Квэнта Сильмариллион Энвинйа.

1.

      Когда Фэанаро и его народ высадились на берегах на западе северного мира (XXV), Маитимо, старший из его сыновей (бывший другом Финдэкано до того, как ложь Моринготто легла меж Домами*(1)), обратился к Фэанаро, говоря:       — Теперь, какие корабли и кого из эльфов ты выделишь, чтобы вернуться, и кого они должны доставить сюда первым? Финдэкано доблестного? *(2) (XXVII)       Тогда Фэанаро рассмеялся, как обреченный, и его гнев вырвался на волю*(3):       — Никакие и никого! — воскликнул он. — То, что я оставил позади, теперь я не считаю потерей: они доказали, что они ненужный багаж в дороге*(4). Пусть те, кто проклинал мое имя, проклинают меня и дальше! И пусть они возвращаются в клетки Валар, если не найдут ничего больше! *(5) Пусть корабли горят! (XXVII)       И Маитимо один стоял в стороне, а Фэанаро и его сыновья подожгли белые корабли тэлэри. Итак, в том месте, которое называлось Арлотион (Лосгар), у выхода из залива Аркатсир (Дрэнгист), в великом, ярком и ужасном пламени сгорели самые прекрасные суда, когда-либо плававшие по морю. И Нолофинвэ и его народ*(6) увидели вдалеке красный свет под облаками. Это были первые плоды Братоубийства и Рока нолдор*(7) (XXVII).       После этого те, кто остался позади (в Арамане), скитались, чувствуя себя жалкими (XLIII).       И Торондор (Thorondor) сообщил Манвэ, что он видел 'флот белых кораблей, которые дрейфовали пустыми в бурях, а некоторые горели ярким пламенем, и Манвэ 'узнал благодаря этому, что нолдоли ушли навсегда, а их корабли сожжены или заброшены*(8) (XLIX).

2.

      Нолдор Старшего Дома, Лишенные Владений*(9), пришли на север под предводительством Фэанаро и его семи сыновей, вместе с их друзьями Артарэсто, Ангарато и Аиканаро, сыновьями Арафинвэ*(10). И нолдор сожгли тэлэрианские корабли*(11) (LXVII). Супруга Артарэсто последовала в Исход за мужем и тоже была на кораблях*(12).       И также говорят, что когда ‘нолдор достигли Арлотиона (Лосгара)*(13), они раскаялись — и сожгли корабли*(14). Поэтому, прибыв в Эндорэ, Фэанаро сжег и отпустил горящие корабли в море (XLIX). Говорят, что шум от горящих кораблей в Арлотионе летел по ветру над Морем, как шум великого гнева, и далеко-далеко все, кто слышал этот звук, были исполнены изумления*(15) (LXXXI).

3.

Легенда об Амбарто.

      Вокруг имени Амбарто (или Умбарто) — которое, как можно было бы ожидать, начинается с элемента того же смысла, — собралось много легенд и обсуждений. Наиболее достоверной кажется следующая*(16) (XXXI):       ‘Когда стало ясно, что Фэанаро и его сыновья навсегда покинут Валинорэ. Нэрданэль пришла к Фэанаро*(17) до того, как войско двинулось на север, и умоляла Фэанаро оставить ей двоих младших, близнецов, или хотя бы одного из них*(18).       Но Фэанаро ответил:       — Если бы ты была настоящей женой, какой ты была до того, как Аулэ обманул тебя, ты бы сохранила их всех, потому что ты пошла бы с нами. Если ты бросишь меня, ты бросишь и всех наших детей. Потому что они полны решимости пойти со своим отцом.       Тогда Нэрданэль рассердилась и ответила:       — Ты не удержишь их всех*(19). По крайней мере, один из них никогда не ступит в Средиземье*(20).       — Отнеси свои злые предзнаменования Валар, и они будут в восторге от них, — сказал Фэанаро. — Я не повинуюсь им.       Так они и расстались (XXXI).       Далее рассказывается, как Фэанаро украл корабли тэлэри*(21) и, разбив веру Нолофинвэ *(22), с теми, кто верен ему, уплыл на тех кораблях в Средиземье, оставив остальную часть своего войска*(23) продолжать свой путь пешком с великими мучительными усилиями и потерями (XXXI).       Корабли стояли на якоре у берега*(24), в заливе Аркатсир (Дрэнгист), и все войско Фэанаро высадилось на берег и разбило там лагерь (XXXI).       Ночью Фэанаро, преисполненный злобы, разбудил Куруфинвэ*(25), и с ним и несколькими наиболее близкими к Фэанаро в подчинении*(26), пошел к кораблям и поджег их все; и темное небо было красным, как при страшной заре*(27). Весь лагерь был переполошен, и вернувшийся Фэанаро сказал:       — Теперь я, по крайней мере, уверен, что ни один малодушный или предатель среди вас не сможет вернуть ни один корабль на помощь Нолофинвэ и его народу*(28).       Но все, за исключением немногих, были встревожены, потому что на борту еще оставалось много вещей, которые пока не вынесли на берег, и корабли могли бы пригодиться для дальнейшего путешествия*(29). Они были еще далеко на севере и намеревались плыть на юг, в какую-нибудь лучшую гавань*(30) (XXXI).       Утром был сбор войск, но из семи сыновей Фэанаро только шестеро были найдены. Тогда Амбарусса побледнел от страха.       — Разве ты тогда не разбудил Амбаруссу, моего брата (которого ты называл Амбарто)? Он не хотел выходить на берег, чтобы спать (по его словам), в дискомфорте.       Но полагают (и, без сомнения, Фэанаро догадался об этом также), что Амбарто задумал отплыть позже на своем корабле обратно и воссоединиться с Нэрданэль; ибо он был сильно потрясен поступком своего отца*(31) (XXXI).       — Этот корабль я уничтожил первым, — сказал Фэанаро (скрывая свою собственную тревогу).       — Тогда ты правильно дал имя младшему из твоих детей, — сказал Амбарусса, — и Умбарто, «Обреченный», было его истинной формой. Ты стал свирепым и обреченным. — И после этого никто не осмеливался снова говорить с Фэанаро об этом (XXXI).

4.

      Фэанаро [вместе с нолдоли] пришел в Валариандэ к берегам под Гулкими Горами Налламоронти (Эрэд Ломин), и их высадка была в узкой бухте Аркатсир (Дрэнгист), который вдавался в глубь земель Ломинорэ (Дор-Ломин). И нолдор пришли оттуда в Ломинорэ и к северу от гор Миттаринга (Митрим — Mithrim), и разбили лагерь в землях Хитиломэ, в той части, которая называется Миттаринга (Mithtaringa), и к северу от великого озера, носящего то же имя*(32) (XLIV).       Нолдор сожгли корабли, как только они высадились на востоке мира, и народ Нолофинвэ видел отсвет пожара в небе. Тот же свет сообщил оркам о высадке нолдор (ХLIX).

Примечания.

*(1) Внутренние авторы постоянно списывают вину Нолофинвэ и его сторонников то на «проклятие Мандоса», то на «ложь Моринготто», словно не Нолофинвэ выбрал плести интриги за спиною полубрата, а ложь Моринготто неким мистическим образом «легла меж Домами». *(2) Это несколько странный разговор, который вряд ли приведен дословно. Во-первых, Маитимо не мог не знать, что их корабли пригнал сюда волшебный ветер, позволив миновать все опасности пути. Однако, Маитимо мог думать, что либо ветер и дальше будет перевозить корабли взад-вперед, либо исходил из того, что мореходы запомнили безопасный маршрут и смогут пройти им уже самостоятельно. Во-вторых, Финдэкано не был вождем Исхода и странно, что Маитимо говорит как о само собой разумеющемся, что корабли в первую очередь привезут Финдэкано, а не его отца Нолофинвэ (отдельный вопрос, согласился бы Финдэкано плыть раньше Нолофинвэ?). Исходя хотя бы из этих двух пунктов, понятно, что разговор Маитимо с Фэанаро о возвращении как минимум за Финдэкано был, но не в тех выражениях, в каких он представлен летописцами. *(3) Ранее говорилось, что Единый многое открыл Фэанаро — возможно, Фэанаро видел, к каким бедам приведет то, что последователи Нолофинвэ оказались ненадежными союзниками, и на них нельзя было положиться в войне с Тьмой. *(4) Сторонники Нолофинвэ не просто выказали себя ненадежными, но, более того, доказали, что от них мало прока в войне с Врагом (увы, дальнейшие события покажут, что во многом так и было), и, следственно, Фэанаро с горечью видел, что все эти сорок лет они только мешали Первому Дому и задерживали его. *(5) Фэанаро не рассматривал возможность прихода в Эндорэ по Хэлкараксэ — в первую очередь из-за того, насколько опасен был этот путь и, следовательно, к каким огромным потерям он должен был привести. *(6) Все Младшие Дома после ухода Арафинвэ и перехода Финдарато под руку Нолофинвэ, стали «народом Нолофинвэ». *(7) Это уже, кажется, четвертый по счету случай, о котором говорится, что это «первые плоды Рока и проклятия за Братоубийство». Однако, как наглядно было показано ранее, Рок вспоминали каждый раз, как нужно было прикрыть подлые поступки сторонников Нолофинвэ и тех, кому они симпатизировали. *(8) И снова — не украденные у тэлэри корабли сожжены, а корабли нолдоли сожжены. Но, как мы видим, не все корабли были сожжены — некоторые пустыми дрейфовали в бурях. *(9) Лишенные Владений — имя, которое Первый Дом получил после того, как Валар несправедливо осудили Фэанаро (не осудив больше никого, кто разжигал рознь, плел интриги или даже обнажал мечи) и отправили его в изгнание. *(10) Если в предыдущих текстах говорилось, что с Первым Домом уплыл либо Артарэсто, либо двое младших арафинвиони, то здесь говорится уже обо всех троих. *(11) В «Ранних» и «Поздних «Анналах Белерианда» прямо сказано, что младшие арафинвиони участвовали в сожжении кораблей. *(12) Из «Природы Средиземья», главы «Сложности в хронологии», мы узнаем, что Финдориэль (тинд. Финдуилас) могла родиться как в Амане, так и в Эндорэ. Значит, жена Артарэсто последовала вместе с ним в Исход. *(13) В изначальном тексте это место названо Фангрос *(14) Фэанаро не собирался возвращаться за теми, кто был лишь «грузом в дороге», но и не хотел использовать больше необходимого корабли, из-за которых была пролита кровь эльфов (как тэлэри, так и нолдор). *(15) В Повести уже не раз случалось то, что принято называть «чудом» — то есть действием, которое совершилось вопреки обычному ходу вещей, но по воле могущественной силы — Валар или Единого. Также шум сожженных кораблей, который превратился в «шум великого гнева» и был слышен очень далеко, несомненно «чудо». Но кто мог сотворить это чудо и что оно могло значить? Как нам известно из текстов, о сжигании кораблей Валар узнали от Thorondor'а, таким образом, это «чудо» сотворено не ими. Значит «шум великого гнева» создал Единый, что и логично, ведь это он ранее поднял волшебный ветер, помогший Фэанаро прибыть в Эндорэ. Но что мог значить этот гнев Единого, который слышали все? Можно было бы предположить, что Единый был разгневан сожжением кораблей, но он не предпринял никакой попытки остановить Фэанаро или предотвратить сожжение, более того, после сожжения Единый не покарал Фэанаро, а пребывал с ним и дальше и за 3 года солнца в Эндорэ Фэанаро, как будет рассказано в последующих главах, совершил неимоверно много: исследовал земли, очистил их от орков, изучил горы и нашел руды (что само по себе требует многих лет, разве что Фэанаро получил «чудесную» помощь и в этом), отстроил крепости, заключил крепкие союзы с тиндар и обучил войско, досканально изучил тиндарин и записал труды. Нет ни одного основания полагать, что при сожжении кораблей гнев Единого был обращен на Фэанаро. Но как мы знаем из текстов, Единый говорил Манвэ, что Моринготто должен быть остановлен любой ценой. И тогда гнев Единого был направлен на Моринготто и всех тех, кто должен был, но отказался сражаться с ним. *(16) В любом живом и настоящем мире есть легенды и сказки о событиях, бывших в мире давным-давно. Так и в Арде были свои легенды и предания. Внутренний автор плохо знал историю Первой Эпохи (раз он не знал, что сыновья-близнецы Фэанаро жили столетия после сожжения кораблей), но он посчитал, что эта легенда из многих наиболее достоверна. Как можно видеть из Повести — он ошибся в своем предположении (стоит отметить, что ни Профессор, ни внутренний автор не претендуют на достоверность данного рассказа, открыто говоря, что это лишь легенда); но зато мы можем узнать, какого рода легенды ходили по Арде. Также стоит напомнить, что со временем само слово «умбар», от которого произошло имя «Умбарто», изменило свой смысл, его стали связывать со злым роком, и в поздние времена «Умбарто» стало восприниматься как «Обреченный». Но изначально «умбар» означало «распоряжения и воля Эру по отношению к Творению в целом (ко всему Eämbar — Мир Сущий, любое бытие во Вселенной), к «этому Миру» в частности, или к персонам, имеющим большое значение в событиях» (LXIII), т.е., «Судьба или Рок» (LXIII) в смысле «Замысел», который всегда направлен на благо. *(17) Усилиями Аулэ Нэрданэль прекратила свои отношения с Фэанаро и вернулась в дом Махтана еще до того, как состоялся суд над Фэанаро. *(18) Скорее всего, для Амбаруссат, о которых даже говорили в двойственном числе (особое число у эльфов, которое применяется к вещам, для которых естественно быть в паре: два крыла одной птицы, две руки одного квэна и т.п.) было бы мучительно, если бы их разделили, тем более навсегда. Для эльфов это было очевидно, но люди, составившие легенду, этого не знали и не понимали. *(19) Словно Фэанаро насильно или обманом удерживал сыновей. *(20) Какой матерью должна была быть Нэрданэль, чтобы сказать такое? Рассердившись, предречь гибель своему сыну, но не пытаться уберечь его от беды, а словно бы проклясть. Только это не настоящие слова Нэрданэль, они полностью приписаны ей легендой. *(21) Данная человеческая легенда, полная неточностей — единственное место в текстах, где говорится, что Фэанаро украл корабли. В текстах, описывающих события в Альквалондэ, напротив, говорится о том, что «нолдор забрали свои корабли». *(22) В оригинале «and breaking faith with Fingolfin» — внутренний автор легенды ставит все с ног на голову. Это не Нолофинвэ обманул и предал Фэанаро, нарушив клятву, это Фэанаро разрушил веру Нолофинвэ, обманул Нолофинвэ, первым уплыв на кораблях и не вернувшись — но внутренний автор молчит о том, почему Фэанаро так сделал, словно у этих поступков не было предпосылок. *(23) И вновь повторюсь, что в этой легенде все перевернуто с ног на голову. Здесь все эльфы Исхода названы «войском Фэанаро», словно бы никто из Младших Домов не отрекался от Фэанаро и не проклинал его, а Фэанаро, соответственно, по непонятной причине, исключительно из сволочного характера, разрушил веру Нолофинвэ, обрек свой народ «с великими мучительными усилиями и потерями» идти через Хэлкараксэ, а сам уплыл на украденных кораблях, которые потом еще по самодурству и спалил. Примерно таким же Фэанаро выставлен Кристофером в его «Сильмариллионе». *(24) Ранее неоднократно говорилось, что корабли тэлэри вынимали на берег — скорее всего, у тэлэрских кораблей вообще не было якоря, и это тоже придумка поздних авторов-людей. *(25) Внутренний автор традиционно малюет Фэанаро злобным психопатом, но чего не учел человек поздних Эпох, это того, что в описываемые времена еще не было ночи — было все время темно, потому что были только звезды. *(26) Согласно данной легенде, Фэанаро злобный психопат, а Первый Дом, очевидно, народ рабов, где ближе к королю те, кто больше всех покорны; а оставленные в Арамане сторонники Нолофинвэ — часть его собственного народа, который Фэанаро без каких-либо оснований бросил. *(27) Но в те времена еще не было рассветов: такое сравнение не могло присутствовать в летописи, но уместно для легенды, рассказанной уже во дни Солнца. *(28) В текстах Фэанаро не раз говорит, что среди нолдор нет предателей, а теперь, согласно автору легенды, Фэанаро бросает такие оскорбления своему собственному Дому, преданному Фэанаро, как ни один Дом не был предан своему Лорду (что будет видно из дальнейшей Повести). *(29) Согласно легенде, никого не оскорбили и не обидели слова Фэанаро о малодушных предателях — у нолдор словно не осталось гордости, и все, что их тревожило, это вещи, оставшиеся на кораблях. *(30) Фэанаро, подготовивший Исход, здесь показан истеричным самодуром, который в приступе ярости сжигает вещи, приготовленные для войны с Моринготто — как говорилось ранее, Первый Дом не брал с собою ничего лишнего. *(31) Здесь опять говорится об утреннем сборе войск, хотя «утра» еще не было. Но помимо этого, очень сомнительно, что начиная с прибытия Первого дома и до «утра» никто не хватился Амбарто — одного из вождей Дома, который должен был заниматься выгрузкой и обустройством лагеря вместе с другими Лордами. Ну и в дальнейшем Амбарто фигурирует в Повести, так что он явно остался жив. *(32) Все эти имена были даны землям Первым Домом — порой путем перевода на квэнйа тиндаринских имен, порой названия были даны Первому Домом по своему выбору.