8 свиданий

Вальбурга громко постучала кулаком в черной перчатке по деревянной двери, выкрашенной серой краской. Вокруг было разлито пасмурное субботнее утро. Магловский Лондон упорно не хотел просыпаться, лениво выползая на улицы. Сириус открыл дверь, с удивлением глядя на мать. — Доброе утро, — поздоровалась Вальбурга. — Я могу войти? — спросила она, не терпящим возражения тоном. — Конечно, — Сириус пропустил ее в длинный светлый коридор с легкой полукруглой позолоченной консолью и лестницей на второй этаж. Вальбурга прошла вперед, на ходу снимая черные перчатки. Эта квартира принадлежала Блэкам и доставалась любому неженатому сыну после окончания школы. За исключением Беллатрикс — до Сириуса здесь жила она. Регулус же вполне четко и недвусмысленно дал понять, что желает жить в огромном доме Арктуруса, с которым у него было много общих интересов. Квартира располагалась на втором этаже и имела отдельный вход, невидимый и недоступный маглам. Вальбурга прошла в просторную гостиную с двумя огромными окнами и огляделась. Вся комната была в полнейшем беспорядке. Стены по-прежнему были затянуты светло-серебристым шелком, штор на окнах не было, на круглом кофейном столике возле окна возвышался проигрыватель, по центру друг напротив друга стояли два небольших белых диванчика с гнутыми деревянными ножками, на одном из которых лежала гитара. Между ними стоял заваленный книгами и пластинками низкий столик на краю которого стояла пепельница, полная окурков. Вальбурга чуть поморщилась и оглянулась на сына — его черные волосы отросли почти до плеч. Сириус был одет в белую, местами рваную, майку с какими-то надписями и чем-то отдаленно напоминающим британский флаг, черные штаны со свисающей возле кармана цепью и грубые ботинки. На спинку дивана был брошен темно-красный сюртук, который он, должно быть, носил сверху. Или эту свою ужасную кожаную куртку. — Ты один? — она мельком взглянула на открытую дверь спальни, за которой виднелась часть неубранной кровати с белым постельным бельем и кусочек резного дубового шкафа. — Да. Что-то случилось? — Имя на гобелене стало пропадать, — она посмотрела на его левое запястье, на котором словно браслет вилась надпись с женским именем. — Тебе нужно найти ее. — Зачем? — Оно бледнеет, а значит, она, вероятно, помолвлена. Лет через пять все твои друзья женятся, обзаведутся семьями и тебе тоже захочется, но все девушки будут казаться тебе не теми. Лучше найди ее сейчас. Вряд ли она потом захочется разводиться. — Я пробовал ее найти в семнадцать, когда появилось имя. Сначала спрашивал, но никто о ней не слышал, а потом я прочел всю книгу поступления в Хогвартс, но ее там не было. А значит, она не в Англии. — Похвально, — задумчиво ответила Вальбурга, оценив взлом директорского кабинета. — Опять же, мое имя на слуху. Почему бы ей самой не сказать мне об этом? Стоящая рядом Вальбурга недовольно хлопнула его по плечу черными перчатками и закатив глаза со вздохом произнесла: — Небо и боги, за что вы обделили его умом? — и уже серьезнее добавила, — С тех пор ты несколько вырос и у тебя появились новые возможности. Проведи нормальное расследование, чему вас учат в аврорате? Начни с фамилии. Метка указывает на имя данное при рождении, а в книге указаны имена на момент поступления. Если имя изменилось… — Книга этого не покажет. Просторный кабинет мистера Нотта разделял большой деревянный стол, на одной стороне которого сидели Сириус с Сигнусом, а по другую Джоши Смитфилд и Гектор Нотт, ее семейный поверенный. В камине уютно потрескивал огонь. — Давно не виделись, Джоши, — поприветствовал Сириус. Он выглядел спокойно и расслабленно. По случаю такого дела он даже надел что-то приличное. Девушка напротив, прищурившись, покачала головой. Она была похожа на раздраженную кошку. По иронии, соулмейт Сириуса все это время был рядом: они жили в одной башне и делили общую гостиную — Джоши была гриффиндоркой на курс младше, и он не раз подкатывал к ней в школе всякий раз неизменно получая отказ. — Я вынужден вас попросить показать метку, — мягко произнес Сигнус Блэк. Тяжело вздохнув, Джоши достала волшебную палочку и коснулась ей идеально чистой кожи на левой руке. Сириус жадно смотрел на черную надпись его собственного почерка, но тут же погасил этот огонек, переведя взгляд. — Почему вы ее скрыли? — Я пять лет прожила бок о бок с Сириусом Блэком и за это время успела составить свое мнение о нем. — Понимаю, — усмехнулся Сигнус. Раньше Сириусу и в голову не приходило, что Вальбурга не просто так твердила ему про репутацию. Джоши никогда не была паинькой, но как потом говорила им Лили, порой они действительно были ужасны. Сириус никогда этого не отрицал, но до этого его репутация его полностью устраивала. — Я должен задать встречный вопрос, — вмешался мистер Нотт. — Почему вы обратились только сейчас, спустя пять лет, когда мисс Смитфилд помолвлена? — Имя на гобелене с семейном древом стало темнеть, — древо имело несколько видов, которые словно слои реальности могли видеть все Блэки и управлять ими, — а значит, мисс Смитфилд либо помолвлена, либо серьезно больна. Опять же, найти ее было довольно проблематично, — ответил Сигнус. — Кстати, почему? Волшебники редко меняли имя. Мистер Нотт с интересом посмотрел на Джоши. — Во Франции одна женщина предсказала моей матери, что ее дочь заберут вороны. Под такое определение подходили и Блэки, и Лестрейнджи, которых за глаза называли воронами. Напротив нее и правда сидели два ворона, которые пришли за ней. Похоже, для ее матери это была сомнительная рекомендация, и Сириус ее за это не винил. Как ему удалось выяснить, родители Джоши были помолвлены, когда ее отец умер в результате несчастного случая — на руке Сириуса была фамилия ее отца. Ее мать уехала в Европу, а позже вышла замуж. В книге поступления Хогвартса Джоши была записана коротким именем и под фамилией отчима, который ее удочерил. — Хорошо. По закону мисс Смитфилд не может отказать, а значит, вам придется договориться об условиях, — мистер Нотт обвел всех присутствующих взглядом, они с Сигнусом встали и отошли к камину, давая им возможность поговорить. — Три свидания в неделю, — начал Сириус. — Обойдешься. — Два? — Нет. — Ты не можешь совсем мне отказать, — напомнил Сириус. — Давай сойдемся на переписке. — Нет, ты сожжешь все мои письма в камине. — Туше. Два ужина в неделю. — И ты принимаешь все мои подарки. — И делаю с ними что захочу. — Конечно. — Договорились. Они повернулись к адвокатам. Огонь ярко пылал, бросая теплые отсветы на медовое дерево настенных панелей. — Два ужина в неделю и Джоши принимает все мои подарки, — подвел итог Сириус, когда все вновь устроились за столом. — Предлагаю заменить слово ужин трапезой, — сказал Сигнус. — Это даст большее удобство во времени. — Подойдет, — пожала плечами Джоши. — Значит, один месяц, восемь встреч и мисс Смитфилд может отказать мистеру Блэку и выйти замуж за мистера Уоллстоуна. Месяц был стандартным сроком, если не оговаривалось иное. — Да, — подтвердил Сигнус. — Письменный договор составлять будем? — поинтересовался мистер Нотт. — Нет, — ответил Сириус. Джоши нахмурилась. — Слово Блэка. — Тогда завтра в два у Марбл Арк, — сказала Джоши и встала. Сигнус рассмеялся, происходящее явно нравилось ему. — Буду ждать, — ответил Сириус, провожая ее взглядом. На следующий день Сириус стоял на краю Гайд парка посреди магловского Лондона. Рядом возвышалась мраморная арка. Занятное место, раньше здесь людей вешали. Сириус улыбнулся при виде Джоши. — Привет. Рад тебя видеть. — Идем? — Джоши указала вглубь парка. Пройдя несколько метров она остановилась у тележки с ход-догами и достав из кармана мелочь протянула продавцу несколько монет. — Один с кетчупом и горчицей, пожалуйста. Сириус с интересом наблюдал за тем, как она кусает хот-дог с красно-желтой полоской соусов. — Будешь? — щедро предложила Джоши. — Нет, — покачал головой Сириус. Покончив с хот-догом, она выбросила в урну бумажку, в которую тот был завернут и повернулась к Сириусу. — Спасибо за обед. До следующей встречи, — сказала Джоши и исчезла. Сириус счастливо рассмеялся. — Сегодня суббота, разве тебе не нужно договориться с Джоши? — Спросила Лили. Сириус сидел в их гостиной и лениво перебирал струны гитары. Был поздний вечер, Гарри был у родителей Джеймса, Питер и Ремус со своими девушками уже ушли, и они зависали ничего особо не делая. Сириус прекратил играть и посмотрел на Лили. — Нужно. Она прищурилась: — Что ты задумал? — Вы ведь завтра вечером обедаете с родителями? — улыбнулся Сириус. — Как и все, — его улыбка стала еще шире. Сохатый рассмеялся. — Напишу ей сегодня вечером. — Уже вечер, Бродяга. — Да? — Сириус оглянулся на окно, будто и не заметил. — Тогда можно одолжить у вас сову? “Поужинаем завтра?” Ответное письмо пришло только рано утром. “Нет. Я занята.” “Сегодня воскресенье, ты не можешь мне отказать.” “В три часа.” “В четыре.” Сириус сидел за столом возле окна в пабе в Тинворте. Рядом стояла чернильница, а на спинке соседнего стула сидела местная почтовая сова — лететь ей было недалеко, Джоши жила на соседней улице. Подумав, он добавил: “Марбл Арк.” Он отпил еще кофе, глядя на прогуливающихся за окном людей. Магический паб был по-утреннему тих. Он вернулся к своему завтраку. “Хорошо!” Рядом была нарисована разгневанная рожица. Сириус улыбнулся, отложив лист пергамента. Джоши появилась ровно в четыре. Мгновение назад ее не было — и вот она стоит перед ним. Она мрачно хмурилась, засунув руки глубоко в карманы вязаной кофты. — Тебе идет это выражение лица, — заметил Сириус. В такие моменты она в задумчивости кусала губы, отчего те становились ярче и немного припухали словно от поцелуев. Выглядело маняще. — Я тебя ненавижу, — покачала головой ведьма. — Идем? — он кивнул в сторону Парк-лэйн. Джоши вытащила из кармана большой, грубовато слепленный пирожок и надкусила, жуя на ходу. — Ну, нет, — Сириус ловко достал его из пальцев Джоши под возмущенное мычание и, откусив кусок, сунул себе в карман. Джоши насупилась, но ничего не сказала, признавая поражение. Один — один. Сегодня Блэк изрядно подпортит ей вечер, заставив всех нервничать. Они молча пробирались сквозь неширокие улочки Мэйфейра. Над головой было ясное голубое небо, чистые фешенебельные улицы сменяли одна другую. — Нам еще долго? — Нет. — Можно было встретиться на месте. — Я плохо помню адрес, — не смутился Блэк. Еще через квартал Сириус остановился. — Сюда, — он открыл перед ней дверь и вошел следом. Ресторанчик выглядел уютным, хотя и был оформлен в темных тонах. Они сели у окна, и ничто так не занимало Джоши как изучение меню. Как только подошел официант, она тут же отложила меню и заказала рыбу и бокал белого вина. Столик напротив заняла прилично одетая пара, и ей даже на мгновение стало неловко за свои растрепанные волосы, которые давно не видели расческу и старую растянутую кофту. Блэк даже не пытался с ней разговаривать, отчего Джоши испытывала к нему что-то вроде легкой благодарности. Сибас оказался таким вкусным, что она решила остаться и заказать десерт с кофе. Словно почувствовав перемену в ее настроении, Сириус стал открыто разглядывать ее с тем самым блеском, который промелькнул в его глазах в кабинете Нотта, когда он увидел метку на ее руке. Что-то слишком глубокое и горячее, почти интимное. А может ему просто нравилось как она облизывает ложку. Джоши больно пнула его ногу под столом. — Прости, — сказала она без малейшего сожаления в голосе и отпила кофе. Сириус улыбнулся, но промолчал, притушив свой внимательный взгляд. Джоши давно и непоправимо опаздывала на приготовление семейного ужина. Смирившись с неизбежным, она расслабилась и медленно допила кофе, глядя в окно. Магическая, расслабляющая тишина укутывала легкой музыкой на периферии. Джоши поставила пустую белую чашку на блюдце. — Спасибо за обед. Она внимательно посмотрела на Сириуса. Он улыбнулся, как улыбался всегда. — Пожалуйста. Блэк подал знак официанту принести счет и с удивлением перевел взгляд на Джоши, которая так и не исчезла. Она дождалась пока Сириус расплатится и вместе с ним вышла на улицу. — Пока, — произнесла она и растворилась в воздухе. Джоши села на колени Джаспера, сидящего в широком мягком кресле, и обвила руками его шею. Улыбнувшись, она нежно поцеловала его в чувственные губы. Было приятно вот так сидеть, касаясь друг друга. Джоши с легкой улыбкой провела пальцами по светлым кудрям Джаспера. — Куда ходили? — Просто магловский ресторан, — пожала плечами Джоши. — Да? О чем разговаривали? — Ни о чем. Мы почти не говорили. Джаспер нахмурился. Джоши с любовью смотрела на его красивые густые брови. — Не спрашивай меня об этом, пожалуйста. — Почему? — Тебе не о чем волноваться. Через три недели все закончится, и мы будем счастливы, — она провела пальцем по его нижней губе и посмотрела в глаза. — Лучше поцелуй меня. Губы Джаспера всегда были сладки как мед, словно она черпала солнечный свет, пронизывающий ее, как прозрачную воду. Джаспер оторвался от ее губ, когда послышался стук. Джоши оглянулась на окно за их креслом. За витражной сеткой окна сидела пестрая коричневая сова. Джоши с неохотой встала впустить птицу. К ее лапке была прикреплена записка. — Что там? — Чертов ублюдок, — едва слышно пробормотала Джоши, разворачивая небольшой кусочек пергамента. “Позавтракаешь со мной в среду?” — Ничего, — смяв записку, Джоши сунула ее в карман. — Ерунда. — Это от него? — Да. В воздухе зазвенело напряжение. — Про время следующей встречи. Пожалуйста, не спрашивай меня ни о чем. Все будет хорошо, — спокойно и уверенно произнесла Джоши. — Я люблю тебя, — она наклонилась и поцеловала Джаспера, но это не помогло, он все также напряженно хмурился. — Покажи мне метку. — Нет. — Я хочу знать кто мой соперник. Джоши с грустью покачала головой. — Нет. Я всегда носила скрывающее заклятие и всегда буду. — Скоро все будут знать, что ты встречаешься с другим. — Мы встречаемся в магловском Лондоне. — К тебе все утро летали совы! — голос Джаспера оборвался. — Разные, он меняет сов. — Джоши, — Джаспер внимательно посмотрел в глаза стоящей напротив ведьмы, — я хочу знать. Она на мгновение закрыла глаза, а потом провела по руке, словно стягивая невидимую перчатку, и показала руку. Надпись выходила на тыльную сторону — Блэк. Джаспер перевернул ее руку запястьем. Сириус. Так повезти могло только ей. Джаспер посмотрел ей в глаза. — И ты не хотела мне говорить? — Его ноздри раздувались от гнева и боли. Джоши с горечью отвернулась. — Поэтому и не хотела, — зло ответила она, посмотрев Джасперу в глаза. Он опешил, осознав, что наделал. Он разбил их хрупкий мир своей жаждой правды. — Прости… прости меня… — он подошел и крепко обнял Джоши. — Прости. Они долго стояли посреди небольшой гостиной, покачиваясь в объятьях друг друга, пока Джоши окончательно не расслабилась и не посмотрела ему в глаза. Джаспер улыбнулся, убирая спутанные пряди с ее лица. — Я больше не буду ни о чем тебя спрашивать, — он коротко поцеловал ее в губы. — Спасибо, — ответила Джоши и потянулась к нему с поцелуем. Ответ пришел с утра. “Да, в 11.” “Тогда встретимся в Оксфорде на пересечении Нью-Инн-холл и Джордж-стрит у кинотеатра Одеон.” Два дня прошли мирно. Джоши окончательно расслабилась, хотя легкий осадок от ссоры еще оставался. В среду утром они с Блэком встретились на площади перед кинотеатром и пошли вниз по улице в небольшое кафе, где подавали изумительные блинчики с бананом, клубникой и взбитыми сливками. Действительно хорошее начало дня. Мимо огромных окон сновали маглы — студенты, туристы — кто-то спешил на станцию, кто-то наоборот, на автобус. Пестрая, веселая толпа плыла мимо кафе с синим фасадом и веселым колокольчиком на входе. — Джоши — это сокращение от третьего имени? — Спросил Сириус. — Да, — Джоши держа двумя руками чашку отпила кофе. — Я могу использовать другое имя? — Да, можешь сократить второе до Бель, — фыркнула Джоши. — Я не понял шутку, — честно признался Сириус, потому что за этим явно был какой-то подкол. — Так звали героиню французской магловской сказки про красавицу и чудовище. Сириус улыбнулся: она еще не знала, что он оборачивается в огромного пса, похожего на грима. — А первое... — Не называй его, — перебила Джоши. — Это имя моей бабушки. — А Аннабель — имя твоей матери. — Да. Джорджина — мамина подруга, моя крестная. Значит, закрывали через поддержку женскими линиями. Даже формальное удочерение не давало такой силы, более того, оно ее обесточивало. Ей нужно было использовать свое настоящее имя. — Твоей бабушки больше нет, а значит теперь это имя твое, — заметил Сириус ни на чем не настаивая и отпил еще кофе, переводя внимание на окружающий мир. Джоши ничего не ответила. Ее бабушка умерла много лет назад, еще когда она была ребенком. Джоши скучала по ней, и взять ее имя означало бы забыть ее, словно заставить ее исчезнуть. Она вспомнила белый дом с террасой и большим садом с дорожками из мелкого песчаника, где она играла в детстве. Наверное, ее назвали бы как-то иначе, если бы ее отец был жив. Например, Софи — ее матери нравилось это имя. За окном светило солнце, чудесное, неспешное утро совсем не хотелось заканчивать. Она взглянула на настенные часы: без двадцати двенадцать. Сириус достал из кармана маленький букетик, похожий на бутоньерку, и протянул его Джоши. Белую розу окружали незабудки и веточка колокольчиков. Нежный аромат плыл над столом, смешиваясь с запахом его черного кофе. — Спасибо, — Джоши нахмурилась, но взяла букет. В тишине она допила свою огромную чашку латте. Без десяти двенадцать. — Спасибо за завтрак, — Джоши улыбнулась. — Было вкусно. “Но это ничего не означало” — повисло в воздухе. Взяв свой песочный плащ она вышла на улицу. Вернувшись домой Джоши переоделась в простое, но элегантное приталенное платье ниже колен и взглянула на нежный букетик на туалетном столике. Не удержавшись, она взяла его и, глядя в овальное зеркало в деревянной раме, приложила бутоньерку к своему белому платью с вырезом лодочкой. Смотрелось неплохо. Но слишком вызывающе. С другой стороны, если кто-то спросит “Это от Джаспера?” она всегда может кокетливо ответить “Возможно”. В редакции все пришли в восторг от давно забытой и оттого такой свежей идеи прикалывать к платью бутоньерку. Некоторым это показалась бунтарским копированием мужской моды, и ее даже попросили написать материал на эту тему. Знали бы они, что чертов Блэк стал законодателем женской моды. В этот раз Джоши решила взять дело в свои руки и написала первой: “Не хочу встречаться в выходные. Как насчет пятницы?” “Хорошо. Во сколько ты хочешь?” “Слово хочешь не совсем подходящее. Часов в семь?” Джоши нравилась гостиная в старом доме Джаспера. Именно здесь, в этом доме, часто проходили семейные ужины. Просторная уютная комната с низким потолком с широкими деревянными балками, камином и старым красный ковром посередине, креслами и столиками была просто создана для того, чтобы в ней танцевать. Плавно покачиваться под шуршание граммофона поздним вечером. Джаспер подхватил на руки рассмеявшуюся Джоши и сел вместе с ней в кресло. — Переезжай ко мне. Глаза Джоши сияли от счастья. — Мы и так видимся все свободное время. — Хочу просыпаться утром рядом с тобой, вместе чистить зубы… — После свадьбы. — Не-ет, сейчас, — протянул Джаспер. — Займешь соседнюю комнату на втором этаже. Джоши улыбнулась и поцеловала его в краешек губ. — Спокойной ночи, — она встала, но Джаспер не отпускал ее руку. — Скажи, что подумаешь. — Я подумаю. — Спокойной ночи. Сидя в кресле, Джаспер с улыбкой смотрел, как она исчезает. В этот раз Сириус выбрал тихий фешенебельный ресторан недалеко от Пикадилли, по крайней мере, шли они от Грин парка. Для шумного вечера пятницы такая тишина была потусторонней. Они ни о чем не разговаривали, и после бурной рабочей недели это было блаженством. За чашкой чая Джоши размышляла о том, что с Сириусом было комфортно молчать. Обычно на свиданиях она поддерживала веселый разговор, была какой-то, а тут она могла не быть никакой. Значит ли это, что тогда каким-то приходилось быть Сириусу? Она посмотрела на Блэка. Он был как всегда спокоен и расслаблен. Он был собой. Она посмотрела в окно на проходящую мимо шумную компанию. — Я не собираюсь заниматься сексом до свадьбы, — с вызовом произнесла Джоши. — Хорошо, — спокойно ответил удивленный Сириус и, стараясь сдержать плутовскую улыбку, отпил кофе из занесенной в воздухе чашки. Глупо вышло. Она просто хотела посмотреть на его реакцию. Сириус достал из кармана черного сюртука бутоньерку с темно-красной розой в окружении зеленых листьев мирта. Она идеально сочеталась с ее простым черным платьем, отчего Джоши на мгновение замерла, глядя на его темный костюм, словно это было чем-то пронзительным. Всего лишь букет. — Спасибо, — сдержанно поблагодарила Джоши. Ей хотелось сбежать. Но это было бы недостойно истинного гриффиндорца. Она допила чай и попрощалась: — Доброй ночи. Улица с распростертыми объятиями приняла ее в себя. Воскресный ужин проходил у родителей Джоши. Ее мама готовила чай, мужчины разговаривали в гостиной, а Джоши доставала десертные тарелки для пирога. — Как у тебя с Сириусом? — спросила Аннабель. — Нормально, — пожала плечами Джоши. — Джаспер выглядит озабоченно, — заметила Аннабель, проницательно взглянув на дочь. — Ему не о чем волноваться. Младший брат Джоши был в Хогвартсе, как и обе сестры Джаспера, так что ужины были тихими. Часто они собирались все вместе в доме Джаспера или отправлялись в гости к родственникам — у Джоши было две тети, одна другой эксцентричнее, а у Джаспера дядя Френк — старый холостяк с морской выправкой. Его родители были очень милыми людьми, отец рассказывал много смешных историй и с ним смех не умолкал за столом. — Пойдем ко мне, — шепнул ей на ухо Джаспер, и Джоши, улыбнувшись, взглянула на него. Это было так привычно. Она и правда проводила в его доме почти все свободное время, но не забывала, что пока она здесь лишь гостья. Они целовались в кресле, умопомрачительно — Джоши бы благодарила небеса за этот вечер, если бы могла о чем-то думать — сначала Джаспер целовал ее нежно, потом, все настойчивее и неистовее, сжимал ее горячими ладонями под майкой. Она почти лежала в его объятиях, наслаждаясь прикосновениями и поцелуями. Джаспер потянул вверх ее белую футболку лаская грудь сквозь тонкий кружевной лифчик, его поцелуи становились все более требовательными, он потянулся к застежке на ее спине. Джоши сбилась и запротестовала. — Джаспер, — позвала она. — Джаспер! Он явно не хотел останавливаться. Джоши попыталась мягко, но настойчиво оттолкнуть его. — Что? — он посмотрел ей в глаза. — Не надо. — Почему? — Я хочу остановиться. Он снова потянулся к ней, но Джоши, отвернувшись, ушла от поцелуя. Сердце ее билось как сумасшедшее, она попыталась отдышаться и успокоиться. — Да ладно тебе, Джоши, — попытался скрыть досаду в голосе Джаспер. — Тебе же нравится, так почему бы не продолжить? — Нравится, но я не хочу делать этого прямо сейчас. Джоши соскочила с его колен. Она мечтала о свадьбе и красивом платье, медовом месяце, а главное — не беспокоиться о внезапной беременности. Потому что это ее история. — Да ладно тебе, на дворе восьмидесятые! — Он раздосадованно запрокинул голову. — Сколько можно? Джоши замерла, не зная что сказать. Она смотрела на него будто не узнавая. — Значит, я стала призом в вашем соперничестве? Глаза Джаспера блестели от переполнявших его эмоций. — А может ты все это время для него себя хранила? Уже собравшаяся уйти Джоши обернулась. Джаспер смотрел на нее с горечью и гневом. — Для своего соулмейта. Джоши словно ударили поддых. — Что ты сказал? — почти шепотом спросила она словно ослышавшись. Весь воздух покинул ее легкие, на глазах появились жгучие слезы обиды, она зажала рот рукой, словно сдерживая крик, не давая ему вырваться на свободу. — Джоши, — Джаспер вскочил и в отчаянии потянулся за ней. — Не уходи! Она вытянула вперед руку, останавливая его, и он замер, глядя как крупные слезы катятся из ее глаз. — Прости. Прости меня, — в панике воскликнул Джаспер, но она уже успела исчезнуть. Джоши долго плакала в своей комнате, пока не успокоилась. Потом умылась и механически переоделась в светлую фланелевую ночную рубашку. В дверь постучали. — Джоши, можно войти? — Спросил Джаспер, его, похоже, все же впустили, чтобы он не сидел на ступенях перед домом. — Нет. На глазах Джоши снова навернулись слезы. — Прости меня. Если я сейчас уйду, ты точно меня не простишь. Он был прав. Поколебавшись, Джоши открыла дверь. — Мне действительно жаль, что я сказал это. Она молча смотрела на него. За это время он словно потух, стал бледной тенью себя. — Можно тебя обнять? Она нервно кивнула и закусила губы, пытаясь сдержать бегущие слезы. Джаспер вошел в комнату и крепко обнял ее, целуя в волосы и баюкая в своих объятиях. Джоши всхлипнула, не в силах успокоиться. Они долго стояли так, а потом сели на застеленную кровать. Джоши, свернувшись клубочком, до поздней ночи плакала в объятиях Джаспера. На следующий день внутри Джоши все словно выгорело. Она все еще любила Джаспера, но весь мир словно померк. Она не хотела видеть ни его, ни Сириуса. Во вторник в редакцию доставили небольшой букет темно-красных роз. Идеальные пропорции между размером цветка и длиной стеблей. Джоши смотрела на этот пронзительный темно-красный цвет, словно с примесью тьмы. В записке было только ее имя, написанное незнакомым почерком. Должно быть, кто-то из цветочного магазина. Джаспер не дарил ей таких букетов. Слишком темный цвет. — О-о-о… — протянула Мэрион. — Он такой милый. Какая же вы чудесная пара! — Спасибо, — ответила Джоши, скрывая лицо в букете. Букет был темным пятном в ее светлой комнате. Он невольно притягивал взгляд на фоне белых обоев в мелкий цветочек и светлой мебели. Внутри она немного дергалась, что его может увидеть Джаспер, но выбросить цветы Джоши не смогла: они были слишком красивы. Ей нравился ее светлый, солнечный мир, садовые ромашки и светло-розовые розы. Что вообще у нее могло быть общего с Блэком? Кроме надписей на руках. Тем же вечером сова доставила записку, которую Джоши не читая смяла и выбросила в мусор. Ей нужна была тишина. В пятницу тянуть уже больше было некуда и она написала Блэку. “Я не читала твою записку. Можем встретиться завтра?” “Конечно. В два часа у собора Святого Павла.” Ночью Джоши лежала без сна в постели. Вся ее жизнь пошла кувырком вместо беззаботной подготовки к свадьбе. Она вспомнила, как метка появилась утром в день ее рождения, и как следующие несколько месяцев она уже всерьез приглядывалась к Блэку. У Сириуса никогда не было долгих отношений. — Будешь встречаться со мной? — Сириус был пьян, но вполне серьезен. Вечеринка по поводу выпуска седьмого курса была в самом разгаре. — Нет, — ответила Джоши. — Сириус, это твой последний вечер в Хогвартсе. — А если я подожду тебя этот год? — Все равно нет. — Бродяга, где ты там? — крикнул Джеймс. Сириус обернулся к компании у камина и вновь посмотрел на Джоши. — Жаль. Джоши подпрыгнула на кровати. Вот оно! Она никогда не давала ему шанса, и теперь судьба отыгрывается на ней. Довольная собой, она вновь устроилась под одеялом. Теперь она будет вести себя паинькой. На следующий день Джоши надела милое платье с любимой кофтой, но даже это не помогло ей почувствовать себя лучше. Она словно потускнела и поблекла. В обычной, повседневной жизни это не было так заметно, но увидев Сириуса, она почувствовала насколько устала. — Что это? — На локте Сириуса висела небольшая плетеная корзинка. — У нас сегодня пикник. — Где? — Вон там, — он указал на крышу белоснежного собора. Они поднялись по ступенькам на самый верх и, воспользовавшись Алохоморой, вышли на крышу. Сириус аппарировал вперед, на металлический скат крыши, и через мгновение Джоши последовала за ним. Она обернулась на барабан купола, но там никого не было. Сириус расстелил шерстяной клетчатый плед, которого еще мгновение назад не было в его руках. В корзинке оказался запас ингредиентов для сэндвичей, которые можно было собирать на свой вкус, термос с чаем и серебристая фляжка, должно быть с огневиски, которую Сириус выложил на плед. Они сидели с видом на Темзу и Флит-стрит. Субботний Сити спал, внизу проезжали красные автобусы. Ветер трепал волосы Джоши, пока она жевала сендвич с беконом, помидором, сыром и горчицей и запивала его горячим сладким чаем. Подумав, она все же понюхала содержимое фляжки — это и вправду оказался огневики — и плеснула немного в чай. Сириус не задавал никаких вопросов, только время от времени бросал сочувственные взгляды. Джоши вытянулась на пледе, глядя в почти безоблачное голубое небо. Она попыталась вспомнить почему отказывала Сириусу все это время и не смогла. Закрыв глаза, она едва не задремала. Завтра у нее будет очередной семейный ужин. — Встретимся с утра? Сириус, обернувшись, посмотрел на нее. — У меня. Джоши нахмурилась. — Приготовлю тебе завтрак. — Хорошо. Часов в двенадцать? — Отлично, — он улыбнулся, и она засмотрелась на его черную фигуру — небрежно согнутое колено, на которое он опирался, на то, как ветер перебирал его волосы. Зачем ему было гоняться за ней? Она не решилась спросить. Вставать не хотелось. Сириус достал из воздуха блокнот и, записав карандашом адрес, передал листок Джоши. Она взглянула на знакомый почерк: центр Лондона. Джоши встала и, отряхнув юбку, оглянулась. Черная фигура Сириуса контрастно выделялась на фоне красного пледа с сине-зеленой клеткой, серого металла крыши и голубого неба. Ветер доносил морскую свежесть с Темзы. — До завтра, — немного грустно произнесла Джоши и аппарировала. Вставать совершенно не хотелось. Джоши тяжело вздохнула и откинула одеяло. Она чувствовала себя разбитой. На столе стояли три букета от Джаспера. Подойдя, она вдохнула нежный аромат роз. Букет Блэка стоял все также, словно с тех пор не прошло и дня. Однажды она выкинет его. Джоши поднялась по ступенькам и постучала в темно-серую дверь. На часах было двенадцать, и она честно постаралась выглядеть хоть сколько-нибудь прилично. — Привет, — Сириус замер в открытой двери. — Проходи. Он улыбнулся, глядя на ее широкополую черную шляпу с вуалью и оливковый плащ, усиливающие отводящее заклятие. — Вокруг порога слепая зона метра на три. Она аппарировала ровно к ступеням. — Спасибо, — она отвела взгляд. В квартире был легкий беспорядок, но довольно уютно. Просторная и удивительно светлая гостиная с белым мраморным камином, так контрастирующая с гостиной Джаспера и ее собственным домом, тем не менее выглядела очень легкой и подходила Сириусу, хотя Джоши представляла себе что-то более темное и тяжеловесное. — Что ты хочешь на завтрак? Могу сделать банановые блинчики. — Было бы здорово, — ее внимание привлекла большая коллекция пластинок. — Кофе? Она кивнула. — Поставь что-нибудь на свой вкус, если хочешь, — заметив ее интерес предложил Сириус. Это было отличным предлогом на время побыть в одиночестве. Она огляделась: жилище Сириуса выглядело так, словно было чем-то временным. Словно он готов в любой момент взмахом палочки упаковать все вещи в чемодан и без сожалений уйти. Дверь в соседнюю комнату была немного приоткрыта — смесь ненавязчивости и доверия. Словно от Джоши ничего не скрывали, но и не настаивали — легко можно было предположить, что это спальня. Джоши остановилась на британском блюзе и, поставив пластинку, пришла в кухню. На большой черной плите варился кофе, пока Сириус взбивал тесто для блинчиков. Высокий, в черных джинсах, он причудливо смотрелся за плитой. Она села на высокий табурет у окна. Вытянутая кухня в кремовых тонах с пастельно-зелеными деревянными панелями смотрелась уютно. На полу был черно-белый кафель, а над плитой, наоборот, с пестрым рисунком в средиземноморском стиле, словно каждый последующий жилец добавлял что-то на свой вкус. Судя по аскетичному подходу Сириуса, он не добавлял ничего. Похоже, он не планировал здесь оставаться, но тогда куда он хотел... — Готово, — Сириус поставил на стол тарелку с блинчиками и чашку кофе, а потом достал кленовый сироп и бутылку молока. — Выглядит вкусно, — потянула носом Джоши. — Напомни, что у тебя было по зельям? — Она спрыгнула с табурета, чтобы сесть на темно-коричневый стул. — Когда как, — рассмеялся Сириус. Блинчики и правда оказались вкусными. Настроение у Джоши улучшилось — возможно из-за сладкого, а может от хорошего кофе. Музыка смолкла. — Включить другую сторону? — Спросил Сириус. — Может лучше радио? — Она указала на радиоприемник на полке, и кухню наполнила бодрая утренняя музыка. Ей было хорошо и легко. Она взяла еще кусочек шоколада и клубники и, покончив с блинчиками, улыбнулась: — Спасибо. Сириус улыбнулся в ответ. Он смотрелся очень уютно, сидя напротив. — Думаю, мне пора. Выйдя в коридор, она подхватила свою черную шляпу и натянула обратно на голову. Надев плащ, Джоши спустилась по лестнице и аппарировала на Карридж-драйв возле Гайд-Парка. Пасмурное утро сменилось проглядывающим солнцем. До вечера было еще полно времени, и она решила пройтись до Портобелло-роуд. Семейный ужин прошел словно бы неплохо, и всю следующую неделю Джоши чувствовала себя бодрой, все время оттягивая встречу с Блэком. Он написал в четверг утром, предложив встретиться в пятницу вечером. С утра в редакции все только и судачили о том, что у Сириуса Блэка есть соулмейт. — Ты представляешь! — Воскликнула Чармен, найдя в Джоши благодарного слушателя, который был еще не в курсе новостей. — О, это так… здорово! О соулмейтах уже так давно ничего не было слышно! — Говорят, они бывают только среди чистокровных, — заметила Мэрион. — Да, — покивала Чармен. Сириус вел часовую вечернюю радиопередачу по четвергам, в основном о магловской музыке и новинках — Джоши никогда не слушала, чтобы не подпадать под чары его голоса. — Погоди, она же совсем ничего не знает! — вмешалась Лулу, переводя все внимание на себя. — Сириус вчера сказал, что у него есть соулмейт, но она пока не готова ответить на его чувства. Джоши похолодела: — И?.. — Это все, что он сказал, — пожала плечами Чармен. — Но она явно очень классная, — согласилась Мэрион. — Он так про нее пел... Жду не дождусь, когда станет известно кто она! — Пел? — переспросила Джоши. — Да, сочинил песню! Пиратскую песню о неуловимой сердцеедке. — Сердцеедке?! — Ну, она явно либо сумасшедшая, либо сердцеедка, у которой полно поклонников, — заметила Мэрион. — Как ты! — Радостно воскликнула Лулу, глядя на Джоши, на что та насмешливо хмыкнула в ответ. — Мне кажется, она гриффиндорка. — Но песня очень веселая, надеюсь, ее записали. Джоши представила, как Сириус поет под гитару. — Вот бы еще раз послушать, — мечтательно произнесла Лулу. Сев за стол, Джоши с ужасом представила, что вечером скажет ей Джаспер, но потом немного успокоилась: слова Сириуса можно было принять за поражение. Но тогда ей самой придется как-то реагировать на это вечером. И Джоши приняла единственно верное решение: ничего не говорить и делать вид, что она не в курсе. Сириус встретил ее у ресторана, в котором они ужинали в прошлый раз. Вокруг шел дождь, асфальт потемнел от луж. Джоши прошла несколько метров до входа под большим черным зонтом и, встряхнув, сложила его. Ее черные лодочки были в каплях воды. — Потрясающе выглядишь, — они встретились взглядами, в его глазах плескались теплые искорки смеха, — как и всегда. — Спасибо, — Джоши отвела взгляд. Сириус открыл перед ней дверь. Вечер прошел в тишине. Он не сказал ни слова о вчерашней песне. За окном шел дождь, зонт сох в круглой деревянной подставке для зонтов при входе, Джоши отламывала десертной вилкой кусочек пирожного, размышляя о том, что ей нравится как Сириус ест. Вроде какая-то мелочь, но сами движения — они были правильными. Раньше ее всегда немного раздражало в мужчинах то, как они едят. А ведь это на самом деле важно: возможно, им придется смотреть друг на друга всю жизнь. — Пообедаешь завтра у меня? — Спросил Сириус. Джоши подняла взгляд от пирожного будто не совсем понимая о чем он. — Да. — Что тебе приготовить? — Не знаю, — пожала плечами Джоши. — А что ты хочешь? — Паэлью? — Хорошо, — Джоши одобрительно кивнула. — В два часа? — Угу, — она снова кивнула и вернулась к своему пирожному. Ей нравились это спокойствие и неторопливость, тишина, от которой не хотелось уходить. Она допила свой ароматный чай. — Спасибо за ужин, — она посмотрела Сириусу в глаза. — Спокойной ночи. Джоши растворилась в воздухе вместе со своим зонтом. Без пяти два Джоши аппарировала домой к Сириусу и удивилась, что у нее это получилось. Она поднялась по лестнице и, постучав в открытую дверь, вошла. Сириус готовил в кухне. Вокруг расплывался восхитительный аромат специй и солоноватый запах морепродуктов. Он обернулся. — Почти готово. Привет, — Сириус весело улыбнулся, и Джоши подумала о том, что это их последняя встреча. — Привет, — эхом отозвалась Джоши и села на стул. На столе уже стояли тарелки, она налила себе белого вина в бокал. — Пахнет вкусно. Сириус взял ее тарелку, чтобы положить паэлью. От него веяло легкостью и весельем, словно он счастливо проживал этот миг. — Прошу, — он шутливо улыбнулся, поставив тарелку на стол. — Спасибо, — Джоши взяла вилку и попробовала. — М-м... вкусно. — Спасибо. В этот раз Сириус рассказывал смешные истории из жизни аврората и мародеров, так что Джоши не заметила, как пролетело время и очнулась только когда опустела ее чашка чая. — Сыграешь мне свою песню? Я не слышала ее. Сириус был удивлен ее просьбе, но пошел за гитарой. В кухне витал солоноватый запах моря, веселый звон гитарных струн и уверенный голос, который так легко пел о далеких морях, солнце и неуловимой девушке, сочетаясь со стуком по деревянной деке, словно это была палуба корабля. Джоши подумала, что это была не она, он принял ее за какую-то другую девушку. — Красиво, — улыбнулась Джоши. Она хотела попросить его сыграть еще что-нибудь, но это было бы неуместно. Она встала, собираясь уйти. — Спасибо. — Подожди, я хочу отдать тебе кое-что. Сириус вышел в соседнюю комнату и тут же вернулся. В руках у него было темно-красное колье с крупным рубиновым камнем, похожим на сердце размером с большой грецкий орех от которого расходились более темные крупные бусины и вытянутые овальные камни. Темная магия. Verus amor — заклятие истинной любви, превращающее сердце волшебника в камень. — Нет… нет, пожалуйста, — в отчаянии покачала головой Джоши. — Ты не можешь отказаться, — с сочувствием произнес Сириус. — Оно твое. Я люблю тебя, Уиллоу Мэйнард. Руки Джоши дрожали. — А если я уроню его? — Тогда мое сердце разобьется, — пошутил Сириус. Это не было метафорой, он умрет, если она уронит колье. — Тогда лучше надень его, — Джоши убрала волосы, и как только камень коснулся ее кожи, прикоснулась пальцами, придерживая его. Камень был немного холодным, но приятным и быстро нагрелся от тепла ее тела. Если его убьют, она узнает об этом первой. — Зато теперь у меня точно не будет инфаркта. Сириус продолжал шутить, а Джоши с ужасом смотрела на него: он теперь больше никогда никого не полюбит, и лишь рядом с ней будет испытывать любовь. Среди чистокровных это заклятие считалось гуманным. — Уиллоу, это мое решение. — И я тебя за него ненавижу, — она с трудом сдерживала слезы. Все также не отнимая пальцев от камня, Джоши растворилась в воздухе. Он сказал, что она может сделать с ним все, что захочет. Джоши сидела на кровати и смотрела на рубиновое колье. Центральный камень, напоминающий сердце и крупные бусины были гранеными, а вытянутые камни округлыми. Оно напоминало древнего монстра или кости дракона. Что-то слишком сильное и великое, притягательное, от чего было невозможно оторваться. Джоши могла положить его в сейф в Гринготтсе, но мысль о том, чтобы хранить его в темном сыром подвале была неприятна. Возможно, лет через десять Сириус попросит его обратно или просто женится не испытывая ничего — думать о том, что через десять лет она может развестись ей не хотелось. Она договаривалась встретиться вечером с подругами, но оставлять колье дома без присмотра не решилась. Джоши бережно надела его и укрыла под еще одним маскирующим заклятием. Поначалу оно немного холодило кожу, но словно змейка быстро нагрелось и больше не чувствовалось вовсе, отчего Джоши периодически проверяла его, прикасаясь пальцами. Вечером, уже готовясь ко сну, она сняла заклятие и наконец посмотрела на себя в зеркало. Крупные камни были слишком массивны, в вечернем свете лампы некоторые из них мерцали глубоким синим цветом, а в других словно поселилась тьма. Джоши легла в постель, продолжая прикасаться к ним кончиками пальцев. Она никогда не хотела быть с таким человеком как Сириус. С тем, кто может так легко использовать темную магию. Даже по отношению к себе. Она вспомнила слова Лили: “Может мы делаем их лучшими версиями себя?”. Джоши не верила в то, что люди меняются. Она не желала владеть этим колье. На следующее утро она поднялась по ступеням дома на Честер-стрит и громко постучала в серую дверь. Через минуту ее открыл Сириус на лице которого было удивление. — Я хочу еще восемь свиданий, если ты снимешь его, — решительно произнесла Джоши. Сириус посторонился, пропуская ее внутрь и закрыл дверь. — Я хочу, чтобы ты забрал его, — твердо закончила Джоши и перевела взгляд поверх плеча Сириуса, вспомнив, что он может быть не один. — Там никого нет, — он поймал ее за подбородок и поцеловал. Так Джоши еще никогда не целовали. Ее словно снесло ураганом, чем-то мощным, живым, что словно молния прошло сквозь нее, не позволяя отстраниться. Это было как падение в бездну - полет и невесомость одновременно. Сириус притянул ее к себе за талию одним плавным уверенным движением, каким ведут в танце. Что-то сродни подчинению, чему невозможно сопротивляться, потому что оно правильно прекрасно. Она почувствовала спиной твердость стены и жар его губ на своей шее, такой необходимый огонь прикосновений в котором она растворялась. Нежность и страсть одновременно, идеальный баланс, который завораживал, не давал оторваться, оставляя лишь одно желание — следовать за ним дальше. — Прости, нужно остановиться… — выдохнул Сириус, щекоча дыханием ее шею. — Что?.. — Ты сказала, только после свадьбы. Отступив, он оглядел взъерошенную Джоши, которая держалась руками за стену, и поспешно одернул ее задравшуюся юбку, поправил ворот съехавшей вязаной кофты, после чего, спохватившись, протянул руки под майку и одним ловким движением застегнул лифчик. — Кстати, ты выйдешь за меня замуж? Потрясенно наблюдавшая за происходящим Джоши отвела взгляд. — Я подумаю. Она вспомнила о цели своего визита. — Забери его, — она твердо посмотрела Сириусу в глаза и подошла ближе. Он протянул руки и, мягко коснувшись пальцами ее шеи, снял ожерелье и отступил. Оно засияло в его руках солнечным светом и шквальным порывом впиталось в его грудную клетку. Глаза Сириуса сияли от удовольствия и чего-то сродни торжеству. — Какие у тебя планы? И только тут Джоши с ужасом поняла, что наделала. — Мне нужно расторгнуть помолвку, — она привалилась спиной к стене и съехала вниз. Джаспер устроит ей скандал. Он ни за что не простит ее за это. Она могла бы какое-то время встречаться с обоими, чтобы понять за кого из них она хочет выйти замуж, но Джаспер на такое не согласится. В глубине души она знала это, а значит, уже сделала выбор. Блэк сел на корточки напротив нее. — Если тебе нужно время подумать... — начал Сириус, Джоши перевела на него взгляд и сбив его ногой, толкнула руками и села сверху на растянувшегося на полу Блэка. Ее темные волосы каскадом спадали вниз. — Почему ты такой… невозможный? — Опираясь на руку, она склонилась над ним и поцеловала.

Black Pistol Fire — Pick Your Poison