Пиздец в Энканто

— Бруно! БРУНО МАДРИГАЛЬ! — по песчаной комнате раздался громкий крик, и следом за ним звук нарастающего грома. — ЧТО Я СДЕЛАЛ?! — откуда-то сверху на вопли ответил чужой хриплый крик, после которого была слышна громкая одышка. — ПОЧЕМУ В МОЕЙ КОМНАТЕ КРЫСЫ?! — ОНИ ВЕЗДЕ, ПЕПА, И ТАК БЫЛО ВСЕГДА! — ПОЧЕМУ ПОСЛЕ ТОГО КАК ТЫ ВЕРНУЛСЯ, ИХ СТАЛО В ТРИ РАЗА БОЛЬШЕ? — после слов Пепы ответа не последовало, единственное что в данный момент нарушало тишину в маленькой пустыне был гром, эхом раздающийся по всему пространству. — Я РАЗРУШУ ВСЮ ТВОЮ ЖИЗНЬ, ЕСЛИ ТЫ СЕЙЧАС ЖЕ НЕ СПУСТИШЬСЯ, БРУНО!!! — крик, казалось, не мог стать громче, но с каждым словом Пепа выдавливала из себя больше шума. — МОЯ ЖИЗНЬ И ТАК РАЗРУШЕНА, ПО БОЛЬШЕЙ ЧАСТИ ПО ТВОЕЙ ВИНЕ!! — Раздался громкий хлопок, и шаги. Через пару секунд на обрыве показалась фигура в бордовой рубашке и с растрепанными чёрными волосами. Бруно был далеко, но Пепа смогла все-таки разглядеть недовольство на чужом лице. — ТЫ МАЛЕНЬКИЙ ЗАСРАНЕЦ, Я ТЕБЯ СЕЙЧАС... — слова прервала молния, ударившая в песок, а женщина направилась по направлению к ступенькам. — ПОПРОБУЙ ДОБЕРИСЬ! — мужчина не уходил с места, и наблюдал за тем, как быстро и озлобленно рыжая направляется к нему, и вдруг ему стало страшновато, так как сестра разошлась не на шутку, и если в него попадёт молния, то даже печенье Джульетты не поможет. Тут он понял, что попал он в настоящий пиз— *** — Ну что, Долорес? Слышишь что-то? — парень заинтересованно смотрел на старшую сестру, чьё лицо менялось с одного на другое. Через пару секунд оно остановилось на чем-то испуганно-грустном. — Можно рыть могилу дяде Бруно. Мама от него живого места не оставит, — Долорес покачала головой, беря в руки тарелку, и накладывая туда немного чудесного печенья тётушки Джульеты, — Если повезёт, успеешь принести дяде Бруно печенья прежде чем он умрёт. Поторопись только, я слышу как мама уже ругается с ним на высоких тонах, хотя они уже стоят чуть ли не впритык, хм! — Камило кивнул, и как можно быстрее побежал в пустыню дяди. — В этом доме еще никто не умирал! И так должно продолжаться! — уже откуда-то из-за двери послышался голос подростка. — Бля, дядя Бруно только два месяца назад вернулся, не хотелось бы чтоб он подох, — раздался обеспокоенный голос Мирабель, слушающей диалог кузин. Долорес неопределённо пожала плечами и продолжала слушать голоса Бруно и Пепы, которые немного стихли после того как в комнату зашел Камило. Раздавалось уже три голоса. — Мне кажется, мама только что запустила в дядю Бруно молнию, — спустя несколько минут тишины, по крайней мере для Мирабель, сказала Долорес. — он что-то закричал а потом затих, а вот Камило с ней ругаются. — Может нам вмешаться? — Да нет, не надо, Камило пока справляется в одиночку. Еще через полчаса дверь в комнату Бруно открылась, и из нее вышла Пепа, с напуганным и виноватым, но в то же время гордым лицом. Следом за ней плелся Агустин с владельцем комнаты на руках. Мужчина не двигался и дышал медленно. Дойдя до небольшого красного диванчика на кухне мужчина как можно аккуратнее положил Бруно на него, и уже через секунду лицо пожилого мужчины сменилось на явно заебавшегося и уставшего подростка. — Мне слишком мало платят за это дерьмо, — сделал вывод Камило и уселся на диване у ног инстинктивно свернувшегося в позу эмбриона дядю. — Мам, больше не бей дядю Бруно молнией, пожалуйста. Удары и так трудно лечить, даже печеньем тёти Джульеты, — парень вытащил из миски которую поставил себе на колени печенье, покрутил его в руке и схрумкал. С забитым ртом он продолжил говорить. — Половина миски ушла на то, чтобы след удара засох, а ты его еще в голову ударила, странно как он вообще жив. — Что ж, в следующий раз пусть держит своих крыс подальше от моей комнаты, иначе я расставляю мышеловки по всему дому! — Мам, он пиздец пугливый, если он начнёт говорить с ними об этом, и какая-то из них пискнет громче обычного его инсульт схватит! — Камило активно жестекулировал пока говорил, и немного поглаживал Бруно, который во сне успел уже немного успокоиться. — Просто прими тот факт, что его дети - теперь твои дети тоже. — Дети?! Это он так называет своих крыс!? — Не осуждай его, он просто любит своих детей! И вообще тише, ты его разбудишь! — шикнул на маму Камило, готовясь к возможной смерти. Но смерти не последовало. Пепа просто с ахуевшим видом встала и подняла руки вверх. — Я сдаюсь, вы все тут с ума посходили. У вас дети крысы. Все. Все. Я не собираюсь в этом разбираться, — рыжая ушла из кухни, под взглядом усмехнувшейся Мирабель. — Ты довёл свою маму. Не стыдно? — Мирабель хихикнула, смотря на уставшего Камило. — Я заебался, отстань, — Камило бросил свой взгляд на место рядом с Бруно на диване, и вдруг руки своего дяди показались ему очень мягкими и самым подходящим местом, под которым можно было бы уснуть. Лицедей улегся рядом с пророком и зарылся в его шею. — Я сплю, — после этих слов Камило выключился как по щелчку и заснул. — И они были соседями, — покачала головой старшая, слушая ахуевание своей мамы из соседней комнаты. — О боже, они были соседями, — Мирабель прикрыла рот, тихо вздохнула, откровенно пялясь на жмущихся дядю и кузена. *** Пепа находилась в своей комнате и вываливала всё произошедшее на плечи своего муженька. — Я уже с ними не могу, — говорила женщина. — когда Бруно в первые начал подкармливать крыс в нашем доме, еще с детства, я смирилась с этим, сказала себе: "ну, он любит животных. Пусть кормит сколько хочет." Когда Джульета начала готовить ОТДЕЛЬНО для крыс, и помогать ему подкармливать их, я успокоила себя: "у них обоих добрые сердца и души, не буду же я той самой злой сестрой?" — Феликс выслушивал свою жену с неподдельным интересом, всем своим существом говоря "если все в Энканто превратятся в крыс, мы с тобой будем кошками". — Теперь, после того как Бруно вернулся, и крыс стало больше, я опять сказала себе: "да ебанный рот, сколько можно бегать с этими крысами? Надо это прекращать!" — над головой Пепы возникло облако, уже собирающееся намочить ее, и по возможности Феликса, ливнем. — А сегодня, когда я обнаружила этих проклятых крыс в МОЕЙ комнате, и МОЙ сын начал защищать Бруно, назвав крыс его "детьми", — Феликс удивленно вздохнул. — я решила: "все, пиздец этим крысам, я слишком долго терпела!" — Пепа ударила маленьким, но независимо от этого мощным кулаком по столу. — Ми амор, ми амор, — пытался успокоить свою бушующую женушку Феликс. — тише, тише. Все в порядке, я уверен, Бруно попросит своих де-е-е-е.. — Пепа бросила на мужа зверский взгляд, и Феликс немедленно поправил себя. — крыс, попросит своих крыс больше не заходить к тебе, возможно, через Антонио. Я разберусь с этим. Только тихо, ми амор, — спокойно говорил Феликс нежно и с любовью поглаживая руку жены. Та по-немногу, но все же успокаивалась. Лёгкая улыбка, отражающаяся радугой над головой рыжей, появилась на лице, и она окончательно успокоилась. Феликс, наблюдая за проделанной работой ввиде успокоения жены, улыбнулся в ответ и чмокнул ее в уголок губ. *** — ...Долорес. Они дышат? — поднося руку к подбородку спросила Мирабель свою кузину. Дядя и Камило, лежащие на диване, не двигались уже час, и казалось не дышали. Последнее движение, которые девушки заметили, это то как Бруно крепче прижал к себе подростка, как какую-то плюшевую игрушку, а Камило во сне лениво почесал голову. — Камило вроде да, очень даже громко дышит, а дядя Бруно.. — старшая дочь Пепы не спешила с ответом, вслушиваясь в звуки. — дышит либо очень тихо, либо не дышит вообще, — еще немного подумав, Долорес добавила, глядя на обеспокоенную Мирабель: — Иди проверь пульс дяди Бруно. Вдруг во сне умер, — Мирабель моментально слезла со стола, на котором восседала как настоящая королева, и подбежала к двум парням. Она аккуратно понесла руку шее дяди, и вздохнула с облегчением. — Бруно не будет первым умершим в доме, как минимум вторым после бабушки, — сказала та, возвращаясь обратно на стол. Долорес ответ удовлетворил. Через пару минут подросток недовольно начал елозить, брови были нахмуренны, а глаза зажмуренны. Он что-то пробубнил себе под нос, и ебнулся на пол. Бруно и не двинулся. Сестры наблюдали за представлением с крайним интересом. — Аэ. Блять. Ыых, — мученические стоны сорвались с губ Камило. — Бля, я умер? — лицедей лежал на животе и пытался встать на локтях, оглядываясь по сторонам. — Выглядишь мёртвым, — ответила Мирабель. — Но зомби, надеюсь, не существует, поэтому смею предположить, что ты живой, — Камило посмотрел на нее, жмуря глаза, и пытаясь сконцентрировать размытый взгляд. Ответ в целом его устроил, поэтому он со стоном свалился с локтей, и ударился носом о пол, сразу же взвыв от боли. Он, кажется, разбил нос. После звукового шоу, которое устроил Камило по пробуждению, Бруно, о чудо! Открыл глаза, и начал дышать. — Я слышу звуки боли, кто умирает? — тихо произнёс Бруно, все еще сонный как черт знает кто. — По началу мы думали, что ты, но как оказалось ты БУКВАЛЬНО спишь как убитый, потом когда Камило проснулся, мы поняли, что мертвец здесь он. — Пришлось научиться спать тихо, что бы пока я сплю, никто не пришёл на звук "умирающий черепахи" в стенах. По крайней мере, так меня описывали сестры, — пояснил за себя Бруно, и закрыл глаза в попытках уснуть. — Это грустно, — вздохнул очнувшийся Камило, и посмотрел на дядю, беря в ход свой самый грустный и сожалеющей взгляд. — Стоп, а зачем ему быть тихим? Он же вроде покинул свою башню? — внезапно спросил лицедей, смотря на сестёр. — Ой, мы тебе не говорили? — удивилась Долорес. — Он жил в стенах Каситы последние десять лет, — Мирабель кивнула головой, подтверждая слова кузины. — И я об этом только сейчас узнаю?! — Камило, в надежде на отрицательный ответ, устремил свой взгляд на пророка. Тот лишь что-то пробормотал про "да, было дело", и перелег на другой бок, умиротворенно промурлкав что-то перед тем, как пропасть из жестокого мира. — ОКЕЙ, это и в правду грустно, и какого хуя?? — Камило оглядывался по сторонам, пытаясь найти поддержку. Сестры с грустной усмешкой переглянулись, и пожали плечами. — Так, собственно, и живём, — сказала Мирабель. Камило безысходно вздохнул, смотря на спину дяди. — Бедный дед, — он покачал головой, и сел за стол к сёстрам. — Бля, я из-за всей этой грусти забыл что у меня нос в мясо! Ах, я такой бедный, я умираю! — немедленно вошёл в образ жертвы Камило. — Ой, да что там, царапинка. Будто выпечка мамы такого не видела, — закатывая глаза сказала мирабель, указывая на миску с давно остывшей выпечкой. Камило показал девушке язык, эдак "ты не испытывала такой боли", и выхватил из миски последнее печенье. Откусив кусочек рана немедленно зажила, а немного поврежденный нос выпрямился. — То есть.. — спустя минуту молчания начал парень. — Ты- — он ткнул пальцем на старшую сестру. — молчала все десять лет о том что дядя Бруно жил у нас в стенах, хотя прекрасно его слышала, но не можешь сохранить секрет о том, что это я съел порцию Изабеллы? — уточнил у нее парень, заводясь с каждым словом. Долорес начала замечать иронию в своих поступках, и виновато усмехнулась. — Извини, — вездеслышащая тихонько засмеялась, наблюдая за младшим братом. — Так вот почему ты его любимица! — Ну не всем же любить Изабеллу, — гордо пожала плечами старшая. — Я уверен, если бы он не был аллергиком, то наша "Царица Распрекрасная" была бы его любимицей а не ты, — оскорбление вышло не очень, но Камило все еще был собой горд. Мирабель с Долорес переглянулись. Камило ненадолго задумался, хрустя печеньем. Мирабель заинтересованно смотрела на младшего. — Интересно, о чем он думает? — спросила она. — Он вместе с этим печеньем переваривает информацию о том что дядя не покидал дом, — ответила Долорес. — Ставлю нос на то, что через пару минут он шокировано посмотрит на меня с какими-нибудь тупым в своём стиле вопросом, — продолжила она. Мирабель продолжала смотреть на кузена. Она, конечно, не вездеслышащая, но она кленется, что слышит как в голове Камило то ли шестерёнки скрежат, то ли извилины высвечиваются на его мозгу. Еще спустя какое-то время лицо лицедея переменилось, и говорило о том, что он раскрыл какую-то тайну вселенной своим небольшим мозгом. Он поспешил поделится этой тайной с девушками. — То есть, тот голос из негде, говорящий мне "будь здоров" когда я чихаю, и "следи за языком" когда я случайно ругаюсь, все это время был дядей Бруно, а не злым духом?! — Долорес мысленно дала себе премию, вручив дополнительный нос за правоту и усмехнулась. — Именно, — Камило открыл рот и широко распахнул глаза, в этот момент старшая услышала какой-то треск. Это был внутренний мир Камило. — Я хотела отговорить его от того что бы желать всем здоровья, но он продолжал. В итоге у Луизы паранойя, — парень покачал головой. Тут дверь в кухню открылась. — Дети, что здесь происходит? — на кухню зашла старшая из тройняшек: Джульетта. Она выглядела удивлённой. — Я слышала как Пепа составляет план по убийству крыс в нашем доме. — Не беспокойся, тётя Джульетта. Мама убила дядю Бруно, и теперь планирует убийство его детей. А мы думаем куда будем закапывать трупы, — энергично сказал ей Камило, указывая на спящего провидца. Джульетта усмехнулась, но сразу же настарожилась. — Это шутка, я надеюсь? — Вроде да, — пожал плечами Камило. — Он дышит, теперь я слышу. — спокойно сказала Долорес. Бруно будто в подтверждение слов племянницы дернулся, что-то бормоча. Джульетта вздохнула с облегчением. Она мягко улыбнулась, открывая шкафчик. — Дети, хотите знать, какое было первое предсказание вашего дяди? — бодро спросила она. Мирабель и Камило удивленно на неё смотрели, уже поудобнее устраиваясь на своих местах, Мирабель на столе, скрещивая ноги по турецки, а Камило на стуле, закидывая одну ногу на другую. Долорес лишь добро улыбалась, ей уже рассказывали об этом. Вопрос скорее был адресован младшим. — Как только его изображение появилось на его двери, он сначала стоял в ступоре, прислушиваясь к ощущениям, а потом потянул к себе Пепу, бормоча что-то про то что он возможно видит будущее, — пока Джульетта говорила она доставала муку, сахар, соль, и еще какие-то ингредиенты для теста. — Подожди, а разве Бруно не надо там песчаный круг нарисовать, листья поджечь, нет? — спросила Мирабель. Камило еще то ли к счастью, то ли к сожалению не удавалось видеть ритуал Бруно, так что он с удивлением смотрел на кузину. — Ох, он вроде говорил, что нужен только круг из песка, а все остальное он придумал.. ох, голова моя, голова, или для эффекта, или для удачи. Он объяснял, но это было давно. Зная его, скорее для удачи, — сказала женщина с задумчивым лицом. — Переходя к сути, первое его предсказание это свадьба Пепы и появление вас двоих и Антонио, — Джульетта неопределённо махнула в сторону Долорес и Камило. Последний удивленно пискнул, а Мирабель охнула. — Это было забавно, так как в то время Феликс и Пепа враждовали. Потом еще долго на улице бушевал ураган, — хихикнула женщина. — А сейчас, мне кажется, тётушка Пепа благодарит дядю за это предсказание, — ехидно сказала Мирабель, на что получила кивок от мамы. — Как вы думаете, что приготовить на ужин? — спросила Джульетта, задумчиво меся тесто. — Арепы с сыром! — в один голос завопили Мирабель, Камило и Долорес. Женщина усмехнулась и полезла в холодильник за сыром.