Кровавое море

      Устало вздохнув и сняв очки, Исоу сел на край операционного стола и обвёл взглядом помещение. Был полный бардак. Инструменты валялись где попало, бутылочки с препаратами и прочие пробирки с колбами разбиты, столики на колёсиках перевернуты, где-то валялись неоткрытые ещё шприцы и пачки ваты. У одного шкафа даже стекло разбилось. В беднягу полетела ёмкость для использованных инструментов. А в углу сидела виновница данного беспорядка, укутавшись в простыню. Транквилизатор на удивление сработал, пусть и с удвоенной дозой. Хорошо что игла оказалась крепче – кожа внезапно взбесившейся пациентки крепче и толще, чем у обычных людей. Пожалуй, Исоу тоже понадобится успокоительное. Для человека, у которого обычно всё под контролем, всё произошло неожиданно. Даже слишком.       В кармане халата зазвонил телефон. На экране высвечивалось имя человека, которого Исоу хотел бы ни видеть, ни слышать, но трубку всё же надо брать. Иначе могут появиться неприятности.       — Алло?       — Здраствуй, Исоу. Что там у тебя произошло? Я и некоторые работники определённо слышали шум из твоей лаборатории.       — Я удивлён, что никто не пришёл вообще. Вы что, снова всех ассистентов и охранников забрали? — не скрывая ноток злости, поинтересовался Исоу.       — Извини-извини, у меня здесь довольно много тяжёлой и опасной работы, — немного игривым тоном ответил начальник. Впрочем, он всегда так отвечает. — Так что там у тебя произошло?       — Мертвец ожил.       — Хм? И что в этом такого?       — Я был на сто процентов уверен, что Суна мертва. Внешних признаков не было, пульс напрочь отсутствовал. Несколько раз проверил. Как только я хотел провести вскрытие, она тут же очнулась, — Исоу на мгновение остановился, будто сомневаясь в собственных словах, но тут же продолжил. — Она с криком вскочила и начала кидаться чем попало. Мне с трудом удалось её остановить транквилизатором.       — Транквилизатором? Он же не работает на неё.       — Я увеличил дозу.       — Интересный случай однако, — Маширо задумался на добрые пять минут. — Как её самочувствие сейчас?       — Без понятия. Я опасаюсь подходить к ней, — Исоу всё время не сводил взгляда с девушки, но та также таращилась – именно таращилась, а не смотрела – на врача. Обычно у людей под анксиолитическими препаратами пониженная концентрация внимания, сонливость, снижение остроты зрения и прочие сопутствующие данные. Ну а девушка же ни капли не была похожа на сонливого человека. Её взгляд был отчётливо сосредоточен на мужчине. Это даже как-то пугало. Не пытается напасть – это уже неплохо. — Я пока не знаю, чем можно объяснить такое поведение.       — Мне тоже пока в голову ничего не приходит. Перенеси её в палату на время, пока не выявим причины. Заодно понаблюдай. Может всё это кроется в чём-то простом?       — Понял вас. Кладу трубку, — Исоу снова тяжело вздохнул и наконец опустил голову, поняв, что девчушка не причинит ему вреда. Что-то шея затекла.       Итак, надо найти подходящую палату и переместить туда пациентку. С первым пунктом проблем не должно возникнуть. Разве что нужно будет учесть вопрос безопасности что для персонала, что для девушки. А второй... нужно будет установить с ней контакт и вызвать доверие. Доверие? Для Исоу это довольно забавно получилось. Суна никогда не боялась своего наставника и не проявляла негативной реакции в его сторону. С детства. Что же произошло? Что за агрессия у девочки? Первая мысль, разве что, потеря памяти, но разве после такого должна быть такая реакция?       Вздохнув третий раз за полчаса, Исоу подошёл к девушке на расстоянии двух метров и сел на корточки, приобняв ноги. Бессмертие бессмертием, а боль никто не отменял. Девчушка при жизни, если произошедшее ранее можно назвать воскрешением, рывком могла легко убить и на таком расстоянии. Удивительно, как она ещё до этого не угробила его. Пациентка медленно подняла взгляд на мужчину. Взгляд уже казался более усталым. Видимо, средство начало наконец действовать должным образом. Нужно действовать быстро. Переносить её тело в палату будет тяжеловато, а каталок нет поблизости. Кого-то подходящего из персонала тоже нет. Так что нужно, чтобы она сама пошла.       «Пожалуй, проверю для начала свою теорию», — пронеслось в голове Исоу.       — Скажи, пожалуйста, как моё имя?       Смуглое лицо вновь окрасило лёгкое смятение. Голова вжалась в плечи. Она боится? Из-за того, что вероятно не знает сидящего перед ней человека?       —Ты не знаешь меня, верно?       Девушка никак не отреагировала. Казалось, ещё сильнее вжалась. Значит нет. Узнать что произошло на задании не удастся. К тому же придётся восстанавливать ей память, а это та ещё морока. Если только Президент не согласится ускорить в разы процесс с его способностью.       — Похоже, ты меня действительно не помнишь, — мужчина притворно нежно улыбнулся. По-настоящему улыбаться он давно разучился, если умел вообще. — Тебе сейчас наверняка страшно, верно?       Голубые глаза подняли взгляд на алые. В них читалось недоверие, но при этом был проблеск надежды, что этот человек не собирается как-нибудь вредить ей. Суна кивнула. Наконец хоть какой-то более менее нормальный ответ.       Исоу сдержался, чтобы не усмехнуться. Ему это напомнило время, когда он пытался наладить контакт с этим когда-то пятилетним ребёнком. Её смогли забрать из-за шокового состояния, благодаря которому она не сопротивлялась, но стоило ей очнуться от ужасных воспоминаний она чуть не устроила такой же беспорядок.       — А своё имя ты помнишь?       Девчушка лишь отрицательно покачала головой.       — Твоё имя Суна, а моё Исоу, — девушка лишь подозрительно прищурилась. — Послушай, Суна, сейчас тебе нужно отдохнуть и привести свои мысли в порядок, а мне прибраться здесь, поэтому я отведу тебя в палату через пять минут. Ты останешься там одна. Разве что тебе принесут одежду и еду. Потом я вернусь к тебе обсудить данную ситуацию. Хорошо?       Голубоглазая задумалась на несколько секунд, но всё же кивнула.       — Отлично. Тогда я сначала сделаю звонок, и мы пойдём.

***

      Как и сказал тот мужчина, назвавшийся Исоу, он отвёл её в палату и оставил одну. Девушка обернулась одеялом, которое она увидела на кровати, из-за своего не очень… подобающего вида. Через несколько минут ей действительно принесли одежду и еду. Одежда состояла из больничных футболки и штанов для пациентов. Еда же из риса, котлета и бутылки воды. Скудно, но ей нельзя сейчас жаловаться, а думать, что делать дальше. Лина не понимает, что же произошло. Она определённо помнила, что шла домой после школы, но в следующую секунду, ощущая некую головную боль, она увидела серый потолок, а присев и осмотревшись, уже заметила того мужчину в маске и перчатках со скальпелем в руке. Он определённо был удивлен, чего не скажешь о девушке, которая испытала жуткие страх и панику, из-за чего и устроила тот беспорядок. Лина беспокоилась, что ей из-за этого может влететь, так как испытала какое-то чувство опасности от того человека. Она, можно сказать, почувствовала себя животным, загнанным в угол, но этот человек напротив отнёсся к ней с некоторой заботой. Казалось бы, несвойственной ему.       Лина вновь посмотрела на руки. Они определённо были не её. Кожа была смуглой, у Лины же она была светлой. И волосы тоже были другими. Её родные были длинными и чёрными, а эти же чуть ниже подбородка и вероятно белокурыми. Лина осмотрелась в поиске предмета, на котором она смогла бы увидеть своё отражение. Взгляд зацепился за тумбочку. К счастью, сразу же в верхнем ящике оказалось зеркальце овальной формы. Рядом с ним также оказалась расческа. Заинтересовавшись, девушка посмотрела в другие ящики. Во втором оказались средства для ухода, такие как шампунь и гель для душа. Немного не поняв, Лина вновь осмотрела взглядом помещение и нашла дверь, которую не сразу видимо заметила. Вероятно, там и была душевая. В третьем и последнем ящике оказалось лишь полотенце. Утолив своё любопытство, девушка наконец взглянула на себя в зеркале. Как она и предполагала, глаза тоже были другого цвета. Вместо привычных тёмно-карих были голубые. Взгляд опустился на шею, на которой было нечто, напоминавшее жабры. Такое явно бывает лишь в фантастических фильмах. Лина не понимала, что же всё-таки происходит, но страшная мысль закралась в голову. Она сейчас находится в чужом теле. Прямо как в её любимых исекай манхвах и новеллах. Но она строго настрого всегда верила, что это всё это «сказки» и быть такое невозможно. Лицо в отражении начинало вызывать панику.       «Стоп, успокойся сейчас же, Лина. Ни в коем случае нельзя паниковать», — девушка нервно усмехнулась. Внезапно она вспомнила слова синеволосого мужчины. Он назвали её Суной. Значит это имя владельца данного тела. Не сильно отличается от её собственного. Но попаданчество разве не означает, что Лина в своей реальности вероятно умерла? Чёрт. Может быть она всё-таки сейчас смотрит какой-нибудь сон? Девушка попробовала удариться лбом об тумбочку.       — Ай, твою мать.       Нет, во сне такую боль не испытывают. Ладно, если она всё же попаданка, то куда она попала? Все герои, о которых она читала в азиатских комиксах, перерождались в книги или игры, которыми они когда-то увлекались. Лина же не особо читала книги или играла в игры. Разве что играла в Genshin, но там точно не было персонажа в халате с красными глазами и тёмно-синими волосами. Разве что Дотторе, но к счастью это не он. Лина аж вздохнула от облегчения. Может она попала в какую-нибудь прочитанную ею манхву или мангу? Нет, в большинстве исекаев персонажи с европейской внешностью, а этот Исоу явно китаец.       Лина хватилась за голову. Паника снова понемногу настигала её из-за кучи вопросов без ответов. Из вороха мыслей её вывели стук и голос за дверью.       — Я вхожу.       Девушка быстро села на кровать. У мужчины явно возникнут вопросы, если он увидит, как она сгорбившись сидит на полу, а вопросов ей меньше всего хотелось бы, если её подозрения всё же верны.       — Итак, как ты себя чувствуешь? — поинтересовался Исоу, улыбаясь краешком губ. Жутко немного стало от этого. Девушка ничего не ответила. — Знаю, прошло совсем немного времени, но ты ничего не вспомнила?       Не поднимая взгляда, Суна отрицательно покачала головой, на что мужчина лишь вздохнул. Зря он надеялся, что за эти несколько минут она что-нибудь да вспомнит. Хуёвая ситуация. Исоу планировал уйти в отпуск, как только его подчинённая вернётся с задания, но пришлось отправить людей забрать мёртвое тело, которое потом ожило без памяти. Работы прибавилось ещё больше. Он не может оставить девчушку в таком состоянии. Так ещё и начальство прибавило работы. Надо было послать его ещё несколько лет тому назад.       — Судя по всему, у тебя амнезия. Тогда обобщённо расскажу о тебе немного, — мужчина поправил очки. — Я не знаю о твоей семье, но мы нашли тебя ещё ребёнком пяти лет рядом с трупами, — не очень то и приятная информация, мог бы и умолчать об этом. — Вероятно, они и были твоими родителями. Выросла ты в нашей организации в качестве боевой единицы, то есть телохранителя. Жабры у тебя появились с возрастом, как и плотная и прочная кожа. Сейчас тебе двадцать лет. Работала в основном под моим руководством. Недавно я отправил тебя забрать бумаги из другой лаборатории, но тебя не было подозрительно долго и на связь ты не выходила. Пришлось отправить парочку людей, которые нашли тебя без пульса недалеко от пункта назначения. Каких-либо увечий на теле не было. Нам не удалось выяснить, что же там произошло. Поэтому я планировал сделать вскрытие, но тут ты внезапно очнулась без памяти. Сейчас тебе лучше отдохнуть, поэтому ради миссий тебя тревожить не будут. Но тебе придётся ходить для проверки здоровья с завтрашнего дня. На сегодня я тебя оставлю. Мне нужно отчитаться и составить план твоего выздоровления.       После того, как Исоу вышел из палаты, Лина вновь хватилась за голову с единственным словом в голове «пиздец». Жизнь владельца этого тела была не сахар. Что же ждёт её, Лину, в будущем? И разве в голове персонажа не должны были появиться хоть какие-нибудь обрывки воспоминаний? Да и не вспомнила Лина ни одного персонажа с подобной историей. И нахера ей жабры? Неужели владелец тела изначально не был полноценным человеком?       Лина легла на кровать, скрючившийсь в позе эмбриона, пытаясь отогнать мрачные мысли и оставить всё на завтра.