Дело о Цикадах

Часы продолжали тикать, раздражая Анну все больше. Черноволосая женщина стояла у окна, когда Юльхен прошла в комнату, что-то бормоча себе под нос. Голубые глаза уставились в лицо Грозной, и, улыбнувшись, Романова поспешила присоединиться к своему другу под лучами рассвета. Анна что-то ответила в приветственном тоне, заставив Юльхен слегка закашлять и лишиться равновесия. Грозная инстинктивно подхватила девушку под плечи и осторожно помогла ей вернуть равновесие. «Доброго здравия, Юльхен», — сказала Грозная, грустно улыбаясь. — «Тебе следует быть осторожней, Юльхен. Я пришла сюда не затем, чтобы ты падала от старой шутки! Я здесь, чтобы выразить признательность за то, что ты сделала для меня». Ее тон вновь стал серьезным: «Я хочу увидеть рассвет перед тьмой. Но нужно начать с перемен. Виктор зовет меня радикалом, если, конечно, он вообще имеет хоть какие-либо убеждения. Этот человек набил бы свой кабинет, кем попало, если бы это принесло ему свежую связку медалей и новый модный наряд. Что касается Дмитрия…» «Дмитрий, этот маленький безмозглый технократ!» — неожиданно выплюнула Романова, ее лицо не выразило никаких эмоций. — «Дмитрий и Виктор… Они хотят все! Они не понимают, к чему все это приведет». — Юльхен уставилась на своего друга грустным взглядом. — «Цикады обрушатся на наши тела как стервятники! Из ее горла вырвался хриплый кашель, сотрясая все ее тело. Она судорожно сжала плечи Грозной, а ее лицо краснело с каждой секундой. Время шло, а смерть лишь приближалась. Часы тикали в такт ее кашля, приближая время ее смерти. Резко открылась дверь, и отряд личной охраны Романовой ворвался в комнату. Один из телохранителей схватил Романову за руку, и потащила к двери, с недоверием взглянув на Грозную. Прежде чем последняя успела хоть что-нибудь сказать, ее старого друга увели прочь. Лишь тиканье часов нарушало наступившую тишину.