Во власти Корё

      — Что нам делать? — паникует ХанСон.       — Здесь вы бессильны.       Грубоватый голос заставляет всех обернуться. В дверях в комнату стоит мужчина, пряча руки в длинных рукавах ханбока. У Сокджина в глазах надежда, он был готов идти к нему, просить помощи, но он обо всем знал, поэтому пришёл. А принц хмурится и недоверчиво смотрит на мужчину.       — Господин Хосок, прошу вас, спасите его.       Просит Сокджин, подойдя ближе к мужчине, сложив руки вместе, кланяясь ему. ХанСон и шаман сталкиваются взглядами, но в глазах принца читается недоверие, шаман чувствует его ауру, но ощущает что-то еще. Что-то теплое и трепетное.       — Разве можно доверять шаману? — твердо говорит ХанСон, привлекая внимание всех.       — Ваше Высочество, никто не сможет помочь ему, кроме меня, решать вам, довериться мне или нет, — кланяется Хосок.       Принц, нахмурив брови, поворачивает голову, смотря на Чонгука, тот тяжело дышит. С одной стороны, он не хочет, чтобы с этим мальчишкой что-то случилось, но что он может сделать? Смотреть на то, как он мучается, невыносимо. Лекарь бессилен, а яд, скорее всего, уже распространился по всему телу.       — Хорошо, я доверюсь шаману, — делает он акцент на последнем слове.       — Одно условие, покиньте комнату, оставьте со мной только Сокджина.       ХанСон уже хотел возмутиться, но вовремя одернул себя, если он хочет, чтобы слуга жил, он выполнит любое условие, и позволяет Сокджину остаться, первым покидая комнату. Намджун и лекарь идут следом за принцем, но в последнюю минуту стражник оборачивается, одобрительно кивнув Джину, и уходит. Он тоже волнуется, не только за Гука, но и за любимого.       Чон снова начинает скулить и сгибается, корчась от боли. Смотреть на это, как кто-то страдает и пытается побороть боль и заразу, что сидит в его теле, нет сил. Джин, поджав губы, поднимает глаза на шамана. Мужчина приказывает ему сесть рядом с мальчишкой и крепко взять его за руки. Слуга выполняет просьбу, и шаман начинает свои приготовления, становясь рядом с Чоном, вытянув руки над его телом, закрыв глаза, он начинает что-то шептать. Сокджин спустя мгновение ощущает, как легкий ветерок гуляет по комнате и тушит свечи, одну за другой, погружая все в полумрак, а после появляется необычное свечение, исходящее от рук шамана, и ему оно так знакомо.       ♚♚♚       — Ваше Высочество, не волнуйтесь, мы должны доверять ему, — успокаивает его Намджун, пока принц обеспокоенно ходит из стороны в сторону.       — Да, конечно, доверять… — бормочет тот под нос.       Он доверил Гука шаману, возможно, где-то внутри он верит и надеется, что господин Хосок сможет вылечить его. Ведь он пытался спасти от болезни немало человек, нескольких даже смог, но большую часть их предали земле. Поэтому принц не доверяет шаману, но решился на такой шаг и оставил с ним Гука. Хосок обязан спасти его, если он этого не сделает, то будет изгнан из королевства, но сможет ли? Сейчас главное — спасти мальчишку, ведь сердце будущего правителя не на месте.       Принц смотрит в темное небо, на сверкающие звезды, и почему сейчас он вспоминает его улыбку? Что-то особенное происходит с ним, он чувствует это, жизнь поменялась после того, как он встретил этого неизвестного мальчика. А еще его странные слова, возможно, это просто последствия яда, он бредил, но это глубоко засело в голове ХанСона.       — Ваше Высочество! Ваше Высочество!       ХанСон оглядывается и видит, как к нему бежит слуга и машет руками. Мужчина останавливается возле господина, но одновременно доложить о случившемся и отдышаться не получается, и он закашливается.       — Что случилось? — принц обеспокоенно смотрит на мужчину.       — Там… возле ворот, стражник короля… он ранен…       — Короля? Ранен? — ХанСон ничего не понимает, ведь король вернется еще не скоро, почему охрана здесь? На душе просыпается тревога. — Быстрее, идем!       Намджун вместе с принцем отправляются к воротам, оставив лекаря присматривать за домом, приказав не впускать посторонних, пока шаман не закончит. Но чем ближе они были, тем сильнее ХанСон чувствовал запах крови и ненависти. Только один человек оставляет после себя такой след.       Возле мужчины уже столпились люди, некоторые пытаются ему помочь. Но стражник, увидев принца, тянет к нему руки и что-то шепчет. ХанСон подбегает ближе и садится на колени рядом с израненным мужчиной, подхватил того за голову, наклоняется ближе.       — Ваше Высочество… вы единственный, кто должен спасти королевство… — стражник кашляет кровью, но продолжает из последних сил. — Ваш брат напал на короля… — глаза ХанСона вмиг покрылись гневом. — Мне удалось скрыться, чтобы доложить вам… он планирует атаку на вас… — уже тише говорит мужчина, но в итоге он больше не может вымолвить ни слова и закрывает глаза.       Принц сжимает челюсть. Да как он посмел напасть на собственного отца? ЫнСон совсем сошел с ума, чтобы завладеть короной, он пошел на такой шаг? Как он посмел поднять меч на короля?! ХанСон поднимается, сжимая руки в кулаки, в его глазах горит огонь, он никогда не простит брата, он забирает все, что ему дорого. Нужно оберегать королевство, королеву и народ, теперь он встанет на защиту и обязательно истребит мир от такого человека, как ЫнСон. Теперь он ему больше не брат — он враг, которого нужно уничтожить.       — Намджун!       — Да, Ваше Высочество!       — Нужно подготовиться, собирай всех стражников, оружие, времени нет! — командует принц. — Нужно выводить людей из королевства в безопасное место, и я знаю, кто справится с этой задачей.       — Слушаюсь! — кланяется Намджун и уходит.       ХанСон смотрит на мужчину и приказывает стражникам, чтобы те закопали его тело в общей могиле. Он наблюдает, как уносят его тело, и думает, где же теперь искать короля. А есть такая возможность, что ЫнСон не убил отца, а только ранил и прячет где-нибудь? Во всяком случае, если он нападет на королевство, король будет с ним в качестве заложника, и ХанСон знает, что он будет требовать взамен. Но ему нельзя доверять, в нем нет жалости, в нем не осталось ничего человеческого, он истребит всех, чтобы создать собственный мир, но ХанСон этого не позволит, не позволит, чтобы страной правил такой жестокий правитель, которому плевать на людей, которому нужна только власть.       ♚♚♚       Открыв ворота, Нарэ удивленно смотрит на принца. Его Высочество никогда не приходил к ней вот так внезапно, да и вообще делал это редко. Что же такого случилось, что он пришел к ней среди ночи.       — ХанСон, что случилось?       — Мне нужно с тобой поговорить, — принц толкает ее обратно, закрыв ворота, и девушка удивленно смотрит на него.       — Что такое?       — Послушай, — он крепко обхватывает руками ее хрупкие плечи. — Я знаю, что, кроме тебя, с этой задачей никто не справится, слушай меня внимательно, ты должна вывести женщин и детей в безопасное место, ты знаешь, где оно находится…       — ХаНсон… на нас что, нападут? — тихо произнесла она, большими глазами смотря в глаза принца.       — Да, я прошу тебя, тихо и спокойно вместе со своими подданными выведите их с территории королевства!       Нарэ не сводит взгляда с ХанСона. Бедное сердечко не на месте, снова им придется пережить это, снова погибнет немало людей, но больше всего она боится за ХанСона. Никто не хочет войны, но в этот раз, кажется, все намного серьезней, раз сам ХанСон пришел к ней и дал такую важную миссию. Девушка справится с этим, она защитит слабый пол, не даст детей в обиду.       — Хорошо, ХанСон, я сделаю так, чтобы не создавать панику, а тихо и мирно выведу всех, ты можешь мне доверять!       — Я полагаюсь на тебя.       Принц быстро уходит, и Нарэ, посмотрев ему в спину, глубоко вздыхает. Она сделает все, что в ее силах, докажет ХанСону, что она не такая уж и слабая, девушка будет достойной королевой и опорой для ХанСона. Теперь на её плечи лег груз ответственности, она уведет народ в безопасное место и обязательно вернется, чтобы вступить в бой и отвоевывать королевство, куда люди смогут вернуться и в безопасности жить мирно.       ♚♚♚       ХанСон и не заметил, как наступило утро, в его голове проскальзывали планы действий, как защитить и спасти свой народ. Принц до последнего верит, что отец находится в плену, его брат ведь не настолько жесток, чтобы убить собственного отца? Нужно его спасти и как можно быстрее. Вместе с королевой они приняла меры по защите королевства, а сердце женщины болит, ноет и не может успокоиться. Король, что с ним сейчас? Ведь он был болен, если сын причинил ему вред, сможет ли он выжить? Она защитит трон и сделает все возможное, чтобы король вернулся на законное место, а еще у нее одна надежда — это младший сын.       ХанСон, вместе со стражей и Намджуном покинув королевство, прочесывают лес. Но никаких следов нет, ничего совершенно. Значит, отец находился дальше от деревни, но как раненый стражник смог добраться до деревни и ускользнуть от ЫнСона? Вероятно, была возможность сделать это незаметно. ХанСон отправляется дальше, в глубь леса, и, выйдя на тропу, они на лошадях скачут по ветвистым дорогам, уходя все дальше от королевства. А ведь сердце принца тоже не может найти покоя, смог ли шаман помочь Чонгуку? Никаких известий не было, нужно будет по возвращении первым делом посетить дом лекаря и самому все разузнать, но он также надеется, что со слугой все будет в порядке. Хоть сердце и не на месте, оно тянется к нему.       Увидев на дороге окровавленный меч, ХанСон тормозит лошадь. Они всматриваются в переплетения ветвей деревьев и замечают поляну. Намджун ведет лошадь первым, вместе со стражей, оберегая принца, они выходят на небольшую поляну. Здесь и было поле битвы. Вокруг разбросано оружие, куски одежды, виднеются пятна крови. Но, вместе с королем было столько стражи, где же все тела? Куда они их дели? ХанСон ничего не понимает, слезая с лошади, он обходит кровавое поле, сжимая руки в кулаки. Остановившись посередине поля, принц поднимает взгляд в небо. Теперь между ним и ЫнСоном навсегда перечеркнута линия. Он больше ему не брат, он враг, жестокий монстр, убивающий всё на своем пути. ХанСон избавит мир от такого, как он, ему нет места в этом мире, а уж тем более чтобы убийца правил страной, не бывать этому никогда. В груди принца бушует шторм, он самолично убьет ЫнСона, ведь он навредил его народу и двум самым дорогим ему людям.       — Намджун, мы готовимся к войне!