проблема. – настаивает он, осторожно усаживая Грегори рядом с тобой, кладя голову тебе на колени, пока он спит. – Считай это "спасибо" за то, что нашла время обновить мою батарею.       Он улыбается тебе, прежде чем исчезнуть на кухне El Chip's, оставляя тебя гладить Грегори по волосам, чтобы успокоить его, пока он спит. Бедный ребенок так много пережил сегодня вечером... Ты просто хочешь доставить его домой в целости и сохранности.       И после этого ты бы повела его за мороженым. На сто процентов.       Фредди возвращается к тебе очень быстро, принося тебе кофе в одноразовой чашке с уютным изображением Фредди Фазбера, пар поднимается из маленького отверстия в крышке. Он предлагает его тебе, и ты принимаешь его с благодарной улыбкой.       –Я не был уверен, какой тебе нравится кофе, и я не знаю о какой-либо потенциальной аллергии, поэтому я ничего в него не добавлял. Я надеюсь, что оно нормальное.       –Черный кофе - это прекрасно. Спасибо тебе.       Он садится рядом с тобой, мягкое “о...” покидает его, когда ты пытаешься подуть на крышку, чтобы попытаться охладить кофе, протягивает руку, чтобы осторожно снять крышку для тебя, держит ее для тебя в руке, пока ты дуешь, улыбаясь про себя.       –Спасибо... ты настоящий милашка.       Его уши навостряются, когда он смотрит на тебя, твои глаза закрыты, когда ты делаешь глоток, кофе согревает тебя изнутри, что приятно, учитывая, что ты снова в куртке.       –...Я никогда раньше не видела такого продвинутого искусственного интеллекта, как у тебя, понимаешь это? – ты делаешь еще один маленький глоток. – Ты действительно э-э-э... впечатляющий.       На мгновение воцаряется тишина, пока ты пьешь свой кофе, заставляя себя смотреть на него, пока он послушно придерживает твою крышку.       Он был так мил с тобой весь вечер. И ты, и Грегори. И ты понимаешь, что до недавнего времени ты была... вроде как... не самая лучшая по отношению к нему. Особенно когда он впервые нашел тебя.       –Хей, эм... Я действительно... сожалею о том, что произошло раньше. Когда мы впервые встретились? Я думала, ты собираешься причинить мне боль, и я была немного грубая, и я... я просто хотела... извиниться.       –Все в полном порядке. –говорит он тебе, закрывая крышку твоей кофейной чашки для тебя, прежде чем твой кофе может стать слишком холодным. – Ты боялась.       –Да, но... Я не знаю. Ты действительно милый, и я... я просто позволила всем этим историям из того времени, когда я была ребенком, проникнуть в мою голову, я думаю...–Ты с любовью смотришь на него снизу вверх и надеешься, что он не видит этого в твоих глазах. –Ты довольно классный парень, Фредди.       –...и ты... –он отводит взгляд, когда его уши немного отодвигаются назад, спотыкаясь о его словах. –Т... очень...       Кончики его пальцев нервно двигаются по дешевому материалу стенда, и ты не можешь не улыбнуться его нервному поведению, терпеливо ожидая, пока он найдет свои слова.       –Хорошенькая.       Хорошенькая?!       –...и добрая.       О боже мой. О боже, ты ему тоже нравишься.       Наконец он оглядывается на тебя, его взгляд на мгновение скользит по твоим губам, прежде чем его взгляд снова встречается с твоим, окидывая твое улыбающееся, покрасневшее лицо.       Затем выражение его лица немного смягчается, его улыбка медленно тает, превращаясь во что-то более печальное.       –Когда ты... выйдешь из Пицца-плекса. – его голова наклоняется, когда он смотрит на тебя и Грегори. – Я буду скучать по тебе. По вам обоим.       –Н-ну. – заикаешься ты. – Я не понимаю, почему мы не можем вернуться и навестить тебя?       Он торжественно качает головой.       –Нет, я... Я не хочу, чтобы вы возвращались. Здесь слишком опасно.       Твоё сердце медленно начинает сдуваться в груди, окружавшее его тепло медленно угасает, когда ты понимаешь, что он был прав. Ты не могла вернуть сюда Грегори. Если ты пережила ту ночь, то, наверное, было бы лучше, что бы ты никогда не возвращалась.