El amor es igual al dolor

8983729**** Привет, Антон Неизвестный был в сети, явно ожидая ответа. Кто это — не понятно. Но интерес взял вверх, именно поэтому парень всё же решил ответить. Следующий вопрос. Что писать? Кто это? Банально. Просто «Привет» глупо, ведь не каждый день пишет незнакомый человек. Знакомы? Нет, уж точно не то. С кем имею честь? Вроде нормально. Антон С кем имею честь? 8983729**** Не ты ли первый писал мне недавно? Антон И все же? 8983729**** Твой отец( Антон А. Ой, извини, не записал твой номер. И действительно. С момента, когда Антон написал отцу, прошло не так уж много времени. Почему сразу не понял, кто пишет? Да потому что с психу удалил все переписки, а записать номер не додумался. Отец Антон, я думаю, нам нужно поговорить. Прошло много времени. И.. Сразу хочу извиниться. Антон Извиняйся :) Отец Это и было извинение :( Антон Ты не изменился.. Где встретимся? Отец Чуть позже напишу. Правда хочу извиниться. Нажав на кнопку выключения, юноша откинул телефон в сторону. Слишком. Много. Мыслей. О том, какой сейчас отец. Злость и обида вперемешку с слабой радостью, занимали большую часть разума, оставляя немного места нормальным мыслям. Отец же изменился? С того момента, как он ушёл, прошло около двенадцати лет. За эти года было невозможно не поменяться. Судьба, та ещё стерва, уж точно не оставила бы в покое Шастуна, не выбив все доверие к людям и просто любовь к жизни. Что уж говорить об отце, который, как оказалось, все ещё имеет достоинство (слово имеет 2 смысла)). Вспомнив о сообщении Арсения Сергеевича. Но он что, дурак, чтобы проверять сообщение от учителя, который 1. В сети 2. Слишком поздно, алё. Поставив устройство на зарядку, перед этим заведя будильник, парень решил собрать вещи на утро, так как возиться с этим в семь часов, когда голова не варит, вообще не вау. В портфель отправились недавно купленные книги, пара тетрадей и ручка с карандашом. Снимая браслеты, которые прячут кривые шрамы, сделанные в четырнадцатилетнем возрасте, кольца, парень пошёл в душ, который был необходим. Спать Шастун лёг с мыслью о том, как же будет выкручиваться.

***

Трель будильника вновь убивает остатки нервной системы, заставляя поднять, наконец, голову и выключить устройство. Усаживаясь в кровати, парень сонно потирает лицо, после чего, босыми ногами идёт в ванную, в надежде взбодриться хоть немного. Холодный душ приводит в чувство, забрав утреннюю усталость. На завтрак, увы, времени нет. Надев черную толстовку и такого же цвета джинсы, Шастун, забрав портфель, выскочил из квартиры, закрывая дверь на ключ.

***

Осенний ветер разбушевался, а толстовка уже не спасает от холода. Поежившись, Антон побрел к остановке. К счастью, долго ждать автобус не пришлось, так как тот уже подъезжает. Кондуктор, Марина Алексеевна, пожилая женщина, с чуть смуглым лицом, знает Антона, как собственного внука. С ней можно поделиться тревогами, как с друзьями, не боясь быть осуждённым. Однажды, эта милая старушка заменила собственную мать. — Здравствуйте, Марина Алексеевна! — Здравствуй. Ты что, в толстовке одной? Там же такой ветер, заболеешь! — Всё хорошо, не переживайте. — В школу едешь? Начало учебного года. — Да — по-актёрски парень приложил руку ко лбу. К сожалению, желающих присесть всё больше, из-за чего приходится подвинуться ближе к окну. И его соседкой на этот раз стала брюнетка с голубыми глазами, лет двадцати пяти. Эти голубые глаза юноша где-то видел. У препода такие же. Или нет. Выходя из автобуса, Шастун, попрощавшись с кондуктором, направился к школе. Телефон, начинающий вибрировать, оповещает владельца о звонке, на который тот отвечает — Антон, ты скоро? Сто лет пройдёт, а тебя все ещё нет, давай, моторчик в жопу и в школу. Приветствие — явно незнакомое слово для Серёжи, именно поэтому тот не здоровается. Парень решил пройти через парковку, а потом пожалел. На эту самую парковку подъезжает знакомая машина, а сам водитель вскоре выходит из автомобиля. Решив ускорить шаг, парень направился в школу. В фойе ждали «любимые» друзья. — Неужели, кто же это? Ты что, как родители в школу шёл? Через пять озёр с пираньями?— Серёжа никогда не изменится. — Да, а затем отбивался от медведей железной трубой. Посмеявшись, парни направились в раздевалку. То, что физ-ра первая, не радовало никого. А как этот факт может радовать, когда физрук — старый маразматик и извращенец? В раздевалке парни обсуждали девушек. А если быть точнее, то, как же они будут на физ-ре. Если бы их урок снимали на скрытую камеру, то этого извращенца давно посадили. Но увы. И ведь ни один учитель не поверит, что физрук пристаёт к ученикам. Звонок, и друзья, кряхтя, идут в зал, где их ждут. Девушки старались не одеваться слишком вызывающе, ибо быть облапанной — не самое лучшее чувство. Раздаётся свисток и одиннадцатый класс бежит несколько кругов. Одноклассница, Лера, села завязать шнурки и Сергей Александрович уже тут как тут. — Чего же мы не занимаемся? Он взял девушку за руку, дабы та поднялась. Как на себе ощутив это прикосновение, Антон поежился. Бегать сил не было, учитывая что он курит. Уперевшись руками о колени, парень пытался восстановить дыхание. — Эх, Антош, а чего же ты не бегаешь? — физрук начал поглаживать плечо, почему пришлось уйти от касания. Было невероятно неприятно. — Ладно, зайдёшь сегодня после уроков, или ещё семь кругов пробежишь? — За что? Что я сделал? — Ну, знаешь, Тош, я могу и двойку поставить, ты ведь не занимаешься на уроке. В зал зашёл классный руководитель, так как нужно было проверить, все ли на месте. Физрук, тем временем, сказал зайти в учительскую (в зале отдельный кабинет). Ничего не оставалось, как подчиниться. Первый учебный день. Вау. Зайдя в учительскую вслед за учеником, физрук закрыл дверь. Ну, хоть не на ключ. Арсений Сергеевич подозвал Диму, который уже начал переживать за друга. — Дим, не знаешь где Сергей Александрович? — Он увёл Антона в учительскую, и сам туда зашёл. — Зачем? — Дмитрий пожал плечами, после чего, его отпустили дальше заниматься. Препод насторожился. Для чего на физ-ре звать ученика в учительскую? Только если физрук.. Отогнав мысли, мужчина решил узнать, чем же там нагружают его ученика. Картина, которую он увидел, была ужасной. Физрук держал запястья Антона над головой одной рукой, другой закрыл рот, чтобы тот не смог крикнуть. Антон, взглянув на классного, как на спасение, пытался вырваться, и это у него получилось, так как Сергей Александрович ослабил хватку. Высвободившись, Шастун вышел из зала, заходя в раздевалку. Руки тряслись, захотелось в душ смыть все касания.

***

— Какого черта здесь происходит? — Учу детей, как видите, и, уж извините, у меня урок. — Страх потерял, или как? Если я узнаю, что это уже повторялось, я тебе обещаю, ты сядешь надолго. — Интересно, за что? — злобно усмехнувшись, физрук вышел из учительской.